Твой неверный / Unfaithfully Yours by Hajer Hamdi

Райан

«Он перспективный, правда?» «Что?» Я посмотрел на отца Джереми, Карла, и только тогда понял, что он сказал, увидев, что он ждет ответа. «Э-э... Да», сказал я, глядя на его сына на поле. «Он быстрый. И чутье у него хорошее». Он кивнул, с удовольствием наблюдая за тренировкой. Из всех ребят, которых я тренировал, Джереми был одним из лучших. В четырнадцать лет трудно было сказать, приведет ли это к карьере, но для таких парней, как его отец, который играл в школе, это было так же важно, как и для самих ребят. Наверное, даже важнее. «Он далеко пойдет», согласился он, гордо улыбаясь. Я кивнул, подыгрывая ему. Это был навык, который я развил за годы работы тренером в старшей школе. Делать родителей счастливыми было частью игры, и обычно я не возражал. Это давало мне повод пообщаться с кем-то, кроме школьных учителей или моей небольшой группы друзей. К сожалению, мысли о них вернули меня к Камрану. Честно говоря, не нужно было много, чтобы я о нем вспомнил. С тех пор, как я вернулся домой в воскресенье вечером, в моей груди лежал камень, и он так и не сдвинулся с места. Футбол напоминал мне о нем. Парни с зелеными глазами, как у отца Джереми, напоминали мне о нем. Даже дыхание было напоминанием. Сердце начинало биться чаще, когда я думал о том, что произошло, а думал я об этом постоянно. Я был на грани развития тревожного расстройства из-за этого. Паническая атака, скорее всего, свалила бы меня с ног, если бы кто-нибудь спросил меня, как прошел уик-энд. «Ты смотрел игру?» спросил Карл. Я сразу же задохнулся. «Э-э... Да. Да, смотрел», удалось мне вымолвить. Карл не обратил особого внимания на мое явное замешательство и начал рассказывать о том, как он разочарован игрой, которую я даже не помнил, потому что был чертовски отвлечен Камраном, который ходил туда-сюда и нервничал... а потом я вспомнил, как он был в моих объятиях, как мое сердце разрывалось, когда я видел его в таком состоянии, как я хотел, чтобы все это исчезло для него. То, как он чувствовал себя под мной, целуя меня, его член против моей ладони, горячий даже через джинсы... Жар поднялся по моей шее, когда всё вернулось назад с особой ясностью, потому что я был достаточно пьян, чтобы сделать это, но не настолько, чтобы не помнить. Моё тело зачесалось, кровь хлынула вниз, пытаясь вызвать ещё одну нежелательную эрекцию, как это происходило время от времени с момента инцидента. К счастью, я был слишком в панике, чтобы полностью возбудиться, поэтому кровь просто бежала по венам, заставляя сердце биться чаще. Я пытался игнорировать это и каким-то образом умудрился отвечать в нужные моменты на все, что говорил Карл, а потом, слава Богу, тренировка закончилась, и пришло время отправлять всех домой. «Хорошая тренировка», сказал я детям. Я забыл попрощаться с ними и с родителями, которые пришли посмотреть, и даже не заметил этого, пока не сел в машину на парковке, обхватив руль руками и пытаясь дышать. Почему я это сделал? Почему я залез на своего лучшего друга и целовался с ним? Теперь, когда я был один, мой член быстро подчинился и набух, натянув джинсы до неудобства. Я, конечно, не буду трогать его. Я же, блядь, на работе. Я уже терял рассудок из-за этого. Не было нужды терять из-за этого еще и работу. Дрожащими руками я достал из бардачка телефон, который пытался игнорировать. Камран не написал мне ни одного сообщения, и я его не винил. Я проснулся с похмельем и мучил себя в понедельник утром. Кам, наверное, думал, что я еще больший мудак, чем я себя чувствовал. Он был женат, а Мелисса была моей подругой. Я любил ее как сестру. По крайней мере, я так думал, но, видимо, недостаточно, раз я так поступил. А может, я просто любил Камрана больше, чем ее. Я не мог притворяться, что это не так, правда? Нет. После многих лет, когда я держал свои чувства в себе, где никто не мог их увидеть, я случайно дал им просочиться наружу. Я любил Камрана больше всего на свете и теперь знал, что ничто не сможет это изменить. Я только надеялся, что Камран не знает. Что он винит пиво. Что он не оттолкнет меня, как я всегда боялся, если узнает. Когда я наконец посмотрел на телефон, новых сообщений и пропущенных звонков не было. Я хотел, чтобы Камран разбил лед, потому что я не думал, что смогу. Я не мог смотреть ему в глаза после того, как так себя выдал. Камран был для меня больше, чем лучший друг. Он был всем для меня. Когда я был молод и глуп, я продолжал встречаться с девушками, чтобы все выглядело убедительно. В какой-то момент я действительно думал, что отношения с кем-то, кто полностью противоположен тому, кого я хочу, — лучший способ дистанцироваться от этого, но от Камрана я не мог уйти. Я смирился с этим и никогда не планировал переступать черту. Я даже не хотел этого. Я не хотел его потерять. К тому же он был женат! На женщине, которая ему изменяла, напомнил я себе. Сделав дрожащий вдох, я раскрыл нашу последнюю переписку с воскресенья. Она заканчивалась его просьбой прихватить пива по дороге. Теперь я жалел, что прихватил. Я бы не оказался с языком у него в горле, если бы не был так пьян. Он бы мне этого точно не позволил. Он был гетеросексуален, как все гетеросексуалы. По крайней мере, я всегда так думала, но пьяный и уязвимый человек может принять один-два поцелуя, верно? Дрожащими руками я набрал сообщение. ЭЙ СООБЩЕНИЕ ОТПРАВЛЕНО — я ждал с нетерпением, не в силах сесть за руль, пока не узнаю, ответит он или нет. Камран никогда не заставлял меня долго ждать. Полагая, что ничего не изменилось, я получил бы ответ в ближайшее время. Мой телефон зажужжал. ЭЙ НИКОГДА РАНЬШЕ ДВЕ БУКВЫ НЕ ВЫЗЫВАЛИ У МЕНЯ ТАКОГО ВОСТОРГА. Я резко выдохнул и прижался лбом к рулю, чувствуя, что снова могу дышать. Мой телефон снова зажужжал. ТЫ ВСЕ ЕЩЕ СОБИРАЕШЬСЯ в пятницу к Дэйву? ДА. Конечно. МОЙ ОТВЕТ получил только лайк, но это был такой обычный обмен сообщениями, что я почувствовал, что могу снова расслабиться. Наконец, я завел машину и поехал домой, с чувством, будто с плеч сняли груз. Это был лучший вариант развития событий. Камрану не нужно было, чтобы его друзья вытворяли с ним всякие странности, пока он разбирался с тем, что там затеяла Мелисса. Ему нужна была стабильность и поддержка. Честно говоря, я облажался. Я собирался извиниться за это еще раз, на этот раз трезвым. Я не хотел, чтобы он чувствовал себя виноватым за то, что произошло, когда он просто лежал пьяный, а я его трогал. И хотя я тоже был пьян, я чувствовал себя таким виноватым, что аж жгло. Особенно потому, что это было так приятно. Все мои нелепые фантазии блекли по сравнению с его настоящими губами на моих. «Я заглажу свою вину», пообещал я ему вслух. Я только надеялся, что он не будет держать на меня зла. Что он поймет, и все станет нормально. Что он не догадается, как мне было трудно удержаться от того, чтобы прикоснуться к нему, и как естественными казались мне эти объятия и поцелуи.