The Shadows

      Гарри сидел на полу в тёмном коридоре, который освещал только один факел, наблюдая, как Том собирает швабры и ставит под стеной. Сегодня был их последний день отработок. Филч так внимательно за ними смотрел, что ребята ни разу не сумели потрахаться на отработке, зато после развлекались.       К балу было всё готово. Близнецы Уизли ходили по Хогвартсу уже как свои. Мыльные пузыри, фейерверки и фонтаны с безалкогольными, но смешными напитками были их заслугой. Да, было шампанское для совершеннолетних, но напитки, заставляющие смеяться, крякать, кукарекать, пищать и хрюкать были намного интереснее.       — Всё готово, — заявил Джордж, а Филч, который настрадался от этих близнецов за время их учения, быстро убежал. Том, подпирающий стену, и Гарри, сидящий под ней, улыбнулись.       — И шахматное поле тоже, — расплылся в улыбке Фред.       — И костюмы, — добавил Джордж.       — Отлично, — Гарри протянул руку Тому, и тот сразу помог подняться своему любимому потному и грязному Повелителю Смерти.       — Вы же понимаете, что нужно добиться того, чтобы отменили закон о запрете Родословной магии и только тогда показываться? — спросил Том. — Иначе они испугаются инцестов раньше времени.       — Ты само очарование, — закатил глаза Фред, до сих пор не доверяя Гонту.       — Мы всё понимаем, — заявил Джордж. — Гарри, мы говорили с Перси, — Гарри и Том сразу понимающе переглянулись. — Он не знал, что Гермиона сомневалась в тебе.       — В духе Гермионы, — рыкнул Гарри. — И что он сказал?       — Что они на твоей стороне. Он хочет стать Пруэттом. Нам фамилия не мешает, мы детей не планируем, — ответил Фред. — Рон писал, кстати, ведь мы поддерживаем с ним связь. Он тоже остаётся Уизли. Вошёл в кураж артефакторики, как Чарли с драконами.       — А ещё он писал, что у Забини красивый член, — засмеялся Джордж, заставляя смеяться и Гарри. — В крайнем случае, наш брат станет Забини. Билл уже Делакур, а Джинни… Гарри, она хочет в будущем детей.       — Не беспокойся, Эван сказал, что Асторию с Джинни устроил его план. Нам он ничего не говорил.       — Даже тебе, Гонт? — спросил Фред.       — Даже мне. Они хотят удивить, возможно, скажут перед танцем, — улыбнулся Том. — Но вы правильно делаете, что уничтожаете фамилию Уизли по линии вашего отца.       — Драко сказал, что Люциус может знать, кого предал Артур Уизли. Люциус первым начал называть Артура Уизли «предателем крови», — заявил Гарри. — Драко со мной поделился этим утром.       — А я узнаю вечером? Затрахаю! — угрожал Том, но Гарри только расплылся в соблизнительной улыбке, облизывая губы.       — Ты уверен, что для Гарри — это наказание? — улыбнулся Фред.       — Так, летающие тыквы со свечами готовы, — решил закончить отчёт Джордж, — фрукты готовы. Мы на столы ничего кроме фруктов предложили Малфою не ставить, чтобы не обожарились и всех не тошнило потом.       — Разумно, — согласился Том. — Но у нас в будущем ещё будут спектакль и ярмарка. Нам нужно, чтобы никто не трахался по углам, или не будет новых мероприятий. Это очень важно. Долиш и ваша мать на хвосте сидят.       — Мама мечтает о зяте Гарри, оттого подыгрывает Долишу, — заявил Джордж. — Так сказал Чарли, он писал маме. А вот Долиш работает то ли на Визенгамот, то ли на Шеклболта. Но разве Гермиона не говорила, что Кингсли на вашей стороне?       — Говорила, — вздохнул Гарри. — А ей верить можно? Расходимся до завтра, ребят. Бал начнётся в пять вечера. После обеда Большой зал закроют, он в вашем полном распоряжении.       — А ужин для школы? — удивился Фред.       — Минерва распорядилась, чтобы ужин подали в спальни, — ответил Том.       — Отлично. Значит, мы придём на два. Мы всё успеем, — радовался Фред. — Джордж?       — Гарри, а ты можешь поговорить с Люциусом Малфоем на каникулах? Хотелось бы знать правду.       — Плюс один пункт к нашим планам, — ухмыльнулся Том.       — Да, — ответил Гарри. — Самому интересно.       Фред и Джордж немного смущались и побаивались Гонта, но Гарри ему доверял, поэтому они вели себя открыто. Да и как осуждать Гарри, если он влюбился в Томураса ребёнком, но не мог с ним быть из-за Волдеморта.

***

             Том и Гарри вернулись ближе к комендантскому времени. Войдя в спальню, сразу же услышали ругань Драко, пока Эван искал в тумбочке Тома, не в своей, что-то. Малфой лежал на кровати, прикрытый одеялом.       — Прости в сотый раз! — умолял Эван.       — А я в сотый раз скажу тебе, что думать надо, бегемот! — рычал Драко.       — Что случилось? — засмеялся Гарри, беря вещи для душа.       — Томурас, у тебя осталась заживляющая мазь? — спросил Эван, когда брат сел на кровать и вопросительно уставился на Розье.       — Нет, — засмеялся Гонт, заставляя Драко застонать. — Ты порвал Малфоя?       — Вот давай без твоих шуточек! — рычал Драко, глядя на Тома, который не мог перестать смеяться. — Он забыл, что я две недели был сверху, ведь у кого-то долго была депрессия по отцу с братом, а после ему просто нравилось!       — Драко…       — На растяжку всегда нужно больше времени, если нет мази, — заявил Гарри.       — А ты как ходишь? — удивился Драко, глядя на Поттера.       — Мне нравится чувствовать, — скалился Гарри, играя бровями, говоря, что ему больно, но приятно.       — Мазохист, — удивился Драко. — А ты придурок, Эван!       — Дракош, — Эвану и правда было стыдно перед любимым. Он целовал его спину, а Драко отвернулся, обижаясь.       — Лови!       Голос Поттера взбудоражил. Эван повернулся, но его лоб едва не столкнулся со стеклянным контейнером размером со спичечный коробок. Рука Драко застыла возле лба Розье, всё-таки Малфой был хорошим ловцом в прошлом, и с реакцией было отлично.       — С такой реакцией как тебя дракон не сожрал за шестнадцать лет? — хмыкнул Драко.       — У Винды реакции лучше.       — Плоховат с тебя аврор будет, — сделал заключение Том.       — Я научусь всему! Я не ожидал!       — Хорошо, что я знаю Гарри, — улыбнулся Драко. — Откуда?       — Это «на всякий случай», — заявил Гарри. — Мы иногда забываемся. Любовь моя, — Гарри сел на колени Тома, обнимая его, — нужно сварить.       — Сварю утром, — обещал Том, хлопая Гарри по заднице. — Идём купаться после отработки, а Драко не нужны лишние глаза.       — Ты с близнецами рассчитался? — между прочим спросил Гарри.       — Завтра отдам все остальные деньги. Я им должен только за весёлые фонтаны три тысячи. И всё, — ответил Драко.       Том взял с собой книгу, намекая, что они с Гарри пока возвращаться не будут, оттого спальня для утех предраспложена. Драко сразу ухмыльнулся, ведь как только зад хоть немного перестанет болеть, он трахнет своего парня.       — Даже не думай, я физически сильнее, — хмыкнул Эван, шепча на ухо.       — А я могу сидя на тебе затрахать так, что ходить не сможешь, — угрожал Драко, наслаждаясь прохладой мази между ягодиц.       

***

             Том и Гарри вошли в душевую, и сразу заставили побледнеть Селвина, Таттла и Снайда от страха. Пятикурсники ухватили полотенца, но Том закрыл дверь и встал перед ней. Все трое повернули головы к Гарри, который желал с ними поговорить.       — Вам уже исполнилось шестнадцать? Вы же пятый курс. Кто из вас будет на балу?       Гарри пару раз демонстрировал Бузинную палочку, но никто не знал, что с недавних пор она всегда при нём, оттого тень смерти видели часто. И сейчас не рисковали её призывать.       — Мне пятнадцать, — пискнул Снайд. — Я мартовский.              — Хорошо, — Гарри посмотрел на Таттла и Селвина.       — Майский, — сглотнул Таттл.       — Сентябрьский, — шептал виновато Селвин, и Гарри ухмыльнулся. — Я иду только отдыхать. Я… Повелитель Смерти, я… Я всё понял… Я обхожу Лорда Малфоя десятой дорогой.       Том восхищался тем, как Гарри выдрессировал слизеринцев. Так уважительно не относились к Малфоям даже при Волдеморте. И до Волдеморта.       — Отлично, — оскалился Гарри, а Том отошёл от двери. — Брысь!       Все трое набросили на бёдра полотенца и убежали прочь, заставляя Тома смеяться.       — Какой злюка.       — Я понимаю, почему ты предпочитаешь контроль.       — Видишь, я бывал правым, — радовался Гонт.       Они быстро искупались и вернулись в гостиную к камину. Было тепло, уютно, слишком светло перед праздником. Том сел на диван и сразу принялся читать записи Слизерина о дементорах в подробностях. Не давали они ему покоя. Гарри был удивлён, что во времена Основателей о дементорах уже слышали, но, с другой стороны, никто не знает, как было в прошлом.       Гарри залез за спину Тома, обхватил его ногами, головой прижался к спине и крепко обнял. Ему нравилось показывать эмоции, да и Том их не скрывал. Его и так постоянно сравнивали с Волдемортом. В последнее время шёпотом, но всё ещё говорили.       — Как думаешь, мы не перегнули с костюмами?       — Нет, — ухмыльнулся вопросу Том. — Мы идеально их подобрали. Но вначале бала лучше вообще не показываться.       Гарри крепче обнял Тома, надеясь, что у них всё получится. Они приложили к этому балу много сил и денег. И времени само собой. Это первый бал со времён Турнира Трёх Волшебников.       Они посидели в тишине ещё сорок минут и вернулись в спальню, где Эван с Драко уже лежали довольными, обнимаясь. Драко уснул на груди Розье, а тот и себе засыпал. Всем четверым стало легче жить и общаться, когда жители комнаты узнали секрет Томураса Гонта.

***

             Завтрак прошёл быстро, как и обед. Тридцать первое число было воскресеньем. Разумеется, Том и Гарри не должны были отрабатывать в субботу последний день, но у них не получилось в четверг, ведь готовились к балу, и Минерва позволила выбрать последний вечер отработки самим.       — Пятый курс уже ставит галлеоны на наряд Луны, — между прочим сообщила Астория ближе к вечеру. — Она самая своеобразная девушка школы, поэтому и правда интересно.       — А ты себе наряд подобрала? — хмыкнул Гарри, пока Том осматривал танцевальные костюмы.       Был только один момент, который изменили в танце — финал. Никаких «смертей» шахмат. Будет конкретный мат.       Ближе к балу, танцующие надели на себя сверху мантии и трансфигурировали всё временно в обычную школьную форму. Минерва сразу поняла, что это отвод глаз. Женщина была очень рада балу и изменениям.       Долиш недовольно глядел на студентов, но никак не комментировал. Гермиона решила на Хэллоуин надеть что-то такое, чтобы все поняли, что она не против волшебных традиций. Откуда она достала костюм Бабы Яги неизвестно, но Яга выглядела обворожительно. Ещё и метла в руках, а Гермиона не сторонница полётов.       Близнецы надели костюмы придворных шутов и постоянно болтали с Минервой, а когда их заметила Джинни, то переключились на сестрёнку.       Нарцисса явилась вместе с Феликсом Розье. Обе семьи неплохо вложили финансов в этот вечер. Нарцисса надела платье Снежной Королевы, чем привлекла внимание и детей, и взрослых. На неё облизался даже Джон Долиш. Больше удивили гости Кингсли Шеклболт, Рита Скитер и отец Ромильды Вейн — Патрик Вейн. Перси прошёл мимо Вейна, который добился его увольнения, и улыбнулся улыбкой Кощея. Сама Ромильда пришла в костюме феи и улыбалась Гарри, которого обнимал со спины Том, наблюдая за обстановкой.       — Директор, — Джордж подошёл к Минерве, — пора открывать вечер.       МакГонагалл посмотрела на Гарри и тот согласно кивнул. Эван, заметив отца, переглянулся с Томом. Костюм Ван Хельсинга очень шёл Розье-старшему, но Том считал, что его даже такой персонаж не в силах поймать.       — Добрый вечер, дамы и господа! — радовалась Минерва, стоя в зелёном платье. Преподаватели не надевали костюмы, как и гости. — Впервые за столько лет в стенах Хогвартса царит веселье и бал! Мы благодарим инициатора этого действия, которому не мог отказать даже Визенгамот, — хихикнула женщина, заставляя Вейна хмуриться, — Национального героя, Избранного, Повелителя Смерти и без пяти минут Лорда — Гарри Поттера, — Гарри улыбнулся, а Том поцеловал его в висок под всеобщие аплодисменты. — Мы благодарим наших главных спонсоров Драко и Нарциссу Малфоев! — оба переглянулись и улыбнулись. — Мы благодарим дополнительных спонсоров Эвана и Феликса Розье, — Винда хихикнула на то, что её не назвали, ведь она забила на всё. — А главное, мы благодарим тех, кто всё помог обустроить, лучших весельчаков страны Фреда и Джорджа Уизли. Я надеюсь, что бал пройдёт безупречно и через год мистер Малфой проспонсирует бал вновь, — Драко согласно кивнул.       В зале потух свет, и освещённой осталась только Минерва, которая знала о танце.       — А сейчас этот замечательный вечер откроют своим танцем шестые и седьмые курсы факультетов Гриффиндор, Слизерин и Рейвенкло.       Профессор Стебль сразу нахмурилась, что из её факультета никто не пошёл танцевать.       — Всем отработки, — шипела старушка. — Лентяи. Мистер Поттер! Вы где? Я заставлю весь факультет участвовать в вашем спектакле. Мистер Поттер?       Свет в зале полностью потух, и в тусклом освещении появилась шахматная доска с чёрными тенями. Пока было не видно, но белыми фигурами были Гарри, Луна, Джинни, Деннис и Невилл.       Слизеринцы Томурас, Винда, Астория, Эван и Драко стояли в чёрных костюмах, покрытых чешуйкой, как у змеи. Юноши были одеты в брюки и мундир ХІХ века, на ногах ботинки, а на головах короны обозначающие шахматные фигуры: короля, королеву, ладью, слона и пешку. Белые шахматы были одеты идентично, только в белый цвет, а на плечах у всех были муфты с белой львиной шерстью. Девушки были одеты в лосины и длинные платья с длинными рукавами, закрытыми грудью и спиной, а бальные туфли дополняли образы.       Началась музыка, и Гарри, как король белых, сделал шаг в сторону пешки Денниса. Том, как король чёрных, сделал шаг в сторону пешки Винды. Деннис тут же затанцевал в сторону Винды танго, и она начала танцевать в его сторону, а после их пара соединилась и протанцевала свою часть танца. Всё это время остальные фигуры стояли в тени. Как только над Деннисом и Виндой исчез свет, Гарри сделал шаг в сторону ладьи Луны, освещая её. Короли постоянно были вне света, чтобы не привлекать лишнего внимания. Том ступил в сторону слона Эвана. Луна первой начала танец, будучи белой пешкой. Эван ухватил девушку за руку и закружил в ритме танго, а после их пара застыла в позе, когда свет над ними погас.       Тишина зала говорила о восхищении, зависти и обиде, но Гарри уже ступал в сторону слона Невилла, а Том в сторону королевы Астории, которые закружились в танце, и тоже застыли, когда свет ушёл. Гарри подступал к последней фигуре на шахматной доске, которая ещё не станцевала партию танго — королеве Джинни, а у Тома последней нетанцующей фигурой был ладья Драко. Джинни и Драко выглядели особенно красиво и страстно. Оба выглядели уверенно, будто мир их недостоин. Братья девушки и Нарцисса восхищённо смотрели на них. Когда и они застыли, то по центру танцпола встали Том и Гарри, глядя друг на друга. Тени других фигур на мгновение исчезли во тьме, но после появились за спинами королей.       За спиной Гарри слева стояли королевы Джинни и Астория, а справа ладьи Луна и Драко. За спинами Тома стояли слева пешки Деннис и Винда, а справа слоны Невилл и Эван. Фигуры смотрели за танцем королей, который был полон страсти и любви. Они выглядели гармонично и любовно, заставляя всех ими восхищаться.       Первыми вместе с королями начали танцевать пешки Деннис и Винда, затем слоны Эван и Невилл, после ладьи Драко и Луна, а последними королевы Астория и Джинни.       Том и Гарри не позволяли отвести от них взгляда, даже когда Луна, Невилл и Деннис встали за спину Гарри, преклоняя колено. Винда встала за спиной Тома, преклоняя колено.       Джинни с Асторией сбросили короны на пол с голов, склоняясь головами друг к другу и обнимая за талии, стоя слева от Винды, а вот справа от слизеринки остановились Эван и Драко, держа в руках помолвочные кольца своих девушек, а другими руками переплели пальцы. Это был почти финал, но не совсем. Том и Гарри ещё продолжали танцевать, и за те двадцать секунд с головы Гарри слетела белая корона, а костюм покрылся чёрной чешуей. Муфта льва осталась на плечах, но тоже обрела чёрную окраску, а сам Том держал в правой руке красную розу, а левой надел на голову Гарри чёрную корону. Обе руки Гарри застыли на розе, не отводя взгляда от Тома.       Выбор был показан в танце и победил чёрный король.       Гонт ухмыльнулся, когда загорелся свет в зале, пошли овации, и он накрыл губы Гарри и нежном поцелуе.       Минерва радостно аплодировала больше всех. Подмор с Авророй тоже были под впечатлением от танца. Молли не знала, что сказать, ведь её дочь оказалась лесбиянкой. Она шипела, что уж лучше бы с ней остался Розье.       — Драко, — Нарцисса первая обняла сына, а Эвана — Феликс. — Но помолвка с Асторией…       — О, она сегодня исчезнет, — улыбнулся Драко. — Эван нашёл способ, чтобы и Астория осталась жива, и мы стали свободными.       — Как? — не понимал Феликс.       — Секрет фирмы, — ответил Эван. — Скоро узнаете.       Перси кружил Джинни, ведь не знал о её выборе, учтиво поцеловал ручку Астории, пока её с двух сторон обнимали близнецы, крича: «Добро пожаловать в семью».       — Дорогие гости, — обратился Гарри, отлипая от губ Тома, — я хочу обратиться ко всей стране, — Рита тут же приготовила прыткопишущее перо. — Деннис Криви сейчас войдёт в Род Роули. Записи Салазара Слизерина безупречно сохранились, — Гонт достал дневник. — Всё на парселтанге. Томурас Гонт переводит дневник, дабы все традиции стали доступными и бесплатными. Министр, мы просим открыть новый кабинет в Министерстве, чтобы полукровки и магглорождённые становились чистокровными. Чтобы могли обрести защиту крови. Чтобы магглы не пришли нас убивать через двадцать лет. Проекты по магглорождённому происхождению и опасности искуственного интеллекта для нашего мира готовы Гермионой уже не Грейнджер, а Крауч, и Перси Уизли, которого уволили за то, что он войдёт сегодня в Род Пруэтт, — Перси ухмыльнулся.       Молли от обиды прикрыла глаза, слыша за сына. Перси и Деннис вышли на танцпол, и Том начал делать пасы. Никаких заклинаний, они невербальные, и вслух их произносить нельзя. Затем была пролита капля крови, появился свиток для обоих, и после Том призвал защитников Рода, предков. Перси с Деннисом получили благословение. Криви стал Роули, а Перси — Пруэттом. На свитке Денниса вместо «магглорождённый» появилось слово «чистокровный».       — И само собой, все могут послать свою семью в одну место, если не хотят жениться. Эван Розье, тебе слово, — попросил Гарри.       — Я влюблён в Драко Малфоя, которого сосватали за Асторию Гринграсс. Они оба совершеннолетние, и оба не желают свадьбы. Астория больна семейным проклятием. Проклятие и помолвку можно легко уничтожить, если Астория возьмёт фамилию матери. Она войдёт в девичьий Род. Как известно, Август Руквуд в Азкабане, но мать Астории была Руквуд.       Нарцисса восхищённо захлопала в ладоши, а Астория подошла к Тому, который помог ей войти в Род Руквуд. Астория последняя наследница всего состояния, и Джинни не прочь взять такую фамилию, а сам Август, прочтя газету, будет восхищён, что Род выживет.       — Руквуд? Ты не станешь Руквуд!       — Я совершеннолетняя. Мне семнадцать, мама, — оскалилась Джинни, утаскивая Асторию в страстный поцелуй.       — Вам решать идти с нами или против нас, Министр, Визенгамот, — улыбнулся Гарри. — Мы подарили юному поколению выбор.       — Гарри, я буду только «за». Проекты уже вызвали море возмущений. Дети желают свободы и чистой крови, которая даёт больше магии, — заявил Шеклболт.       — Но решение за Визенгамотом. Мы будем против, — заявил Вейн.       — Мы этого ждали, — оскалился Гарри. — Приятного вечера.       Танцоры пошли переодеться. Луна, конечно, выделилась, придя в наряде нимфы, и кто-то там выиграл почти три сотни галлеонов. Джинни надела костюм пиратки, а Астория — вампирши Маришки. Винда более спокойно ходила в наряде паучихи Чёрной Вдовы. Деннис был в роли Дракулы, Невилл — в роли священника-инквизитора, отчего весь шестой курс девчонок плыл от него. Драко нагло явился в костюме Аида, наслаждаясь своим Дорианом Греем — Эваном. А Томурас и Гарри пришли одни из последних в тех костюмах, которые заставили Вейна подавиться шампанским, а Долиша и Молли побледнеть. Гарри был одет в серый костюм 40-х годов Альбуса Дамблдора, а Гонт вошёл в тёмном костюме Геллерта Грин-де-Вальда. Тишина стояла буквально мгновение, пока группа «Сирены» не начала петь, остальные пошли летать в мыльных пузярых и смеяться от напитков.       — Лорд Розье, — Гарри подошёл к Феликсу, — касательно василиска. Директор позволила сюда прийти на каникулах, чтобы никто не знал, что его изъяли.       — Не беспокойтесь, мистер Поттер. Я умею ждать. А касательно боггартов?       — Тоже на каникулах. У меня пока нет денег выкупить дома, пока не продан василиск.       — В таком случае, давайте вы не поедете домой на каникулы, а останетесь с Томурасом здесь. Без него Тайную комнату не открыть?       — Парселтанг мне недоступен.       — Значит, вы остаётесь, мы приходим вечером, а после утром вы сядете на поезд. Томурасу шестнадцать лет, он не может аппарировать из Хогвартса самостоятельно.       — Понимаю. Благодарю.       — Гарри, — Томурас подошёл к своему парню, обнимая за талию, — потанцуем?       — Да. Хорошего вечера, Лорд Розье.       — И вам, мистер Поттер.       Томурас кивнул Феликсу, и тот улыбнулся в ответ. Гарри было очень жаль мужчину, который всю жизнь любит Регулуса.       — Как думаешь, он ищет способ его вернуть? — насторожился Гарри.       — Регулуса? Несомненно. Как только мне исполнится семнадцать, я избавлюсь от пещеры с инферналами.       — Поддерживаю. Лучше ему остаться в Перу.       — Он и останется. Феликс неконфликтный. Кстати, ты всё ещё хочешь оплатить долг подружки гоблинам?       — Да, проекты всё же сработали. Гермиона поумнеет. Перси с ней так нежен и обходителен, что любая девушка растаяла бы. А как только состав Визенгамота изменится и вернут традиции, то и близнецы станут счастливыми.       Том и Гарри наслаждались вечером, не замечая никого вокруг. Они постоянно целовались, улыбались и шептали друг другу приятности. Феликс смотрел на своих сыновей, наслаждаясь их счастьем. Эван выбрал себе Малфоя, но мать этого Малфоя — Блэк. Видимо, это проклятие его Рода.       — Ну что, планируем свадьбу? — смеялась Нарцисса.       — Эвану нужно доучиться. Он только на шестом курсе. И я не буду к ним лезть, пускай женятся, когда захотят, — Эван нежно целовал шею Драко, а тот млел в танце, зарываясь в волосы своего блондина. — У них будут очень красивые дети. Уверен, им нужно два наследника для двух фамилий.       — Я тоже в этом уверена. Поговаривают, Винда проводит выходные в Хогсмиде с Захарией Смитт.       — Так и есть. А что?       — Он бабник. И не дурак, вцепился в девочку, которая обожает прелюбодеяния. Мне дорога в Министерство закрыта, но я слышала в Косом переулке слухи, что вас хотят использовать. Захария примет Род Хаффлпафф, а Розье станут его финансовой подушкой.       — Я поговорю с этим Смиттом, — рыкнул Феликс, пока Винда смеялась в компании Луны, Невилла и Денниса.       Селвин осторожно обходил опасных личностей, а после его резко ухватила Винда. Тот даже не понял, как хрупкая девушка уследила за ним.       — Леди Розье… Винда… Я просто…       — Тихо ты. Хочешь с дружками загладить вину перед Драко с Эваном?       — Да, — восхитился парень.       — В общем, в пятницу на финальной репетиции я забыла мантию в зале. Вернулась. Эван там во всю уже с Драко зажимался, облюбовали они это место, вот только у двери стояла мужская фигура. Там темно, я не видела, кто это. Но это явно не вы трое, ведь я вас по дороге встретила. Драко с Эваном не знают, что у них появился сталкер. И нужно узнать до конца года, кто это, пока в школе Гарри Поттер. Не хочу на следующий год присутствовать на похоронах брата.       — Мы найдём. Ты кому-то ещё говорила?       — Нет. У Гарри с Томурасом проблем выше крыши. Так что вперёд. Мне светит Международный отдел, а Эвану — Отдел Правопорядка. Уж замолвим за вас словечко в будущем. Вы же на год младше нас?       — Д-да… Мы все в авроры метим.       — О, так вы с Эваном будете каждый день видеться. Советую с ним подружиться до выпуска, или он натравит на вас кого-то. Нашего брата Томураса, к примеру.       — Сделаю. Спасибо за доверие.       — Цени это, придурок.       Винда взяла бокал с веселящим напитком и вернулась к компании, а Селвин стоял и сиял от счастья, что они с Таттлом и Снайдом сумеют как-то себя проявить.       — Так, скоро заканчивается вечер, — заявил Деннис. — Хоть прощальный танец станцуем? Винда?       — Я? — удивилась девушка.       — Мы с тобой с самого начала танцуем. Я подумал, считай мы пара на один бал.       — Отлично, учитывая, что ты не оттаптываешь ноги.       — Луна? — предложил Невилл, и девушка тут же согласилась. Рольф Скамандер и Ханна Аббот явно не будут против, если друзья потанцуют с их половинками.       Гермиона не спешила подходить к Гарри и Тому, которые вообще никого не замечали, нежно целуясь в танце, но Перси предложил и им потанцевать. Джордж и Фред переглянулись и вздохнули. Они пока не могут открыто потанцевать, но надеялись, что уже в следующем году сумеют.       Кингсли и Патрик переглядывались полвечера, стоя на огромном растоянии. Шеклболт постоянно болтал с Минервой, и явно был доволен сказанным, пока глава Визенгамота хотел уничтожить и Поттера, и Гонта, и их свиту.       — Это впервые Самайн прошёл без происшествий, — говорил Гарри, наблюдая в полночь за салютом, пока Том обнимал его со спины, стоя на улице.       — Вообще первый праздник, которым я довольный, — заявил Том, отчего Гарри прыснул. — Мы открыли ящик Пандоры.       — О да, — засмеялся Гарри, пока руки Тома залезли в его трусы и массировали дырочку, но этого никому не было видно. — Том, Долиш явно работает на Вейна.       — Я тоже так думаю, но сегодня, мой милый львёнок, они нам не угроза. Когда падёт Визенгамот, тогда начнутся беды. А Визенгамот падёт до Рождества. Боггарты тебя защитят.       — А если я их не сумею контролировать?       — Гарри, это идеальные шпионы по всей стране. Научишься. Да и оружие это отменное, — Гарри охнул, когда Том нащупал бугорок внутри. — Хочешь?       — Тебя? Всегда, мой Лорд Слизерин.       Том накрыл губы в страстном поцелуе, двигая пальцами учащённо, отчего Гарри задыхался, пытаясь держаться. Гарри стоял спиной к Тому, оттого руки не были видны. За ними наблюдали, но не было понятно, чем они заняты. С виду — поцелуем с языком, но мокрые трусы Гарри, в которые он кончил, говорили отнюдь не о поцелуе.       — Идем, львёнок, тебе нужно переодеться. Как насчёт архива? — шептал Том на ухо.       — Да, я всегда готов «поработать» с тобой в архиве.       Гонт увёл Поттера из толпы. Ромильда рванула за ними, но Гермиона «случайно» поставила подножку и девушка упала, разбивая нос. Ромильда подняла грозный взгляд на Гермиону, а та ухмыльнулась. Гермиона определилась. И она порвёт за Гарри Поттера, который не побоялся за всех них в своё время умереть.       — Мистер неУизли, — Шеклболт подошёл к Перси, который подошёл с бокалами шампанского к Гермионе, — мне нужен заместитель — правая рука. Жду завтра на работе в половине девятого утра.       — Благодарю за доверие, Министр, — улыбнулся Перси.       — Джинни! Джинни!       Молли искала дочь, которая пропала перед тем, как исчез Гарри. Астории Руквуд тоже нигде не было. Женщина ухватила Шеклболта за плечо.       — Где моя дочь?       — Ушла, я полагаю. Молли, ты напрасно переживаешь за неё, — Перси и Гермиона не спешили отходить. — Ей семнадцать, она вправе сама за себя решать.       — Но Гарри…       — Гарри выбрал Томураса. Он с ним знаком шесть лет, Молли! Он его выбрал ребёнком. Нельзя убивать любовь. Меня больше интересует, почему ваши дети отказываются от фамилии.       — Они с нами поссорились, — заявила Молли.       — «Предатели крови» — так прозвал вас Люциус в начале девяностых? Или раньше? Такими словами на ветер не бросаются. Если твой муж соучастник преступления, а ты его покрывала, и погиб волшебник, то я посажу вас, — угрожал Шеклболт.       — Люциусу — дом, а нам — Азкабан?       — Нора. Я компетентен. Всего доброго, мистер Уизли. Ой, мистер Пруэтт. То есть, Лорд Пруэтт.       — Я не опаздываю, Министр, — ухмыльнулся Перси, глядя на побледневшую мать.       — И да, передайте Гарри, что Молли сама напросилась работать в Хогвартсе, чтобы свести его с дочерью. Я найду иного зельевара.       Министр обошёл Молли, а Гермиона победно улыбнулась, пока женщина бледнела от страха. Перси понимал, что отец натворил дел, но пока правил Фадж, пока Дамблдор искал Волдеморта, все творили бесчинства. Пожиратели Смерти и аристократы ответили за всё, пора прийти справедливости и к простому люду. Ящик Пандоры и правда открыт.