Расскажи мне о любви

Когда жизнь катит тебя кубарем вниз по склону, без шанса спастись или уцепиться за что-то, то остается лишь поддаться этой кривой дорожке судьбы, ожидая либо спасения, либо обрыва. Такова моя жизнь, в которой самое обидное — это схватиться за сухую ветку надежды и на мгновение остановиться, но по итогу она всё равно сломается и не важно быстро это будет или она удержит тебя на какое время, в любом случае ты упадешь. Так что я решила для себя, что не буду тратить время на разочарование и неоправданные надежды. С другой стороны ты никогда не встанешь на ноги, пока сам этого не захочешь, но затем встает другой вопрос. Зачем мне это? Стараться для того, чтобы на старости лет ты ходил под себя, а твои внуки тебя ненавидели и в итоге ты умрешь во сне, а если не повезет, то в мучениях, когда твоё сознание стирается, разум скукоживается и иссыхает до состояния изюма и ты даже не вспомнишь причину, ради которой продолжал жить и прилагал усилия, чтобы встать твердо на почву. Смотря на Кирилла, спящего клубочком на кровати под одеялом, освещенный лишь лунным светом из окон балкона, лучи которого словно гладили его лицо, красное и немного опухшее от слёз во сне, возможно до меня доходило маленькое осознание смысла моей жизни. Или мне так только кажется? Может заботясь о брате я пытаюсь таким образом смыть свои грехи? Но я же делаю это, потому что люблю его.Размеренно покуривая электронку сидя на балконе, я вспоминала своё детство. Да мой брат вырастет еще большим говнюком чем я, с таким прошлым. Чёрт, как же не хватает отца, он бы сейчас правда помог, этого всего даже не случилось бы, будь он рядом. Прошло пару дней с тех пор, как мы с Кириллом сбежали из дома, мать всё это время названивала и требовала вернуть сына, угрожая полицией, я ей не могла что-либо ответить, нам в любом случае придется возвращаться домой или искать другой вариант. Но вариантов не было. Я студентка, у меня нет своей квартиры, маленький заработок для обеспечения ребенка, да и к тому же если органы опеки узнают о моем образе жизни и многократных появлениях в отделе полиции по малолетке, то всему конец. На телефон пришло уведомление. Влад. Я игнорировала его все эти дни, не появляясь в колледже и на работе, отмазавшись, что болею. Чувство вины гложило каждый раз как я видела сообщения от него и не могла собраться с духом, чтобы ответить, но как будто уже некуда тянуть, поэтому я взяла лежащий на тумбочке телефон и откинулась на спинку стула. Андрей Неблагополучных: Несколько дней назад: «Как ты? Всё в порядке?» Вчера: «Привет. Ты не появилась в колледже, решил написать, узнать как дела?» Сейчас: «Ань, ответь пожалуйста, я правда волнуюсь» Время было два часа ночи и видимо он не спал по моей вине. Кажется все мои действия делают только хуже. Я: «Привет, извини, что не писала, нужно было время подумать. Всё хорошо.» Влад: «Почему не спишь?» Я: «Не хочется. А ты?» — какой же тупой вопрос, даже не знаю, зачем задала его. Поддержать неудачно начинающийся диалог? Влад: «Тоже. Если не занята, то можем покататься» Его предложение отозвалось странным волнением в грудной клетке, поэтому я не сразу ответила, делая несколько затяжек. Кира, Вова, которые уже несколько дней находятся здесь чтобы «поддержать» и Кирилл спят, и возможно не заметят моей пропажи, не то что бы мне надо это скрывать, просто не хочу их разбудить. Раз я уже продумывала план как пойду гулять со своим преподавателем, видимо значит, что я согласна. Я: «Не занята» Влад: «Буду через 20 минут, надеюсь тебе хватит чтобы собраться?» Я: «Вполне» Выйдя в комнату натянула толстовку, вместо шорт надела чёрные джинсы, закинула сумку через плечо, в которую с трудом поместились ключи, телефон, паспорт, наушники и электронная сигарета. Прошло всего десять минут. Вздохнув, вышла из комнаты и закрыла дверь, включая свет в коридоре. Напротив входной двери было зеркало в полный рост и я только сейчас осознала как давно не смотрелась в своё отражение. Впалые щёки, синяки под глазами, волосы уже были почти до плеч и натуральный цвет теперь хорошо просматривался. Подняв толстовку с футболкой досконально изучила все потери. Джинсы, которые я покупала буквально месяц назад теперь свободно висят, рёбра торчат, даже тазовые кости стали острее прослеживаться. Я в детстве была полненькой, но теперь выгляжу как ходячий труп и это пугало. Попытки компенсировать телосложение объемной одеждой как будто усугубляло ситуацию, теперь я труп в мешке. Улицу освещал теплый свет фонарей и звёзд, но оставалось так же мрачно, безлюдно. Было чувство, будто все люди в мире пропали, кинув свои машины и квартиры, нигде не горел свет, никакого шума, лишь полное одиночество, которое разгружает напряженный мозг. Ночью даже запах другой, словно за ночь выветривается вся человеческая гниль. Машина Влада дала о себе знать в этой тишине еще задолго до появления. Он остановился напротив меня. — Добрый вечер, — приветливо сказал он, как только я села в машину, снимая куртку. Взглянув на него, заметила сонный взгляд. Он соврал, что не хотел спать, но не стала это подмечать вслух. — Куда едем? — не ответив на его слова, спросила я. — А поздороваться? — шутливо возмутился Влад, выезжая на дорогу. Сегодня он выглядел по домашнему, словно и впрямь сорвался из дома и приехал. Волосы растрепанные, на белую футболку криво надет тёмно-синий джемпер, на ногах были чёрный спортивки, в губе и носу снова кольца. Ну и конечно очки, в последнее время я часто вижу его в них. — Сначала надо поесть. — Почему ты в очках? Раньше ты всегда ходил без них, в линзах, да? — всё же спросила я, продолжая изучать его. Даже в таком образе он выглядел вполне сносно, ладно, скорее, вполне сексуально. Я же могу судить о его объективной сексуальности, когда он мне даже не нравится? Возможно это лицемерно. — Мне показалось, что когда я в очках, то ты чаще на меня смотришь, — пожал он плечами, сказав слова так серьезно, без капли сарказма в голосе, будто это и была истина. — Боже, — засмеялась я, закатив глаза. — На тебя все часто смотрят. — Да? И почему же? — он знал почему, но просто хотел услышать причину от меня, сдерживая улыбку, но чуть приподнявшиеся уголки губ сдавали его настроение. — Тебе наверняка рассказали причину все студентки, — уклончиво ответила я, не желая поддаваться откровенной провокации. — Нет, почему-то рядом со мной они пищат, молчат, ну или нападают в моем же кабинете после пар, — Влад не смог сдержать широкую улыбку. — Ну видимо ты слишком страшный, а последние пытаются избавить мир от такого ужаса, — ядовито улыбнулась я, довольная своим ответом. Парень рассмеялся. — Возможно ты права, — сдался он, закончив допытывать. Мы доехали до круглосуточного магазина и вышли из машины, заходя внутрь. Гуляя по лабиринту полных стеллажей, мы набирали в корзину всего вредного. — Серьезно, чипсы с солью? Я ожидал чего-то поинтереснее, — я закатила глаза на его замечание и прошла в отдел с алкоголем. — Не понимаю, почему их все не любят, — хмыкнув, взяла пару банок нефильтрованного. — Ты же не пьешь с незнакомцами? — вспомнил Влад мои слова. Он ходил рядом, такой большой и грозный, я ему чуть ли не в пупок дышала и могу заметить, что если бы он захотел меня убить, то ему для этого нужно было один раз стукнуть по голове, не обязательно в полную силу, одна его рука была как две мои, да и всё в нём — это как две или три меня. — И вообще, время позднее, не продадут. — Во первых, я буду пить одна, ты за рулем, так что технически я не пью с тобой, — пожала я плечами, но он прав. Я уже не чувствовала себя рядом с ним в опасности, в конце концов мы едем вместе ночью одни в машине. — Во вторых, ты видимо не жил в подобных районах, богатенький мальчик, — сарказм последних слов вырвался из меня. — О да, в детстве меня травили за то, что я был обеспеченный, — мы недолго ходили по магазину и в конце концов пошли на кассу. Сонная продавщица сначала посмотрела на Влада, а потом перевела взгляд на меня. — Никому такого не пожелаешь, — кладя продукты на кассу, закатила я глаза, которые точно скоро приклеятся к моему лбу. — Я думала такой как ты учился в школах поэлитнее, где такое привычно. — Нет, я учился в обычной школе. — Это в какой? — В двадцатой, — он улыбнулся моему удивленному взгляду. — И я помню там тебя, — продолжил Влад, складывая всё в пакет, а затем расплачиваясь. Я ещё долго пребывала в ступоре, пока мы не сели в машину и не тронулись. — Только не говори, что это одна из причин твоего помешательства на мне, — всё же выдавила из себя я, пытаясь вспомнить его лицо в стенах школы, но совсем ничего не приходило в голову, да и Влад был значительно старше и по моим подсчетам когда он выпустился, то я была классе в шестом, если конечно он доучился до одиннадцатого класса, а если окончил только девятый, то я вообще ещё в начальном была. — Помешательство — слишком громкое слово, не думаешь? — Не думаю, — резко ответив, многозначительно взглянула на него. — Ты слишком много улыбаешься, — подметила я. — Обычно люди здесь грустнее. — он ничего мне не отвечал, его веселили мои слова, нравился мой внезапный интерес к его персоне, поэтому поразмыслив, решила наконец замолкнуть, уставившись в тёмное небо. Я совсем забылась и не обращала внимание на дорогу, мы уже ехали вдоль плотной стены деревьев. Мне уже не хотелось задавать вопросы, в конце концов если бы он замыслил что-то плохое, то осуществил бы это давно, но с другой стороны серийные убийцы могут долго «мариновать» своих жертв, мало ли какие у него фетиши. Я не доверяю богатым мальчикам, они все могут дать взятку, особенно если за них замолвит словечко их папочка. В общем, чувство отвращения к подобным людям всегда присутствовало, особенно, когда ты живешь не в самых лучших условиях и смотришь как они кичатся деньгами. А может мне стоит перестать им завидовать. Но я никогда не гналась за деньгами, на первом месте всегда стояло душевное равновесие и если бы была возможность, то отстроила бы себе хижину в поле посреди леса и жила себе наедине с природой, забыв о благах цивилизации, купалась в речке, собирала ягоды, грибы и всё прочее. У меня ещё есть время поразмыслить над тем, чем я буду заниматься в такой жизни. Влад остановился когда мы доехали до моста. Он был маленький, под ним была не широкая грязная река, где уже давно сдохли все рыбки. — Если задумаешь что-то сделать, то вспомни, что у меня в кармане нож, — пригрозила я. — Если захочу тебя скинуть с моста, то ты даже не успеешь его достать, — ирония сочилась из его слов, но он оставался непринужденным. Резонно. Я взяла банку пива, чипсы, Влад в свою очередь вытащил бутылку шоколадного молока и сырные палочки читос. Выйдя из машины, последовала его примеру и села на капот машины. Он смотрел в небо на звезды, которые и правда здесь будто ярче светили, а я наблюдала за тем, как течёт тёмная речка, слушая её мерное журчание. Весь мост был заполонён замками влюбленных, какие-то совсем заржавели, а другие были совсем свежие. Интересно, как сложилась судьба этих людей? Вместе ли они сейчас или от их любви остался лишь ржавеющий металл. Несколько глотков пива уже дали в голову, даже быстрее, чем я ожидала, возможно потому что я мало ем в последнее время. — Где твой отец? — вопрос Влада застал врасплох. Тяжело вздохнув, посмотрела на парня. Он не опустил своего взгляда, так же смотря вверх, поедая сырные палочки, изредка запивая своим напитком. Сделав глоток нефильтрованного, я ответила. — Мать изменила ему и он повесился, — голос мой не дрогнул, был спокойным, мне давно пришлось свыкнуться с этой мыслью, поэтому в груди раздался лишь отголосок старой боли. — Иногда я забываю его лицо и становится страшно, в такие моменты я заглядываю в семейный альбом, — зачем-то продолжала я и Влад на этот раз смотрел на меня, внимательно слушая, ожидая дальнейшей откровенности. — Даже не знаю кто в это ситуации бо́льшая тварь, мать, из-за которой он умер или батя, который бросил двух детей. Как думаешь? — он вздохнул, доставая сигареты и протянул мне одну, подводя горящую зажигалку. В минутной тишине я даже слышала как тлеет сигарета в губах, мне нравился этот звук, тихий шершавый треск, им сопровождалось спокойствие. — Думаю, что мир сложен, — Влад пожал плечами, затягивая, а затем запивая сигарету коктейлем. Я усмехнулась, потягивая пиво. Во рту разлился горький вкус, после курения эта горечь чувствовалась ярче. — Что будешь делать дальше? — Не знаю, честно. Я бы взяла опеку над братом, лишила маму родительских прав и жила бы спокойно. Но я всего лишь студентка, пьющая пиво поздно ночью на трассе, — тяжелый вздох вырвался из меня и лицо обдало тёплым паром. — Может брошу учебу и буду работать двадцать четыре на семь, — холодно, даже слишком, пришлось оставить Влада и взять куртку. Моя жизнь рушилась. Это не было красиво, как об этом поют в песнях. Это было мерзко, как загнивает мертвое тело летом в жару, источая блевотный трупный запах уже несколько месяцев. У меня был выбор. Бросить колледж, в который я стремилась поступить, погрузиться в работу с головой, снять квартиру и посвятить себя брату. Я была готова это сделать. Эти два дня мои мысли были повернуты на этом варианте и мы обсуждали это с Кириллом. Он боится маму и не хочет к ней возвращаться, я солидарна с ним. Влад прав, мир сложен. Вернувшись к нему, села рядом, всё ещё держа небольшую дистанцию. — Я знаю, что ты просила меня не помогать тебе, — начал он, на что я усмехнулась. Он уже мне помогал и не раз. — Но у меня есть один способ разрулить сложившуюся ситуацию и ты получишь опеку над братом, останешься на учебе и тебе не придется пахать на работе, — я уже внимательно слушала, без признака улыбки на лице, гадая, что же это за волшебный способ. — Выходи за меня…