Aerospace Academy Bros

— Бро, серьезно? — Гидеон устало смотрит на Калеба, опустив плечи. Песок прилип к икрам и спине, осел наколенниками и налокотниками. Солнце в зените печет и режет глаза, но Калеб раздражает намного больше. — Я всегда серьезно, — Калеб заводит руки за спину, переплетает пальцы в замок и наклоняется вперед; демонстративно делает растяжку и прекрасно знает, что тем выводит Гидеона. — Ничего не могу поделать, таков был спор. Счет три-два — я напомню. — Абсурд, я не хочу играть роль твоей дурацкой доски для серфинга, — Гидеон бухтит под нос, щурит глаза то ли от солнца, то ли от Калеба: тому явно весело. — Может, я просто куплю обед в столовой или…       Театральная растяжка прекращается, Калеб выпрямляется, серьезно поправляет солнцезащитные очки, оправа которых измазана слишком белым и слишком толстым слоем SPF. Пару секунд смотрит через затемненное стеклышко, уголочки рта тянутся вверх, но милым это не назовешь. — Давай, Гид. Лицом в песочек. — Да пошел ты, — Гидеон взмахом руки посылает Калеба в самый конец Тоннеля, бормоча нецензурные слова, и в три движения ложится на раскаленный песок. Бормотание сменяется шипением, не меняя адресата.       Неудобный и горячий песок к щеке, раздражающий и окружающий беззаботный смех людей в уши, ненавистная ступня лучшего друга в районе лопаток. Калеб постепенно переносит вес на ногу, балансирует руками, и вторая ступня давит чуть выше ягодиц. — Ты тяжелый. Обед был бы лишним, — говорит Гидеон чуть невнятно, вытягивая губы трубочкой, чтобы не нахвататься песка. — Бро, это мышцы. — Напомни мне, чтобы я тебя потом послал еще раз. — Я бы на твоем месте особо не болтал, — ухмыляется Калеб и давит ногами сильнее, доказывая те самые «мышцы».       Доверяет ли Гидеон Калебу? С одной стороны: лучший пилот Академии, к тому же эвол — гравитация. С другой... С другой стороны, Гидеон вспоминает, как они играли на доверие, когда Калеб стоял позади и уверял, что поймает. Конечно же, он поймал. Поймал, когда плечи Гидеона были на расстоянии пары сантиметров от земли, и две гравитации боролись друг с другом. Гидеон тогда чуть не прибил Калеба; заявил, что на доверие с ним больше не играет и вообще настоящие бро так не поступают.       Спустя неделю Гидеон сам рассказывал одногруппникам, что его лучший друг может такое, чего не могут другие. Гордился и задирал нос, показывал на пальцах расстояние между между головой и землей, хвастался, что это была всего лишь разминка.       Гидеон доверил бы свою жизнь Калебу без задней мысли и не потому, что лучший пилот академии и эвол — гравитация. Он без сомнений доверил бы свою жизнь лучшему другу. И если один об этом никогда не скажет, то второй изведет до чертиков.       Под действием гравитации Гидеон отрывается от земли, и человеческое судно движется в сторону моря. — Бро, нам надо быть лучше тех серфингистов во всем, — Калеб говорит в полголоса, аккуратно опускаясь на корточки и указывая на группу людей в гидрокостюмах. Он снимает свои солнцезащитные очки и надевает их на Гидеона. — Боже, Калеб, они липкие. — Гид, веди себя круто, — перебивает капитан, принимая наиболее устойчивую позу.       Человеческая доска для серфинга рычит глухо от раздражения, но выравнивает спину и гордо вытягивает голову: — Если хочешь выглядеть круто, тогда поднажми.