Когда пламя встречает тьму

Пока ниндзя сидели в монастыре, парализованные болью, сомнениями и страхом… город горел. Джей не скрывался. Он шёл по улицам Ниндзяго, и каждый его шаг сопровождался грохотом грома. Молнии срывались с его рук, ударяли в здания, разрывали асфальт, превращали машины в груды дымящегося металла. Телевышки падали одна за другой. Экраны гасли, каналы обрывались посреди выпусков новостей. Крики, паника, бегущие люди. Джей даже не смотрел на них. Его лицо было пустым. Холодным. Слишком спокойным для того, кто превращал город в руины. — Они все лгали… — прошептал он, и новая молния разнесла фасад здания. — Все. Небо над Ниндзяго почернело. Шторм стал его короной. А далеко, в тени разрушенной башни Борга, стоял Гармадон. Руки за спиной. Чёрный плащ колыхался от ветра. Он наблюдал. Когда очередной удар молнии разорвал перекрёсток, Гармадон лишь усмехнулся. — Вот что значит сила без цепей, — тихо произнёс он. — Чистая. Ярость. Потеря. Он не отдавал приказов. Ему не нужно было. Джей сам нёс хаос. --- В монастыре же — тишина была страшнее грома. Кай сидел, стиснув кулаки так, что костяшки побелели. — Мы… ничего не можем сделать, — глухо сказал он. Зейн смотрел в пустоту, анализируя и понимая страшную правду: — Его уровень энергии превышает все допустимые пределы. Вероятность победы… критически мала. Пиксал опустила взгляд. Она знала — Джей больше не тот, кого можно просто остановить. Ву стоял у окна, глядя на далёкие вспышки молний. — Когда ученик теряет путь… — произнёс он медленно, — он становится бурей. А бурю нельзя победить силой. В комнате повисло тяжёлое молчание. Они понимали: "Они не смогут одолеть Джея." И где-то далеко, среди разрушений, гром смеялся. А Ниндзяго дрожал — зная, что настоящий бой ещё впереди. --- Где-то далеко гремели молнии. Глухие удары доносились даже сюда — сквозь камень, землю и стены убежища. Харуми остановилась, прислушиваясь. Она знала этот звук. Не просто грозу. Это был Джей. Она медленно опустилась рядом с Ллойдом. Он всё ещё был без сознания, дыхание неровное, тело изранено. Перевязки потемнели от крови, ожоги на плечах и груди всё ещё выглядели пугающе. Харуми сменила повязку, аккуратно, почти нежно. Её пальцы дрожали, но движения были уверенными. — Город горит… — прошептала она, не глядя. — Я слышу это даже здесь. Очередной раскат грома прокатился по потолку, и пыль осыпалась с камня. Она сжала челюсть. — Он уничтожает всё… — её голос стал тише. — А ты здесь. Слабый. Без сил. И если он узнает, что ты жив… Она не договорила. Харуми коснулась щеки Ллойда, осторожно, как будто боялась причинить боль. — Я не позволю ему добраться до тебя. Даже если ради этого мне придётся солгать всему миру. Ллойд едва заметно застонал. Его брови нахмурились, губы дрогнули. — Ния… — выдохнул он. Харуми замерла. На секунду в её глазах вспыхнула ревность — резкая, болезненная. Но она быстро погасла, уступив место чему-то другому. Печали. — Да… — тихо ответила она, хотя знала, что он не слышит. — Она идёт за тобой. Она поднялась, подошла к старому радио-приёмнику, который ловил лишь обрывки сигнала. Помехи. Крики. Треск. …молнии… разрушения… неизвестный источник энергии… Харуми выключила его. — Джей захватывает город. А ты даже не знаешь, что мир снова рушится… Она вернулась к Ллойду, опустилась рядом и взяла его руку в свои. — Ты всегда сражался за всех. Теперь… — она наклонилась ближе, её голос стал почти шёпотом, — теперь кто-то будет сражаться за тебя. Гром ударил так близко, что стены задрожали. Харуми подняла взгляд вверх и прошептала: — Пусть хоть весь мир падёт… Пока ты жив — надежда есть. И в этой тишине, под чужим громом, она осталась рядом — охраняя того, кого любила слишком сильно, чтобы отпустить. --- Город больше не был Ниндзяго. Он стал эхом грома. Ния шла по улицам, где ещё недавно кипела жизнь. Теперь — дым, искры, обломки. Машины лежали перевёрнутыми, витрины разбиты, фонари искрили и гасли один за другим. Каждый раскат грома заставлял её вздрагивать. Она знала: "Это больше не джей" — Джей… — выдохнула она, закрывая глаза на секунду. — Что же с тобой сделали… Но боль за друга не могла заглушить страх за другого. За Ллойда. Ния шла дальше, несмотря на усталость. Ноги подкашивались, одежда промокла от дождя, руки дрожали от холода. Она не ела почти так же, как и не спала — лишь короткие остановки, лишь чтобы перевести дыхание. — Я не могу остановиться… — прошептала она сама себе. — Если остановлюсь… я сломаюсь. Молния ударила совсем рядом, разорвав крышу здания. Осколки посыпались на асфальт. Ния упала на колено, закрывая голову руками. Сердце билось так сильно, будто хотело вырваться. — Ллойд… где ты… — шёпот утонул в шуме дождя. Она поднялась. Снова. Несмотря ни на что. Иногда ей казалось, что она чувствует его — не точно, не ясно, но будто тонкую нить, тянущуюся куда-то вглубь города. Кольцо на пальце холодило кожу, словно напоминая: он жив. — Я иду… — прошептала Ния, сжимая кулак. — Слышишь? Я иду к тебе. Она прошла мимо разрушенной площади, где когда-то смеялись дети. Мимо упавшей статуи, символа мира, расколотого надвое. Мимо экранов, на которых раньше показывали новости — теперь лишь помехи и треск. Где-то высоко, среди туч, вспыхнула особенно яркая молния. Ния остановилась. — Джей… — её голос дрогнул. — Если ты меня слышишь… остановись. Ты не один. Ты никогда не был один. Но ответа не было. Только гром. Она вытерла лицо рукавом, чувствуя, как усталость давит всё сильнее. Колени дрожали. Сил почти не осталось. Но мысль о Ллойде — раненом, одиноком, потерянном — поднимала её снова и снова. — Я не могу без тебя… — прошептала она. — И не буду. И Ния пошла дальше — сквозь бурю, сквозь разрушения, сквозь страх. Потому что любовь была сильнее шторма. Дождь усилился. Ния укрылась в полуразрушенном здании — когда-то это был склад, теперь лишь бетон, трещины и темнота. Она собиралась переждать шторм всего пару минут… но что-то внутри заставило её пойти глубже. Запах. Металл. Кровь. Лекарственные травы. — Нет… — прошептала она, чувствуя, как сердце сжимается. Лестница вниз. Скрип. Темнота. Ния сделала шаг — потом ещё один — и замерла. Он был там. Ллойд. Лежал на импровизированном ложе, бледный, неподвижный, весь в повязках. Синяки, ожоги, следы ударов — слишком много, слишком страшно. Его грудь поднималась неровно, словно каждое дыхание давалось с усилием. — Ллойд… — голос Нии дрогнул. Она упала рядом с ним на колени, дрожащими руками касаясь его лица. — Я нашла тебя… я здесь… — шептала она, сдерживая слёзы изо всех сил. — Я так долго тебя искала… Он не ответил. Её взгляд упал на его руку — и она увидела кольцо. Её кольцо. Это было как удар и облегчение одновременно. — Ты держался… — почти беззвучно. — Ты ждал… Слёзы всё же выступили, но она не позволила им пролиться. И тогда — холод. Не от камня. От присутствия. Ния резко обернулась. — Кто здесь?! — она вскочила на ноги, готовая защищаться. Тень отделилась от стены. Белые волосы. Красные глаза. Спокойный, слишком спокойный взгляд. — Ты нашла его, — тихо сказала Харуми. — Быстрее, чем я ожидала. — Ты… — Ния сжала кулаки. — Ты всё это время была здесь?! Харуми посмотрела на Ллойда — и в её взгляде мелькнула боль. — Я спасла ему жизнь. Когда все думали, что он мёртв. Ния сделала шаг к Ллойду, заслоняя его собой. — Он мой. Отойди от него. Харуми усмехнулась — печально. — Ты правда думаешь, что я позволю тебе забрать его сейчас? В таком состоянии? Ния хотела ответить — но не успела. Резкий укол в шею. Жжение. Мир поплыл. — Нет… — она пошатнулась. — Что ты… сделала… Харуми поддержала её, не давая упасть сразу. — Прости, Ния, — прошептала она почти искренне. — Но я не отдам его. Не Джэю. Не тебе. Никому. Ния пыталась сопротивляться, но тело не слушалось. Колени подкосились, и она упала на холодный пол. Последнее, что она увидела — как Харуми осторожно поднимает Ллойда на руки. — Он слишком слаб… — сказала она, глядя на него. — Я унесу его туда, где он выживет. Она остановилась у выхода, обернулась и посмотрела на Нию, уже погружающуюся в сон. — Ты сильная, — тихо сказала Харуми. — Но любовь — это не всегда отпускать. Иногда… это забирать. Дверь закрылась. Тьма. А в подвале осталась Ния — одна, с разбитым сердцем, и пустотой там, где только что был весь её мир. --- Тьма медленно отступала. Сначала пришла боль. Глухая, разлитая по всему телу — будто каждый вдох проходил через острые осколки. Потом — холодный воздух и ритмичное покачивание. Ллойд с трудом вдохнул. — …хх… Глаза открылись лишь на мгновение. Размытые силуэты. Каменные стены. Приглушённый свет. И чьё-то дыхание рядом. — Не двигайся, — прозвучал тихий голос. — Пожалуйста. Он моргнул ещё раз, стараясь сфокусироваться. Белые волосы. Красные глаза. Лицо, которое он знал слишком хорошо. — …Хару…ми…? — хрипло выдохнул он. Она вздрогнула. На секунду её шаг замедлился, но она не остановилась. — Ты очнулся раньше, чем я думала, — сказала она спокойно, но в голосе проскользнула тревога. — Это плохо. Значит, тебе больно. Ллойд попытался пошевелиться — тело тут же ответило резкой вспышкой боли. Он застонал и снова обмяк. — Ния… — едва слышно. — Где… она?.. Харуми сжала челюсть. — Она жива, — ответила сразу. — Я не причинила ей вреда. Это было правдой. Но не всей. Ллойд закрыл глаза, собирая силы. — Зачем… — пауза, дыхание сбилось. — Зачем ты это сделала… Она остановилась. Медленно опустила его на подготовленное место — старое транспортное устройство, укрытое в тоннеле. Подложила ткань под его голову. — Потому что если бы я оставила тебя там — ты бы умер, — сказала она тихо. — А я… я не смогла. Ллойд посмотрел на неё. Карие глаза — усталые, потухшие, но всё ещё живые. — Ты… не имела права… — прошептал он. — Имела, — резко ответила Харуми, но тут же смягчилась. — Потому что я была единственной, кто был рядом, когда ты падал. Единственной, кто держал тебя, когда весь мир отвернулся. Ллойд отвернул голову. — Она… искала меня… — Я знаю, — глухо сказала Харуми. — Я видела это в её глазах. Между ними повисла тишина. Где-то далеко снова прогремел гром. Ллойд вздрогнул. — Джей… — прошептал он. — Он… не остановится… Харуми накрыла его одеялом, аккуратно поправила повязки. — Поэтому ты должен выжить, — сказала она твёрдо. — Даже если сейчас ненавидишь меня за это. Ллойд медленно вдохнул. — Я… не ненавижу… — слова давались с трудом. — Но ты… забрала меня… у неё… Харуми посмотрела на него долго. В её глазах была боль, почти отчаяние. — А она забрала тебя у меня раньше, — тихо сказала она. — Просто тогда… я не была такой сильной. Ллойд закрыл глаза. Сил больше не было. — Ния… — прошептал он в последний раз, прежде чем сознание снова уплыло. Харуми осталась сидеть рядом, глядя на его лицо. — Спи, Ллойд, — сказала она почти нежно. — Пока мир рушится… я буду твоей тенью. Транспорт двинулся дальше, скрываясь в глубине тоннелей. А где-то в темноте подвала, который он покинул, Ния всё ещё спала — не зная, что снова потеряла его.