бонус за безумный трюк.

      – Прокатить? – Серега резко тормозит прямо перед Тимуром, из-за чего на асфальте парковки остаются черные полосы.       – Ты же понимаешь, что если мы ее расхуячим, мы на бабки влетим? – Хэл с недоверием смотрит на Похоронила, сидящего за рулем прокатной машины. У него от одного визга стирающейся резины рука в повязке предательски заболела – не говоря о том, что они в основном перемещались на такси и пробовать рисково покатать по парковке звучало аналогом плохой идеи.       – Да не ссы, залетай, – он дотягивается до ручки двери пассажирского, приоткрывая ее для Тимура. – Когда ты еще сможешь покататься на чем-нибудь таком? Не думаю, что у тебя хотя бы гараж есть, не говоря о тачке.       Хэл колеблется пару мгновений, перед тем как, тяжело вздохнув, забраться в машину и сразу же пристегнуться. Верить в давно полученные права Сереги получалось с трудом.       Едва он закрывает дверь, игнорируя подкатывающую тревогу, Пох вдавливает газ в пол, срываясь с места. Кажется, где-то в правом углу загорается количество денег, которые придется ввалить за новые протекторы и детали. Рядом, однако, то и дело начинают выскакивать всякие «управляемый занос 10 сек.».       Серега щелкает передачу в нейтраль, выкручивает руль, а после дергает ручник, резко входя в маневр. Машину разворачивает – Хэл почти ударяется виском о дверь, настолько резким выходит рывок в бок. Но Похоронил отпускает ручник, быстро переключаясь на первую и снова набирая скорость.       – Видал? – Тимур мысленно перебирает все молитвы, которые теоретически мог знать на своем веку, не находя, что ответить Сереге. – У меня друг так разок машину перевернул, благо вылез быстро.       Уверенности это не добавляет – Хэл целой рукой цепляется за ручку двери, вжимаясь в сидение.       – Ты точно думаешь, что стоит это повторять с такими шансами? – Он переводит взгляд от пролетающей парковки на Похоронила.       – Что, это? – тот повторяет трюк, входя в азарт. Нейтралка, руль, ручник, ручник, первая и выше, с быстрым перескакиванием по передачам выше.       – Блять, Серый, мы не откупимся, – Тимур начинает закипать. Ужас от происходящего мешается с адреналином и желанием контролировать все. Это в зону его контроля не входит – он даже при большом желании не сможет нормально перехватить у Похоронила руль, не говоря о том, что сам умеет ездить только на автомате и не понимает, как должна вся это техника со сцеплением и нежным поглаживанием коробки передач работать.       – Не ссы, – смеется Похоронил, уходя в занос и, все же, сбавляя скорость, – я, считай, профессионал.       – Какой нахуй профессионал, ты когда в дрифтеры записался? Тормози, блять, Серег, я тебя прошу.       – Ну, – Серега медленно катит по кругу, одной рукой держа руль и почти не смотря на дорогу, позволяя огонькам фонарей кружить вокруг, – мне еще батя говорил, что я с рулем в руках родился, не говоря о том, что не редко сам катался.       – То есть, ты хочешь сказать, что ты профессионал, потому что «папа так сказал»? – Хэл приподнимает бровь с явным возмущением. – А когда тебе девочки в классе отказывали, ты говорил, что они не правы, потому что мама тебя самым красивым называла?       – Неправда, – Серега выравнивает колеса, прокатываясь по большому кругу парковки, – мне не отказывали.       – Может зря, – фыркает Хэл. – Давай, тормози тарахтелку, нам еще три блока клипа снимать, а ты пытаешься угробить и бюджеты, и сьемку.       – Да ну тебя, – Похоронил лениво набирает скорость, подкатываясь к камере поближе, – тебя тут катают с трюками, а ты все про бюджеты да бюджеты. Знаешь, вот как раз бы те девушки все отдали бы за то, чтобы их так прокатили.       – Ты поцелуйчик в лобик хочешь за то, что со всей силы пытаешься перевернуть арендованную тачку или? – Бровь Тимура снова вздернулась, а рука начала поднывать.       – Можно не в лобик, – он выкручивает руль, змейкой объезжая их основную точку съемки, – бонус за безумный трюк.       Хэла это начинало кипятить. Просто пиздец нахальная морда – еще и после первой просьбы продолжает крутить рулем да на газ жать. Хотелось задвинуть какую-нибудь телегу про опасную обеспеченность или, хотя бы, про то, что неплохо бы уважать просьбы своих друзей. Получалось же лишь пару раз открыть рот, чтобы подобрать подходящие слова, описывающие такую наглость, и сверлить взглядом.       Последнее сработало – он остановил машину. Но остановил в самом дальнем углу парковки.       – Ну, бонус за безумный трюк? – Похоронил улыбается, хитро блестя глазами. Хочется наорать или обматерить. С друзьями так не поступают – Тимур просто не мог позволить себе что-то такое.       – Да иди ты нахуй, Серый, – буркает Хэл, подкладывая целую руку под повязку. Почти сложил руки на груди – но иначе больно.       Тот молчит. Понимает, что Тимур намеренно на него не смотрит и ничего не говорит, а поэтому сдается через какие-то секунды. Быстро вытягивает ремень безопасности, перегибается через ручник и целует Тимура в бьющийся висок. Мол, извини, перегнул. Хэл, кажется, краснеет.       Из машины они вылезают молча. Тимур намеренно не смотрит в чужие глаза, а Серега натягивает какую-то дурацкую панамку, чтобы их скрыть.       В такси домой, которое они привычно делили на двоих, Хэл расписывает примерные желания по монтажу. Похоронил смотрит на ночную Москву.       – Заскочишь ко мне? – Он произносит это куда-то в темноту салона, не отворачивая головы от окна.       – А ты хочешь? – Тимур не отводит взгляда от телефона.       – Конечно хочу, – вздыхает Серега. Как не хотеть, когда столько лет бок о бок?       – Тогда заскочу, конечно. – Хэл тоже хочет. От того и не ставил свой дом второй точкой в маршруте. Слишком давно знакомы.