Замена гибельного пути / Replacing the evil way

      Линь Хэюй почувствовал, как Чэн Цзэшэн коснулся его поясницы.       Почему именно поясница? Разве мало других мест?       Хэ Вэй заглянул за его спину на кухню. Чэн Цзэшэн, должно быть, был там и, скорее всего, даже не подозревал, что только что прикоснулся к незнакомцу. В конце концов, если Хэ Вэй не скажет, Чэн Цзэшэн и не узнает, что в доме появился гость.       Чэн Цзэшэн вышел из кухни и оказался как раз справа и чуть сзади от Линь Хэюя. Он недоумевал: почему сегодня Хэ Вэй ведёт себя так странно? Ни слова не говорит, ничего не берёт — обиделся что ли?       Теперь трое расположились словно вершины тупоугольного треугольника. Хэ Вэй и Линь Хэюй не видели Чэн Цзэшэна, а Чэн Цзэшэн не видел двоих в гостиной, но все будто ощущали присутствие друг друга, застыв в немом противостоянии, не решаясь сделать первый шаг.       Наконец Хэ Вэй нарушил молчание и сказал Линь Хэюю, чтобы тот не понял неправильно — призрак у него дома очень приличный и уж точно не стал бы делать такие вещи нарочно.       — Но потрогал же, — заметил Линь Хэюй с самым невозмутимым и невинным видом. Этакий северный богатырь почти под два метра ростом, с пшеничным цветом кожи вдруг озаботился защитой прав своей, с его же слов, «не самой ценной» поясницы.       — Не переживай, он точно не знал, что трогает тебя.       Линь Хэюй мгновенно уловил скрытый смысл этих слов:       — Значит, думал, что трогает тебя?       — … — Хэ Вэй быстро возразил: — Нет.       — Тогда кого?       — Никого. В любом случае, это было ненамеренно, — Хэ Вэй сменил тему: — Тебе не страшно?       Линь Хэюй покачал головой. Возможно, из-за того, что у него самого был «загадочный друг», он не слишком удивился этому якобы «потустороннему» явлению. Но ситуация у Хэ Вэя оказалась страннее: даже без базового звукового контакта тот умудрился незаметно добраться до физического взаимодействия.       О чем Линь Хэюй не догадывался, так это о том, что Хэ Вэй и Чэн Цзэшэн действительно изначально общались только посредством звука. Но по мере углубления взаимопроникновения параллельных миров, свойства узловой точки постепенно начали изменяться. Теперь им не всегда приходилось ждать полуночи, чтобы услышать друг друга; при должной концентрации они могли на несколько секунд увидеть собеседника; а в особенно удачные моменты — даже прикоснуться друг к другу.       Сегодня же узловая точка развила новое удивительное свойство: стало возможным напрямую контактировать с человеком из другого мира, не видя и не слыша его.       Хэ Вэй потёр виски, ощущая, будто эта узловая точка похожа на капризного ребёнка: когда в настроении — разрешает вам встретиться, когда не в духе — лишает даже звукового контакта, а иногда устраивает мелкие пакости. Милые же моменты всегда длятся всего несколько секунд — вот ведь досада.       — Пустяки, не зацикливайся, — Линь Хэюй поддел пальцем колечко банки, открыл ледяную колу и устроился на диване.       Хэ Вэй остался в лёгком ступоре. Но ведь это ты тут всё твердил, что тебя похотливый призрак за поясницу ухватил? И с чего это стал таким сговорчивым, махнул рукой — и прошлое забыто?       Чэн Цзэшэн тоже не понимал, что произошло. Он пожал плечами и отправился в душ. Услышав звук воды из ванной, Линь Хэюй многозначительно посмотрел.       Хэ Вэй без тени смущения произнёс:       — Чистюля. Знает, что я брезглив. Радует.       Линь Хэюй не ответил. Спустя паузу тихо спросил:       — Вы хорошо ладите?       — Да, нормально. Он неплохой парень, — Хэ Вэй вскрыл коробку на столе и достал острые куриные лапки. — Часто что-нибудь приносит.       — О, это хорошо, — Линь Хэюй кивнул, затем вспомнил важный нюанс: — Он знает про твою аллергию?       — Знает. Покупает только то, что мне можно.       — Хм. Возможно, ты ему нравишься.       Хэ Вэй замер с куриной лапкой в палочках, затем протянул руку и потрогал лоб Линь Хэюя:       — Заболел? Уже бредишь. Он мужчина, а не призрак прекрасной девы.       Линь Хэюй снова замолчал. Посидев ещё немного и увидев, что время уже позднее, он собрался уходить — нужно было вернуться в гостиницу и отдохнуть перед завтрашней засадой и задержанием преступника.       Хэ Вэй проводил его до двери. Только он закрыл дверь, как услышал за спиной шлёпающие шаги и ощутил разлившуюся в воздухе влажность. Обернувшись, он буквально врезался в Чэн Цзэшэна.       На этот раз контакт получился полным и абсолютным. Чэн Цзэшэн в одних шортах, с голым торсом, вытирал волосы и, услышав, что дверь открылась, пошёл проверить в прихожую. Не ожидая, что перед ним внезапно появится человек и буквально кинется ему в объятия, он рефлекторно схватил его за руку, и лишь потом разглядел, что это Хэ Вэй.       — Ты выходил? — спросил Чэн Цзэшэн.       — Нет, провожал друга, — Хэ Вэй слегка нахмурился. Тело Чэн Цзэшэна, окутанное клубящимся паром из ванной и запахом шампуня, приблизилось вплотную, и они почти прижались друг к другу. Расстояние между ними сократилось до опасной близости — такой, что заставляет всё нутро сжаться, а сердце и виски — бешено колотиться.       Чэн Цзэшэн замер, лишь сейчас осознав, что в доме был кто-то ещё. Внезапно он вспомнил странный эпизод на кухне:       — Тогда сейчас в кухне… это был не ты?       — Угу, мой друг.       Чэн Цзэшэн положил вторую руку на поясницу Хэ Вэя и с деловым видом провёл ладонью. Действительно, похоже, не он — ощущения совсем другие. Поясница Хэ Вэя оказалась мягче, более податливой и куда приятнее на ощупь.       — … — Хэ Вэй приподнял локоть, высвободился из его захвата и отступил на шаг назад: — Он был прав.       — В чём? — Чэн Цзэшэн на мгновение отвлёкся, а Хэ Вэй уже исчез.       Что сказал твой друг? Договаривай, прежде чем исчезать. —————       Серийные убийства в Хайцзине произошли в октябре прошлого года и апреле текущего. Жертвами стали две женщины — 21 и 24 лет: одна была студенткой, другая — дублёршей актрисы. Обе были обнаружены в нетронутой одежде, однако вскрытие показало, что перед смертью они подверглись сексуальному насилию. На их груди были выведены губной помадой буквы — у первой «L», у второй «V». Учитывая, что в их гардеробе и аксессуарах присутствовали предметы люксовых брендов, серийного убийцу прозвали «Убийца LV».       Начальник уголовного отдела Управления Хайцзина, Линь Хэюй, возглавил расследование. Изначально дело не было в его ведении: когда в октябре произошло первое убийство, районное отделение не стало докладывать выше, и городское управление осталось в неведении. Лишь в апреле, после второго убийства с аналогичным почерком, дела объединили и передали городскому управлению.       Изучив материалы, Линь Хэюй начал систематизировать данные. На основе общих характеристик жертв и улик, собранных на местах преступлений, он быстро вышел на подозреваемого — Чжао Шэня, работника местного караоке-бара. Однако Чжао Шэнь уволился ещё в конце апреля, а когда полиция нагрянула к нему домой, там оказалась лишь его девушка. Она сообщила, что неделю назад Чжао Шэнь в спешке уехал на скоростном поезде в Шэнчжоу.       Согласно данным следствия, у Чжао Шэня был двоюродный брат — Чжао Ян, проживающий в Шэнчжоу и торгующий керамической плиткой на строительном рынке. Начальник управления предположил, что Чжао Шэнь, скорее всего, отправился к родственнику, чтобы скрыться от полиции, и распорядился, чтобы Линь Хэюй с двумя коллегами выехал в Шэнчжоу для скорейшего задержания преступника.       С момента побега Чжао Шэня из Хайцзина в конце апреля прошло уже около десяти дней. Если он действительно направился к Чжао Яну, то они должны были давно встретиться и найти укрытие. Хэ Вэй выделил группу сотрудников сопровождать Линь Хэюя для проведения опроса в районе дома Чжао Яна, а также поручил провести личный допрос самого Чжао Яна. Результат оказался неожиданным.       Чжао Шэнь вообще не появлялся у него. Ранее он действительно писал сообщения, спрашивая, может ли погостить у брата в Шэнчжоу. Чжао Ян сразу согласился и даже подготовил комнату, но гость так и не прибыл. Мобильный телефон Чжао Шэня был выключен, и спустя несколько дней его местонахождение оставалось неизвестным.       Линь Хэюй немедленно приступил к изучению записей с камер наблюдения на вокзале скоростных поездов. В густой толпе пассажиров ему удалось обнаружить Чжао Шэня с сумкой в руках, выходящего со станции, но дальнейшие его перемещения после площади отследить не удалось. В условиях строгого контроля за регистрацией в отелях, включая гостевые дома, проверили все записи размещения в гостиницах и хостелах Шэнчжоу — данных о проживании Чжао Шэня не оказалось. Высока вероятность, что он скрывался у знакомых.       Но кто же мог быть этим знакомым? Человек, выросший в Хайцзине, бывавший в Шэнчжоу лишь несколько раз, незнакомый с городом, к тому же находящийся в бегах — разве мог он найти кого-то более надёжного, чем собственный двоюродный брат?       — Возможно, он догадался, что полиция выйдет на Чжао Яна, поэтому и не решился к нему поехать, — высказал предположение Цзоу Бинь.       — Если бы он действительно это предусмотрел, то вообще не стал бы приезжать в Шэнчжоу, — Хэ Вэй, не отрываясь от записи с камер, прокручивал один и тот же момент. — Он пишет сообщение. Определённо связывается с кем-то, но не с братом.       — Девушке сообщает, что всё в порядке? — предположила Юнь Сяосяо.       Линь Хэюй отверг эту версию: с момента побега Чжао Шэня телефоны его родителей и девушки находились под наблюдением, но никаких сообщений от беглеца так и не поступило.       — Такси проверили? — спросил Хэ Вэй.       — Как раз попали на майские праздники, людской поток был огромный. На сплошную проверку уйдёт время, — ответил Ху Сункай.       Линь Хэюй не отрывал взгляда от записей с камер. Эта станция скоростных поездов была не новой, а первым старым вокзалом Шэнчжоу — «Станция Шэнчжоу». Система видеонаблюдения здесь сильно уступала по оснащённости и охвату более позднему Южному вокзалу, камер было меньше, и расставлены они не так плотно. Последнее, что зафиксировали — Чжао Шэнь с коричневой дорожной сумкой, уходящий с площади. Ни одна из внешних камер не поймала его у выходов. Скорее всего, он либо спустился на цокольный этаж ловить такси, либо его забрал кто-то на машине.       — То есть надо проверять все машины, бывшие у вокзала в тот день? — Чун Чжэнь округлил глаза. — Сколько это займёт? До следующего месяца, не меньше!       — Без конкретной цели проверка действительно займёт уйму времени и сил, причём без гарантии результата, — заметил Хэ Вэй, поглаживая подбородок. Он скрупулёзно изучал запись кадр за кадром. Чжао Шэнь, выйдя из здания, смешался с толпой на площади, одной рукой удерживая телефон и безостановочно печатая большим пальцем. У выхода с площади он неожиданно поднял аппарат, помахал им пару раз, шагнул за пределы кадра — и исчез из поля зрения камер.       Хэ Вэй перемотал запись ещё раз, остановив изображение на этом моменте:       — Как вы думаете, чего современный человек боится больше всего, выходя из дома?       — Забыть кошелёк?       — Потерять ключи?       Линь Хэюй вдруг встрепенулся и тут же приказал Вэнь Хуабэю с группой обыскать магазины вокруг площади.       Хэ Вэй усмехнулся:       — Быстро соображаешь.       Похвала не обрадовала Линь Хэюя — ведь эту деталь снова первым вычислил тот самый ядовитый взгляд Хэ Вэя. Его проницательность пугала ещё в университете, а за прошедшие годы отточилась до сверхъестественного уровня, вызывая настоящий трепет.       — В следующий раз догадаюсь первым, — заявил он.       Всё отделение пребывало в лёгком ступоре. С чего это вдруг кинулись проверять магазины? О чём это они вообще говорят?       Юнь Сяосяо, всегда стремившаяся к знаниям, не смогла сдержать любопытство:       — Шеф, объясните наконец, в чём дело?       — Сначала ответь: чего больше всего боится современный человек, выходя из дома? Тогда поймёшь.       — Лично я панически боюсь забыть телефон… — пробормотала Юнь Сяосяо.       Чун Чжэня внезапно осенило. Он хлопнул себя по бедру:       — Да у парня телефон сел!       — А? — Цзоу Бинь всё ещё не понимал. Откуда они вообще догадались, что телефон разрядился?       Ху Сункай снисходительно усмехнулся: Не догоняешь? Да мы тоже не догоняем. Тут без орлиного взгляда старины Хэ не разберёшься.       Молчавший до этого Линь Хэюй ткнул пальцем в экран:       — Экран погас. Телефон сам выключился.