Глава 26: Юбилейный драйв
23 октября 2025 г., 22:41
Годовщина пришла тихо.
Ни обратного отсчёта. Ни сигналов тревоги. Никто не напоминал ему.
Это тело вспомнило раньше, чем разум.
Тяжесть в груди сразу после пробуждения.
Боль в руках, будто они были созданы держать то, чего больше не было.
У никому не сказал о своих планах на этот день. Просто сел в машину.
На пассажирском сиденье лежала жёлтая тетрадь, пристёгнутая ремнём безопасности, словно это было что-то хрупкое и бесценное. В каком-то смысле так оно и было.
Город остался позади размытым фоном.
Чем дальше он ехал, тем тише становилось. Воздух менялся — от запаха выхлопов и бетона к соли и ветру.
Это был тот же самый маршрут, что и год назад. Последняя поездка, прежде чем больничная койка поглотила Бума целиком.
У до сих пор видел это.
Бум на пассажирском сиденье, волосы растрёпаны от открытого окна, улыбка — ни к чему и сразу ко всему. Тон его голоса, становившийся мягче, когда он говорил о море, словно это было не просто вода, а целый язык, с которым он родился.
— Опять пялишься, — поддразнил тогда Бум, когда солнцезащитные очки сползли с его носа.
— На тебя можно смотреть вечно, — ответил У, не подумав.
И Бум рассмеялся — ярко, искренне, так, что даже самый плохой день казался терпимым.
Теперь пассажирское сиденье пустовало.
Лишь тетрадь и слабый призрак его одеколона оставались рядом.
Дорога сузилась, извиваясь вдоль утёсов, пока вдруг не раскрылась в горизонт. Там было море — бесконечное, синее, жестокое в своей красоте.
У припарковался на том же месте, что и в прошлом году. Двигатель щёлкал, остывая, ветер врывался в щель приоткрытого окна, словно ждал его.
Он вышел. Солёный воздух ударил в лицо, словно воспоминание.
Волны рушились внизу, одна за другой, будто им было куда спешить. У долго стоял молча, прежде чем заговорить.
— Ты всё ещё со мной?
Ветер поднял его волосы, море ответило на своём языке.
У у встал комок в горле.
— Надеюсь. Потому что я до сих пор... — голос сорвался, пришлось начать заново. — Я до сих пор ношу тебя в себе. Каждый день. Я думал, станет легче, но нет. Думаю, просто стал сильнее.
Он достал тетрадь, раскрыл на чистой странице. Ручка замерла в воздухе, а потом двинулась.
30 сентября
Бум,
Твой отец очень скучает по тебе. Он делает вид, что нет, но я вижу — по тому, как он теперь спрашивает про подсолнухи. По тому, как хранит твою кружку. Думаю, он старается, по-своему.
Но я скучаю сильнее.
Я всё ещё влюблён в тебя. Это та любовь, которая не умеет умирать, даже если умираешь ты. Та, что садится рядом в машине, заставляет смеяться на красных светофорах и напоминает замечать мелочи — вроде того, как море пахнет иначе перед бурей.
Не знаю, нормально ли это. Но это моё. И это твоё.
Он закрыл тетрадь и положил её на капот. Ветер перелистывал страницы, будто Бум просматривал их.
На мгновение У поклялся, что услышал его.
— У тебя всё получается, У.
Солнце клонилось ниже, разливая золото по воде. Он оставался там, пока небо не потемнело и не стало похоже на синяк, а потом вернулся в машину.
Пассажирское сиденье всё ещё пустовало.
Но дорога обратно не казалась такой одинокой.
Потому что где-то в гуле двигателя и запахе соли он знал ответ на свой вопрос.
"Ты всё ещё со мной?"
"Всегда."
