Нет, я больше, чем человек

«Как же раскалывается голова…» Ночь только начиналась, а Женька уже ненавидела все на свете. Все же, Элла сказала абсолютную правду: если хозяйка дома не пересмотрит свой рацион, то подобное пробуждение будет сопровождать ее оставшиеся дни на этом свете. Неохотно встав с кровати, домовладелица направилась в обычные места, куда ходит только что проснувшийся человек.  - Ну что, доброе утро! – с ехидством поприветствовал ее грубый мужской голос, - К твоему сведению, твои ребята пошли на поиски людей, все как ты и говорила. Конечно, верится с трудом, что тот же Семен сможет хоть кого-то завербовать, но, всяко лучше, чем ничего. Хотя, я уверен, что под нашей крышей будут пытаться как-то ужиться рота солдат и куча преступников, по которым тюрьма плачет. Закатив глаза, Женька пошла приводить себя в порядок после полуденного сна. Снова она заперта в стенах своего дома, снова болит в определенном месте нога, напоминающая о полученных травмах: «Ненавижу… Ненавижу себя за это!» Женя сжала ладонь в кулак. Больше всего на свете ей не хотелось ощущать себя беспомощной, неспособной сделать хоть что-нибуть. Путь смиренного ожидания был явно ей не по вкусу. Оставалось только ждать того момента, когда кто-то постучится к ней в дом, большего она сделать была не способна. «Сука… Как же тяжело, все-таки, быть человеком. Быть слабой и хрупкой. Достаточно просто не поесть или же ударится, чтобы вывестись из строя. Даже техника работает лучше, чем этот блядский организм!» За шумом воды из крана она услышала еле заметные звуки поскрипывания около входной двери, будто бы кто-то не умел правильно стучаться. Поняв, что ночь началась, и, вполне возможно, к ней будут приходить люди, она устало вышла из ванны и направилась в прихожую. Краем глаза она заметила аккуратно сложенные вещи, кое-где заботливо заштопанные и переделанные. «Надька, как всегда. Наверное, нужно будет к ней зайти и отблагодарить как-нибуть» Взяв вещи под руку, она подошла к дверному глазку, дабы рассмотреть нарушителя спокойствия в столь поздний час. - Кто там? – спросил Олег у Евгении. Но она не слушала его. Она не собиралась отвечать на вопрос своего дяди. «И снова знакомое противное лицо. Какого хрена его опять сюда принесло?» - И вот мы снова встретились, - раздался вкрадчивый голос Жуткого Гостя, стоящего на пороге, - Вижу, дела у тебя идут более, чем хорошо. У тебя же ничего не произошло с момента нашей последней встречи? Легкое раздражение – так могла описать свои эмоции Женя, созерцающая в глазок бледного худого мужчину со странными складками кожи на теле. - Не думаю, что тебе действительно интересно, как у меня идут дела. Но если тебе и правда любопытно – ничего не поменялось. Все так же сижу дома и жду спасения от Солнца. Немного подумав, хозяйка дома продолжила: -… И от тебя, естественно. Бледный мужчина улыбнулся шире прежнего, вызывая у домовладелицы еще большее отвращение. - Странно, а мне рассказали совершенно другие вещи! – будто бы подойдя ближе ответил Гость, - Разве не ты однажды помогла какой-то медсестре? «Сука… Теперь понятно, почему Татьяна меня так подгоняла. Мы, видимо, с этим любознательным хуем просто умудрились разминутся.» - Так, раз ты уже все себе придумал, на хрена ты пришел ко мне? Думаешь, я открою тебе дверь? Надеешься, что людей у меня поубавилось? Со мной сейчас рота солдат, пара головорезов и еще черт знает кто. Хочешь присоединиться? Боюсь, мои ребята тебя не примут. - А зачем ты приглашаешь людей к себе домой? – ухмыльнулся Гость самой ехидной улыбочкой, которую только мог из себя выдавить, - Исполняешь приказы? Пытаешься заполнить пустоту? Или же… Ты просто боишься остаться одна? - Ты, - моментально рассвирепела Евгения, - Т-ты меня только что ссыклом обозвал?! Ты там не охуел часом? Я тебя сейчас так измордую, что мать родная не узнает, если у тебя она вообще есть! Хоронить будет нечего! - Тише, тише, зачем же так горячится? Разве есть ли какой-то смысл в твоем лае из-за двери? Ты же ведь все время находишься за какой-то оградой, всегда ставишь какое-то препятствие, значит, боишься, что я смогу тебя тронуть. - Вали. Отсюда. Нахрен. – ответила домовладелица, - Если ты не веришь моим словам, значит, выгоню по-плохому. На счет «три», я на пороге не должна видеть ничего, кроме паркета, ты меня ясно понял? - Не думал, что тебе так тяжело дается общение со мной. Что ж, не буду больше мешать тебе заниматься своими делами – медленно начало разворачиваться жуткое существо, постепенно отходя от входной двери. «Ну, хотя бы оно умное и быстро поняло, что пора сваливать. Хоть где-то чучело превзошёл» Мимолетом, она снова посмотрела в глазок, дабы убедится, что Жуткий Гость взаправду решил уйти. Но что-то насторожило девушку, что-то, что смущало ее все это время: одно плечо этого существа располагалось несколько ниже, чем обычно. Как только она вгляделась в спину уходящей твари, девушка увидела расползшуюся рану, откуда свисали неровные обрывки белесой кожи. Само место ранения выглядело, мягко скажем, паршиво: хоть и была видна работа человека, умеющего обрабатывать раны, сама ее форма больше напоминала месиво из крови и грязи. Внезапно для себя, Евгения почувствовала щемящее ощущение в сердце, по всей видимости, из-за того, что именно она стала причиной неудобств для того, кто напрямую не причинил ей никакого вреда. Проверив дядю Олега на кухне и, убедившись, что он отправился в свою комнату, девушка решительно открыла окно и выглянула из него: - А ну стоять! Развернулся на 180 и подошёл обратно! «Господи, на хрена я это делаю? Захотелось умереть? Побыть альтруистом напоследок?» Гость удивленно обернулся на распахнутые ставни, откуда высунулся торс хозяйки дома. Восприняв этот жест как второй, более успешный шанс для приглашения в дом, он вернулся к двери: - Что? Успела передумать? - А теперь, слушай сюда, скотина, - грубым и громким голосом начала говорить Женька, - У тебя на спине рана. Возможно, ты знаешь, что у нас, у людей, принято таким помогать. Если ты готов, как любой другой человек зайти в дом, не трогая ни меня, ни других жильцов, то я перебинтую тебя и попытаюсь залечить этот пиздец. Если нет – твои проблемы, ищи того, кто сможет тебе помочь, но я не гарантирую, что хоть кто-нибуть сможет открыть тебе дверь. Если ты согласен – подойди к двери гаража, он справа от входной двери. «Пожалуйста, ну вот только к гаражу не подходи» - подумала Женя, открывая внутреннюю дверь в пристройку и подходя к сейфу за заветной винтовкой. Быстро зарядив ее, она подошла к воротам гаража, где приспустила небольшую заслонку, заменяющую глазок. Встав боком, она зарядила ружье и постучала кулаком по двери: - Ну что, надумал там? Если ты мне или моим ребятам вредить не будешь, то и я тебя не трону. Послышался шум сминания сухой травы у дверей в гараж. С ужасом Евгения осознала всю сюрреалистичность своего предложения. - Ты дверь-то откроешь? Или опять передумала? Голос Жуткого гостя пытался звучать максимально дружелюбно, насколько это было возможно, но нельзя было не заметить ноты раздраженности. - Я не пиздаболка. Дверь просто тяжелая – соврала Женя, пытающаяся оставшейся свободной рукой открыть тяжелую металлическую дверь. Как только появился зазор между дверьми, домовладелица со всей дури пнула в одну из них ногой. Она продолжала стоять в проходе, наставив винтовку на Бледного Гостя, который, как оказалось, был значительно выше и пугающим, нежели если смотреть на него сквозь окно или дверь: - Если ты хоть подумаешь, или не дай бог, рыпнешься на кого-то, если хоть волос упадет с моей головы, то я не побоюсь закончить ранее начатое дело. Поверь мне, в упор я точно не промахнусь. - Смотрю, ты настроена крайне серьезно – во все свои 32 белоснежных клыка улыбнулся Бледный тип. - Еще бы нет - смотря внизу верх ответила Евгения. Нет, конечно, фундамент дома был достаточно высоким, но не настолько, чтобы так сильно сглаживать разницу в росте между Гостем и хозяйкой дома, которой приходилось мотать головой, чтобы осмотреть чудовище у себя на пороге гаража. Отходя понемногу назад, она подошла к столешнице, где была приставлена шаткая табуретка: - Садись. Сейчас я тебя сначала осмотрю, а дальше увидим, что тебе понадобится. Не бойся, не укушу, я еще не так голодна, чтобы приступать к каннибализму. Кстати, если человек сожрет Гостя, чисто технически, это будет являться людоедством или нет? - А ты забавная, – неестественно рассмеялось существо, аккуратно присаживаясь на табурет, - Пытаешься выглядеть естественно? - Нет, просто стараюсь разрядить обстановку. Не каждый раз случается такое, когда приходится залечивать раны существу, способного убить тебя легким взмахом руки. Сиди, не дергайся, я пока просто посмотрю. Хозяйка дома принялась осматривать своего нового посетителя. Было очень странно рассматривать его с такого близкого расстояния, когда глаз способен уловить даже мельчайшие детали. Он действительно был достаточно щуплым для своих габаритов, а кожа свисала как какая-то ткань, образовывая складки на каждом изгибе и заломе на теле, словно этот Жуткий гость внезапно сильно сбросил вес. Еще сильнее напрягал цвет, который совершенно не был похож на какой-либо из существующих оттенков аристократической бледности. Скорее, он был ближе к зеленовато-серому, нежели к живым, розовым или персиковым оттенкам кожи, а своим видом больше напоминала залежавшееся тело, явно не в лучшем своем состоянии, когда из него выкачали всю кровь и все краски, придающие тот самый «живой» оттенок и свечение. Черные волосы неаккуратно, сальными сосульками свисали с головы, словно мужчина украл из какой-то дешевой костюмерной короткий парик. Кое-где в волосах застряли какие-то пылинки и ошметки пепла, о происхождении которых Евгении не очень-то и хотелось знать. Новый посетитель дома Жени носил свободные длинные черные треники, по всей видимости, без определенного размера, раз резинка на бедрах порой так и норовила свалить куда подальше от своего жуткого носителя. К удивлению девушки, карманы были абсолютно пусты, что добавляло к образу Бледного Гостя отличия от простых людей. Низ брюк был запачкан придорожной грязью, застарелыми запёкшимися пятнами и еще чем-то, о чем не желала думать домовладелица, резко вспомнившая все то, что творил этот безумец, расслабленно усевшийся на старом табурете, ожидающий, когда же ему начнут оказывать помощь, а может, он просто наслаждался эмоциями Женьки, с ошалелым выражением лица осматривающей его с ног до головы. Кстати, о последнем: что окончательно добило хозяйку дома, так это было отсутствие какой-либо обуви, что было неудивительно для такого размера ноги, коего девушка не разу в жизни не видела, хоть и сама являлась обладательницей не самых миниатюрных стоп. Ногти были грязными, темно серовато-зеленого цвета, а длина была настолько внушительной, что пластины частично загибались вперед, создавая ощущение длинных уродливых когтей. Евгения заметила, что на больших пальцах ногти слегка отходили от места, где они должны быть: «Надеюсь ЭТО мне не придется чинить. Вы уж меня простите, но этот пиздец я уже никак не исправлю» - Ты же, вроде как, решилась меня спасать? Так чего же ты ждешь? – продолжал издеваться незваный гость. - Да погоди ты, сначала мне нужно было тебя осмотреть на наличие других признаков, вроде заражения или иной дряни, - попыталась скорчить из себя врача Женя, - Теперь подожди, я подвину лампу и посмотрю рану поближе. Не бойся, пока что, трогать ничего не буду. - У меня создается впечатление, что ты стараешься успокоить себя, а не меня, - усмехнулся Жуткий тип. Цыкнув зубами, он взяла какую-то палку рядом со столешницей. Когда-то у отца Евгении были планы насчет усиленной подсветки рабочего места, но, к его великому сожалению, эта лампа нынче выполняет роль хирургического светильника, сделанного из подручных материалов. Девушка поставила ногу на крестовину, и лихо пришвартовала осветительный прибор на нужное место. Настроив свет, она начала осматривать само повреждение, конечно же, не без доли самолюбования и гордости за свою ранее проделанную работу. Когда ты видишь первый раз пулевое ранение, это, по началу, шокирует и пугает. Как человек мог создать инструмент, направленный только на одно – убивать врагов, оставляя аккуратную дырочку с обожженными краями? Вглядываясь в рану получше, Женька увидела вспухшие волдыри, похожие на те, которые обычно бывают при ожогах. На подобное повреждение еще указывали свисающие лоскуты кожи и покрытая шелушениями остальная поверхность вокруг травмы. Вдруг, краем глаза, девушка заметила что-то блестящее, застрявшее где-то в глубине раны. - Ну что могу сказать… - с умным выражением лица начала выносить свой вердикт домовладелица, - Плохо быть тобой. Придется промывать и обрабатывать. Я, конечно, не медик, но что-то уже успела выучить за последние недели две. Ты же ведь обратился к медикам, я же права? - Ты задаешь странные вопросы, - призадумался Бледный Гость, - Делаешь вид, что ты не показывала мне адрес, где могли мне оказать помощь после того, как сама же выстрелила в меня. Разве ты не видишь в этом противоречий? - Сейчас я отойду, принесу все необходимое и помою руки. В конце концов, кто знает, может ты заразный? – проигнорировала слова жуткого существа девушка. Сгорбленная фигура медленно обернулась на Женьку, пытающуюся сделать вид, что она совершенно точно сейчас не будет заниматься обработкой раны существа, перебившего на ее глазах большую часть отряда солдат. Выйдя за дверь, она наконец-то позволила себе выдать правдивую реакцию на происходящие обстоятельства: «Так, я серьезно занимаюсь починкой одного из самых опасных эм… Как его назвать? Людей? Существ? Тварей? Ладно, пусть будет Чучело, все равно он похож на пугало. Ладно, раз уж решилась, значит, надо довести дело до конца, авось он мне потом поможет. Господи, что за странные мысли лезут ко мне в голову? Как ЭТО может мне помочь? Распугать всех? Прикончить побыстрее, если я получу травмы? Просто замечательно, сначала делаем, а потом думаем.» Евгения тихо прокралась в гостиную, где лежала коробка с медицинскими принадлежностями. Подхватив ее, она тихо пошла в сторону ванны, домывать свои руки до кристальной чистоты. Выходя из санузла, она схватила вещи, принесенные домой после починки от Надежды. После, хозяйка вернулась в гараж, где ее уже заждался странный «пациент». - Коробка в твоих руках очень грязная. – заметил повернувший голову Жуткий Тип, - Твоя обработка рук была абсолютно бессмысленна. Женька усмехнулась, раскладывая вещи на нужные места: - Не думала, что ты такой… брезгливый. Разве не ты стоял у меня под окнами с трупом в руках? - Заметь, это не я говорил про страх заразится при обработке «ранения» - в очередной раз ужалил бледный мужчина. Женя шумно набрала воздух в легкие. Сказать было нечего, что, конечно не противоречило тому факту, что от каждой фразы «этого Чучела» страдало эго домовладелицы. - Тогда подожди еще пару минут. Обработаю руки так, чтобы у тебя вообще ко мне вопросов не осталось. — Это невозможно, - расплылся в улыбке «пациент», - Ты сама же и являешься катализатором дискуссий, связанных с твоей личностью и поступками. - Господи, завали ебало, зануда – пробурчала Женя, выходящая в очередной раз из гаража. Снова шум воды, снова тщательная обработка, от которой неимоверно сушится кожа. Девушка задумалась, а мыла ли она когда-нибуть руки настолько тщательно? Закончив с делом, она подняла их вверх и отправилась обратно к Жуткому Гостю, который уже откровенно начинал действовать на нервы, испытывая терпение хозяйки дома. Справившись с квестом по открыванию двери локтем, она снова переключилась на режим «медицинской помощи». Кончиками пальцев она вытащила склянку со спиртом. Открыв крышку зубами, она обильно полила руки жидкостью, заполонив режущим нос и глаза ароматом все помещение. После этого она осторожно вытащила то, что, по ее мнению, пригодится при обработке раны: хирургическая игла, нитки, инструменты в посудине с антисептиком, еще пара баночек со спиртом, емкость хлоргексидина и импортное средство от ожогов в формате пены. Последним была упаковка перчаток, которую она бережно поставила на рядом стоящую столешницу. - Ну что, - вздохнула Евгения, - Приступим? Лампа нежно подсвечивала место работы. Все было готово. Женька взяла из коробки пару перчаток и натянула их на свои руки. - Предупреждаю, ощущения будут не из лучших. Возможно, просто будет неприятно, возможно будет больно. Постараюсь сделать все достаточно быстро, чтобы ты поскорее отсюда свалил. - Ты снова противоречишь сама себе – достаточно певуче ответил Жуткий Гость, самодовольно улыбающийся в пустоту. - Я ща тебе палец в дырку засуну, если продолжишь выебываться. - Все, все, молчу, молчу – саркастично закончил диалог «пациент». Женя аккуратно притронулась к коже Бледного Маньяка. Первое, что она испытала от прикосновения был неестественный холод, не свойственный обычному человеку. Сжав зубы, она начала аккуратно осматривать поврежденные ткани, пытаясь вспомнить правильный алгоритм действий. Кожа по краям раны казалась такой прозрачной и тонкой, что было страшно хоть как-то к ней прикасаться, будто она была прелым пожухлым осенним листом, от которого остались только хрупкие жилки, образующие невесомую гладь творения природы. Максимально нежно Евгения переставила руку, почувствовав некоторое сопротивление при перестановке ладони. Кожа пациента была липкой и какой-то склизкой, как у лягушки, только что вытащенной из болота. Подойдя еще ближе, у Жени приступил ком к горлу: от посетителя ее дома тянуло странным запахом, который тяжело было описать хоть какими-то приличными словами. Металлический запах крови, смешанный с ароматом плесневелой земли и грибов, даже своим амбре намекающих на свою смертельную ядовитость. Его тело будто бы впитало страдания, которые причинил владелец этой кожи, безмятежно сидящий на старом обшарпанном табурете, откровенно издевающаяся самим фактом своего существования над психикой девушки. От него шел запах пота, словно не принадлежащий ему, будто бы он украл его у тех, кого он отправил навеки лежать на расплавленной земле. Пытаясь хоть как-то отвлечься от запаха, окутывающего Жуткого Гостя, Женька всмотрелась в края раны, на которых виднелись еле заметные точки струпьев: - Так… Что произошло со старыми швами? Куда все делось? – будто по старой памяти вернулась в образ ученой домовладелица. Жуткий Гость не ответил на заданный вопрос. Наклонившись вбок, Евгения попыталась посмотреть на реакцию своего пациента. Его выражение лица было полностью расслабленным, как бывает у тех, кого уже давно покинула жизнь. «Ну… Он прямо как трупак выглядит. Ведет себя как труп, выглядит как труп, и воняет тоже как труп. Ну ничего, думаю, Элла и Юля и не к такому привыкали, значит, и я смогу.» Взяв со стола баночку с хлоргексидином, девушка аккуратно начала заливать им рану. Запах антисептика несколько смягчил аромат, исходящий от клейкой ледяной кожи Бледного Маньяка. Приблизив лицо, она начала осматривать рану в глубину, пытаясь распознать место нахождения инородного предмета. - Так. Пол дела сделано. Сейчас может быть больно и неприятно, так что постарайся не орать. Ночь на дворе, а обычно нормальные люди в это время спят. Если нужно – могу тебе тряпку в зубы вставить. Пациент повернул голову в сторону Жени, и исподлобья посмотрел на своего лекаря, как бы намекая на абсолютное безразличие к предостережениям девушки. - Да не вертись ты! Я скажу, когда можно будет – раздраженно ответила хозяйка дома, открывающая посудину с хирургическими принадлежностями. - Как же порой люди хотят, чтобы все шло согласно их планам, - внезапно для Евгении начал разговор Жуткий тип, - Чтобы природа подчинялась их законам, чтобы все шло по конкретному замыслу. Дай человечеству волю – оно ночь и день местами поменяет. Даже ты сейчас стоишь и приказываешь мне, все потому, что боишься. Люди вроде тебя пытаются победить страх, подчинив его себе, сталкиваясь с ним, впитывая его всей своей сущностью. Ты думаешь, что знания помогут тебе получить власть над миром, превозмочь свою природу? Или же ты просто не хочешь признавать тот факт, что, как и все хотела бы просто спрятаться в укромном месте и жить в умиротворенном спокойствии? - Начнем с того, что день и ночь даже теоретически невозможно поменять местами, - ответила Женька, аккуратно раздвигающую прозрачные и тонкие лоскуты кожи, похожие на рыбью, - По крайней мере, еще никто не задумался о том, чтобы зачем-то отодвигать целую планету от заданных координат. Даже сейчас люди вполне уживаются, в таких-то обстоятельствах. А насчет страха… Я не боюсь конкретно тебя. Я боюсь того, что ты можешь сделать. И этот страх абсолютно такой же, как и при других совершенно обычных людях, чье поведение мне не совсем понятно и предсказуемо. Именно поэтому мне гораздо приятнее работать с неживыми объектами, отдаленных от меня на достаточное расстояние, чем с людьми. Как смешно выходит, ведь в данную минуту я, вроде как, работаю не с человеком. Стой, погоди, я зацепить не могу. Женя снова нагнулась над раной, пытаясь понять, почему она не может удержать пинцетом застрявший бликующий под светом осколок. - И все-таки ты признаешься, что боишься меня. Ты признаешь, что тебе неприятно контактировать с тем, кто так похож на тебя, но в то же время, отталкивает. Уверена ли ты сама в том, что остаешься все это время тем, кем являлась до этого, тем самым человеком, которого ищут другие твои собратья? - Чисто биологически, да, - прищуриваясь и прицеливаясь получше инструментом ответила хозяйка дома, - А вот морально… Не мне решать. Те, кто сейчас находится в доме, считают меня вполне себе «человечным человеком». КЧС же напротив, ставят меня в один ряд с тобой. На мой взгляд, я все такая же хозяйка этого места, ученая, племянница, подруга и прочие социальные роли. Уж не знаю, как меня воспринимаешь ты, но, впрочем, это не так важно. Важно лишь то, что я не могу достать эту чертову штуку из твоей спины! Наконец-то нащупав твердый предмет в ране, она резко обхватила одной рукой Бледного Маньяка за плечи. - Сейчас будет больно и неприятно. Эта хрень конкретно так застряла в тебе – пояснила свои действия девушка, продолжая упирать в себя крайне удивленного пациента. По телу домовладелицы прошлись неприятные мурашки от перевозбужденных нервов. Всем своим телом и грудью она ощутила, насколько огромным, холодным и липким был ее непрошенный Гость. Видимо, инстинктивно, Жуткий Тип схватился за руку девушки, до боли сжимая ее предплечье. С силой провернув закрепленный объект в пинцете, она наконец ослабила хватку, отдаляясь от своего пациента, с победным выражением лица смотря на извлеченный осколок от пули. В свою очередь, бледный мужчина издал звук, чем-то напоминающий гулкий «ух», окрашенный какими-то животными отзвуками и шоком. - Возвращаясь к твоему вопросу, - абсолютно невзирая на озадаченное выражение лица Бледного Маньяка, смотрящее через плечо на девушку, явно довольную своей маленькой победой, - Мне кажется, я стала больше, чем человеком. Я стала легендой. Защитницей. Опорой. - Тёплая. Кожа. – отворачиваясь выдавил из себя пациент. - Что, прости? – недоуменно посмотрела на мужчину Евгения. Подумав несколько секунд, до нее наконец-то дошло, что возможно имел в виду Жуткий Тип. - А, ты об этом… Да, природа наградила меня такой. Знаешь, я в какой-то степени тоже своего рода Гость среди людей, - посмеялась Женя, смачивая вату антисептиком, - Чужая. Не такая. Не похожая на других. Просто, потому что я родилась с такой кожей. Девушка снова нагнулась к ранению. К ее удивлению, оттуда не шла кровь, только пара капель бесцветной жидкости со странным, еле уловимым запахом чего-то морского, болотного и водянистого. Вытерев рану ватой, она потянулась за швейно-хирургическими принадлежностями. Обернувшись обратно к своему подопечному, она увидела, как тот положил ладонь себе на затылок. Пальцы Бледного Маньяка были покрыты толстым слоем въевшейся багровой грязи, а под кривыми, местами сколотых, а на некоторых пальцах отросших ногтей, скопилась грязь, завершая общую неряшливую картину. - Прости меня, возможно, мне стоило предупредить тебя заранее. Не слишком смутила? Вопроса о страхе больше не стоит? – ехидно улыбнулась Женька, вставляющая нить в иголку. - Теперь я понимаю, почему ты тогда назвала меня «собратом». Ты считаешь себя чужой среди людей, но, при этом, спасаешь их. Я знаю, что ты помогаешь и моим ребятам, но разве ты не видишь в этом противоречий? - Не-а, не вижу, - беззаботно ответила Женька, рассматривающая отверстие на теле у Гостя, будто бы разделившее множество слоев кожи, из которых состоял ее пациент, - Мне не сложно, им приятно. Мы все страдаем от этой катастрофы на улице, почему бы не помочь? К слову, как ты уже понял, я знала, куда я тебя посылала. Мы оба, скажем так, не в лучшей своей форме. Поддев самый дальний слой, Евгения аккуратно начала зашивать рану, оставшуюся после того злополучного выстрела. Ее несколько удивляло строение тела Бледного Гостя, но, стиснув зубы, Женя продолжала упорно делать вид, что все происходящее в данный момент абсолютно нормально и ничем особенным не отличается. - Тогда почему ты решила помочь мне? – задал вопрос собеседник, не отрывая своего взгляда от рассматривания пустоты. Евгения вдруг остановилась. В голове эхом раздался вопрос Жуткого типа, словно еще раз обжигая что-то в душе девушки. Разогнувшись, она наконец-то нашла в себе силы ответить: - Я не обязана отвечать на твои вопросы. То, что я делаю, не должно требовать от меня дополнительных пояснений. Вернувшись к начатому, хозяйка дома дополнила: - Просто восприми это как факт. Стежок за стежком, Женька приближалась к тому моменту, когда она с чувством выполненного долга выпрет «Чучело» куда подальше. С другой стороны, что-то в глубине души отзывалось позитивными нотками, побуждая девушку рассказать обо всем, что ей хотелось: о том, что ее преследует КЧС, о доброте Тани, спасшей ее от смерти, о том, что к Гостям она испытывает даже больше симпатии, чем к некоторым людям, даже появлялось желание продолжить тот разговор о безграничном Космосе, чтобы рядом был тот, кто способен оценить красоту ясного ночного неба даже в таких обстоятельствах. Ощущение того, что это странное существо, покорно подставившее ей спину, чтобы она исправила свою оплошность, стало ей несколько ближе, чем ей того хотелось, боролось с чувством того, что он медленно, но верно, становится каким-то… Близким? Будто он и правда был обычным человеком, который просто постучался в дверь, занося за собой шлейф из своих проблем, разочарований и боли. От размышлений ее отвлек внезапный шум рации, прикрепленной к поясу на штанах девушки. «Твою. Мать.» - Фарма на связи. Бродяга, ты здесь? Пытаясь не обращать внимания, Женя продолжала заштопывать раненную спину Бледного Маньяка. - Ночной Бродяга, ты меня слышишь? – послышался голос Ивана. - Разве ты им не хочешь ответить? – усмехнулся пациент. - Если ты не в курсе, то я сейчас занята, - пробурчала домовладелица, - А именно пытаюсь снова скрепить твои лоскуты кожи. Вообще-то это достаточно трудная задача, прошу заметить. Вдруг она почувствовала, как нечто холодное касается ее бедра и аккуратно снимает рацию с ее пояса. Немедля ни секунды, она со всей силы надавила пальцами на больное место, раздавливая несколько ожоговых пузырей: - Если ты решил им сам ответить, то я продолжу. С недовольным выражением лица Бледный Гость поднял руку с рацией поближе к Женьке. Он нажал на кнопку связи своим длинным, грязным и кривым пальцем, заметно выделявшимся на фоне черной рации. - Эм, да, Ночной Бродяга на связи - опешила от такого поворота событий Евгения, кивком головы спрашивающая немой вопрос. По всей видимости, Гость просто наслаждался эмоциями хозяйки дома, постепенно расплываясь в улыбке. - Почему так долго не отвечала? – спросил Скала. - Да, у меня просто… Шов на ноге разошелся, вот, пытаюсь зашить обратно. - Почему меня не дождалась? – строго поинтересовалась Юля. - Да, просто это срочно надо было, не хотелось никого пугать или спрашивать. - Почему тогда не пошла к Медику? - Мне что, по-твоему, будить ее надо было? – изобразила раздраженность Женька. - Ладно, дело твое, - устало вздохнула Фарма, - Мы к тебе идем с пропитанием. Людей найти не удалось, но на карте можем пометить, какие дома еще остались жилыми. - Было бы славно… – продолжила медицинскую процедуру домовладелица, - А, кстати, почему вы так рано? - Рано? – удивилась Юля, - Скоро утро, надо уже домой идти, у нас не так много времени. - Погоди, что? – повернула голову Евгения в сторону маленьких электронных часов. До рассвета оставался час. - Конец связи – закончила разговор Фарма. - Что делать будешь? – с расплывшейся улыбкой спросил пациент. «Блять, а вот правда, что мне делать? В голову не приходит ничего, кроме…» - Так, слушай сюда. Ты можешь у меня остаться пережидать день, но завтра же ночью ты срыгиваешь нахуй отсюда. Правила те же: меня не трогать, других тоже. Добавлю еще одно – на глаза ты им тоже появляться не должен. Не пойми неправильно, но это ради нашей же с тобой безопасности. Боюсь, что народ не оценит ни тебя, ни мою идею тебя штопать, а там, боюсь, никого в живых не останется. Сидишь тише воды, ниже травы. Усек? Гость издал звуки, похоже на смесь лая со смехом: - Ты же понимаешь, что я просто могу пойти в другие комнаты? Ты же меня впустила, а значит… - Ничего это не значит! – перебила девушка, - Чисто технически, ты находишься не в доме. Да, это крытое помещение, но оно не жилое. Если ты еще не понял, то это гараж, самый настоящий. А значит, тебе все равно придется просить кого-то открыть дверь. Бледный тип недовольно посмотрел на Евгению, зашивающую его рану. Та, словно не произошло ничего сверхъестественного, медленно, но, верно, соединять поврежденные ткани тонкой прочной нитью. - На связи Лавр. У нас есть выжившие. Нашли парнишку, пытающегося взломать кассы в продуктовом. Условно назвали его Торгаш. - О, это что, тот солдатик без руки? – ухмыльнулся Бледный Маньяк. - Не твоего ума дело, и да, это он. Еще раз намекаю, что в этом доме живут те, кто вполне спокойно может тебя прикончить. С улыбкой, полной самодовольства, пациент снова поднес рацию поближе к своему лекарю и нажал на кнопку ответа: - Бродяга тут. Где будет жить? - Думаю, что у Ружья и Ведьмы, - ответил Лаврентий, шумящий какими-то мешками на заднем фоне, - Личность он сомнительная, но ключи делать умеет. В новых реалиях человек почти незаменимый. Мы сначала отведем его в укрытие, а потом сами вернемся. Конец связи. - Как интересно выходит… - растянул фразу мужчина, - Почти все, кто мне был интересен, оказались под твоим заботливым крылом. Дома, у Ночного Бродяги. Как странно, тебя тут называют его именем, но сама говоришь, что ты не имеешь никакого отношения к тому, кто ходит по ночам. - Ну называют и называют, может, он мой кумир? – сделала вид, что не понимает, о чем идет речь девушка, - Словосочетание прикольно звучит, вот и назвалась так. Почему нет, собственно? - А та, кто зашивала тебе ногу, говорила совершенно о другом, да и ты сама угрожала мне винтовкой, из которой же мне и навредила, - с некоторой досадой в голосе продолжил собеседник, - Говоришь то, что мог знать только он. Ведешь себя как Ночной Бродяга. Говоришь как он. Точнее, правильней будет сказать «она». - И сдался тебе этот Ночной Бродяга, - делая последние стежки ответила Женька, - Что, не хочешь верить, что кто-то кроме тебя и КЧС может разгуливать по улицам? - Я не люблю лжецов, - нахмурился Бледный Маньяк, - Я же уже все знаю: где ты живешь, с кем, что делаешь по ночам. Но ты все равно упорно продолжаешь мне вешать лапшу на уши. - Эй, эй, эй, на связи Руж-ж-ж-й-о! – прокричал в трубку Семен, - У меня отличные новости! Для тебя… И для Препода! Пара, находящаяся в гараже, обомлела от столь громкого ора. Пациент нажал на кнопку, стараясь как можно дальше отодвинуть от себя рацию. - Ты что, бухой? – поинтересовалась Евгения. - Нет, ни-и в коем случае, - продолжил орать Ружье, - Но! Но. Я нашел шурина. Этот чувак во-о-бще не стоит на ногах. А знаешь, в каком состоянии я его нашел? - В говно? – устало бросила Женя. - Не-а! Не угадал! Он, короче, в форме КЧС, его сейчас Ведьма пытается реанимировать, - шмыгнул носом прямо в микрофон Семен, - Он, короче, синий весь, еле ходит. А еще! У нас припасы. Мно-ого-ого припасов! Я, конечно, слегка надкусил, но на вас хватит – еще раз смачно вытер сопли об рацию мужчина.  — Это кто? – спросил Жуткий тип, поворачиваясь к хозяйке дома. Женька посмотрела на своего пациента убийственным взглядом. - О, а я еще раз напоминаю, это был Ру-ж-ж-ж-й-о! Конец связи – по всей видимости харкнул в рацию Семен. — Это был Ружье, - вздохнула Женя, завязывая узелок, - Он… Ебанутый. Честно, о нем я и говорила, когда рассказывала про свой страх. От этого типа можно ожидать буквально чего угодно. Вот, на вылазке нажрался. - Люди… - поднял голову Бледный маньяк, - Какие же вы все-таки странные. Кто-то готов прикоснутся к своему страху, а кто-то заливается алкоголем, чтобы хоть ненадолго забыть о том, что он уязвим. Есть те, кто ведет за собой других, есть те, кто просто слепо идет следом. У каждого своя судьба, своя история, но не все помнят о том, что они – всего лишь маленькие человечки, не способные сделать ничего. - Задержи дыхание, - взяла спрей от ожогов домовладелица, - Ну или нос зажми, как тебе удобнее. А, еще глазки закрой свои. Отойдя на 20 сантиметров от своего первого пациента, Евгения нажала на пульверизатор. Мощная струя окатила спину Бледного маньяка, покрывая ее тонким белесым слоем пены. - Все готово. Ты все понял насчет дня? Ответом ей было недовольное выражение лица, всем своими видом намекающее, что оставаться им вдвоем в одном помещении будет тем еще испытанием.