Взлёты и падения

      — Держись рядом.       — А я что делаю? — так же шёпотом спросила я гнома. Тот лишь в ответ раздражённо выдохнул, крепче сжимая в руках Оркрист.       Слева от меня Кили начал готовить лук. Торин дал молчаливую команду, и когда, казалось бы, варг прыгнет на нас со спины, был сделан первый, но меткий выстрел. К сожалению, как я и думала, остальные преследователи услышали визги твари, так что, недолго думая, мы снова побежали.       С каждым разом, когда рядом пролетала туша какого-то орка, или даже когда проскакивала мысль, что ещё немного — и от меня останется только лужа крови, нападающие умирали рядом, оставаясь со стрелой в глазнице либо с раздробленным черепом, что оставлял Двалин.       Гэндальфа я уже давно потеряла из виду, полагая, что он, скорее всего, в поисках тайного прохода.       — Мы окружены! — крикнул Фили, параллельно отбиваясь от тёмных созданий.              Двалин встал передо мной, оттесняя к хоббиту, при этом не останавливаясь в нанесении смертельных ударов врагу. Кили без конца выпускал стрелы, однако запас их постепенно иссякал.       Когда Гэндальф наконец появился в моём поле зрения, я наконец-то выдохнула и указала на него остальным.       — Сюда, безумцы!       — Давайте, бегом! — Торин был первым, кто подбежал к укрытию, скрытому за каменной расщелиной, но стал спускаться, пропуская остальных и подгоняя тех, кто отставал.       Схватив хоббита за руку, я потащила его вперёд; за спиной маячили другие гномы, Кили успевал на ходу подстреливать слишком близко подобравшихся тварей.       — Быстрее! — торопила я хоббита.       Протолкнув хоббита вперёд, я наконец-то скатилась в расщелину. Не удержав равновесия при спуске, я упала на колени и содрала ладони, которыми упёрлась о холодный камень, однако, не обращая на боль внимания, быстро отползла в сторону.       Торин прыгнул только после того, как Кили наконец-то оказался внутри.       Прозвучал рог. Топот копыт, свист стрел. Последним, что мною было услышано, это отчаянные вопли орков, которым не повезло нарваться на отряд эльфов. Один из убитых даже скатился в расщелину. Приблизившись к орку и вырвав стрелу из его горла, Торин с презрением её откинул.       — Эльфы! — сделал вывод гном.       Двалин не стал разбираться в причастности остроухих и прошёл вперёд.       — Я не вижу, куда ведёт этот ход! Мы идём или нет?       — Конечно идём! — Бофур последовал за Двалином.       — Мудрое решение, — тихо ответил Волшебник.       Отряхнув пыль со штанов и вытерев наконец-то ладони, прошипев сквозь зубы от мимолётной вспышки боли, я последовала за остальными, при этом держась рядом с Бильбо.       Тот, очевидно, заметил мою лёгкую травму, но благоразумно промолчал, когда убедился, что всё в порядке. Что ж, могло быть и хуже.       Чем дальше продвигался наш немногочисленный отряд, тем больше мыслей закрадывались в мою голову, и тем чаще я чувствовала, что на меня начинает накатывать истерика. Сжимая ладони в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в кожу, я старательно делала вид, что всё хорошо, надеясь на то, что уже наедине я смогу разобраться со всеми этими эмоциями.       Наконец-то был увиден выход. Вышла я последней, но так и застыла наравне с хоббитом, будучи поражённой красотой этого места. Архитектура была словно ненастоящей, какой-то парящей, но такой притягательной, что начинало захватывать дух, и плохие мысли постепенно уходили на время.       К своему счастью, я пропустила перепалку Торина и Гэндальфа, так что могла спокойно спускаться по лестнице с отрядом, запечатлевая в голове все образы. Вдалеке появился первый эльф. Он медленно спускался навстречу нам, сразу же признав волшебника.       Я не слушала их диалог, прекрасно зная, о чём речь. Чуть позже были услышаны звуки приближения отряда лорда Элронда, что окружили нашу скромную компанию.       — Приветствую тебя, Торин, сын Трайна, — переговорив с волшебником, сказал эльф.       — Я полагаю, мы не знакомы.       — У тебя манеры твоего деда. Я знал Трора.       — Да? Он никогда не упоминал о тебе.       Элронд явно заметил недовольство и презрение Торина, но благоразумно проигнорировал его отношение, произнеся на эльфийском приглашение к столу, что было воспринято по незнанию Глоином как оскорбление. Впрочем, также быстро он стал благодушным, поняв, о чём идёт речь.       Гномы прошли вперёд. Есть я хотела меньше всего, но вот смыть с себя грязь и наконец нормально помыть волосы и тело я хотела неимоверно. Словно прочитав мои мысли, Элронд велел провести меня Линдиру в отдельные покои, что тот выполнил сразу же, игнорируя недовольные взгляды гномов.       Шагая с эльфом наедине по коридору, не ожидать расспросов было бы странно.       — Позвольте поинтересоваться, леди…?       — Надежда. Опустим формальности.       — Что девушка делает в отряде гномов, волшебника и полурослика?       — Иду с ними, очевидно.       Эльф пропустил мимо ушей моё нежелание подробно всё рассказывать, однако поменял тактику и начал расспрашивать о других вещах.       — И какую же роль вам отвели в отряде?       — Предостерегать и давать советы, полагаю.       — Оу…-Приподняв бровь, эльф остановился.— Ваши покои. Чуть позже подойдут и принесут вам сменную одежду. Желаю вам отдохнуть.       — Благодарю.       Немедля я вошла в отведённые мне покои и закрыла дверь, ненадолго прижавшись к ней ухом. Поняв, что провожающий уже ушёл, я наконец-то увидела своё временное пристанище.       Спальня в доме Элронда была залита ровным дневным светом, льющимся через высокие арочные окна. Легкие шелковые занавеси колыхались от ветра, несущего прохладу и аромат полевых цветов. Стены из светлого дерева, резные и изящные. В центре стояла низкая кровать, застеленная бельём белого цвета, а напротив неё, в резной раме из темного дерева, висело большое овальное зеркало. Рядом с ложем был невысокий столик с кувшином воды и чашей, а чуть поодаль — неприметная дуговая ниша, за которой скрывался проход в небольшую ванную комнату, где при осмотре кто-то уже позаботился наполнить купель.       Отбросив дорожный плащ, я машинально подошла к зеркалу, чтобы поправить волосы. И замерла. Из отполированной глубины на меня смотрело незнакомое лицо — бледное, с глазами, тёмными от усталости и застигшего врасплох страха, в тонких царапинах и пятнах засохшей грязи, с безжизненными спутанными прядями. Это отражение было живым напоминанием о той беготне за стенами этой комнаты. Спасительным пристанищем тут же стал видневшийся за аркой проход. Почти бегом я ринулась в ванную, по пути распуская завязки на своей рубашке и расстёгивая всевозможные пуговицы. Сняв всю одежду и положив её на стул, что стоял у стены, я стала распускать волосы, в которых застряли всякие веточки и трава. Сами они были такими грязными, что я даже передёрнулась.       У себя дома я мыла голову практически каждый день, так как начинала чувствовать себя некомфортно, если проскакивала хоть одна мысль о том, что кто-то увидит их несвежесть, что, конечно же, было не так, ведь сейчас я понимала, что большая часть моих привычек была неоправданной. Быстро расправившись с волосами и проведя по ним гребнем пару раз, я наконец-то стала опускаться в ванну. К слову, мне показалось, что они стали длиннее и уже достигали поясницы.       От горячей воды по телу тут же пробежали мурашки, и с непривычки мне даже показалось, что это был кипяток, однако, когда я уже полностью погрузилась в воду, все эти мысли испарились, уступая место невероятной расслабленности; казалось, ещё чуть-чуть — и я усну в этой воде, от которой исходил запах каких-то масел и цветов.       Окинув взглядом полочку рядом, я приметила несколько баночек, что, очевидно, были предназначены для умывания. Взяв одну из них и открыв, я принюхалась. Пахло чем-то сладким, напоминающим карамель или ваниль.       Мыть голову было таким приятным занятием, что я даже прикрывала от удовольствия глаза. Впрочем, сделать это мне пришлось раза три, пока я не была убеждена в чистоте, после чего я наконец-то помыла всё тело.       Вылезая из ванной, я даже вздрогнула от пробежавшего по коже холоду. Обмотавшись полотенцем вокруг тела, а другим на ходу вытирая волосы, я вышла обратно в комнату.       На постели лежал свёрток. Видимо, когда я мылась, не услышала, что кто-то зашёл. Сев на постель и взяв его в руки, я поняла, что это какое-то платье тёмно-зелёного цвета. Оно было таким же, как и у остальных эльфиек, только короче. Открытые плечи и ключицы; там же я нашла и пару простых заколок с замысловатым узором.       Пока я не стала его надевать. Моё внимание привлёк маленький балкончик, где стояло кресло из дерева с пледом. Туда я и пошла.       Не думаю, что за время, пока меня не было, кто-то особо спохватился. На моей памяти, гномы сейчас, скорее всего, все ещё ужинали, а после, скорее всего, отправятся читать карту, где мне не обязательно было быть.       Я почти заснула на балконе, однако стук в дверь привёл меня в чувства.       Поправляя полотенце на теле и перекинув почти высохшие волосы на плечи, я подошла к двери.       — Кто там?       — Это Балин.       Выдохнув, я приоткрыла дверь и высунула голову.       — Что-то случилось?       — Ох, я лишь хотел поинтересоваться, не против ли вы присоединиться к нам вечером. Думаю, вашей компании мы были бы рады.       Натянув дежурную улыбку, я заправила волосы за ухо.       — Я приду.       Улыбнувшись в ответ, гном быстро поклонился и ушёл.       Когда я только стала надевать платье, возникла мысль, что оно на меня не налезет. Вспоминая, какими стройными и хрупкими были эльфийки, я задумалась о том, что, возможно, мои формы будут неподходящими, однако каково же было моё удивление, когда оно село без каких-либо проблем. Видимо, путь не прошёл без последствий, и я скинула пару килограммов.       Когда я приводила волосы в порядок, стараясь аккуратно закрепить заколки, послышался стук.       Ожидая, что это Балин, я широко открыла дверь и улыбнулась, однако улыбка сползла с моего лица от неожиданности, ведь напротив стоял не он, а Двалин.       Тот удивлённо поднял брови и на секунду застыл.       — Двалин? — неуверенно спросила я.       — Я… пришёл проводить тебя.       Взяв себя в руки, он подставил мне локоть, и я, смущаясь, взялась за него. Мы, наверное, так и молчали бы до назначенного места, если бы он не нарушил тишину.       — Ты выглядишь как эльфийка.       Я опешила.       — Ну, то есть, в отличие от них, ты выглядишь красиво.       Скрыв покрасневшие щёки за волосами, я тихо пробормотала благодарность.       Наконец-то мы дошли до цели. Уже издалека было ясно, что там шумно.       Невольно сжав руку Двалина и подметив, что мышцы у него каменные, я засомневалась: а стоило ли мне вообще идти?