The Shadows

      — Как я устала, — Джинни нашла в школьном саду Гарри и Тома, сидящих на лавочке, и девушка прилегла головой на бедро Тома, глядя в небо. — Гарри, ты на кой дракл вонючий придумал эту ярмарку и подал идею моей жене?       Том и Гарри засмеялись, ведь Астория очень ответственно готовилась к ярмарке, которую было решено устроить на Пасху, на территории Хогсмида. Как раз тут будут только те, кому позволят родители на весенних каникулах. Драко первым желал остаться, ведь на прошлые пасхальные каникулы в его доме пытали Гермиону.       — Когда я подавал ей эту идею, она была помолвлена с Драко, — хмыкнул Гарри. — Так устала?       — Да у меня же крутые братья, ты забыл? «Джинни, нужны близнецы для фаершоу». «Джинни, напиши Чарли и узнай, сумеет ли он достать настоящий драконий огонь». «Джинни, напиши Биллу, чтобы узнал в том магазине Парижа, сколько будет стоить доставка». «Джинни, выбей через Перси разрешение на вот эту фигню близнецов». «Джинни, напиши Блейзу, намекни на Рона и достань те ядовитые цветки, только кастрированные, зато будет весело».       Гарри смеялся от души, пока Джинни изливала свою душу.       — Когда мы были бедными и неизвестными, я была счастливее.       — Не ври, ты просто устала, — улыбнулся Гарри.       — Астория умница. У неё мозги правильно расположены, не как у Дафны — примитивно, — рассуждал Том. — Ты просто соскучилась по жене, которая с начала марта превратилась в адскую кошку.       — Скорее, бешенную, — улыбнулась Джинни, садясь на лавочку.       — Уже завтра начинаются каникулы, завтра вся школа опустеет, — напомнил Гарри. — Доведи её до оргазма и её попустит.       — А после пускай хорошо языком поработает, ты заслужила, — подметил Том.       — Так и сделаю, — хмыкнула Джинни. — Ладно, Пасха уже в это воскресенье. Ярмарка через два дня. Осталось немного и всё наладится. Честное слово, я так последних игр по квиддичу не жду, как эту проклятую ярмарку. Кстати, Хаффлпафф пока лидирует в квиддиче. Могут забрать кубок.       — А школьный? — спросил Том.       — Вы, — засычала Джинни, заставляя парней победно улыбнуться.       Гарри перебросил ногу через лавочку и обнял со спины Тома, который тут же прижался к любимой груди, пахнущей кофе. Джинни мило улыбалась, глядя на них.       — Вы мне очень нравитесь. Такие классные.       — Знала бы ты все мои тайны, так бы не говорила, — хмыкнул Том.       — Ой, удиви. Рон писал мне, что ты потрясающий. И писал, что знает твою главную тайну. Но раз ты в глазах Рона крутой, то почему я не должна ему верить? Благодаря тебе и тому, что вы с Гарри стали командой, я вышла замуж за Асторию, а Фред и Джордж открыто друг друга любят. В этом году дважды тётя, благодаря миру. Билл и Перси постарались, чтобы у мамы появились внучки.       — Но мир наступил после смерти Волдеморта. Он — моя кровь.       — Если верить записям отца Тео, то Том Реддл был умным, амбициозным и чарующим. Пока душу не разбил. Гарри писал в книге, что первый крестраж случайность. И это так. А кто это отрицает, тот глуп. Крестражи заставляли и создателя заклинания пытаться создать ещё. Это проклятие, а не бессмертие.       Том слушал спокойно, но его сердце бешено колотилось, ведь если бы не крестражи, он бы и правда правил миром. Только не он, а его внук нежился бы в объятиях Гарри. Нет! Том ни о чём не жалеет. Он сильнее прижался к груди Гарри, а тот всё понял и крепко обнял.       Слова Джинни ранили. Будто говорили, что настоящего Тома Реддла приняли бы.       — Джинни!       — Меня нет…       Джинни рванула прочь от голоса Астории, а Гарри засмеялся, пока Том крепко сжимал его руки.       — Гарри…       — Понимаю.       — Давай поженимся на Самайн? Я не выдержу, если мой день рождения будем праздновать иначе. Я не готов.       — Как скажешь, любовь моя, — шептал Гарри на ухо Тому. — Слова Джинни задели?       — Да, — не стал скрывать Том.       — Волшебники так думают о Реддле, потому что мы их заставили так думать. Мы с тобой показали всем своё место. Том, ты бы желал остаться Томом или Томурасом?       — Твоим Томом, — не думая, ответил Гонт. — Но быть Реддлом устрашающе, — засмеялся он. — Я бы не менял имени — Томурас Гонт. Народу было бы легче абстрагироваться. Всё это бредни. Помечтали и хватит.       Том поднялся на ноги, собрал вещи и без Гарри пошёл в сторону замка. Гарри понимал, что Тому нужно побыть наедине. Подумать. Ему сейчас очень сложно. Джинни надавила на свежую рану.       В Хогвартсе остались все, кому было семнадцать, чтобы не просить разрешения родителей побывать на ярмарке, а, начиная с пятого курса и ниже, студенты покинули пределы школы.       Гарри вошёл в гостиную и сразу услышал, как радовался Пайк тому, что их факультет имеет уже девятьсот очков. У тех же Рейвенкло всего семьсот пять. Правда, ещё последние игры дадут о себе знать.       Гарри больше не волновал квиддич. Не волновал школьный Кубок. Не волновало ничто, если это не волновало Тома. Иногда Том шутил, что Гарри имеет право побыть в депрессии, но Гарри не хотел в ней быть, когда возле него такой прекрасный мужчина.       — Гарри, — Гермиона нагло ворвалась в гостиную Слизерина с какой-то книгой в руке. Животика пока видно не было, но талия девушки меняла формы. — Нужно поговорить. Срочно!       Она ухватила другу за руку и потащила в коридор, набросив заглушающие чары.       — Смотри, что я вычитала о Пасхе. Это считается праздником начала весны и жизни.       — И?       — Это победа жизни над смертью, Гарри, — Гермиона дала ему щелбан. — Ты не понимаешь? В этот день сила Смерти ничтожно мала, либо её вообще нет! Гарри, будет нападение. Не только я искала твоё слабое место, уверена. Только я искала, чтобы защитить.       — То есть, в этот день магия Даров отсутствует? — ужаснулся Гарри.       — Или ничтожно мала. Я не знаю, — Гермиона винила себя за незнание, но Гарри — первый и последний владелец всех троих Даров Смерти. — Вас попытаются убить. Я сказала об этом Перси и он обещал поговорить с Флинтом и Забини, но…       — Если в Аврорате есть крысы, то Подмор и Долиш узнают.       — И Кингсли. И Вейн.       — Пообещай мне не лезть в драку ради моей будущей крестницы, — Гермиона виновато отвернула голову. — Гермиона!       — Перси просил то же самое.       — Пожалуйста.       — Обещаю. К тому же, на ярмарке будет Рон, он меня подстрахует. И тебя. Артефакты обещал привезти.       — Если это поможет. Скажу Тому. Он должен знать. И Розье с Драко. Спасибо. Ты ещё кому-то говорила?       — Только Джинни и Невиллу.       — Значит, Астория и Тео в курсе. И, может быть, Деннис. Свои. Беги отдыхать. А лучше аппарируй домой к Перси.       — Вы даже думаете одинаково, — злилась девушка. — Не пойду никуда! Книга маггловская, но я её сожгу, а тебе советую говорить всё тихо ребятам.       Гарри так и сделал, позвав Винду к ним в комнату. Том, услышав эту информацию, пришёл в ужас и гнев.       — Значит, даже у Смерти есть день, когда она слаба? — ужаснулась Винда.       — А Самайн — день Смерти, поэтому тридцать первое октября одно из самых опасных дней для живых, — рассуждал Драко.       — Нам нельзя разделяться завтра, — рассуждал Тео. — Астория в курсе?       — Джинни ей сказала то, что сказала мне Гермиона, но в этой комнате те, кто знают тайну Тома, — напомнил Гарри. — Долиш слишком долго ждал этого дня. Как и Подмор. Шеклболт... если поверил им и окажется, что Том — это Реддл, то…       — То я буду сражаться, как Волдеморт, — заговорил Том, сидящий на кровати. — Может, это шанс раскрыться.       — Тебя не примут, — заяви Эван. — А вся наша семья попадёт в Азкабан за твоё воскрешение!       — В Азкабан никто не попадёт, — заявил Гарри. — Не позволю.       — Да. Поэтому тебя попытаются убить первым, — заявил Нотт.       — Согласен, — подтвердил Том. — Днём они не нападут — дети. А вот после заката — ждите гостей. До того времени отдыхайте и развлекайтесь. Гермиона умница. В который раз недооценил.       — Я тоже, — вздохнул Гарри. — Том, — он взял любимого за руку, — я обещал тебе пойти за тобой, если такое случится, и я сдержу это слово.       Том знал, что Гарри его не бросит, но Гарри не знал, что Том готов подставить себя, заявить, что держал Гарри под Империусом или чистил ему легилименцией мозг, только бы его львёнок больше не страдал от лап Министерства.       Винда и Эван переглянулись, будто поняли взгляд Тома, а после его поцелуй в глаза. Как знак близости, так и знак расставания. Том готов взять удар на себя.       — Том, — начал Тео, понимая, но Драко вовремя ударил того ногой о ногу, отрицательно качая головой.       — Отец будет на ярмарке, — заявила Винда. — Я ему всё сообщу. Пусть будет готов сражаться.       — И бежать, — добавил Эван.       — Розье больше никуда бежать не станут, — рыкнула Винда, глядя на брата. — Мы входим в число чистокровных и сильнейших волшебников Европы. Я не побегу.       Эван восторженно глядел на сестру, а после взглянул на Драко. Тот вопросительно поднял бровь, а Эван только улыбнулся.       — Я пошла. Если вопросов нет.       — Я проведу тебя, сестра. Есть вопрос, — Эван вскочил на ноги и увёл Винду, удивляя тайными вопросами даже Драко, который тут же нахмурил брови.       — Может, он что-то знает о Деннисе? — предположил Тео. — Винда и Деннис много времени проводят вместе.       — Может быть, — прошептал Драко. — А я думал, что эта Пасха пройдёт в моей жизни спокойно. Поттер, это твоя дружба заразительная. У тебя каждый год приключения на Самайн, а у меня теперь на Пасху?       Гарри не ответил, продолжая держать за руку Тома, боясь, что тот что-то сделает и исчезнет из жизни Повелителя Смерти. Но они помолвлены, куда он денется?       — Ты ведь не разорвёшь помолвку в Пасху? — обеспокоился Гарри. — Ты не станешь так меня защищать? Только в этот день можно её разорвать и подтвердить, что ты играл мной.       — Ты умный, Гарри, — прошептал Том. — Я не хочу её разрывать.       — Не смей, Том. Я без тебя не смогу.       Том тяжело вздохнул и обнял своего львёнка, который боялся слово лишнее сказать, чтобы Том не ушёл. Он его очень сильно любит. Слишком сильно, чтобы жить без него.

***

      Каким бы не казался солнечным днём воскресенье, но многие были напряжены. Винда и Эван, как только увидели отца возле Нарциссы, тут же увели его и начали разговор, который затянулся на долгие полчаса, а после объятия семьи.       Тео и Невилл постоянно поглядывали по сторонам, а Деннис не хотел им мешать, пока Винда не ухватила его, чтобы познакомить с отцом. Парень опешил, но, кажется, Феликс был рад знакомству с неким Роули, который готов стать Розье ради Винды, если ей так дорога фамилия. Винда отошла к Астории с Джинни, пока Деннис и Феликс долго болтали.       — Вы хоть целовались? — спросила Гермиона Винду, глядя на Денниса и Феликса.       — Нет.       — Почему? Тебе уже есть семнадцать.       — У меня свои ценности в жизни, — хитро улыбалась девушка.       Не скажет же она, что Захария должен быть пока единственным мужчиной, пока не воскреснет Регулус. Кстати, о Захарии Смитте, который в ужасе слушал рассказ Ромильды, а та держалась за живот. Девушка забеременела четырнадцатого февраля, как Винда и хотела. Теперь можно свободно требовать Долг Чести.       — Гарри, потрясающая ярмарка, — радовалась Минерва. — Ты правильно сделал, что поставил на миссис Руквуд.       — Да, она увлеклась, — засмеялся Гарри. — Оу, Гринграссы.       Дафна и Грег Гойлы, а так же Гринграсы явились на ярмарку. И пока Джинни откровенно засасывала свою жену, те в ужасе наблюдали за манерами Леди Руквуд. Астория, заприметив былую семейку, ухватила Джинни и потащила к её братьям, прося защиты. Самое интересное, что даже Артур и Молли перебесились, стали принимать выбор всех детей, признали свои ошибки. Артура не посадили, ведь слова Люциуса для всех были гноем, но сам факт того, что Артур прошёл мимо семьи Блэк, остаётся фактом.       — Хочешь пострелять в мишени? — спросил Гарри Тома.       — Нам нельзя играть. Мы владеем беспалочковой магией и точно победим, — Гарри засмеялся, соглашаясь со всем сказанным.       — Расслабься.       — Как? Подмор и Синистра едят сладкую вату, пока Долиш им обоим что-то втирает, — шипел Том. — Вот к ним и Министр Магии Кингсли Шеклболт подошёл, который глядит прямо на нас.       Гарри обернулся и встретился взглядом с Кингсли, который кивнул Поттеру, а тот цокнул недовольно языком. Достали эти миссии. В этом мире их нет, а если и будут, то он сделает всё возможное, чтобы это место было и правда заслужено.       До самого вечера даже Том спокойно развлекался, кушал и пил. Уже вечером Гарри с удовольствием летал с ребятами на мётлах, пытаясь поймать шарик не с водой, а с конфетами, оттого когда спустился, то был очень мокрым, но счастливым. Том радовался поведению любимого, пока болтал с Эваном.       — Гарри, тебе идёт быть мокрым, — хмыкнул Шеклболт.       — Слово «мокрым» имеет под собой контекст?       — Разумеется.       — Кингсли…       — Давай не врать. Аббот умер не просто так. Розье понесут высшую меру наказания за возвращения Тёмного Лорда. Джинни пострадала, а через пару дней явился Феликс Розье с третьим ребёнком. Картинка очевидная. Крестраж из дневника не умер, а вернулся, и возможно, сумел спасти все свои частицы души. А ты ему власть подарил. Сто две страницы посвящены прекрасному шестнадцатилетнему Тому Реддлу. Что скажешь?       — Если с Томом что-то случится, я уничтожу Британию, — угрожал Гарри, не ведясь на провокацию и удивляя ответом. — Не пожалею даже детей. Никого не пожалею. Я умру и вернусь!       — Верно.       — Как и Том. Смерть не обмануть.       — Она не допустит вашего своеволия после кончины. Вы будете слушаться её.       — Ты собираешься меня убить? Как? Я неуязвимый!       — Вот и проверим, насколько Пасха светлый праздник.       Гарри недовольно прищурил глаза, начиная отступать. В его ногу вонзили клык василиска и Гарри закричал, падая на колени. Клык тут же вынули, чтобы если нужно добить им.       — Гарри! — Том рванул к нему, но Феликс вовремя ухватил парня.       — Нет! Клык!       — Откуда? — спросил Гарри, глядя на Долиша.       — Это тот самый клык из дневника. С твоего второго курса. Дамблдор его сохранил и передал мне в своё время, — ответил Шеклболт. — Прости. Магия Смерти в Пасху не работает.       Гарри глядел на клык в руках Долиша с такой ненавистью, что начал искать палочку, но её вытащил из кармана Подмор и сломал, а после бросил в огонь, который создала Аврора Синистра. Только сейчас волшебники начали замечать суматоху. Музыка стихла. Гул стух.       — Вас мало, а моих людей много, — рычал Гарри.       — Это с какой стороны посмотреть, — ответила Синистра.       Траву покрыл мороз и все ощутили жуткий холод.       — Дементоры! — закричал Рон.       Те, кто имел Патронус, тут же начали их призывать, но это сложное искусство, дано не каждому. Том вырвался из хватки Феликса и подбежал к Гарри. Кингсли, Подмор, Долиш и Синистра бросились бежать, когда появились дементоры. Видимо, те не различали своих и чужих. Винда сразу начала искать взглядом Ромильду и Захарию, и нашла, когда тех обоих уводил Подмор. Видимо, Вейн потребовал спасти дочь. Винда выдохнула, что те остались вживых, иначе Регулус не вернётся, а с этой задницы они как-то выберутся.       — Гарри, — Том видел, как бледнел любимый. — Не умирай. Мы же хотели иметь семью. Прожить жизнь, Гарри!       — Слёзы Феникса… Только они спасут, — шептал Гарри, прижимаясь к груди Тома. — Придётся нам быть врозь. Я буду ждать тебя.       — Не смей умирать! — яростно закричал Том. — Мы обязаны быть вместе. В жизни и смерти! Гарри, я ради тебя воскрес! Ради тебя собрал душу! Ради тебя и Феликс нарушил все законы! Я ради тебя сохранил жизнь Джинни!       Джинни возмущённо посмотрела на Тома, а Рон ухватил сестру за руку и начал всё объяснять семье.       — Времени мало, Том. Прошлый раз тоже было мало…       Дементоры нападали на волшебников, все старались их отбить, но даже старина Аберфорт Дамблдор в этот раз был в отлючке. Его опоили дурман-травой, и Минерва требовала у Лиз Таттл безоар, который находился аж в замке.        Том прижимал к себе едва дышащего Гарри, а Гермиона, дослушав рассказ Рона, подошла к ребятам. Она присела возле Тома и заглянула в его глаза, полные слёз и отчаяния.       — Без него мне не нужен мир, — Том целовал Гарри в лоб, чувствуя, как тот уходит из жизни.       — Том, прошлый раз Гарри умер за всех нас. Пожалуйста, пускай его смерть не будет напрасной. Вы ещё встретитесь, а Гарри очень хотел сохранить этот мир.       — Без меня он убил бы даже вас, — заявил Том.       — Именно. Кингсли это знал. Знал, что если убить тебя, то у Гарри поедет крыша. И он поэтому первым убил его, чтобы сломать тебя.       — У него вышло, — Гарри не мог сдержать слёз от слов любимого и улыбнулся Тому.       — Том, — Джинни присела возле него, — дементоры нас убьют. Ты уже подчинял их без силы Смерти. Как?       — Я был мертвецом, — напомнил Том.       — Но ты их явно напугаешь, ведь они знали, что ты умер, — напомнила Джинни. — Мы знаем тебя настоящего. С целой душой. Ты нормальный. Ты желаешь процветания стране. Только идиот пойдёт против тебя. Мы все тебя поддержим.       — Но позволь своей поддержке не умереть. Мы посадим тебя в кресло Министра, — обещала Гермиона.       — Том, — обратился Феликс, — мсти. Ты имеешь право мстить за Гарри. Не за себя. За Гарри. Вашу Приори Инкантатем сожгли. Вашу смертную любовь убили.       — Том, спаси их, пожалуйста, а после уничтожь этих тварей, — просил Гарри.       Том ухватил Гарри за руку и накрыл губы поцелуем. Если это последняя воля Гарри, то Том исполнит её.       — Не умирай. Жди меня! — приказал Том, передавая Гарри Джинни, которая обняла его.       Том поднялся на ноги, вытаскивая палочку из кармана. Патронусы становились всё тускнее, ведь волшебники видели, как умирал Повелитель Смерти, отчего страх побеждал. Один дементор подлетел к Тому и застыл в метре, боясь пошевелиться. Том глядел на них всех алым взглядом, а кончик его палочки сиял синим цветом.       — Говорят, Грин-де-Вальд применял какое-то заклинание с синим пламенем, — припомнила Минерва. — Неужели оно губительно дементорам?       — Наверное, ведь заклинание остановил только щит из света, — помнила Нарцисса.       Том тут же поднял палочку и весь Хогсмид накрыло синее пламя. Дементоры оказались в заточении. Они не могли выбраться, пламя не уничтожало их, но их магия ослабла. Пламя разжигалось всё больше, ведь Том становился всё яростнее. Он готов был сжечь всех. Они уйдут вместе с Гарри.       — Том, не смей! — закричал Драко. — Не умирай вместе с Гарри!       Том опустил голову, принимая решение. Гарри желал бы, чтобы Том прожил жизнь и правил, но Тому без Гарри ничего не нужно в этой жизни. Дементоры оказались в ловушке, и Том готов был убить и их, и себя.       Огромнейший Патронус пронзил всё, уничтожая дементоров, не позволяя Тому убить тех. Но пламя никуда не исчезло. Защитник волшебника приобрёл форму животного и подошёл к Тому, который удивлённо распахнул глаза.       Олень.       — Гарри!       Том обернулся и увидел стоящего на ногах и целого Гарри, а рядом с Гарри Аберфорта, который держал в руках кулон с каплей.       — Альбус оставил мне одну каплю, на всякий случай. Для Гарри, как он сказал, если тот переживёт Волдеморта. Я больше не должен своему покойному брату. На будущее: у меня полный дом безоаров, — заявил Аберфорт.       Том тут же потушил синее пламя, а Гарри, держа в руках Бузинную палочку, стоял невредимым. Гонт не мог пошевелиться, боясь, что он надышался дементоровской магии и всё это мираж. Гарри подошёл к нему и увлёк в глубокий поцелуй, обнимая и возвращая в реальность.       — Гарри, — Том разорвал поцелуй, обнимая его. — Снова из-за меня. Снова я виноват, — Тома трясло.       Впервые в жизни он не мог контролировать своих эмоций, ведь боялся потерять того, без кого не собирался жить.       — Ты рехнулся? Ты собрался испепелить себя! — кричал Гарри яростно.       — Рехнулся. Давно, — не стал скрывать Том.       — Теперь все знают, что ты — Лорд Волдеморт. Предлагаю завтра же выйти на работу.       Том засмеялся и обнял Гарри. Плевать на прессу. Плевать на свидетелей. За год Тома полюбила страна. Его любил Гарри. И зная, что Том лучший предводитель Британии, Поттер подарил всем Гонта.       — Люблю тебя, смерть моя, — шептал Том. — Ты — моя душа, моё сердце, я без тебя не собираюсь жить.       — Как и я без тебя, мой аспид. Моё Темнейшество, — Том показал слабину, но он не мог её скрывать, когда чуть не погиб Гарри.       — Маркус, — обратился Том, глядя на Флинта, — ищи, где хочешь, но найди мне Патрика Вейна, Кингсли Шеклболта, Джона Долиша, Стерджиса Подмора и Аврору Синистру! Они напали на Национального героя. Я вернулся вразумительным. С новым именем, но я — Лорд Волдеморт. Новый и опаснейший. Найдите мне предателей!       — Будет сделано, Министр… Милорд? — не понимал, как обращаться к Тому Маркус, а тот махнул рукой и снова заключил Гарри в объятия.       — Я не пойму, нам его бояться или это тот самый Том? — улыбнулся Деннис. — Или Томурас, которого мы знали весь год, и который нравился всей стране?       — Его зовут Томурас Гонт, — напомнил Эван. — А прошлое должно оставаться в прошлом. Безумец заплатил за злодеяния, почему вменяемый не имеет право на жизнь?       — Мертвых не вернуть, — заявил Тео. — Да и Волдеморт убил меньше народу, нежели кажется. При нём его подчинённые творили произвол, а этот будет контролировать всех. Касательно недовольных? Так у нас есть Повелитель Смерти.       — И клык василиска у Долиша, — напомнила Джинни.       — Изымем, — обещал Маркус, обнимая Оливера.       — Драко, — обратился Эван, — ты говорил, что к твоей свадьбе на первое июля всё готово? Гринграссы не в счёт, ведь твои родители тоже всё готовили? В твоём поместье?       — Да, — улыбнулся Драко, не понимая любимого.       — Сделаешь меня Малфоем?       Драко растерялся, удивлённо посмотрел на Феликса и довольную Винду, которая хвасталась кольцом Главы Рода, которое ей передал отец.       — Я отказался. Ради тебя, — заявил Эван.       — Я пока не Глава Рода, но если ты готов слушать моего отца…       — Да мы же полжизни будем для себя жить, пока твой отец занимается всеми делами, — улыбался Эван. — Теми, что может заниматься из дома. На другие дела у него есть твоя мама. Так что?       — Готовься стать Малфоем! — радовался Драко, утаскивая Эвана в поцелуй.       И пока все радовались за влюблённых, Гермионе дошло, что всё Министерство и его защита набрана именно Томурасом Гонтом. Всё упревление в одних руках, но без Гарри Волдеморту ничего не нужно. Значит, Волдеморт и правда умер, а это — Том Реддл. Обычный Том Реддл, со знаниями Тёмного Лорда и с опытом в семьдесят лет. С таким набором знаний можно страну отдать семнадцатилетнему подростку, хотя он просто так выглядит, душа старше.