Прикосновение

      Бэтмен позвонил буквально через пять минут после нашего возвращения в Башню. Я едва успела распаковать вещи и достать Силки из его лежанки, как Робин уже позвал меня к себе в кабинет.              Он встретил меня у дверей с улыбкой и извинениями.              — Прости, я думал, у нас будет больше времени, но он, кажется, очень спешит. Привет, приятель! — обратился он к моей восторженной личинке.              — Я как раз собиралась вывести его на прогулку, — сказала я, пока Силки вовсю выкручивался из моих рук прямо в объятия Робина. — Если я оставлю его в комнате...              — ...он начнет скулить и совсем загрустит, правда же, приятель? — перебил Робин, почесывая брюшко Силки и тепло улыбаясь мне. — Всё в порядке. Заходи.              Я переступила порог, и он запер за мной дверь.              — Я могу посадить Силки в угол, и...              — Да ладно тебе, — отозвался Робин, неся Силки к главной консоли управления. — Ничего, переживет. Присаживайся.              Пройдя через комнату так, чтобы точно попасть в кадр, я решила присесть на край рабочего стола Робина, лицом к экрану. Робин нажал несколько кнопок, и на мониторе появился Бэтмен.              — Робин. Старфайр.              Робин сдержанно кивнул в ответ, а я дружелюбно улыбкой и помахала рукой. Бэтмен озадаченно моргнул.              — Что это такое?              — Наш ребенок, — с абсолютно серьезным видом выдал Робин. — Мы со Старфайр решили, что тебе пора познакомиться со своим внуком. Силки, это дедушка.              Силки радостно засучил всеми своими многочисленными лапками в сторону экрана и весело закурлыкал. Выражение лица Бэтмена не изменилось ни на йоту. Я изо всех сил пыталась удержать на лице вежливую улыбку и не прыснуть со смеху.              Бэтмен тяжело вздохнул и устало потер переносицу.              — Большинство пар заводят собаку.              — Мы не обычная пара, — парировал Робин. Он поудобнее перехватил Силки под мышкой и продолжил гладить его по брюшку, чтобы тот не скучал. — Надеюсь, у тебя есть внятное объяснение твоей вчерашней игре в обиженку? — Лицо Бэтмена оставалось каменным, но Робин лишь шире расплылся в улыбке. — Она поймала тебя. С поличным. А ты просто поджал хвост и сбежал.              — Вряд ли, — сухо отозвался Бэтмен. — Я был занят делом, и кое-что потребовало моего немедленного присутствия.              — Ага, конечно.              — Я хотел бы знать другое: как она вычислила меня, если, судя по всему, даже не знала, как я выгляжу? Ты ведь намекал, что всё ей рассказал.              — У нее было только твое имя и, возможно, самое смутное воспоминание о твоей внешности. Но шпионить-то решил именно ты. Сиял там своей огромной вывеской «Уэйн», чтобы приманить ее.              — Хм, — голос Бэтмена по-прежнему не выдавал никаких эмоций. — Я не могу развернуть целый выставочный стенд настолько быстро.              Робин хмыкнул:              — Ну разумеется. Но приехать туда на день, прекрасно зная, что меня обязательно притянет в подобное место? Ты пошел на риск.              Попытавшись хоть как-то прояснить ситуацию, я вмешалась:              — Я заметила вас только потому, что вы на меня не смотрели.              Этот тяжелый, пронзительный взгляд тут же переключился на меня.              — Объясни.              — В толпе было очень много людей, которые открыто разглядывали меня, — пояснила я. — Вы были единственным, кто использовал боковое зрение. А это делало вас потенциальной угрозой.              — Ты ее этому научил? — спросил Бэтмен, переводя взгляд на Робина.              — Нет, — ответил Робин с явной гордостью в голосе. — Она сама до этого додумалась. Я лишь помог ей адаптировать этот навык под людей, только и всего. И я не виноват, что ты включил режим Бэтмена, будучи в образе Брюса. Если бы ты просто откровенно пялился на нее — что, между прочим, вполне сошло бы с рук такому плейбою, как ты, — она бы тебя даже не заметила.              Плейбой? Это что-то вроде «игрока»?              — Плейбой?              — Я объясню тебе позже, — бросил Робин, и я почувствовала, что эта реплика была сказана им исключительно для того, чтобы позлить Бэтмена.              — Не вздумай, — отрезал Бэтмен. — Что еще ты успел ей наговорить?              — А что такое? Боишься, что твоя безупречная репутация пострадает?              Бэтмен шумно и размеренно выдохнул через нос.              — Ты хочешь втянуть её в это дело?              — Да я и сам не горят желанием во всё это ввязываться, — пробормотал Робин, махнув свободной рукой. — Тем не менее, я могу назвать навскидку пару мест, где ее помощь значительно всё упростила бы. К примеру, у Хендерсонов. Проверить систему безопасности. Наладить камеры вокруг мостов. Внедрить червя. Ее способность летать и суперсила пришлись бы как нельзя кстати.              — На тебя не похоже пасовать перед трудностями.              — Работай умом, а не силой. Если мы ей не скажем, она явится сама. Она уже сопоставила достаточно фактов, чтобы понять, что это опасно, — Робин вздохнул. — Слушай, ни для кого не секрет, что между Робином и Старфайр есть связь, даже если мы официально ничего не подтверждали. Ты хочешь, чтобы люди в это поверили? Тогда она должна быть в деле. И единственный способ понять, как именно — это мне всё ей рассказать. Что я и собираюсь сделать. С твоим разрешением или без.              — Это одна из многих причин, почему я предостерегал тебя от отношений с напарниками по команде.              Я напряглась и нахмурилась.              Робин сердито зыркнул на экран, но не поддался на эту провокацию.              — Я хочу, чтобы переход к роли Найтвинга прошел как можно более гладко, а это значит, что нам со Стар нужно подстроиться под ситуацию, что бы там ни происходило в Готэме. А вот использовать ее как ценный ресурс или позволить ей стать для тебя помехой — решать тебе.              Бэтмен глухо хмыкнул.              — Ладно. Введи ее в курс дела и дай запомнить координаты конспиративных квартир. Я санкционирую для нее доступ в систему. Поговорим сегодня вечером, наедине.              — Хорошо.              Экран погас.              Робин расправил плечи и глубоко вздохнул. Вернув мне Силки, он коснулся моего лба, мягко отодвинув челку.              — Мне нужно много чего тебе рассказать. Сходи погуляй с Силки, сделай всё, что нужно, а потом приходи ко мне в комнату. Я закажу пиццу, и мы поговорим.              Разумеется, в Башне, где живут пятеро вечно голодных подростков, нельзя просто так «взять и заказать пиццу». На Робина тут же лавиной посыпались пожелания, и в итоге ему пришлось брать три отдельные пиццы: одну для Киборга, одну на нас с Робином и еще одну для Бистбоя и Рэйвен. Плюс напитки. Чесночный хлеб. И кучу разных десертов для Киборга и Бистбоя. А после Робину еще пришлось терпеть подколы от Киборга и Бистбоя, притом что сам Бистбой собирался утащить свою пиццу в комнату Рэйвен и разделить ее с ней точно так же, как и мы.              Мы устроились прямо посреди пола в комнате Робина, разложив перед собой коробки с едой.              — Я не буду снимать маску, — сказал Робин, беря кусок. — Потому что эти двое сегодня стопроцентно попытаются за нами подглядывать. Надеюсь, пицца их отвлечет, но... в общем, ты их знаешь...              Это немного разочаровывало, но я всё понимала, поэтому просто взяла кусочек с той половины пиццы, которую он выбрал для меня.              — Мы ведь и раньше ловили их на этом.              — Ага. И не раз, — рассмеялся он. — Особенно когда мы тренируемся.              — О, тренировки! — выдохнула я, протягивая руку и хватая его за ладонь. — Нам обязательно нужно поспарринговаться! Я так соскучилась по нашим поединкам.              Он улыбнулся мне:              — Обязательно. Завтра же. — Он тяжело перевел дух. — Что ж... Думаю, мне лучше начать с того, почему я возвращаюсь в Готэм. — Он нахмурился. — Нет... нет. Сначала немного предыстории. Ладно. В общем... эм... Не стесняйся задавать вопросы, хорошо? Раньше ты мало о чем спрашивала, но я хочу, чтобы ты знала — спрашивать можно обо всём.              Я кивнула.              — Так вот. После того случая с Зукко Брюс начал меня тренировать. На самом деле он никогда не планировал делать из меня напарника, помощника или кого-то в этом роде. Просто тренировки — это единственное, что он умел, а я уже тогда был в отличной физической форме, так что для нас это стало хорошим способом сблизиться. Я научился у него куче вещей: самым разным боевым техникам, взлому замков, хакингу и всей этой чепухе. А потом, на мой двенадцатый день рождения... Сейчас-то я понимаю, что это абсолютно идиотский возраст для дебюта, но в то время я был слишком упрямым. В конце концов, родители разрешали мне летать с ними под куполом на трапеции с восьми лет, так почему Брюс не должен был позволить мне стать его партнером? В общем, я решил показать всему миру, что я его напарник и что у Бэтмена есть подстраховка. — Он нахмурился и взглянул на меня. — К слову, на выступлениях у меня всегда была страховочная сетка. Ее специально опускали по сценарию, когда я заканчивал свой номер.              Я кивнула, быстро посчитав что-то в уме.              — Почему же это глупо? — спросила я, слегка наклонив голову. — Тамаранских воинов в этом возрасте уже часто отправляют в бой. Пусть и в менее опасные стычки, но почти у каждого из нас к этим годам уже есть боевой опыт.              Он кивнул:              — Ну, с твоей точки зрения — пожалуй. Но на Земле обычный ребенок-подросток без суперсил, идущий против взрослых мужчин и металюдей? Да уж, мне определенно стоило послушаться и подождать. Брюс пытался меня удержать, но... — он неопределенно обвел себя рукой. — Я же акробат. Я мог сбежать откуда угодно, и он просто не мог меня остановить. Поэтому он решил, что безопаснее будет брать меня с собой.              — Но это было не так.              Он вздохнул.              — Нет. Мне казалось, я знаю всё на свете, хотя это было далеко не так. Думал, что Бэтмен неуязвим, но и это было неправдой. Мы отлично работали вместе, пока мне не исполнилось четырнадцать. А потом случился Двуликий. — Он с трудом сглотнул, и его голос заметно напрягся. — То, что ты читала... по большей части правда. Проще говоря, я зазвездился. Бэтмен велел мне пересидеть это дело. Я решил, что умнее всех, и пошел следом. Нас поймали. Я... думал, что смогу перехитрить бросок монеты, и... коекто погиб. И я сам чуть не погиб. Эм... Я не очень люблю об этом говорить, но у тебя наверняка есть вопросы... так что... лучше спроси сейчас, пожалуйста.              Я сглотнула застрявший в горле комок и постаралась, чтобы мой голос звучал твердо:              — Твои травмы?              Он не смотрел на меня.              — Сломанная рука, сломанная ключица, эм… десятки швов, — он слегка постучал пальцем по левой щеке. — Разбитая скула. Фингалы под глазами. Хуже, чем всё, что когда-либо делал со мной Слейд. Это было ужасно. Честно говоря, жаль, что я тогда еще не знал Рэйвен.              Я плавно взлетела, скользя по воздуху, пока не оказалась у него за спиной. Обняв Робина за плечи, я крепко прижалась к нему — словно мои объятия могли каким-то чудом пробиться сквозь время в прошлое и защитить его.              — Мне так жаль.              Он не обнял меня в ответ, но принял это утешение, благодарно кивнув.              — Что случилось с Двуликим? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно мягче и выражал лишь легкое любопытство.              — Он в Аркхеме, — Робин метнул быстрый взгляд на меня через плечо, а затем прислонился головой к моей голове. — Если ты замышляешь отомстить за меня, то не надо. Со мной всё в порядке.              — Я и не думала, — соврала я.              — Ну конечно, — отозвался он и опустил голову, нежно прижавшись губами к моей руке. — Я ценю твою заботу.              Помолчав, я осторожно спросила:              — Киборг рассказывал, что когда с ним произошло то несчастье, он нанял лучших специалистов, чтобы позаботиться о своем ментальном здоровье. Ты поступил так же?              — Ага, — ответил он. — Харли Квинн.              Я озадаченно нахмурилась.              — Да-да, — с тихим смешком подтвердил Робин. — Именно она. Она как никто другой подходит для подобных вещей и действительно чертовски хороша в своем деле. Когда меня выписали из больницы, я пару раз ходил к ней на приемы прямо в образе Робина. Но да, это помогло. Харли… она потрясающая, когда не торчит рядом с Джокером. Сострадательная, заботливая, невероятно забавная в своей безумной манере. Но вот когда она с Джокером — это совсем другая история. Имей это в виду.              Я понимающе кивнула.              — У тебя есть еще вопросы?              — Сейчас с тобой всё хорошо?              — Да, — заверил он меня. — Иногда рука ноет на погоду, но… Рэйвен ускорила заживление всех застарелых физических травм. В ментальном плане мне всё еще изредка снятся кошмары, но в остальном я в норме, — он поднял голову и посмотрел на меня. — Кстати, о птичках. Я ведь так и не спросил тебя об этом после всего, что тебе пришлось пережить. Ты-то сама как, в порядке?              Я кивнула.              — Мне тоже время от времени снятся кошмары. И появляется острая потребность в выплеске энергии, если я теряю внутреннее равновесие. У тамаранцев… нет психотерапевтов в привычном для людей понимании, но Галфор научил меня, как давать волю своим чувствам в подобных ситуациях.              Робин с любопытством спросил:              — И как же он это сделал?              — Мы отправились на охоту, — я выпрямилась и села ровно. — На одной из лун Тамарана обитает особое существо — великий фарлноп. Он появляется на свет только тогда, когда его призывают с чувством глубокого, невыносимого отчаяния. Мне пришлось кричать во весь голос, чтобы приманить его, после чего он попытался меня сожрать. Мы сражались три дня и две ночи, а потом Галфор научил меня, как выделать его шкуру и превратить её в прочную кожу. Охота была славной! — я победно вскинула кулак вверх. — Он так мной гордился.              Робин тепло улыбнулся мне:              — Терапия криком.              — Можно сказать и так. Мне это помогло.              — Звучит как незабываемое приключение, — он вздохнул, улыбка сошла с его лица, и он отвел взгляд в сторону. — Эм…              — У меня больше нет вопросов, — мягко произнесла я.              Он искренне удивился:              — Правда?              Я нежно коснулась ладонью его щеки.              — Тебе явно тяжело об этом вспоминать, и я не хочу заставлять тебя переживать всё это заново. Ты рассказал мне всё, что считал нужным, верно?              — Да.              — Иногда, — тихо добавила я, — мне тоже снятся кошмары, когда кто-то заговаривает о Псионах или напоминает мне о них. Если тебе сегодня ночью будут сниться плохие сны, пожалуйста, приходи ко мне.              Он нахмурился и с тревогой посмотрел на меня:              — Тебе что, снились кошмары прошлой ночью?              — Нет, потому что я была не одна. Но когда я говорила о них с Киборгом, тогда они мне снились.              — А-а, — протянул он, словно что-то понял. Я мысленно задалась вопросом: неужели Киборг намекнул Робину, или дело было в чём-то другом? — Пожалуй… я приму твоё предложение. — Он сделал размеренный вдох и продолжил: — Брюсу пришлось обставить нападение Двуликого как обычное ограбление, потому что мне требовалось серьёзное лечение в настоящей больнице. На восстановление ушло много времени. И когда я уже был почти готов снова выйти на улицы, Брюс меня «уволил».              Я нахмурилась. Сидя на полу позади него, я продолжала обнимать его со спины — и ради физического контакта, и для того, чтобы лишний раз убедиться, что сейчас он цел и невредим.              — Почему?              Робин пожал плечами:              — Испугался, наверное. Это был его первый опыт, когда на волосок от смерти оказался кто-то другой, а не он сам. Сейчас-то я это понимаю, но тогда… ну… я ведь уже говорил, что я упрямый.              Я кивнула.              — Мне это показалось жутко несправедливым. Мы наговорили друг другу кучу резкостей, и я ушёл. Приехал сюда. Встретил потрясающую зелёную светящуюся девчонку, которая разнесла к чертям половину моего города, поцеловала меня, повалила на лопатки и с тех пор лишила меня душевного равновесия. Собрал собственную команду. Ну а дальше ты всё знаешь. Так что… — Слегка завозившись, он развернулся ко мне лицом, перестав сидеть ко мне спиной. — После моего ухода из Готэма Брюс… ну… он понял, что с Титанами у меня всё серьёзно. Мы заключили пару соглашений насчёт финансирования, уладили все бумажные дела, установили базовые правила и постарались держаться независимо и цивилизованно. Что довольно трудно, учитывая, что вся Лига Справедливости нянчится со мной как с маленьким.              Я улыбнулась при этой мысли:              — Есть такое.              — Ну, они все знают меня с двенадцати лет, — со смехом отозвался он. — И понимание того, какая сила стоит за моей спиной, поначалу чертовски тешило самолюбие. А потом я встретил вас, ребят, и… ну, в общем… Да. Мы сделали себе имя здесь, сделали Джамп-Сити лучше. И вот, пока мы тут вкалываем и зачищаем город, Брюс… — он отвёл взгляд, и его лицо исказилось от горькой гримасы, — усыновляет другого сына.              Мои глаза округлились от того, сколько горечи прозвучало в его голосе.              — Его зовут Джейсон, — сказал Робин. Он подтянул ноги к груди и обхватил колени руками. — Ему без малого шестнадцать. Вырос на улицах Готэма. Скрутил колёса с Бэтмобиля и огрел Брюса монтировкой. И знаешь, что? Брюс от этого просто в каком-то щенячьем восторге.              Я буквально кожей ощущала исходящее от Робина напряжение — оно сквозило в каждом слове, в его позе.              — Он тебе не нравится?              — Нет, как раз-таки нравится, — ответил Робин. — Дело вообще не в этом. Он дерзкий, боевой, жуткий… эджлорд, но парень отличный. Мы постоянно общаемся, я пытаюсь принимать активное участие в его жизни. Собственно, он — одна из причин, почему я в последнее время так часто мотаюсь в Готэм. Не знаю, прижился бы он у Титанов, да это и не нужно. У него огромный потенциал, Стар. Ему просто нужно правильное руководство.              Я промолчала. Я понятия не имела, что значат эти человеческие выражения вроде «боевой» или «эджлорд», но решила, что сейчас неподходящий момент расспрашивать о подобных мелочах.              — Моя претензия именно к Брюсу. Он усыновил Джейсона, даже не потрудившись мне сказать, а потом просто взял и предложил ему имя Робина — при том что я всё ещё Робин! Бьюсь об заклад, если бы я к тому моменту уже сменил имя, он бы меня вообще во всё это посвящать не стал. Узнал бы из новостей или ещё какого-нибудь дерьма.              Робин не хотел, чтобы его заменили. Снова. Судя, по его словам, и поведению, он уже чувствовал себя брошенным и заменённым в качестве сына Брюса. И потерять имя Робина в пользу того же самого человека… это должно быть невыносимо больно. Даже если он искренне любит своего названого брата.              — Мне очень жаль.              Он отвернулся и уставился в окно.              — Почему между вами столько враждебности?              Робин вздохнул:              — Это… сложно объяснить. Пожалуй, лучшее сравнение… ну… мне не нужен был отец. У меня уже был папа, и мне не хотелось искать ему замену, поэтому я бунтовал против Брюса. А Брюсу не нужен был сын. Он не понимал меня, я не понимал его. Единственное, в чём мы по-настоящему… сошлись, — это драки и тренировки. Защита Готэма. Поэтому, когда он лишил меня всего этого, мне было гораздо больнее, чем он думал. И видеть его сейчас с Джейсоном, видеть, как он старается ради него так, как никогда не старался ради меня…              Я прижалась к нему ещё ближе, понимая, какую рану это наносит его сердцу.              — Но с другой стороны… он всегда прикроет мне спину. Всегда и во всём. Если я когда-нибудь позову на помощь, я знаю, что он придёт. Только моё упрямство не даёт мне этого сделать, — он усмехнулся. — Ты бы знала, какую словесную порку он мне устроил после всей той истории, когда я стал учеником Слейда. Он был в одном шаге от того, чтобы наплевать на все наши правила и примчаться меня вытаскивать.              При этой мысли я невольно улыбнулась:              — У Слейда были бы большие неприятности, если бы явился Бэтмен.              — О да. Но он не пришёл. Он доверился мне. И… это кое-что да значит. Не знаю, Стар… может, я хочу вернуться в Готэм просто потому, что он сам попросил о помощи, а я… я до сих пор подсознательно пытаюсь заслужить его одобрение. Я люблю этого старика, но одновременно с этим мне жутко хочется врезать ему по лицу. — Робин хмыкнул, вздохнул и покачал головой. — В общем, Брюс думает, что мы сможем разыграть карту моего возвращения в Готэм в качестве его напарника, пока на самом деле там будет орудовать Джейсон. Мол, моя репутация на первое время защитит пацана. Он хочет, чтобы я пару недель посидел в Бэтпещере и подстраховывал его, координируя действия. Я настроен скептически, ведь стоит мне показаться в Джамп-Сити в образе Найтвинга, Готэм тут же обо всём догадается и всё равно откроет охоту на нового Робина.              Я кивнула:              — Ты хочешь, чтобы он работал с Бэтменом, но при этом не хочешь, чтобы он становился Робином.              — Нет. Я… чувствую себя так… В смысле, это ведь Робин. Я носил это имя так долго, что просто не хочу ни с кем делиться. И я даже не знаю: вдруг я намеренно завышаю планку требований к нему, загоняя в рамки, которых он физически не сможет достичь, просто ради того, чтобы потом сказать: «Ага! Из тебя вышел отстойный Робин».              — Это вполне понятно. У тебя действительно очень высокие стандарты.              — Да, пожалуй. Я знаю, что он упорно тренировался и заслужил это, Стар, — сказал он. — Но я также знаю, что быть героем в Готэме, особенно новичком, — это сущий ад. Каждый первый в этом городе захочет проверить его на прочность. А кое-кто из них ради этого даже может объединиться. И мне страшно от мысли, что меня не будет рядом, чтобы защитить его.              Я ненадолго задумалась, а затем предложила:              — Но если ты сначала станешь Найтвингом, ты сможешь это сделать.              — Я хочу сделать это вместе с тобой, — ответил он. — Найтвинг появился благодаря тебе, благодаря тому, что ты увидела. Я просто обязан сделать тебя частью всего этого.              — Ты ничего мне не должен, — мягко возразила я, стараясь проявить понимание. — Я увидела Найтвинга лишь потому, что ты сам решил им стать в моё отсутствие. — Я приложила ладонь к его сердцу. — Он всегда жил внутри тебя.              Он накрыл мою ладонь своей, удерживая её на месте.              — Я хочу, чтобы ты была частью этого, Стар.              Почувствовав облегчение, ведь я и сама всем сердцем желала того же, я просунула свободную руку в кольцо его согнутых ног и доверчиво опустила голову ему на колени.              — Значит, буду.              — Я в тупике, — выдохнул Робин, протягивая руку и мягко касаясь пальцами моего лба. — Любой мой довод о том, почему это плохая затея, строится на эмоциях. А против логики это не работает, так что Брюс их просто игнорирует.              — Тебе нужно переиграть Бэтмена на его же поле логики. — Разве такое вообще возможно?              Он кивнул.              — Мне никогда это не удавалось. У него как минимум лет десять форы передо мной. — Он шумно выдохнул, издав раздражённый звук. — У Бэтмена готов целый хитроумный план. Он хочет, чтобы я вернулся, тренировал Джейсона, координировал его по ночам, а потом… устроил ему проверку так, чтобы он сам об этом не догадался. В костюме Красного Икса.              Мои eyes округлились. Костюм — вот что он имел в виду. Если до Титанов дойдут слухи о Красном Иксе, мы непременно придём на помощь.              — Насколько это разумно?              — Ну, — он пожал плечами, — почему бы и нет? Костюм я вернул, настоящий Красный Икс бесследно исчез, а весь ксенотиум теперь под нашим полным контролем. Джейсон не знает, что костюм у меня, так что… да. Мы сочинили под это дело целую легенду — якобы существует опасный преступный синдикат, который он должен ликвидировать. Я буду подбрасывать ему подсказки, проверять его навыки в бою, а потом скрываться, чтобы устроить новую проверку в другую ночь. Если он распутает мои намёки, значит, он победил и доказал всё Бэтмену. И я подумал… почему бы нам не создать «злодейское» альтер-эго и для тебя? Будешь выслеживать его вместе со мной, сможешь присмотреться к нему в деле и составить собственное мнение — именно как о герое, а не о человеке под маской. Наверное, мне самому станет спокойнее, если он пройдёт проверку Старфайр.              Это меня искренне удивило.              — У меня есть своя проверка?              Он улыбнулся мне той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё таяло и превращалось в нежное желе.              — Ты потрясающе разбираешься в людях, Стар. У тебя великолепная интуиция. И я доверяю тебе. Если ты скажешь, что он справляется, я поверю на слово.              Я повернула голову, упёршись подбородком в его колено, и принялась задумчиво разглядывать противоположную стену, пытаясь разложить мысли по полочкам.              — Проверить Джейсона — это очень важно для Бэтмена.              — Да.              — И уточню: ты хочешь стать Найтвингом вместе со мной. Но не в Джамп-Сити? А как же остальные Титаны?              Он смешно сморщился.              — Я… э-эм… если честно, я вообще о них не думал. Я просто… очень хотел, чтобы ты была рядом, а о деталях как-то не размышлял.              — Тогда… если твоё единственное условие заключается в том, чтобы я участвовала, почему бы не провернуть это прямо в Готэме? — Я выпрямилась, поворачиваясь к нему. — Если ты и Джейсон появитесь на улицах одновременно, это ведь вызовет всеобщую путаницу, верно? Мало кто рискнёт проверять на прочность вас обоих сразу, особенно если вы будете действовать сообща.              Он нахмурился, глядя на меня, но, думаю, не из-за того, что был не согласен, а потому что очень внимательно вслушивался в мои слова.              — Ходили слухи, — мягко напомнила я. — О том, что когда ты покинул Готэм, тебя заменили, и Робин из Джамп-Сити — это совсем другой человек, так?              Он недовольно буркнул:              — Да. Терпеть не могу эти сплетни.              — Я могу это понять. Но что, если мы используем эти самые слухи в наших интересах? Расшевелим их ещё сильнее. Робин возвращается в Готэм, в то же самое время Робин из Джамп-Сити бесследно исчезает, но одновременно с этим на улицах заявляет о себе кто-то новый. Это ведь не может быть Робин из Джамп-Сити, он ведь готэмский Робин, верно? Или нет? Ведь разве готэмский Робин не погиб от рук Двуликого? И почему Бэтмен никогда не пытался остановить Робина из Джамп-Сити, если тот был самозванцем? А что, если он настоящий?              — Хм…              Я продолжала:              — Мы заставим Готэм теряться в догадках, пускай они видят лишь ваши мимолётные силуэты, подпитывая эти слухи. Учитывая, каким влиянием пользуется Брюс, у него наверняка есть связи в прессе, которые помогут направить эти сплетни в нужное русло, разве нет?              Он начал медленно кивать.              — Да. Он бы смог.              Воодушевившись, я развивала мысль дальше:              — Ты поможешь Джейсону встать на ноги, а сам окончательно обретёшь себя в роли Найтвинга. И когда наступит момент официально раскрыть карты, просто призови меня на помощь в разгар какого-нибудь боя, прямо на глазах у свидетелей. Когда я стану относиться к Найтвингу точно так же, как относилась к Робину, люди сами проведут параллели.              Ещё один медленный кивок.              — В любом случае, я хочу, чтобы ты была рядом, когда я впервые надену этот костюм. Даже если нам придётся привести тебя в Бэтпещеру прямо на глазах у Джейсона. Мне плевать.              — Значит, я буду рядом. — Я снова протянула руку и нежно прикоснулась к его груди. — Думаю, что бы ты ни делал, Найтвинг всё равно будет неразрывно связан с Бэтменом — просто потому, что когда-то ты был Робином.              На этих словах его губы тронула кривая усмешка.              — Это не самая плохая ассоциация, к тому же ты связан со мной и через Робина, — продолжила я. — Таким образом, Найтвинг будет ассоциироваться со мной, с Титанами и с Бэтменом. Но кроме того… ты ведь говорил, что Бладхейвен находится недалеко от Готэма, верно? Значит, дебют Найтвинга в Готэме разве не приведёт со временем к защите Бладхейвена?              Он задумался, и его медленный кивок становился всё более уверенным.              — А как же проверка?              Я улыбнулась:              — Дик, Красный Икс и Робин всегда умудрялись быть в двух местах одновременно. Со мной на месте провернуть эту уловку будет куда проще.              Лицо Робина так и засияло:              — Мы можем преподнести это так, будто Красный Икс явился проверить нового Робина, потому что у него старые счёты с прежним! Джейсон точно захочет поймать его, чтобы проявить себя. А раз Красный Икс объявился в Готэме и исторически считается заклятым врагом Робина, Бэтмен может с чистой совестью приказать мне не вмешиваться.              Я кивнула:              — Мне, как Старфайр, нельзя просто так находиться в Готэме, ведь так? Существуют правила. Но как только я «признаю» Найтвинга, я сразу вернусь в Джамп-Сити. Найтвинг тоже может вернуться, ведь он Титан и должен появляться в обоих местах. Ты можешь сказать Джейсону, что будешь мотаться в Готэм по ночам, чтобы помогать ему. Преступники никогда не будут знать наверняка, в каком именно городе ты объявишься, и станут реже планировать нападения на случай, если ты нагрянешь. А я явлюсь как напарница Красного Икса, начну ту проверку, которую Бэтмен запланировал на эту ночь, и ты присоединишься ко мне, как только сможешь.              Он обхватил моё лицо обеими руками и быстро, но крепко поцеловал меня в губы.              — Стар, это же идеально! Если Найтвинг вернётся в Джамп-Сити и будет курсировать между двумя городами, я смогу приглядывать за Джейсоном и закреплюсь в обоих местах. И мы сможем работать в паре и устроить эту тайную проверку!              Я кивнула, улыбаясь тому, как сильно он теперь воодушевлён.              Робин добавил:              — И на душе от этого гораздо легче. Нам нужно будет проработать мелкие детали, но… если мы какое-то время подержим Найтвинга и Робина в тени, запутав Готэм до чёртиков, а затем ты ярко и заметно покажешься на публике, являя миру костюм Найтвинга… Думаю, это действительно может сработать.              Я довольно улыбнулась:              — Бэтмен ведь любит работать из тени. Именно это делает его устрашающим.              — Да, в этом вся суть. Робин всегда задумывался как заметное, отвлекающее внимание средство. Яркий, пёстрый, из серии «эй, посмотрите на меня».              — А Найтвинг сочетает в себе и то, и другое.              Робин кивнул:              — Твоя идея определённо притупляет ощущение, будто Робина у меня отбирают. Я… отпускаю его, чтобы стать тем, кем мне суждено быть.              Радуясь, что его меланхоличное настроение сменилось искренней радостью, я спросила:              — С этим ты сможешь смириться?              — Куда лучше, чем просто смотреть, как Джейсон гордо вышагивает в костюме Робина, пока меня нет рядом, чтобы проследить, станет ли он лучшим Робином из возможных, — он улыбнулся. — Расскажу Бэтмену об этом сегодня вечером.              — Если он согласится, — предостерегла я. — К тому же нам придётся посвятить остальных в часть плана, потому что, если Киборг увидит Красного Икса, он обязательно примчится на помощь.              — Да, я знаю. И как только они услышат о Найтвинге, они тоже всё поймут. Я не против предупредить их заранее, что грядёт нечто подобное, — он потёр подбородок. — Нам определённо понадобится новый костюм для тебя. Что-нибудь пуленепробиваемое.              — Я, скорее всего, и так пуленепробиваемая, — отозвалась я. — Если учесть, какую нагрузку я способна выдержать.              — Может и так, но давай не будем проверять эту теорию, особенно в Готэме, — он сморщил нос. — Костюм должен закрывать всё тело. И в какой-то мере сочетаться с дизайном Красного Икса.              — То есть чёрный? — Я склонила голову набок, затем улыбнулась про себя и схватила его за руку. — В таком случае у меня есть идея для костюма. — Взмыв в воздух, я увлекла его за собой. — Пойдём.              Он не стал протестовать, когда я потащила его в свою комнату. Оказавшись там, я прямиком направилась к шкафу.              — На Земле носить обработанную кожу животных… считается сексуальным, ведь так?              — Кожу? Ну да.              — На Тамаране это символ войны. Наш народ, предпочитающий носить минимум одежды, выглядит по-настоящему устрашающе, когда облачается в полные доспехи. И я имею в виду закрывающие всё тело с головы до ног.              — Кожа не совсем подойдёт для Готэма, Стар, — покачал головой Робин. — Мне бы очень не хотелось, чтобы к тебе ежесекундно домогались на улицах. И если эта броня похожа на ту чёрную, в которой ты прилетела, она будет слишком сильно напоминать твой обычный костюм.              — О нет, то была королевская броня. А это… коечто другое, — сказала я, доставая коробку, в которой хранились боевые доспехи. — Помнишь, как я сражалась с фарлнопом? Это новейшая броня, которую я сделала из его шкуры. Одного фарлнопа хватит на целую жизнь, чтобы шить такие доспехи.              Я протянула ему коробку, чтобы он открыл её, и он скептически приподнял бровь, принимая её.              Каждый элемент этого наряда являлся оружием, даже сапоги на каблуках до колен. Чёрная кожаная нижняя рубашка под кожаным корсетом на шнуровке и плотно облегающие чёрные брюки. В чёрных кожаных наручах прятались лезвия, которые могли выдвигаться для нанесения смертельного удара. Корсет скрывал в себе ножи. Даже маска-капюшон была снабжена чёрными металлическими лезвиями, похожими на рога; Бистбой назвал бы её напоминающей капюшон ниндзя, за исключением того, что в ней не было прорезей для глаз.              — Я не предлагаю мне носить именно это, — поспешила добавить я. — Но мы могли бы взять этот комплект за основу для нового костюма, ведь так? Он… во многом очень близок к костюму Красного Икса, и я уверена, что мы сможем переделать его под стать ему.              Положив коробку на мою кровать, Робин достал корсет и поднял его повыше, чтобы получше рассмотреть. А затем с трудом сглотнул.              Я вытащила из коробки капюшон, чтобы объяснить:              — Здесь используется та же технология, что и в твоих масках. Ткань с односторонней видимостью, но с дополнительным пугающим эффектом. Если я заставлю свои глаза светиться, это будет отчётливо видно сквозь ткань.              Робин подозрительно притих, бережно вытягивая из коробки брюки.              — Робин? — спросила я, слегка склонив голову набок.              Он снова с трудом сглотнул и протянул мне корсет и брюки.              — Эм… — пискнул он, а затем поспешно прокашлялся. — Можно мне посмотреть, как это выглядит на тебе?              — Конечно, — ответила я и подцепила пальцами край своего топа.              Робин тут же выронил вещи и мгновенно развернулся ко мне спиной.              — Стар!              — Да? — отозвалась я, раздеваясь так быстро, как только могла, и швыряя свои вещи мимо него прямо на кровать.              — Ты могла бы подождать, пока я выйду из комнаты, — сказал он, и его голос прозвучал очень напряжённо.              — Мы ведь напарники, к тому же я в нижнем белье, — ответила я, подбирая кожаную рубашку. — Я совсем не против, если ты будешь смотреть.              Он тяжело застонал, но остался стоять на месте, решительно уставившись в стену.              — Я был не готов. Я был совершенно к этому не готов.              Покачав головой, я продолжила облачаться в кожу. Это не заняло много времени, ведь такие доспехи создавались с расчётом на то, чтобы надевать их максимально быстро. Собрав волосы, я накинула капюшон и повернулась к нему.              — Я оделась.              — Я профессионал, — едва слышно пробормотал он себе под нос. — Я смогу вести себя профессионально.              — Робин?              — Ты полностью одета?              — Да.              Он повернулся и застыл как вкопанный.              Я подняла руки.              — В наручах спрятаны выдвижные лезвия, — объяснила я, резко вскинув запястья, чтобы они выскочили, а затем повторила движение, чтобы убрать их обратно. — В задней части корсета тоже есть небольшие клинки, — продолжила я, вынимая их, чтобы показать ему, и возвращая в потайные пазы. — Сапоги — это тоже оружие, — я приподняла ногу, демонстрируя ему острое металлическое остриё на конце каблука, — поскольку мы летаем. Но если ты против, мы можем убрать каблуки, чтобы было удобнее бегать. И, конечно же, рога — это тоже лезвия, их можно использовать в бою. Металлические шипы на моих костяшках сделаны из тамаранского сплава и предназначены для того, чтобы крушить врагов… что… впрочем, я не рекомендую пробовать людям. Но ведь что-то подобное могло бы подойти, правда? О! И посмотри! — воскликнула я, заставив свои глаза ярко засветиться зелёным. — Жуть, правда ведь? Этот костюм особенно эффективен в космосе, так как кожа фарлнопа практически не отражает свет, поэтому мы можем появляться буквально из ниоткуда.              Робин заворожённо кивнул.              — Эм… — Он сглотнул. — Это… а-ах… очень в духе Женщины-кошки.              Я нахмурилась и оглядела себя сверху вниз.              — Это плохо?              — Нет! — поспешно выпалил он. — Нет, вовсе нет. Ты выглядишь… совсем по-другому, Стар. Если бы… я не знал, что это ты под маской, я бы тебя ни за что не узнал. И уж точно не хотел бы, чтобы ты бесшумно выросла у меня за спиной в темноте.              Я понимающе кивнула.              — Это и сексуально, и опасно одновременно. — Он шумно прокашлялся. — Эм. Ладно. Хорошо. — Он опустил взгляд в пол. — Сапоги на каблуках отменяются. Ты абсолютно права насчёт бега. Мы можем сделать обычные сапоги до колен, если они тебе нравятся. А в остальном тебе в них удобно?              — Они мне нравятся, и да, они весьма удобные.              Он глубоко вздохнул и покрутил в воздухе пальцем, показывая, чтобы я повернулась вокруг своей оси. Пока я кружилась, он задумчиво произнёс:              — Топ и брюки раздельные, верно? Мы сделаем это единым комбинезоном, из того же материала, что и мои костюмы, а сверху добавим дополнительную защиту в виде корсета. Потому что… это Готэм. Пули там летают на каждом шагу.              — Почему именно цельный?              — Так защита будет надёжнее. Ткань не задернётся в самый неподходящий момент, и Джейсон случайно не увидит твою кожу, а это может нас выдать. — Он улыбнулся. — Всё, можешь больше не кружиться.              Я повернулась к нему лицом.              — Это подходит?              — Абсолютно. Я поговорю с Альфредом — он шьёт все наши костюмы, так что у него наверняка найдутся отличные идеи насчёт того, какое оборудование стоит добавить. Ещё нам нужно будет где-то закрепить датчик слежения. Ну и карманы, хотя, думаю, их мы сможем встроить прямо в корсет.              Я недовольно нахмурилась.              — Мне придётся научиться лучше читать язык твоего тела, раз уж теперь я не вижу твоего лица, — заметил Робин. — Но, кажется, ты не слишком довольна.              Стянув маску, я согласно кивнула:              — На Тамаране принято, чтобы каждый воин сам создавал и поддерживал в порядке свои боевые доспехи. Галфор учил меня гордиться их созданием и никогда не позволять кому-то другому шить броню за меня.              Он с уважением кивнул.              — Я понимаю и принимаю это. Однако мы не на Тамаране, здесь нет диких существ, на которых нужно охотиться ради их шкур, да и наши костюмы нужны не для того, чтобы наводить ужас на врагов, а ради защиты. Мы делаем не боевые доспехи, Стар, мы затеваем скрытные, шпионские штучки с проверками в условиях, где нас могут ранить. Для производства моих костюмов требуются специальные станки, а тебе нужна надёжная защита. — Он тепло улыбнулся. — Ты ведь веришь, что мой костюм защищает меня?              Я кивнула. Было так много случаев, когда его экипировка буквально спасала ему жизнь, что я прекрасно знала, насколько она прочна и качественно сделана, так что его доводы звучaли вполне разумно. Я надену этот костюм не на войну, а для работы.              — Верю.              — Альфред сшил мой костюм. Я доверяю ему свою жизнь.              Доверие Робина значило для меня очень много, и если он вверял Альфреду свою жизнь, то и мне следовало поступить так же. Но вот довериться человеку, которого я никогда в глаза не видела, было непросто.              — Мы созвонимся с ним позже, помнишь? Может, это поможет… — Он внезапно замолчал, и по наклону его головы я поняла, что его взгляд направлен совсем не на моё лицо. Должно быть, он думал, что раз его глаза скрыты под маской, то я не догадаюсь, куда именно он смотрит.              Я упёрла руку в бок и слегка сменила позу, выразительнее выставив бедро.              — Дик.              Он резко вскинул голову и слегка встряхнулся, приходя в себя.              — А, да. Прости.              Я одарила его медленной, чувственной улыбкой, которая стала ещё шире, когда он судорожно сглотнул.              — Тебе нравится.              — Это… очень сексуально. Я… эм… ну… просто пытаюсь представить, каково это будет — работать бок о бок с тобой в таком виде, и… — он запнулся, так и не закончив фразу.              — Я могу переодеться, — предложила я. — Или, если хочешь, ты можешь поцеловать меня прямо так.              Он смущённо посмотрел на меня, и кончики его ушей заметно покраснели.              — Если я поцелую тебя в таком наряде, то почти уверен, что не смогу удержать руки при себе. А мы ещё до этого не доходили и даже не обсуждали…              Я улыбнулась, протянула к нему руку и изо всех сил постаралась не выдавать того, насколько сильно меня волновала эта перспектива.              — Всё в порядке. Ты можешь прикасаться ко мне так, как тебе хочется.              Он сглотнул.              — Ты ведь остановишь меня, если тебе что-то не понравится?              Я маняще пошевелила пальцами, подзывая его к себе.              — Конечно.              Больше он не протестовал.