Плечи в веснушках

Сергей лежал на кушетке. В глаза бил яркий свет, пахло спиртом. Кто-то обрабатывал его перепачканное кровью лицо. На языке чувствовался металлический привкус.        Софа бросила мокрую ватку в лоток, по каменному полу раздался стук её каблуков, а потом скрипнула дверь.        — Отведите его обратно, — голос Рубинштейна звучал, как сквозь толщу воды. Сергей прикрыл глаза. Кушетка холодила затылок. Сейчас его заставят подняться и вернут в палату с мягкими стенами.        Серёже казалось странным, что он лежит здесь и по-прежнему дышит. Он помнил взмах чёрных крыльев и странное ощущение, что сейчас всё закончится.        — Твой друг детства, Олег Волков!        Сердце ухнуло вниз. Слова, сказанные Димой Дубиным — кажется, так звали напарника Грома — раздались в голове безжалостным звоном.        Почему Игорь спрашивал про Олега?        Сергей рвано выпустил воздух из лёгких. Взгляд снова скользнул к потолку. В уставшие глаза ударил холодный свет лампы.        Кто-то похлопал его по плечу, принуждая принять вертикальное положение. Лицо болело. Серёжа поморщился, когда его заставили подняться с кушетки и встать босыми ногами на ледяной пол.        Наверное, не будь он сейчас настолько разбит, он попросил бы не отводить его обратно в палату. Это было бессмысленно, он с трудом держался на ногах, но даже зная, что там будет возможность лечь и заснуть — страшно не хотел туда возвращаться.        — Твой друг детства, Олег Волков!        Перед ним распахнулась решетка. Серёжа только сейчас уловил знакомый запах женских духов и понял, что в палату его ведёт Софа в сопровождении двух санитаров.        «Олег умер. Перестань тешить себя надеждой. Ты же помнишь, как ужасно её терять».        Мягкий пол прогибался под ногами. Сергей слышал, как звякнул в руках санитара ключ. Решетка захлопнулась, а следом за ней, тускло сверкнув, закрылась зеркальная дверь. Серёжа увидел своё мутное отражение.        — Твой друг детства, Олег Волков!        Разумовский хотел провести ладонью по лицу, но вовремя вспомнил, в каком оно сейчас состоянии. Пальцы дрожали, в теле сильнее обычного ощущалась ужасная слабость.        «Олег умер. Прекрати», — сказал он себе. Под сердцем всё равно что-то сжалось, и Серёжа почувствовал в горле комок.        Если Игорь спрашивал про Олега, может быть…        — Никто не придёт, — Сергей беззвучно шевельнул губами, пытаясь остановить бег собственных мыслей. Никто не придёт, потому что за стенами лечебницы нет ни одной живой души, которой он был бы дорог. Он умрёт здесь, в этой комнате с мягкими стенами, и по нему некому будет скучать.        — Твой друг детства, Олег Волков!        Серёжа закрыл глаза, а потом лёг на пол, отворачиваясь от холодного зеркала, и тихо и горько заплакал.