Глава 6. Разговор
24 февраля 2026 г., 18:48
Для Тома истинным удовольствием было лицезреть ее удивление. Это было так невинно, почти трогательно. В такие моменты он слишком четко понимал, что перед ним сидит маленькая испуганная девочка, которая никак не может справиться с той ответственностью, которую ей дала семья.
Какая глупость. Если бы у него был такой старт, а не детство в том мерзком, грязном приюте, он бы точно не прибегал к тому, чтобы пить огневиски и жаловаться бывшему преподавателю на свою жизнь, рассказывая сопливые истории про рыжеволосого гриффиндорца. В ее нетрезвом разуме образ был на самом верху, и Том пожалел, что вообще решил залезть в ее голову, ведь все слишком очевидно, и вовсе не требовалось смотреть на эту мерзость.
— Но как? Дамблдор не мог одобрить, чтобы вы были нашим преподавателем! — брови девушки поползли вверх от услышанного, а сама она повернулась, чтобы лучше видеть собеседника.
В эту же секунду его черты лица начали меняться, на что девушка принялась забавно моргать, думая, что это только кажется. Человек, сидящий напротив нее, только что повзрослел лет на десять точно. Глаза Тома утратили ту опасную темноту, которая всегда завораживала девушку, став небесно-голубыми. За ними изменились и черты лица, став более мягкими и плавными, а затем и волосы приобрели светло-русый оттенок, лишившись вместе с тем легкой кудрявости. Афродита продолжала удивленно смотреть на Тома, который, в свою очередь, лишь улыбнулся с ее яркой реакции, стараясь сделать это максимально тепло и искренне.
— Мерлин, как вы это сделали? — только и смогла спросить блондинка, все еще разглядывая новое лицо.
— И это у меня спрашивает лучшая студентка Хогвартса? — насмешливо заметил Том, но все же продолжил говорить, возвращая свой облик. — Хотя, учитывая твое состояние, я не должен быть столь строгим. Трансфигурация, Афродита. Продвинутый уровень.
— И теперь вы будете следить за мной даже в школе? — голос девушки был немного встревоженным, а слова покидали рот раньше, чем успевала обдумать сказанное.
Однако Тома нисколько не смутила подобная наглость, скорее, даже рассмешила. Сейчас Афродита была максимально открыта и честна, и это не было тем, что планировал заранее, но тем, чем ему было бы очень удобно воспользоваться.
— Ты не заключенный, а я не твой надзиратель, чтобы следить за тобой, — мягко начал он, повторяя слова из прошлого, — однако у нас действительно будет прекрасная возможность чаще видеться. Неужели это так расстраивает тебя?
— Конечно нет! — быстро ответила слизеринка, на что Том усмехнулся и, взяв бокал Афродиты, наполненный янтарной жидкостью, медленно сделал глоток.
— Я, скорее, боюсь, что вы увидите, насколько я не соответствую ожиданиям, — грустно продолжила девушка, приняв протянутый бокал и повторив действие Волдеморта.
— А для чего тебе нужно соответствовать чьим-либо ожиданиям, Афри?
На этот вопрос Афродита ответить не могла. Ни себе. Ни ему.
И он это прекрасно знал, поэтому с хорошо скрываемым удовольствием наблюдал за ее растерянной реакцией. Судя по тому, как она сделала еще один большой глоток, этот вопрос отрезвил. Заставил вернуться в суровую реальность, почувствовать тяжесть постоянных ожиданий, чего девушка отчаянно не хотела, пытаясь исправить ситуацию очередной порцией алкоголя. Однако Том точно знал, что ей сейчас по-настоящему нужно.
— Тебе не нужно соответствовать никаким ожиданиям, от кого бы они не были. Даже от меня. Ты живой человек, который имеет право на слабости и ошибки. Запомни это, Афродита, — заученная улыбка поддерживающего и понимающего человека как нельзя лучше озарила его лицо, а холодная рука коснулась ее хрупкого плеча, и Том с удовлетворением отметил про себя, что девушка даже не дернулась. Отличная реакция.
— Я не хочу показаться грубой, но это не так просто, как вам кажется, — неуверенно и медленно говорила Афродита, внимательно следя за его лицом, и когда поняла, что Том позволяет говорить дальше, продолжила. — С самого детства у меня будто не должно было быть своего мнения, и это так давит, — печальным голосом закончила девушка, погрузившись в свои мысли.
«Какая досада. Все дети маггловского приюта пожалели бы тебя, непременно, — подумал Том, — только интересно, в какой именно момент? Когда они натирали до блеска туалеты в качестве наказания за то, что просто дышат воздухом? Или когда им приходилось прятаться в бомбоубежище, плакать и содрогаться от каждого прилета? Или, может, когда этим детям приходилось кусать губы до крови от того, что миссис Коул, выпив дешевого алкоголя, решала устроить порку всем, кто попадется по руку? Скажи, Афродита, в какой момент им нужно было жалеть тебя? Скажи.»
— Определенно, я не смогу понять всего того давления, которое ты испытываешь ежедневно, однако, я тот, кто может помочь от него избавиться, — учтиво сказал Том, и глаза девушки загорелись надеждой.
1 сентября 1995
В поезде «Хогвартс-экспресс» царил настоящий хаос. Помимо неусидчивых и гиперактивных первокурсников, все студенты явно чувствовали свободу из-за событий в конце прошлого семестра. Полная победа над Темным Лордом заставила расслабиться всех, включая Гарри Поттера, у которого впервые за все лето ни разу не болел шрам, и его друзей. Они, как и многие ученики Хогвартса, вели себя неподобающе, по мнению Афродиты. Ей не хватало терпения и сил на всех, а Аделиус Бруствер — второй староста школы и студент Когтеврана, завис в купе с пугливым первокурсником, который до ужаса испугался тарантула соседа. Проходя по коридору вагона, Афродита отметила, что Фред с радостью присоединился к общему веселью, выглядев со стороны беззаботным и счастливым. «Вот так ты скучаешь, Уизли. Ни одного взгляда в мою сторону, молодец, — подумала Малфой, — сливайся дальше с этой кучкой гриффиндорских кретинов.» И в этот момент, будто назло ее мыслям, Фред снова громко захохотал. Ей казалось, что это неправильно. Он не имеет права вот так радоваться без нее, и Афродита может и хотела, но точно не решилась сдерживать свои порывы. Дверь в купе, где безмятежно сидела золотая троица и несносные близнецы Уизли, резко открылась. Удостоив всех брезгливым взглядом, словно она зашла в вольер с глупыми обезьянами, Малфой задержала взгляд на Фреде, скрестив руки на груди. — Как жаль, что я помешала вам, — приторно мягко начала девушка, — однако, как староста, я просто не могла проигнорировать шум, который вы создаете на весь вагон. Это вам не маггловский бар, чтобы так себя вести, и вы могли бы сто раз подумать, какой пример подаете первокурсникам. Гриффиндорцы явно не ожидали такого напора, а Афродита, в свою очередь, была очень довольна их изумленной реакцией. Повисла неловкая пауза, но Фред поспешил ее заполнить своим ответом. — Не припомню такого правила, которое бы запрещало шутить в поезде, — сказал он, вставая с места. Из-за его высокого роста Афродите пришлось сильнее поднять подбородок и, помимо этого, сильно сжать кулаки от того, насколько он был близко. — Есть правило, которое требует соблюдения дисциплины и организованности в поезде, — парировала слизеринка, смотря Фреду в глаза. Тот, в свою очередь, не стеснялся смотреть в ответ, буквально поедая ее взглядом, в котором смешалось слишком много эмоций, но одну из них выделить получалось. Кажется, он действительно был рад видеть Афродиту. — Я не нарушаю дисциплину тем, что разговариваю со своими друзьями в купе поезда, — напористо проговорил рыжеволосый, не сводя с Малфой взгляд, будто остальные в купе стали для него фоном. — Если бы не нарушал, мне бы не пришлось выслушивать жалобы от первокурсников. В твоей голове серьезно не могут уместиться настолько простые вещи? — Простите, мисс идеальность, что я могу себе позволить смеяться с друзьями вместо того, чтобы ходить по вагонам и смотреть за малышами, которые и без присмотра вполне могут нормально доехать, и, кстати, вам могу посоветовать последовать моему примеру, чтобы не ходить с таким кислым лицом, — ехидно ответил Фред, наблюдая за тем, как блондинка начинала закипать. Только слепой не заметил бы искр, которые буквально витали между ними. Гарри и Рон, возможно, и относились к таковым в плане чувств и эмоций, ввиду своего возраста, однако Гермиона и Джордж все прекрасно поняли. Это не был спор старосты и провинившегося студента, и если бы Афродита хоть на секунду отвела взгляд от Фреда, то несомненно поняла бы, как это выглядит со стороны. — Свои советы можешь раздавать грязнокровкам, которые, как я посмотрю, не против слушать твой бред, — негромко сказала Малфой, явно вкладывая во фразу свою обиду на парня, и быстро вышла из этого чертового купе. Фред не заметил, что еще какое-то время простоял, смотря ей вслед и совершенно пропуская мимо ушей то, что говорили ребята. Отдельное купе для старост школы сейчас было лучшей вещью, которую только можно было представить. Афродита села у окна, наблюдая за быстро меняющимся пейзажем и стараясь спрятаться от этого мира. Зачем она так поступила? Ей стало интересно, как бы на ее месте поступил Том. Прикрыв глаза, Афродита снова прокручивала в голове их вчерашний разговор. Он действительно понимал ее лучше, чем кто-либо, знал все ее настоящие проблемы и, самое главное, предлагал решение. Стук в дверь вернул ее из мира мыслей. Повернув голову, Афродита заметила брата, который счел этот поворот головы за разрешение присоединиться, нарушив ее одиночество. — Мне смешно с этих недоумков, которые думают, что все кончено, — раздраженным голосом начал Драко, сев на место напротив девушки, — Крэбб и Гойл тоже так считают. Насколько же они тупые, как всегда ничего не понимают. — И ты пришел поплакаться о своих глупых друзьях? У нас что, с факультета всех, кроме этих придурков, отчислили? — посмотрев брату в глаза, спросила Афродита. Подобные разговоры начались еще с первого курса, когда Драко только поступил в Хогвартс. Он сам выбрал себе в друзья таких недоумков, и Афродита просто не понимала, зачем вообще тратит время на них. И сейчас, когда парень был уже на пятом курсе, эта проблема все еще не решена, что для Афродиты было слишком странным и непонятным. Гораздо лучшим другом для брата она видела Теодора Нотта. Он умен, спокоен, рассудителен, только вот совершенно не нуждается в пустом общении, да и восхвалять Драко, как это делали остальные, он не собирался. Афродита заметила, что именно последний фактор сильно мешал брату проявлять инициативу в этом направлении. — А с кем мне еще общаться? Опять что-то скажешь про Нотта? Конечно, он же такой умный и рассудительный, не то, что я! — выпалил Драко и резко отвернулся к окну. Афродита не сдержала тихий смешок, чем еще больше, по всей видимости, разозлила брата. Для нее такая картина была слишком комична, но, как только она захотела продолжить говорить, их снова отвлек стук в дверь. В мыслях у девушки пронеслось, что отдельное купе для старост превратилось в проходной двор, но, когда повернула голову и заметила Теодора Нотта, то, улыбнувшись, сразу же встала и открыла дверь. — У тебя есть какой-то вопрос к старосте, Теодор? — как можно строже спросила Афродита, однако на ее лице так и сияла улыбка.
