Школа Бёклин

      Это был неприлично-обычный летний день. 6 июня. Солнце грело аккуратно уложенный асфальт, ветер пересчитывал листья на деревьях, пёстрые рекламные вывески издавали едва слышный гул. Где-то вдалеке остановился автобус. Пустая жизнь шла своим чередом.       Ирусу первым выскочил из автобуса. Его друзья шли следом.       Кто такой Ирусу и его друзья сегодня? Ирусу – это открытый, приветливый юноша шестнадцати лет, полный решимости в своих действиях и простоты во взгляде. Следом за ним шли Корицуси, Кодокуси и Доккёси.       Корицуси была хоть и младше, но куда решительнее остальных. Длинные тёмные волосы, строгий взгляд, спортивная фигура. Проигнорировав ступени, она одним движением выпрыгнула из автобуса и, не задумываясь ни секунды, произнесла: «Мда, ну и дыра!»       Кодокуси была полной противоположностью своей подруги: волосы короткие, дрожащий взгляд. Грациозно, будто бы порхая, она спустилась к остановке и нежным голосом проропотала: «Ну, а мне тут нравится».       Последним, гордо выпрямив спину, но не поднимая скучающих глаз, вышел Доккёси – хладнокровный староста, избранный лидером и по заслугам, и по старшинству – в свойственной ему манере, не сказав ни одного лишнего слова. Ирусу: Я уверен, Моттаинаи точно будет здесь! Кори: У нас каждый раз «точно будет здесь», идиот! Ирусу: Да-а, я знаю. Это потому, что мы каждый раз рядом с целью, но чуть-чуть ошибаемся… Кори: Вот именно, что «ошибаемся»! Сколько времени я на вас, придурков, потратила! Лучше бы осталась дома, занялась шитьём… Кодо: Ого! Корицуси, ты снова занимаешься шитьём?!       Багрянец на щеках стал ответом. Докк: Хватит. Вы слишком много болтаете – да ещё и всегда об одном и том же.  Ирусу: Доккёси прав, меньше слов и больше дела! Вы поспрашивайте местных, а я… Тоже поспрашиваю местных, но ближе к центру города! Ну же, ребят, больше оптимизма – нас ведь аж четверо, мы просто не можем не справиться!       Не дожидаясь реакции остальных, Ирусу устремился вперёд. Он не знал наверняка: последуют за ним остальные или нет – всё это уже не было важно, ведь он был чётко уверен, что Моттаинаи где-то там, впереди. Докк: Как думаете, он правда не замечает или делает вид, что не замечает? Кори: Конечно же не замечает, дебил! Ирусу слишком тупой, чтоб врать! Да и какая разница? Главное – Моттаинаи, а всё остальное – чушь!       Никто из друзей Ирусу, как и пустой город, не смог возразить.       Сам же Ирусу был уже глубоко в городе. Иногда он останавливался, чтоб внимательно вчитаться в расклеенные объявления и содержания вывесок, но большую часть времени просто бежал вперёд, выкрикивая: «Моттаинаи! Моттаинаи! Выходи!» – но ответом ему было лишь эхо, раз за разом вторящее: «Выходи! Выходи! Выходи! Выходи…».       Затем на горизонте показалось громадное здание, будто бы сторонящееся других домов. Не нужно быть детективом, чтоб определить, что это была школа. «Школа Бёклин», если быть точным и верить многократно указанному названию. Это было крайне старое здание из позапрошлого века, но крайне хорошо сохранившееся. У входа стоял мужчина средних лет в деловом костюме и нервно курил. Ирусу: Извините! А вы не видели Моттаинаи?       Ирусу окликнул незнакомого мужчину без тени сомнения, будто бы зная его много лет. Куда больше, чем прожил сам.       Мужчина затушил недокуренную сигарету. Мужчина: Да, видел. В глубине этой школы, она ждёт вас в кабинете директора, на третьем этаже. Ирусу: Да?! Не может быть! Это отличная новость, господин… А как я могу к вам обращаться, господин курящий мужчина? Мужчина: Кароши. Кароши: Зови меня господин Кароши. Я работал здесь учителем. Ирусу: Звать вас господин Кароши, работали учителем, понял! А чем тогда занимаетесь сейчас? Кароши: Подрабатываю. Подождём твоих друзей внутри. Идём. Ирусу: Идёмте!       Дверь в школу отворилась с ужасно неприятным скрежетом. Света внутри не было, но в помещении всё равно было светло из-за распахнутых окон. Господин Кароши небрежно сел на одну из свободных лавочек для смены обуви. Обувь менять он не планировал, зато зажёг ещё одну сигарету.       Ирусу хотел расспросить его обо всём на свете, но не мог произнести ни слова – чьё-то безмолвное присутствие похитило его дыхание. Очень быстро картина прояснилась: всё в помещении – от покраски стен до батарейных труб, приоткрытых ставней и даже наклона скамеек сводилось к одной точке. К одной большой картине, стоящей напротив входа.       На ней лодочник вёз некую фигуру, облачённую в белые одеяния, на окружённый водой остров, состоящий лишь из скал и деревьев. Скалы напоминали врата, ведущие в непроглядно-тёмный лес. Ирусу: Господин Кароши! Что это за картина? Кароши: Эта картина? «Остров мёртвых». Нравится? Ирусу: Не уверен… Но всё в этой комнате будто бы смотрит на неё! Да и она такая… Большая! Наверное, важная очень, да?       Ответ Ирусу получил не сразу. Какое-то время господин Кароши томил юношу в сладком неведенье и сигаретном дыму. Затем преподаватель снова затушил недокуренную сигарету. Небрежно натянул улыбку. И добавил: Кароши: Нет, ничуть.       Раздался вновь ужасно неприятный скрежет. Кори: А вот и он! Я же говорила, что нам нужно искать самое большое и дебильное здание – там он и найдётся! Докк: Это была моя теория, но какая разница… Кодо: Ах, Ирусу! Ты нас очень напугал! Не убегай в следующий раз один в глубь жутких городов! Пожалуйста?...       На пороге школы появились друзья Ирусу. Все трое, целые, невредимые, но немного утомлённые. Корицуси вышла вперёд, показательно огляделась и самое злорадствующей своей интонацией пропела: Кори: Так-так-та-ак! Ну и как твои успехи? Нашёл в каком классе прячется Моттаинаи? Ирусу: Друзья, лучше! Я нашёл господина-учителя, который знает, где Моттаинаи и даже обещал нас к ней проводить! Ведь так, господин… Господин Кароши? Господин Кароши, вы здесь? Господин Кароши, вы под скамейкой?       Господина Кароши не было ни здесь, ни под скамейкой. Он молча ушёл сквозь врата шкафчиков для обуви, в непроглядные глубины школы Бёклин.