Кэйл Хенитуз и несчастные полубоги.

Перси не понимал, как до этого дошло. Он думал, что они наконец-то выбрались со свалки, но нет. Из-под обломков поднялся бронзовый гигант, облачённый в полные греческие боевые доспехи. Он был невероятно высок, и его тело зловеще блестело в лунном свете. Левая сторона его лица была расплавлена и обезображена, и от каждого его шага содрогалась земля. На его груди, покрытой толстым слоем пыли, было нацарапано послание огромным пальцем: ВЫМОЙ МЕНЯ. У Зои перехватило дыхание. — Талос, — прошептала она. У Перси внутри всё оборвалось. «Кто… кто такой Талос?» — Одно из творений Гефеста, — мрачно произнесла Талия. — Но это… это не может быть оригиналом. Он слишком маленький. Возможно, это прототип. Неисправная модель. При слове «неисправная» Талос, казалось, ощетинился. Его массивная рука потянулась к поясу, и он вытащил ржавый, тусклый — но невероятно массивный — меч. Лезвие со скрежетом высвободилось, и воздух наполнился визгом. Кто-то что-то взял. И Талос был недоволен. Зои оглядела группу, её глаза сузились от подозрения. «Кто-то что-то украл», — сказала она резким голосом. «Кто что-то взял?» Её взгляд, полный обвинения, остановился на Перси. Перси покачал головой. «Я много чего умею, но я не вор». Бьянка молчала. В её взгляде читалось что-то — возможно, чувство вины, — но у них не было времени об этом думать. Гигантский дефектный Талос сделал шаг вперёд, сократив расстояние между ними вдвое и заставив землю под ними задрожать. — Беги! — крикнул Гровер. Совет был дельным, вот только убежать от автомата было невозможно. Даже двигаясь медленно, он мог легко их догнать. Группа разделилась, как и в случае с Немейским львом. Талия подняла щит и побежала по шоссе. Талос взмахнул своим массивным мечом, разрубив несколько линий электропередачи. Взлетели искры, и на её пути образовался опасный поток электричества. Зои выпустила несколько стрел в морду существа, но они бесполезно отскочили от его бронзовой шкуры. Гровер в панике замычал, как козлёнок, и вскарабкался на высокую груду металла. Бьянка и Перси оказались прижаты друг к другу за обломками разбитой колесницы. — Ты что-то взяла, — сказал Перси, настороженно глядя на неё. — Этот лук? — Нет! — голос Бьянки задрожал. — Я не брала лук! К тому же уже слишком поздно. — Тогда что же ты взяла? Прежде чем она успела ответить, воздух наполнился глубоким скрипучим звуком. Над ними нависла тень. — Ложись! — Перси схватил Бьянку за руку и оттащил её в сторону, когда нога Талоса с грохотом опустилась на землю, оставив воронку там, где они прятались. «Эй, Талос!» — крикнул Гровер издалека. Но автомат уже снова поднял меч, на этот раз целясь в Бьянку и Перси. Гровер заиграл на своей тростниковой флейте неистовую мелодию. Опора линии электропередачи ожила и обвилась вокруг массивной ноги автомата. По его корпусу пробежала искра. Талос содрогнулся, и его движения на мгновение замедлились. Перси воспользовался шансом. «Давай!» — подтолкнул он Бьянку. Но она не пошевелилась. Вместо этого она полезла в карман и достала маленькую металлическую фигурку — статуэтку бога. «Это… это было для Нико», — призналась она едва слышным шёпотом. «Это была единственная статуя, которой у него не было». Перси недоверчиво уставился на неё. «Ты думаешь о мифомантике в такой момент?» На глаза Бьянки навернулись слёзы. «Брось это, — сказал Перси. — Может, великан оставит нас в покое». Она неохотно бросила фигурку, но это не остановило Талоса. Автомат переключил внимание на Гровера. Он снова взмахнул мечом и вонзил его в груду хлама. Лавина металла обрушилась вниз, похоронив Гровера под собой. — Нет! — вскрикнула Талия. Она направила копьё, и из него вырвалась молния, ударившая Талоса в колено. От удара металл прогнулся, и автомат на мгновение повалился, но тут же поднялся на ноги. Было невозможно понять, чувствует ли он боль — его расплавленное лицо ничего не выражало, — но если двадцатиметровый бронзовый воин мог злиться, то он определённо злился. Талос поднял ногу, чтобы топнуть, и Перси заметил кое-что: подошва была протёрта, как у кроссовок. В пятке была дыра, достаточно большая, чтобы в неё можно было пролезть. Вокруг неё были написаны красные слова: «ТОЛЬКО ДЛЯ ОБСЛУЖИВАНИЯ». «Время безумных идей», — пробормотал Перси. Бьянка, всё ещё не оправившаяся от потрясения, повернулась к нему. «Всё что угодно». «Возможно, есть способ это контролировать, — сказал он. — Переключатели или что-то в этом роде. Я собираюсь проникнуть внутрь». Лицо Бьянки исказилось от беспокойства. «Как? Тебе придётся встать у него на пути! Тебя раздавит!» «Отвлеки его», — сказал Перси, уже готовясь к броску. «Я рассчитаю время». Она стиснула зубы. «Нет. Я пойду». «Ты не справишься. Ты новичок в этом деле! Ты погибнешь». «Это я виновата, что монстр погнался за нами, — сказала она. — Это моя вина. Вот». Она вложила маленькую статуэтку ему в руку. «Если что-нибудь случится, отдай это Нико. Скажи ему… скажи ему, что я прошу прощения». — Бьянка, нет! Но она не стала ждать. Она бросилась к левой ноге великана, осторожно ступая по неустойчивым металлическим обломкам. «Что она делает?» — воскликнула Зои. «Заставь его поднять ногу!» — крикнула в ответ Бьянка. Стрела Зои попала прямо в одну из ноздрей Талоса. Автомат напрягся и раздражённо покачал головой. — Эй, Мусорщик! — крикнул Перси. Он подбежал к огромному пальцу и рубанул его «Вспышкой», оставив в металле светящуюся рану. Талос сосредоточился на нём и поднял ногу, чтобы втоптать его в землю. Перси развернулся и побежал, а в следующее мгновение нога опустилась в нескольких сантиметрах от него, подбросив его в воздух. Он с болезненным стуком врезался в холодильник «Олимп-Эйр» и на мгновение потерял сознание. Талос навис над ним, готовый нанести последний удар. Но Гровер, чудом выбравшийся из-под обломков, сыграл на своей свирели ещё одну отчаянную мелодию. Силовой столб качнулся, как дубинка, и ударил Талоса в бедро. Автомат снова повернулся, но Гровер был слишком слаб, чтобы бежать. Он споткнулся и упал, слишком обессиленный, чтобы подняться. — Гровер! — Талия и Перси бросились к нему, понимая, что не успеют. Талос поднял меч — и замер. Великан склонил голову набок, словно услышал знакомую мелодию. Он начал беспорядочно двигаться, размахивая руками в абсурдно неестественном ритме. Затем, к их изумлению, он ударил себя по лицу. — Беги, Бьянка! — крикнул Перси. Зои пришла в ужас. «Она внутри?» Автомат содрогнулся и резко дёрнулся, словно ведя внутреннюю борьбу. Он пошатнулся и отступил назад, ближе к линиям электропередачи. «Как Бьянка выберется отсюда?» — спросила Зои дрожащим от страха голосом. Талос пошатнулся, его тело начало распадаться на части из-за перегрузки цепей. Его правая рука оторвалась и упала на свалку. Затем отделилась и левая рука. Он споткнулся, его лодыжка застряла в проводах. «Берегись!» — предупредил Перси, но было слишком поздно. Талос задрожал, по его телу пробежала искра электричества. Автомат покачнулся, вот-вот готовый рухнуть, его массивная конструкция грозила раздавить всё вокруг. Затем земля задрожала. Из земли поднялись огромные валуны, образовав каменную стену, которая приняла на себя тело Талоса, прежде чем оно успело упасть. Зрелище было одновременно ужасающим и ошеломляющим — казалось, сама природа вмешалась, чтобы остановить разрушение. А потом с неба... Появилась фигура. Кэйл Хенитус спустился вниз, его рыжие волосы сияли в лучах утреннего солнца. Его длинное пальто мягко шелестело, когда он приземлялся, и казалось, что он вышел прямо из сна. Он был не просто великолепен — от него захватывало дух. На мгновение все замолчали. Даже Перси, который повидал немало странного, мог только смотреть во все глаза. Цепкий взгляд Кэйла скользнул по обломкам. Не говоря ни слова, он поднял руку. Валуны слегка сдвинулись, вдавливаясь в сочленения Талоса и гарантируя, что автомат больше не сдвинется с места. Перси наконец обрёл дар речи. «Кто... твой отец?» Тишина. Биение сердца. Кэйл ошеломлённо посмотрел на него и спросил: «Что?»