Глава 35
19 октября 2025 г., 17:02
Вернувшись в универ после выходных и узнав, что Заябыха незамедлительно требует его к себе, Семён слегка растерял энтузиазм. В понедельник он приплелся на пары, ожидая привычного «…а Вас, Кружанский, я попрошу провести репортаж, или взять интервью, или то, или это, но потом всё равно завалю…». Но вместо этого Заябыха заключил его в трогательные объятия и вручил ему письмо от редактора женского журнала с просьбой связать его с панками. Читательницы, проникшиеся его коротенькими эротическими мемуарами, бомбардировали редакцию звонками.
Семён, тут же воспрянув духом, заодно поинтересовался, насколько всё плохо с теми работами, которые он выслал на выходных. Но тут куратор совсем удивил, прийдя в необъяснимый восторг.
Дело было в том, что, получив электронные документы от Кружанского, Захар Бернардович сразу же принялся методично обзванивать газеты и предлагать купить у него уникальный материал для первой полосы. Но его интересовала не цена, а условия. Он продал материалы в ту газету, которая эти условия приняла – взять Кружанского на практику, и желательно за границу. Ближайшим таким мероприятием оказался пятидневный фестиваль в Лондоне, освещать который отправлялись два их сотрудника.
Материал буквально вырвали из его рук, потому что Семён, который, добывая его, даже не понял, какую проявил находчивость и нарыл те сведения, которых ни один журналист раздобыть так и не смог.
Обыватели расхватывали свежую газету, жаждая подробностей нашумевшего дела, редактор героически отбивался от разъяренных следователей, требующих крови того смельчака, благодаря которому у них произошла утечка, взбудоражившая общественность.
Захар Бернардович утирал глаза платочком, неимоверно гордый своим любимым студентом. Сам Кружанский обалдело таращился на билет в Европу, в которую он должен был отбыть в качестве помощника репортёра освещать масштабное событие.
Если бы он сразу знал, для какой благой цели его терзает Заябыха, то… ничего бы не изменилось. Он бы всё равно продолжал делать то, что делал.
Но так как Лондон предстоял ему только через месяц, то на данный момент его занимал другой вопрос. Усердно отзанимавшись всю неделю, он, трепеща от предвкушения, поехал вручать панкам конверт.
***
– Рыжий, ты всё никак не угомонишься?! – они расхохотались, когда он снова переступил порог их гаража. – Не угомонюсь, – согласился Семён и уже запустил руку в сумку за конвертом, но замер, сраженный увиденным. Чёрные волосы… голубые глаза… кроваво-красная помада… На него с дивана таращилась разъярённая фурия. Та самая мисс «Чёрная Камри», которая прошлым летом на заправке вбила ему в задницу свой каблук. – ЭТО ТЫЫЫЫ!!! – взревела она, подскакивая. – А это ты, – кисло протянул Семён, рефлекторно хватаясь за зад. – Вот уж по кому моя жопа действительно соскучилась. – Ещё хочешь? – прошипела фурия, прищурив свои глаза-бриллианты. – А ты дашь? – Семён подозрительно скосился на её ведущую ногу, пытаясь предугадать траекторию каблука, когда тот оторвётся от пола. Но опасность заключалась не в каблуке, а вопросе, который Кружанский сформулировал некорректно. Фурия двинулась на него, полная намерений дать ему как следует, а ему некуда было отступать. Тут панки схватили его, повалили на диван, стянули с него штаны и бережно, почему-то в этот раз, натянули на него резинку. НАДЕНЬ КЕВЛАРРРРЫЫЫЫ ЛОЖИСЬ НА СПИНУ РАВНЕНИЕЕЕЕЕЕ НА СЕРЕДИНУ, – орал оцифрованный голос Малого. Семён, разложенный на диване, застыл, как и его член. И ДЕЛАЙ ДЕЛАЙ ДЕЛАЙ ДЕЛАЙ ДЕЛАЙ ВСЁ КАК УМЕЕШЬ Фурия, задрав кожаную юбку, медленно стянула с себя трусики, от которых растянулась прозрачная вязкая ниточка. СОЧАТСЯ ЯДЫЫЫ Когда блеснула штанга в её клиторе, штанги в сосках Семёна вошли с ней в резонанс, и его член встал торчком. ОБЛИЖЕШЬ ВЕКИ ТЫ УМРЕШЬ НА РАССВЕТЕ ОТЫРАВЛЕННЫЙ ВЗГЛЯДОМ Его отымела вагина. В ДЫРАХ КАМЕР ОБСКУРЫ НЕБО СВЕТЛЕЕТ… Как ещё это назвать, если не карьерным ростом. После этого они все дружно перекурили, и Семён наконец-то отдал им конверт. Кажется, теперь новая песня будет преследовать его до конца жизни… Панки, читая письмо, стояли на пьяных ушах. Хаммер лупил торжественную дробь по барабанам, Дэн и Кир били друг другу «пять» в режиме хардовых ладушек. Лаки задыхался меж радостно прыгающих грудей фурии. Стэн зажимал Лекса, нашёптывая ему на ухо что-то содержательное. Семён с Малым сидели на диване и курили. – Чёрт, рыжий, теперь мне кажется, что мы отблагодарили тебя как-то неправильно, – Малой озадаченно почёсывал свою белобрысую шевелюру. – Нет. Всё было отлично, – кисло процедил Семён. – С женщинами у меня вообще-то не очень. Но вы смогли это исправить. – Это всё из-за Кира, – оправдывался Малой. – Она тут уже всех заездила. Хотя… она и раньше была такая. В общем, знакомься, это Марра – наша новая душа компании. – Новая? – мило улыбнувшись фурии и помахав ей кончиками пальцев, переспросил Семён. – Неважно, – отмахнулся Малой. Но Семёну показалось, что это как раз и было важным. Он задумчиво переводил взгляд с Марры на Кира, чувствуя в голове какое-то мучительное копошение. Будто картинка, изодранная в клочья, пыталась срастаться соединительной тканью кусочек за кусочком. Но стоило чуть отвлечься, как она снова распадалась на фрагменты. Тогда он снова перевёл взгляд на Марру и задался вопросом, что такая как она делает здесь. Ему нравились эти парни, но он не мог не признать, что для них эта девчонка была слишком шикарна. Он так откровенно на неё пялился, что это не осталось ею незамеченным. Она бросила на него предупреждающий взгляд, готовая пойти на второй заход. Он, прочувствовав хребтом угрозу, быстро отвёл глаза в сторону, и пазл в его голове с громким щелчком встал на место. Он вскочил и, забыв попрощаться, ринулся к выходу. – Рыжий, не торопись! – весело крикнул Дэн ему вслед. – Скоро сюда подъедет еще пара твоих знакомых! Тут Семён прибавил прыти. В последнее время у него появилось слишком много знакомых. И все эти знакомства носили сомнительный характер. Поэтому приветствия можно было отложить и на потом. Сейчас ему просто необходимо было кое-что проверить и нужно это было сделать сию минуту.
