Опечатки

Паркер потерял счёт шотов, которые проглатывал буквально залпом. Ближайший от квартир Мэй и Неда бар баловал разрешением выпивать, если у бармена не появится вопросов относительно твоего возраста, поэтому парень в свои 19 устроился за барной стойкой, заказывая напитки друг за другом и совершенно не заботясь о том, что может перепить. Причины были до абсурда простыми: во-первых, Тони уговорил его перебраться жить на базу почти год назад, за что иногда отсыпал карманных в своём стиле, а во-вторых — паучок был уверен, что вообще не может напиться физически. А причина для посещения именно бара была ещё глупее: Пит не был уверен, изменяет ли ему его парень. Конечно, иногда "парень" было сказано слишком громко, ведь у них даже не было конфетно-букетного периода, просто секс и обещания наверстать упущенное, когда будет время, но Паркер был уверен, что они могут друг на друга хотя бы положиться, всё-таки за несколько месяцев притёрлись. Поэтому намёки на чужую измену, которые парень больше не мог игнорировать, заглядывая к нему или оставаясь на ночь, заставляли сесть и глубоко задуматься. Но мысли путались, прыгали и мешали друг другу, поэтому паучок решил немного приглушить мозговую активность алкоголем. Тони ведь такое часто помогает. И, кажется, Пит совсем не рассчитал свои силы, потому что через пару часов смакования разных коктейлей покрепче, когда он попытался встать до туалета, его заметно повело. Чёрт, он был уверен, что не способен физически накидаться до такого состояния! Но единственное, что ему оставалось, — дойти до туалета, вернуться и позвонить Тому. Он его заберет, они поговорят, потому что Паркер ни к какому выводу так и не пришёл, и решат всё это недоразумение. Ему нужен был Том. Очень. — Что-то случилось? — голос парня кажется Питеру тревожным, но за алкоголем он не обращает на это внимания. — Забери меня из бара, — Паркер разлёгся на своей руке на стойке, наблюдая краем глаза, как бармен ему подмигивает и отправляет в его сторону стакан с каким-то коктейлем, который понравился парню больше всего. — Что? Сейчас? — это первый раз, когда Питер просит его откуда-то забрать, поэтому Том скорее в шоке. — Я не могу, Питти, — он переходит почти на шёпот. — Почему не можешь? Я забирал тебя и намного позже, вообще-то. Или у тебя там какие-то очень важные дела? — Паркер пытается сосредоточить слух на трубке телефона, пока второе ухо прикрывает, чтобы заглушить шум бара. — Вот не дави мне только на чувство долга, Паркер, — Том тяжело вздыхает, а после где-то за ним и за ладонью, которой он прикрыл динамик, слышится незнакомым голосом "кто это?" — Попроси забрать тебя кого-то другого. Неда, ЭмДжей, например... — Ты после меня аж на девушек перешёл? — Питер перебивает его на полуслове. — Питти, что ты несёшь? Это уже пьяный бред. — Я слышу, что у тебя на фоне копошится девушка, — Паркер всё же берет тот стакан от бармена, делая небольшой глоток. — И вот нужно было тебе врать столько времени? — парень роняет смешок, уже слыша тот самый голос ближе и почти себе на ухо. — Питти, я могу всё объяснить, только послушай! — Передавай ей привет, — тянет парень, кладёт трубку, роняет тяжёлый вздох и опрокидывает остаток бокала в себя махом. Ну, а чего он ожидал, собственно говоря? Сколько бы они там времени вместе ни провели, Том заинтересовался им по-настоящему только тогда, когда узнал, что Питер стажируется в Stark Industries. А Паркер вообще заметил его только потому, что тот косил всем своим стилем под Старка, поэтому, если закрыть глаза на то, что Том младше Тони лет на 20, то можно было бы засчитать за отвратительную и слабую пародию на того, кого Пит действительно хотел. "Этот урод мне всётаки изменял! Ты приинь. Пошёл он к чёрту" "Забери мея. Я в баре где мы празновали твой день рождения" Пит уверен, что отправил это Неду. Он также уверен, что друг в скором времени придёт за ним, поэтому не скупится ещё на несколько шотов и запрокидывает их в себя почти махом. Ждёт какое-то время и не понимает, почему ни привета, ни ответа от друга нет, если сообщения просмотрены. Заглядывает ещё раз в чат, где-то на подсознании ловя себя на мысли об ошибках, но сейчас это было последним, что его волновало. "Здесь кажый второй смотрит на меня так будто хочет звять прямо у браной стойки. если ты не прилешь вовремя, я найду когото прохожего на Старка и уеду с ним" "Скоро буду." И вроде как Паркера должно было бы смутить уже отсутствие ответа после первых двух сообщений. Более того, его паучье чутьё должно было взорваться, потому что в полученном ответе не было ни одного "чувак", без которого Нед обычно не общается с ним. Но пьяный и, наконец, расслабленный мозг паучка не подаёт даже намёка на запах жаренного.

***

Старк работает над новыми протоколами Карен, пытаясь усовершенствовать А-17 для Пита. Паучок, конечно, и в трико от хозяина Stark Industries справляется с патрулём города, но на каких-то более важных миссиях ему приходится сложнее. И Тони не может закрыть на это глаза, потому что каждый синяк и ссадина, которую он потом видит на молочном теле Паркера, режут ему по совести и душе. Конечно, пацан уже вырос, уже не малыш, которого мужчина нашёл несколько лет назад, чтобы надавать предателю Кэпу по шапке, но именно это и смущает Старка. Он никак не думал, что вот это членистоногое чудо, запавшее ему в душу, раздевающееся в мастерской, чтобы обработать какие-то раны после неудачного патруля, и роняющее всхлипы от того, как что-то щиплет, будет заводить его. Его, кто действительно годится Паркеру в отцы! — Сэр, Вам пришло два сообщения от Питера, — Пятница увеличивает громкость, отвлекая своего создателя от работы. Тони наконец приходит в себя, отмирая и возвращаясь в реальность после третьей попытки ИскИна. Подбирает телефон, открывает сообщения и видит, что Пит написал об изменах. Вопреки всем позывам здравого разума, он даже огорчился пару месяцев назад, когда узнал от Пятницы, что у пацана кто-то появился. Старк до сих пор иногда штудировал всю информацию, которую мог найти на этого Тома, поэтому ожидал чего-то такого от этого урода уже давно. Как долго вообще его карапуз собирался терпеть к себе такое отношение? — Найди мне бар, про который написал паучок, — мужчина откидывается в кресле, тяжело вздыхая. Учитывая, что последние пару лет они праздновали с Питером его день рождения вдвоём здесь, в мастерской на базе Мстителей, быстро напрашивается простой вывод: Паркер просто перепутал чаты. А это заставляет Тони понять забавный и в то же время неприятный для него факт: Пит смог-таки со своими паучьими способностями наклюкаться. Влил в себя достаточно, чтобы перестать соображать, из-за этого ублюдка Тома. Горечь и позывы к ревности неприятно укололи куда-то под рёбра, потому что паучок своим выбором позволил даже родиться каким-то бессмысленным надеждам. Том ведь выглядел как жалкая и кривая пародия на Тони. — Телефон Питера находится в Doyle's Corner, по Бродвею на пересечении с 42 улицей. Судя по трансляции с камер из заведения, мистер Паркер находится там же. Сидит у бара и пьёт коньяк с колой, — подробный отчёт Пятницы заставляет её создателя тихо усмехнуться. И когда его паучок успел так вырасти, чтобы самостоятельно сидеть и глушить алкоголь где-то среди ночи? Тони уже хочет попросить ИскИн переправить сообщения кому-то из друзей Паркера, кто будет ближе, но останавливается, когда телефон в руке мелко вибрирует. Чёрт бы побрал этого парнишку, вовремя успевающего подлить масла в огонь. Последнее сообщение вынуждает коротко ответить, пока Старк выбирает нужную модель Марка, чтобы всё же забрать карапуза из бара. Что это вообще значит, "найду кого-то похожего на Старка и уеду с ним"? Будто на каждом шагу ходит жалкая пародия на его наставника.

***

Продолжая медленно опустошать запасы бара, потому что хуже уже не будет, пока к нему то и дело пытается кто-то подкатить, Паркер ещё раз заглядывает в телефон и смотрит на время, а потом на время ответа друга. Прошло всего несколько минут, но этого, кажется, было бы достаточно, чтобы дойти от дома Неда до бара. Питер не понимает его задержки, ибо хочет поскорее свалить из этого места, а следом ловит себя на мысли о том, что, напиши или позвони он Тони, скорее всего уже сидел бы в салоне дорогого авто и дремал бы на заднем. Он проводит с наставником много, а иногда даже слишком много времени. Они вместе работают в мастерской, иногда засиживаясь там сутками, едят с одной коробки доставки и пить могут с одного стакана. Выходят вместе на патрули, где Железный человек часто очень помогает. Могут задремать вместе на не совсем удобном диване в мастерской, а иногда Пит не помнит, как засыпал, зато просыпается в мягкой постели в своей личной комнате. И это так дорого Паркеру, что он просто не может перейти черту отношений, которые они так долго выстраивали сквозь ссоры, скандалы, неудачи и недопонимания. Ему легче заткнуть все эти чувства и засунуть поглубже в себя. Так будет легче для них двоих. И безопаснее для самого паучка. И ещё стопка причин, по которым он ищет кого-то похожего на Старка, лишь бы прикрыться статусом отношений. — Сладкий, о чём так задумался? — бармен вырывает Питера из его мыслей, пододвигая по стойке стакан воды. — Тебя есть кому забрать? Кажется, ты уже перебрал, — милый парень, скорее всего, старше самого Паркер на года два-три, выглядит заботливо. — Да, за мной скоро придёт друг, — вздыхает паучок, делая пару глотков воды и опуская лоб на предплечье, лежащее на стойке. И не успел бармен отойти от горе-страдальца, как на улице слышится звук приземления, а через несколько секунд по всему заведению прокатывается волна перешёптываний. На какие-то мгновения становится тихо, и Питер может спокойно выдохнуть, потому что чёткий слух не терзает какофония из голосов и звона посуды, но тут же подскакивает, когда понимает, что слышит звуки шагов одного из Марков Тони. Он переворачивается на стуле и вскакивает на ноги, пошатнувшись. И если бы не крепкая металлическая рука, он бы точно позорно шлёпнулся на колени перед костюмом наставника. — Ну привет, карапуз, — улыбается в костюме Старк, видя на лице напротив полное непонимание. — Мистер Старк? Что Вы здесь делаете? — паучок, кажется, уже и протрезвел, и может вполне-таки уверенно стоять на ногах. — Ты сам попросил тебя забрать, — мужчина отпускает парня, вышагивая из раскрывающегося костюма. — В следующий раз, когда захочешь утопить неудавшуюся любовь в алкоголе, иди сразу с другом, — Тони берет протеже за плечи и отправляет в свой костюм, пока тот не начал препираться. — Пятница, вытряхни его в холодную ванну, — касаясь реактора на груди, командует Старк, пока по его телу расползаются наниты, собирающиеся в костюм. — Извините, Сэр, — бармен только сейчас решается подать голос, не зная, как правильно обращаться к человеку такого уровня. — Молодой человек не оплатил счёт. — Ох, — Тони хмурится даже в костюме, ожидая, пока Пятница проведёт транзакцию, накапавшую на счёт Питера. — Оплатил.

***

Ему казалось, что этот полёт он не переживёт. И без того обострённые чувства сейчас давили на органы восприятия, перед глазами немного кружило, а слабость в теле в костюме во время полёта казалась каким-то извращённым наказанием. Паркер даже не замечает, как его полёт заканчивается, и едва успевает выставить руки, чтобы поймать раковину и не упасть перед ней из-за того, что Марк раскрылся слишком резко, а паучок был сосредоточен на том, чтобы его не вывернуло прямо внутри костюма. — Я ведь писал Неду! — Питер готов развалиться на части от накатившего стыда за своё состояние перед Тони и осознания того, что он спалился на неудачных отношениях перед ним. — Питер, в твоей крови слишком много промилле спирта. Я бы рекомендовала вывести его как можно скорее, чтобы твоё состояние улучшилось, — Пятница старается обращаться к парню мягче, считывая показатели и анализируя его плохое самочувствие. И без наставлений ИскИна чувствуя, что его скоро выкрутит наизнанку, Паркер только не мог понять, от чего именно. Мало того, что он надрался впервые в жизни до такого состояния, в котором смог даже перепутать чаты, — он залезает в телефон и, увидев, что действительно писал не Неду, почти болезненно стонет в ванной, — так ещё и выложил перед Старком то, что так старательно скрывал! Несколько месяцев у него выходило обходить тему отношений с кем-то, а тут в один заход он растрепал и об отношениях, и об их конце, и об измене своего уже бывшего! Это настоящий позор. — Я же сказал выкинуть его в холодную ванну, — Тони заходит в ванную, снимая с груди реактор, в которой уже сползлись последние наниты, и жестом отправляя Марка обратно в мастерскую. — Может хотя бы так паучок начал бы лучше соображать, — взгляд мужчины заставляет все внутренности парня сжаться, от чего тошнота подступает к горлу с новой силой. — Простите, мистер Старк, — он опускает взгляд в пол, борясь с тем, чтобы не рухнуть к унитазу в шаге от него. — Вам не нужно было прилетать, тем более в костюме... — Кто тебе изменял? — Тони и без него знает ответ, но хочет услышать всю правду от протеже лично. — И что это значит, — мужчина заглядывает в телефон и буквально читает, разве что на ходу исправляя опечатки в сообщении, — "найду кого-то похожего на Старка и уеду с ним"? Питер мнётся на месте, не зная что ответить, кроме правды. Но такое ведь нельзя рассказывать сходу! А подбирать слова парень явно не в состоянии, по крайней мере пока ему приходится заливаться смущением из-за своеобразного допроса со стороны Тони и бороться с желанием освободить желудок от всего выпитого. А Старк, получая в ответ лишь тишину, уточняет у Пятницы промилле спирта в крови протеже и ужасается. Если бы он столько выпил, наверное, ему пора было бы уже присматривать себе надгробие. — Давай-ка ты сначала хорошенько проблюешься, — Тони подходит к пацану, нажимая на плечи и вынуждая опуститься на колени перед белым троном. — Потом я найду чего-нибудь, что можно тебе скормить, чтобы привести в чувства. — Но... — Питер не может противостоять старшему сейчас, послушно обхватывая стенки унитаза руками. И именно сейчас тошнота отступает, сменяясь стыдом, ставшим в горле. — Может, Вы хотя бы выйдете? — он поднимает жалобный взгляд на наставника, поджимая губы и чувствуя, как низ подбородка сжимается, но тут же расслабляется и приходит в норму. — Как только убежусь, что из тебя вышла добрая часть того, что ты вылакал, — Старк опускается на колено рядом с паучком, одну ладонь укладывая ему на затылок, а вторую на подбородок. — Не хватало мне ещё, чтоб разных членистоногих выворачивало где-то посреди общей гостиной. На собственной шкуре ни раз испытав, какого обнимать туалет несколько часов подряд, Тони уверен, что не увидит ничего, что могло бы его смутить. А видя состояние самого дорогого человека, который впервые ужрался как в последний раз и едва стоит на ногах, он просто не может чем-то брезговать. Вспоминая, как Пит мог проводить с ним около белого трона по несколько часов после каких-то важных встреч, где не пить считалось дурным тоном, Старк даже не задумывается о том, что в обратную сторону отсутствия смущения перед такими действиями не будет. Не обращая внимания на лёгкое сопротивление парня, Тони наклоняет его над ободком, держа за затылок, чтобы тот случайно не промахнулся, и раскрывает рот пальцами. Не желая скорее морально насиловать протеже, чем физически, он не решается сразу лезть в горло, поэтому обводит пальцами рот, нажимая на язык и проводя к корню, стимулируя рвотные позывы. Несколько раз так делает, не обращая внимания на то, как паучок сводит бёдра вместе и сжимает их. И только после Старк вынимает пальцы изо рта протеже, чувствуя, как его горло сжимается. И, наконец, Паркера выворачивает. И это последнее, что его волнует, потому что пару секунд назад у него во рту находились пальцы его объекта вожделения, обводили его язык и нажимали там и тут, пока второй рукой Старк сжимал ему волосы на затылке, мягко, но властно, не давая никуда деться. И если бы не состояние Питера, в котором ему действительно нужно было несколько раз проблеваться, он бы воспринял такие жесты как зелёный свет к сексу. Но сейчас он только стыдливо сжимается, ощущая, как член даже после всего выпитого начинает натягивать штанину его старых свободных джинс. — Вот так, молодец, — Тони ласково разжимает ладонь на затылке, поглаживая кожу головы, чтобы загладить такой жестокий акт заботы. — Ещё пару раз, и пойдем тебя кормить, карапуз, — его пальцы снова сжимают непослушные пряди Питера, фиксируя положение головы. — И ты мне всё расскажешь, — напоминает, будто пытаясь невербально вызвать тошноту снова. По крайней мере Питеру казалось, что мужчина напомнил только ради этого. И паучку чертовски стыдно, потому что Старк проделает с ним те же манипуляции ещё раза три, снова и снова добиваясь желаемого. И сколько бы о нём ни заботились, единственное, на чём может сфокусироваться Пит, — надежда, что наставник не увидит его вставший член. Иначе потом будет слишком тяжело объяснить, из-за чего вообще в такой ситуации его дикое паучье либидо смогло проснуться. — Давай в душ, — Тони наконец поднимается, отпуская Паркера. — Надо же было столько выпить из-за какой-то измены, — вымывая руки, буркает себе под нос старший. — Тебе хоть стало полегче? — обращая внимания, что Питер так и не поднимается, уточняет мужчина. — Да, Сэр, спасибо, — паучок поднимает всё ещё мутный взгляд на наставника, натягивая болезненную улыбку на лицо. — У тебя ещё есть силы улыбаться, — Тони мягко усмехается, вытирая руки, и треплет парня по волосам. — Освежись и выходи. И, наконец, Старк оставляет парня в ванной одного, позволяя расслабленно выдохнуть и сесть, оперевшись спиной на прохладную плитку. Он так возбудился от того, что его наставник заставлял его блевать. Смешно и грустно одновременно, но больше всего Питер чувствует себя отвратительным, поэтому находит силы встать на ноги, раздеться и зайти в душевую. Прохладные струи начинают обливать тело, приводя в чувства, пока Паркер укладывает ладонь на член и смыкает веки, воспроизводя в сознании ощущения от грубых пальцев Тони и представляя на их месте совсем другую часть его тела.

***

— Сэр, Питеру звонит абонент, записанный Томом, — негромко оповещает Пятница, стоило Тони зайти в общую гостиную и заглянуть в холодильник. — Перенаправь звонок на мой телефон, — доставая его из кармана, просит и принимает вызов, бегая по полкам глазами и примечая лёгкий суп. Всё же наличие на базе женщин даёт о себе знать, и Старк благодарен Наташе за умение готовить. — Питти, где ты? Откуда тебя забрать? Я сейчас же приеду, — противный голос бывшего любовника паучка едва не заставляет Тони скривиться. — Прости, что так вышло. Давай поговорим, я могу тебе всё объяснить, — тревожность и наигранная искренность давят на нервы мужчины. — Питер очень занят, — Старк наливает небольшую порцию и отправляет её греться, опираясь бедрами на столешницу. — И, если я правильно понял, а я уверен, что не ошибся, он бы больше не хотел видеть тебя. Ты, кажется, опоздал. Примерно на несколько литров коньяка с колой, — поставив завариваться кофе, Тони прикрывает зевок рукой. — А ты ещё кто? — Том возмущён почти до глубины души. Они сами могут между собой разобраться! — Энтони Эдвард Старк собственной персоной, — мужчина легко улыбается, слыша непонятный звук на другом конце. — Наставник Питера, по доброте душевной забравший его вместо тебя. И человек, который лично с тобой разберется, если ты ещё раз попадёшься моему карапузу на глаза, — Тони говорит об этом слишком будничным тоном, забирая тёплый суп и направляясь обратно в сторону комнаты паучка с подносом. — Мистер Старк, простите, ради Бога! — Том уже готов умолять о прощении, но неожиданно для него вызов прерывается, оставляя недопонимание и ощущение уязвимости, даже если он попытается бежать на другой конец Земли. Кто ж сможет скрыться от Железного человека? Старк уже через пару минут оказывается снова в комнате Паркера, оставляя на его столе поднос с тарелкой лёгкого куриного бульона, столовыми приборами и чашкой латте. Сам мужчина устраивается в его кресле, складывая руки на груди и ожидая, когда ему наконец снова составят компанию. Но через пару минут тишины, когда он отходит от разговора с тем мерзавцем, за шумом воды из личной душевой Пита слышатся приглушённые стоны, заставляя Тони распахнуть глаза от шока. Паучку несколько минут назад было неимоверно плохо, с чего бы ему находить силы на мастурбацию? И ладно бы, если бы карапуз просто решил так себя отвлечь, чтобы расслабиться и подготовиться к серьёзному разговору, который его ждал. Тони бы понял от и до, представляя, что ощущает парень, когда вскрылось то, что он так старательно пытался скрыть. Но собственное имя, почти выкрикнутое, заставляет напрячься и связать несколько фактов следом друг за другом. Очевидный вывод не хочет укладываться в голове гениального Старка.

***

Быстрые движения рукой редко срываются на медленные, когда Питер сжимает ствол сильнее, стараясь имитировать хватку наставника. По крайней мере, ему хотелось думать, что Старк бы сжимал его сильнее. Пальцы второй руки мягко изнутри поглаживают стенки ануса, но проникают неглубоко, потому что без смазки сделать это тяжелее, чем хотелось бы. Даже под прохладной водой его тело пылает, пока сам паучок не может зажать себе рот, поэтому рассыпается в стонах. Он ещё сильнее прогибается в спине, выворачиваясь почти в неестественном для человека положении, оставляя на холодной влажной плитке только лопатки. Движения становятся ещё резче, стоны обрываются новыми, пока Паркер старается сильнее давить там и тут внутри себя, заменяя глубокое проникновение более сильным ощущением распирания. Он терзает губу, ощущая на языке в какой-то момент металлический вкус, когда замирает. Его тело прошибает мелкой дрожью, когда имя его единственной за последний год влажной мечты срывается с губ. Приводя дыхание в порядок и чувствуя самую сильную слабость после оргазма за всё время его самоудовлетворения, Паркер всё же возвращается в реальность. Скорее всего наставник, чьё имя он только что почти выкрикнул, уже ждёт его в общей гостиной, поэтому нужно было к нему поспешить. На ватных ногах паучок моется за пару минут, выключается воду, обтирает тело и останавливается напротив зеркала. Недавние засосы и укусы, оставленные Томом, почти сошли на нет, но все ещё были слегка видны. Взяв свежее бельё, стопку которого заблаговременно оставил специально в личной душевой, Питер вешает на шею полотенце и выходит в свою комнату. И, наверное, только строгий взгляд наставника, сидящего в его кресле возле стола в мягко, тускло освещённой комнате не даёт ему развернуться обратно и хлопнуть дверью, будто он и не выходил вовсе. Паркеру мгновенно хочется прикрыться, чтобы не показывать самому близкому человеку чужие постыдные метки на своём теле, но он только и может, что стоять перед Старком почти нагим, сжимая края полотенца на шее, и надеяться, что мужчина только что пришёл или хотя бы не слышал всего того, чем пару минут назад занимался его протеже. — Теперь я хотя бы понимаю, почему ты в жару таскаешь водолазки, — выдыхает Старк, поднимаясь из кресла и направляясь к шкафу парня. — Пит, малыш, я ведь послушно не лез в твою личную жизнь, чтобы не нарушать твоё личное пространство, — он пару секунд копается на одной из полок, прикрывая почти страдальческое выражение лица, потому что приходится врать паучку, а после запускает в него первой попавшей футболкой побольше. — Но мне казалось, что я достаточно близок тебе, чтобы рассказать об отношениях. — Простите, мистер Старк, — Паркер едва успевает поймать футболку и как можно скорее натягивает её, едва не запутавшись. — Горе луковое, — выдыхает Тони, снисходительно улыбаясь. С проблемой, давящей на собственническую натуру, он разобрался пару минут назад, поэтому и издеваться над парнишкой смысла уже не видел. — Садись, тебе должно от этого полегчать, — опираясь бёдрами на рабочий стол Питера, мужчина складывает руки на груди. — Я должен был рассказать Вам раньше, — парень неуверенно перемещается, усаживаясь в кресло и пододвигаясь к столу, где его ждал любимый куриный бульон тёти Нат. — Просто подумал, что Вам не до моих личных проблем, Вы ведь и без того много времени со мной проводите, — то, какую чушь он несёт, до Паркера доходит только через несколько мгновений после тяжёлого вздоха наставника. — Простите. — Ешь уже, — Тони пытается сосредоточиться на теме разговора, но никак не может отвести взгляд куда-то ещё, кроме почти прошедшего следа от зубов на задней стороне шеи Паркера, который прикрывало полотенце и влажные волосы. — Но я всё равно не понимаю. Как ты вообще умудрился перебрать с алкоголем, членистоногое? — Я сам не понял, как так вышло. Просто в какой-то момент повело, а потом узнал, что он мне изменяет, и дальше я подумал, что хуже уже не станет, — Питер принимается за тёплый бульон, ставя пометку поблагодарить Романофф завтра. Если не забудет. — Моему карапузу изменял какой-то уродец, — у Старка в голове не укладывается, как вообще можно найти кого-то лучше Питера Паркера со всем его солнечным обаянием. — Найду его и отдам Брюсу на опыты. Нет, Наташе вместо груши для битья, — он устало вздыхает, потирая переносицу, и слышит смешок снизу. — Даже не попытаешься его защитить? — А Вы послушаете, если попытаюсь? — Само собой нет, — Тони пожимает плечами, мягко приподнимая уголки губ, когда чувствует, как атмосфера стала легче. Тем более, наблюдать за тем, с каким аппетитом Паркер наворачивает ложку за ложкой, было вполне-таки расслабляющим процессом, оказывается. — И как давно вы вообще были вместе? — Несколько месяцев, — Питеру кажется, что он слишком быстро справился с тарелкой, но приятная лёгкая тяжесть в желудке позволяет расслабиться. — Чуть больше полугода вроде. И месяца четыре уже, как я понял, он ходил налево. Поэтому и пытаться защищать его смысла нет. — Паучок, — Тони почти горько от осознания того, что его малыш обжёгся. Как только он уложит Питера спать, разберётся с этим выблядком. — Всё в порядке, мистер Старк, — Паркер подбирает кофе, не решаясь поднять взгляд, когда чувствует, как ладонь старшего укладывается на плечо и ощутимо сжимает, видимо, в жесте поддержки. — Я и не ожидал чего-то большего от него. — Хорошо, — Старк подбирает руку обратно, складывая обратно на груди. Спрашивать, чего вообще тогда ожидал Паркер от этих отношений, не было никакого желания. — Что тогда ты имел ввиду в последнем сообщении? — это вызывает куда больший интерес. — Это... — Питер тянет, не зная, как можно оправдаться, и ощущая, как к лицу снова приливает кровь. Он ожидал, что сорвётся и признается как угодно, но не в такой ведь ситуации! — И этот твой Том, — его имя выходит у Старка даже, кажется, слишком пренебрежительно. — Он косит под меня, насколько я рассмотрел. Или это мода такая сейчас? — Что? — Паркер едва не подавился кофе. — Откуда Вы знаете? Я ведь... — он запинается, тяжело сглатывая и почти со страхом смотря на наставника. — Я ведь не показывал. И даже не говорил, как его зовут! Вы ведь обещали, что не будете за мной присматривать! — из своего кресла возмущающийся паучок кажется Тони отдельным видом искусства. — Успокойся, карапуз, — Старк мягко улыбается, поворачивая голову в сторону протеже. —Он звонил, пока ты был в душе. Я ответил, а потом пробежался глазами по тому, что успела найти Пятница. Вы ведь уже разошлись, я подумал, что могу. Паркер сдавленно выдыхает, чувствуя небольшое облегчение, пока до него с новой силой не доходит осознание того, что Старк видел его бывшего и разглядел между ним и собой сходства. Осознавать это было чертовски стыдно, а сразу следом страшно, потому что парень не представлял, что успел подумать о нём наставник и как вообще воспринял тот факт, что бывший Питера был так на него похож. — И что он говорил? — уточняет, опуская взгляд в пол, единственное, за что может ухватиться паучок, чтобы оттянуть момент своих откровений. — Спрашивал, откуда тебя забрать, потом наехал на меня, а после того, как узнал, с кем говорит, рассыпался в извинениях, — Тони не выдерживает, сдёргивая полотенце с шеи Питера и наконец лицезреет полную картину. Что-то скручивается в нём в тугой узел, заставляя натянуться, словно струну. — Это всё он с тобой делал? Паркер вздрагивает от неожиданного действия старшего, сжимаясь на месте ещё сильнее и не зная, куда себя деть. Он снова почти ощущает себя обнажённым, потому что большая часть чужих меток теперь видна тому, от кого он пытался скрыть их больше всего. Ему стыдно, скорбно и страшно от всех возможных реакций Тони на всё, что он узнает за сегодняшний вечер. Паучок может только кивнуть на вопрос, не решаясь поднять взгляд, пока пальцы мужчины не укладываются ему на подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть на наставника. — Найти кого-то, похожего на меня, и уехать с ним. Так ты развлекаешься, сбегая каждый раз, когда я пытаюсь приласкать? — Тони зол и почти пылает ревностью. Всякий раз, когда его касания заходят хотя бы сколько-нибудь дальше обычных дружеских, когда он набирается сил попробовать переступить за черту, которую они сами с Питом нарисовали между собой, паучок смывается, ломая и без того призрачную надежду на то, что не один Старк питает далеко не дружеские чувства. И каждый раз после этого несколько дней ходит в закрытой одежде, заставляя терять концентрацию на работе и запивать нежелание признавать кого-то ещё у своего любимого человека, к которому даже прикоснуться лишний раз нельзя! — Мистер Старк? — голос Паркера почти дрожит, потому что Тони смотрит на него слишком внимательно своими чёртовыми тёмными глазами. — Знаешь, как мне отстопиздело наблюдать за течением твоих из раза в раз неудачных отношений с жалкими пародиями на меня? Сколько их уже было? Штук семь? Восемь? — Тони наклоняется вперед, почти болезненно сжимая подбородок паучка, чтобы тот даже не думал отвести взгляд куда-то в сторону. — Я начал заниматься этим только из-за Вас! — он наконец взрывается, подскакивая на ноги и выкручиваясь из хватки мужчины. — Вы несколько лет подряд тыкали меня носом в нашу разницу в возрасте, не подпускали и следили за каждым моим шагом, словно мне пять! — Паркер наступает на наставника, выставляя палец в его сторону, но не решаясь тыкать в грудь. — Я успокоился, остыл, засунул все свои надежды и мечты в задницу, смывался каждый раз, чтобы потрахаться с кем-то ещё, только бы не допускать слабости перед Вами и не докучать снова, вешаясь на Вас и по-собачьи верно дожидаясь, пока Вы поманите пальцем! Мне нужно было верно и смирно сидеть на базе и ждать, пока Вы закроете глаза на мой возраст и, наконец, соизволите трахнуть? — Паркер тяжело переводит дыхание, только сейчас ощущая, как виски неприятно колет от повышенного напряжения. — Да, Паркер, чёрт возьми. Да! — Тони почти в шоке от того, что сейчас услышал. И больше ему только стыдно перед парнем, которого он так любит, но которого заставил так страдать. — Ты не представляешь, каких мне усилий стоило переступить через себя и признать, что я хочу тебя больше, чем что-либо ещё. Я ведь гожусь тебе в отцы! — Плевать я хотел на Ваш возраст! — уверенность, переполнявшая его несколько секунд назад, сменяется растерянностью перед отчаянием в голосе Тони. Питеру тоже горько от того, что ему пришлось прибегать к тем методам, которыми он пользовался, но и по-другому ведь было нельзя! Старк ведь действительно очень долго вёл себя с ним, как с ребёнком. Паучок не может сосчитать, сколько раз чувствовал полную опустошённость, ловя себя на мысли, что его наставник относится к нему больше как к сыну, чем хотя бы как к простому другу. От всего, навалившегося разом, в уголках глаз проступает влага, а руки опускаются, пока он пытается уложить всё в голове. — Пит, родной, — Старк даже в полумраке комнаты выхватывает влажные глаза парня. — Прости, малыш, — Тони делает шаг навстречу, протягивая руки, заключает паучка в объятья и чувствует, как его руки цепляются за рубашку на спине. — Я даже смотреть на них не мог в постели, — парень утыкается носом куда-то в изгиб шеи, поджимая губы и сдерживая порыв эмоций. — Закрывал глаза, отворачивался и видел Вас. Искал в каждом Ваши черты, старался дорисовывать образ. — Пит, — Тони выдыхает, перемещая ладони на плечи парня и мягко отстраняя. — Больше не нужно искать, карапуз, — он наклоняет голову вперед, стараясь заглянуть в опущенное лица парня. — Я весь перед тобой. Только твой. Делай, что хочешь, — уголки губ немного приподнимаются, когда парень не сопротивляется и поднимает взгляд сам. Вместо ответа парень почти отчаянно тянется вперед и, пока не растерял всю храбрость, касается губ Старка. Мужчина впутывается во влажные пряди на затылке, притягивая ближе, спускается второй ладонью на талию, прижимая к себе и крепко целуя в ответ. Раскрывая рот Паркера, наконец, языком, Тони проводит им по верхнему ряду зубов, проводит по нёбу и ласкает всё, до чего может дотянуться. Ловит мычание парня прямо в губы, спускаясь ладонью на ягодицы и с силой сжимая одну из них. Руки младшего опутываются вокруг шеи наставника, пока Питер старается поспевать за его темпом. Ощущая внушительную выпуклость бедром, паучок отшатывается и опускает взгляд на натянувшуюся штанину брюк Тони. Поднимает взгляд на него, ловит его смешок, а после снова оказывается втянут в поцелуй, подаваясь бёдрами вперед, чтобы упереться в крепкое бедро мужчины постепенно поднимающимся членом. И ловит уже своими губами протяжное, грубое и глубокое рычание Старка. Снова отрывается, делая несколько тяжелый вдохов, и смотрит в темнеющий взгляд старшего. — Я перекрою все, что на тебе оставил этот ублюдок, — Тони не дожидается согласия, уловив во взгляде паучка мерцание звездочек, и снова утягивает его в грубый поцелуй. Не желая отрываться друг от друга, они почти с трудом добираются до кровати парня, пытаясь побороться за ведущую позицию в поцелуе. Паркер не уступает наставнику даже вопреки его превосходящему опыту, а Тони ещё больше распаляет тот факт, что его карапуз наконец уверенно чувствует себя на равных с ним. Они падают, так же не отрываясь от желанных губ друг друга, пока Старк запускает руки под уже ненавистную футболку, которую сам ему дал, и чувствует, как заплетающиеся пальцы младшего с трудом расправляются с пуговицами на его рубашке. — О чём ты думал в душе? — заставляя парня приподняться, Тони стягивает с него футболку, отбрасывает её куда-то и проводит грубыми мозолистыми ладонями по нежной молочной коже от тазобедренного сустава до груди. — Вы слушали, — выдыхает Паркер, уже понимая, что ему, видимо, ничего не скрыть от наставника. — Само собой, карапуз, — он ухмыляется, опускаясь к молочной коже Питера и присасывается к месту, где почти прошёл синяк. — Как я мог не услышать, когда ты так выразительно звал? — парню кажется, что в комнате стало немного светлее от сверкающей ухмылки Старка. — О том, как Вы заставляли меня блевать, — через смешок рассказывает паучок, выгибаясь навстречу лёгшим на грудь рукам Тони. — Как гладили по рту, нажимая там и тут, — закусывая израненную губу, немного тянет Пит, когда оба соска задевают попеременно. — Паркер, — Старк усмехается, не в силах сопротивляться абсурдности повода для дрочки, а паучок доволен тем, как заставил наставника смутиться. — Ты, оказывается, фетишист? — этот раунд, кажется, останется за Тони. — У Вас встало на это, — Пит готов побороться. — Вы, получается, тоже? — У меня встает на многие связанные с тобой вещи, членистоногое, — Паркер сдаётся, отдавая победу наставнику, и слабо стонет, стоило тому обхватить зубами сосок. Тони растягивает губы в ухмылке, и парень чувствует это кожей, откидывая голову назад, когда зубы смыкаются сильнее, вызывая приятные ощущения, граничащие с болью. Мужчина поднимается на какие-то секунды, обводя взглядом крепкое, но такое хрупкое на вид тело перед ним и примечая каждый чужой след, который может увидеть. Он ревнует, сдерживаясь от того, чтобы сейчас же отправить с десяток Марков разобраться с каждым ублюдком, что касался его солнечного мальчика, но отмахивается от этой мысли, когда Питер перед ним демонстративно выгибается и укладывает руки на грудь, сжимая едва выступающие мышцы. — Доиграешься, паучок, — старший облизывается, даже не пытаясь бороться с желанием обсосать Паркера во всех доступных местах, и снова наклоняется к желанному телу. Старк целует там и тут, кусает поверх едва видных следов чужих зубов и присасывается там, где приютились едва заметные крапинки от почти прошедших засосов. Иногда перебарщивает, понимая это только после того, как парень тянет за волосы, чтобы оттащить от болезненных следов. И после этого со всем чувством вины зацеловывает и зализывает место, пока не добивается срывающегося с желанных губ мычания. И Тони нравится это. Не тот факт, что ему приходится перекрывать чьи-то следы на теле Питера, а то, как тот отдаётся ему, едва подавая признаки сопротивления даже тогда, когда удовольствие перерастает в неприятные ощущения. Руки оглаживают там и тут, скользя въевшимися в ладони мозолями от инструментов по нежной коже на боках, бедрах, по тонкому белью, обтягивающему ягодицы и вставший член. Паучок хнычет под ним от переизбытка ощущений, которые все ещё не до конца трезвый мозг не успевает обрабатывать. И без того повышенная чувствительность сейчас ощущалась сладкой пыткой. И мужчина над ним в лёгком экстазе от того, как его протеже отзывается на каждое, даже самое лёгкое прикосновение. — Мистер Старк, — Питер нетерпеливо укладывает его ладонь на член, толкается в неё и смотрит в глаза старшему с таким желанием, что сопротивляться просто невозможно. — Избавляйся от этой привычки, — Тони нажимает на эрекцию и размашисто проводит ладонью вверх, чувствуя, как собственный член почти болезненно упирается в брюки. Пока может соображать хоть сколько-нибудь, Паркер поднимается и наконец стягивает распахнутую рубашку, позволяя ей упасть куда-то в ноги наставника. Он не понимает его просьбы, укладывая тёплые ладони на грудь Тони и с нажимом проводит вверх, оглаживая полосу, оставшуюся после операции по удалению реактора, и крепкие крупные плечи. С вопросом смотрит в тёмные глаза старшего, прикусывая губу, когда до сознания доходит, с какой уверенностью в себе он касается Старка. — Переставай свои официальные обращения, — мужчина едва справляется с желанием просто накрыть такие манящие губы вместо объяснений. — Никаких мистеров Старков, только Тони, — своё собственное имя он почти стонет, когда паучок наконец справляется с ремнём и расстегивает брюки. — Хватит болтать, Тони, — Паркер стягивает штаны с бедер до колен, дальше позволяя им упасть куда-то к рубашке вниз с тихим звонок пряжки ремня. — Иначе мне снова придётся... Он не успевает договорить, ощутив на своих щеках крепкую хватку цепких пальцев, а в следующую секунду — настойчивый поцелуй, почти выбивающий из лёгких остатки воздуха. Паучок и без кого-либо знал о настойчивости своего наставника, но сейчас, ощущая, как в его губы почти вгрызаются, не давая даже пискнуть под таким напором, узнаёт об этой черте Тони с новой силой, отдаваясь во властные руки и расслабляясь под желанным столько времени напором. Его руки обводят шею Старка, мягко обнимают, пока кончики пальцев впиваются ногтями куда-то в кожу под лопаткой и оставляют слабые розовые полосы, наверное, незаметные на загорелой коже старшего. — Никогда больше, — Тони отрывается от его губ, тяжело вдыхая и выдыхая, сжимает щёки ещё сильнее и мелко встряхивает, заглядывая в глаза со всей строгостью, на которую способен в данной ситуации. — Никогда больше не смей думать о том, чтобы найти кого-то, похожего на меня, и смыться к нему, — он почти рычит, ощущая, как ревность царапает грудную клетку изнутри. — Тони, — Паркер только сейчас понимает, как могли бы его слова прозвучать, дай мужчина ему договорить. И ему тут же становится неимоверно стыдно, они ведь только-только друг другу открылись! — Иначе я за себя не отвечаю, — Старк не даёт ему вставить и слова извинений, на которые сейчас был готов рассыпаться паучок, и снова жадно целует. Так, чтобы показать, раз и навсегда вбить в голову этого несмышлёного и ещё поддатого членистоногого, что не готов его ни с кем делить. Ему и раньше давалось это со скрипом и треском чего-то глубоко внутри, поэтому сейчас, когда Паркер позволил ему попробовать себя, дотянуться и, наконец, забрать себе без остатка, мужчина был просто не в состоянии отпустить. Ни думать о последствиях своей жадности, ни о том, как выглядит со стороны, присваивая себе, старпёру, молодого парня, у которого впереди целая жизнь. А Питер был только рад тому, что наконец смог полюбоваться на приступ агрессивной ревности своего объекта вожделений. Это был почти его личный фетиш. Представлять, как однажды Старк прижмёт его где-нибудь, грозясь сотворить с кем-то из ухажёров паучка что-то немыслимое и невообразимое, явно опасное для жизни, стало для Питера новой влажной фантазией, перед которой он не мог устоять. И единственное, что его останавливало от нашёптываний Старку вещей, которые с ним делали другие, и тыканий в мест, где они касались, чтобы старший всё это перекрыл собой, присвоил парня себе всецело и полностью, — нежелание вспоминать о чём-либо ещё, когда он находился в руках желанного мужчины. — Тони, пожалуйста, — Питер почти вырывается из поцелуя, переводя сбившееся к чёрту дыхание. — Никто больше не тратил времени на то, чтобы поиграть с твоими ощущениями? — Тони понимает, что это неуместно, но не может сдержать желания поиздеваться, чтобы больше раззадорить, показать, что он лучше всех, кто был раньше. — Никого я не хотел так сильно, как тебя! — Питер берёт его лицо двумя ладонями, отрывая от собственной шеи, и без того усыпанной лиловыми следами. И это оказывается, к счастью Паркера, отличным ходом. К несчастью Тони, это было больше похоже на удар под дых, чтобы заставить яйца поджаться, а член восторженно дрогнуть. И старший больше не может терпеть, поэтому несколькими уверенными движениями ставит парня в коленно-локтевую, стаскивает с него бельё и с полным разочарования и отчаяния вздохом замедляется, успев только огладить налитые ягодицы перед собой. — В нижнем ящике прикроватной тумбы, — Питер даже не до конца трезвый смущается от того, что всё же рассказывает о своём тайнике развлечений наставнику, на которого наседал несколько месяцев для того, чтобы убрать все камеры из комнаты. — Бог мой! — Тони не без сожалений отрывается от желанного членистоного, но тут же всё это перекрывает восторг от запасов Паркера. — Узнаю, что ты кого-то приводил на базу... — Мне нужно было как-то снимать напряжение после того, как ты пытался приласкать! — оправдываться, сгорая от смущения, оказалось чертовски тяжело. — Я верну каждую камеру на её законное место. И поставлю ещё несколько, чтобы у меня были записи со всех ракурсов, — подбирая смазку и на ходу выжимая гель на пальцы, Тони сдерживает болезненные стоны от осознания того, сколько домашнего порно он упустил, соглашаясь не вмешиваться в личное пространство протеже. — Тони! — Питер сам не понял, вскрикнул он от возмущения или от ощущения прохладного геля на своём анусе. — И куда-нибудь в душевой пристрою, — ощущая, как легко входит первый палец, усмехается напоследок Старк. Самая долгая пытка в его жизни отменяется, когда мужчина понимает, что растягивать Питера, только недавно оборвавшего свои последние недоотношения, достаточно легко. Этот факт немного подбешивает, потому что в воспоминаниях невольно всплывает момент, когда Тони понял, что упустил девственность любимого парня, но недовольство и досада от этого тут же улетучиваются, стоило паучку с тихими протяжными стонами потянуться навстречу и попытаться самостоятельно насадиться, когда старший немного замедлился в своих действиях. Возвращаясь в реальность из сожалений, Старк сразу добавляет второй палец и ощупывает парня изнутри, пытается найти нужную жилку и через несколько минут поступательных движений, разведений пальцев ножницами и слепого прощупывания под тихие мычания и короткие мягкие стоны Паркера слышит почти вскрик. Паучок просто был не готов к тому, что человек, имеющий за плечами годы опыта, соразмерные его возрасту, сможет найти простату так быстро. Трезвость наступала куда медленнее, чем хотелось бы парню. Тони едва держит себя в руках, когда через несколько минут Питер так уверенно изворачивается перед ним, подаваясь всем телом назад, чтобы насадиться глубже. Добавляет третий палец, несколько минут борясь с желанием нагнать предыдущий темп, от которого перед глазами пацана сверкали маленькие звездочки, и наконец видит попытки паучка снова насаживаться самостоятельно. Разминка Пита перед основным процессом давала свои плоды, а нетерпение Старка заставляло двигаться быстрее, чем было бы нужно. Но отзывчивость протеже, удовольствие, которое он показывал всем телом и каждым звуком, успокаивало, стоило мужчине задуматься, не перебарщивает ли он со своим напором. — Господи, — тянет Питер, когда старший перебирает пальцами по чувствительной точке, заставляя его тело содрогнуться и напрячься. — Не приплетай сюда кого-то свыше, а то на твои стоны точно спустится, — Старк выскальзывает из оставшегося раскрытым парнишки. И если бы не его собственное изнывающее возбуждение, пропитавшее ткань трусов над головкой, он бы обязательно подразнил паучка подольше. — Будешь ревновать меня к несуществующему эфемерному бреду? — Питер снова не совсем по-человечески изворачивается, укладывая ладони на свои ягодицы, разводя их и умудряясь при этом повернуть голову достаточно, чтобы видеть наставника. — Обязательно буду, — избавляясь от белья, выдыхает от открывшегося перед собой вида Старк. Питер бы даже усмехнулся, если бы не размер открывшегося перед ним произведения искусства. Налитый толстый ствол, покрытый разбухшими венами, приковывал всё его внимание, заставляя облизаться и сглотнуть слюни, которые грозились через мгновение закапать с приоткрытых губ. И если бы паучок мог, он бы извернулся ещё больше, чтобы видеть, как Старк входит в него. — В следующий раз насосёшься, — Тони не упускает из внимания даже этого, приставляя голову к анусу парня. — Думаю, я смогу им завтракать, — с надрывом тянет Паркер, обычно пропускающий этот приём пищи, вынуждая мужчину едва не поперхнуться воздухом от такого заявления. 1:1. Питер доволен реакцией наставника на свои слова, поэтому теперь может соизволить заткнуться и только ронять стоны от ощущения постепенно нарастающего распирания. Он не знал, как у Старка всё внизу, поэтому раньше и сравнить ему было не с чем. Зато сейчас он может с уверенностью заявить, что он наполнен до краёв, и, если бы он был чашей, то оттуда бы скоро полилось через край. Но это настолько захватывает, приносит столько удовольствия, что парень просто не в состоянии это прокомментировать. — Если бы я правда был в неведении, — Тони с трудом, но говорит, не имея права заткнуться, иначе бы его эго лопнуло, — то подумал бы, что забрал твою девственность, — смешок выходит смазанным, стоило Паркеру дернуться куда-то в сторону от возмущения. Иногда ему хочется залепить рот этого человека паутиной. — У тебя ещё есть ресурс думать? — Я не был бы Тони Старком, которого ты так любишь, если бы хоть иногда не думал, — и это настолько правильные слова, что Паркер даже не находит, что на них ответить. Только под напором мужчины проезжается грудью по кровати, когда Тони, и без того вошедший до конца, толкается вперед и с нажимом проводит ладонями по податливому телу от бёдер до ребёр. Медленно выходя, Старк такими же нежными скользящими движениями возвращает ладони под тазобедренный сустав и крепко держит, толкнувшись обратно. Паучок тает в умелых руках, открывая новые грани удовольствия. Он был уверен, что попробовал многое за полтора года недоотношений с разными партнёрами, но сейчас разочаровывается в потраченном времени с новой силой. Постепенно движения становятся более размашистыми, набирают темп, и иногда Старк, больше для забавы, замедляется, чтобы снова почувствовать, как ручонка паучка дотягивается до его бедра и царапает, потому что сам Пит только стонет, потому что заплетающимся языком попросить не играться с ним было слишком тяжело. И Тони его понимает, потому что слышит свою едва связную речь, изредко нашептывающую на ухо парню какие-то пошлости. — То-они, — выходит слишком смазано для обращения, поэтому мужчина принимает это только как стон, вырвавшийся в процессе. И тот факт, что Паркер стонет его имя просто так давит на поджавшиеся пару минут назад яйца с новой силой. Выскользнув, Старк удостаивается самого разочарованного лица протеже на всей его памяти и переворачивает его на спину, подбирая ноги за лодыжки и закидывая их себе на плечи. Входит обратно одним движением, заставляя парня выгнуться почти неестественно, и сам роняет с ним в унисон рычащий стон. Питер не просто наслаждается, он растворяется в удовольствии, дотягиваясь до своего члена и укладывая на него ладонь. И тут же чувствует прикосновение сверху своих пальцев. — Повторишь, когда соберешься кончать, — Тони начинает толкаться с новой силой, сжимая рукой протеже его член именно так, как хотел и представлял себе паучок. И наконец Паркера, который за один раз воплотил в реальность добрую часть своих влажных фантазий, не хватает надолго, особенно когда Тони наклоняется к нему и мягко, — на контрасте с выбивающими силы и стоны толчками, — целует. Так бережно и заботливо, так похотливо и страстно, что у Питера больше нет сил, чтобы оттягивать оргазм. Он выполняет полученную недавно просьбу, хотя, скорее, приказ, — от этой мысли его торкает ещё сильнее, — и едва не в губы наставника стонет его имя. И это становится точкой невозврата и для старшего, который отрывается от обкусанных губ Паркера, выпрямляется, приподнимая его таз следом за собой, и вбивается меньше минуты, чтобы остановиться поглубже и, наконец, замереть. Он кончает почти с рычанием, стоном это назвать сложно, и опадает коленями в край матраса. Собственное тело, укрытое негой удовольствия, держать сложно, но прижимать собой и без того поплывшего паучка было бы просто неправильно. Собирая последние силы, Тони падает рядом с Питером и переводит дыхание. — Люблю тебя, — Паркер перекатывается и укладывается на грудь мужчины, выдыхая это почти шёпотом. Даже после всего, чем они только занимались, пацан умудряется смущаться. — Глупое членистоногое, даже если у меня сейчас снова встанет, у меня не будет сил вытрахать из тебя душу ещё раз, — Старк всё же сомневается над своими словами, потому что шутить-то силы остались. — Я тоже тебя люблю, Пит, — ощутив пинок куда-то в бедро, усмехается мужчина и сгребает парня поближе, обнимает и целует куда-то в макушку, куда может дотянуться. После быстро принятого решения сходить в душ уже утром, с новыми силами, они остаются в кровати, только надевая бельё. Тони только быстро убирает следы спермы паучка с них обоих, примечая где-то на подсознательном уровне, что она чертовски вязкая, и укладывается обратно к Паркеру, забравшись под одеяло. Сгребает его поближе к себе, утыкается носом в мягкие волосы и прикрывает глаза. — Учитывая все твои паучьи способности, какова вероятность того, что моя сперма внутри тебя рассосётся на полезные вещества? — Тони! — Питер возмущён ещё несколько секунд, пока научный интерес к собственному телу не возрастает до отметки выше, чем обычно. — Не знаю, никогда не проверял. — Почему я даже не удивлён тому, что у тебя всегда раньше оставались силы на душ? — сарказм Старка почти слепит в комнате, оставшейся без освещения, если не брать в расчёт естественное из-за окна. — Не в этом дело, — Паркер не сдерживается и сам усмехается. — Я просто достаточно брезгливый в этом плане. — В каком таком плане? — Тони от интереса даже находит силы открыть глаза и приподняться на локте, чтобы заглянуть в лицо паучка. — Ты первый, кто кончил в меня, — закрывая глаза, Питер точно уверен, что произнёс именно то, чего хотел его наставник. Или это использовать уже неуместно? Любовник? Парень? — Вот же членистоногое, — мужчина потерял тот момент, когда открылся достаточно, чтобы его паучок знал, что ему нужно услышать, вперёд него самого.

***

Мягкие лучи солнца почти слепили едва начавшего приходить в себя Старка. На его лице даже вопреки этому появляется мягкая улыбка от воспоминаний о ночи, но почти тут же пропадает, стоит не нащупать в досягаемости вытянутой руки паучка, который должен был бы ещё спать, не то, чтобы выпорхнуть куда-то из постели. Уже представляя, как он сейчас встанет, найдет Паркера, сгребёт и затащит обратно в постель, мужчина начинает слышать на периферии разговор, а после лениво приоткрывает глаза, находя Питера наворачивающего круги на одной месте с телефоном под ухом. — Том, я уже всё сказал тебе вчера! — парень слишком легко для того, кто должен был проснуться с похмельем, ступал туда-сюда, шипя в трубку, чтобы не разбудить Старка. — Это не мои проблемы! — Пятница, отправь Вышибалу к Тому Лопесу, — тянет звучно Старк, перекатываясь на спину и потягиваясь. — Питти, малыш, пожелай ему счастливого пути к праотцам и вернись ко мне в постель, — так же громко произносит Тони, надеясь, что бывший Паркера услышал каждое слово. — Тони! — шипит уже на Старка парень, даже не убирая телефон от лица. — С тобой Тони Старк? — Том, кажется, на другой стороне трубки уронил челюсть на пол. Не то от факта, что новым парнем его уже бывшего парня был, кажется, Тони Старк, не то от того, что услышал сам себя. Пятница благополучно вывела звонок на свои голосовые панели, позволяя своему создателю полноценно вмешаться в разговор. — Да, урод, с малышом Питером собственной персоной Тони Старк, — мужчина поднимается на ноги, направляясь к удивленно стоящему посреди комнаты паучку. — Я, кажется, вчера говорил тебе исчезнуть. Твой петушиный мозг не способен понять даже этого? Питер, от греха подальше, сбрасывает звонок и кидает телефон на постель, когда Тони подходит достаточно близко. Пока он сам понимает только то, что собственническая натура Старка загоняет их обоих в задницу, ибо такие новости разлетятся в жёлтой прессе моментально, на лице мужчины красуется самая искренняя и счастливая улыбка, которую парень только видел. — И что это было? — он складывает руки на груди, легко хмурится и приподнимает бровь, почти подражая образу Тони в определённых ситуациях. — Одно из проявлений химических соединений внутри меня, вызывающих бурную реакцию на тебя, — ему искренне хотелось покрасоваться умом, но увидев, как паучок закатывает глаза, Старк все же решает стушеваться. — Ну перестань, карапуз. Одно из проявлений моей любви к тебе это было, — мужчина подходит вплотную, сгребая парня в объятья за талию. — Дуться теперь на меня будешь за то, что я послал твоего бывшего вместо тебя? — Пятница. кто такой Вышибала? — Пит поднимает голову к голосовым панелям ИскИна, пытаясь держать покер-фейс и не показывать того, как сильно ему понравилась выходка Тони. — "Вышибала" — модель Марка, созданная специально для "ухажёров" Питера Паркера. Задумывалась как личный телохранитель, но позднее мистер Старк добавил функции, которые больше походят, — Пятница делает едва заметную паузу, подбирая из своей базы данных более подходящее слово, — для нанесения тяжкого телесного и морально вреда. — Меня сдал с потрохами собственный искусственный интеллект, — Тони пожимает плечами, готовясь к недовольствам Паркера. — Ты такой придурок временами, — Питер, вопреки всем ожиданиям старшего, смеётся и роняет голову ему на грудь, расползаясь в самой довольной улыбке, на которую был способен. — Люблю тебя. — А я тебя в три тысячи раз больше, карапуз.