Дневник выжившего больного ублюдка из Смоленской ОПГ....

Лис шагнул вперед, его пальцы сжались в кулаки, будто он уже держал в них судьбу врагов. — "План прост. Мы взрываем их логово. Всё. Всё, что они любят, всё, что они прячут, — прах." Филин закатил глаза, но в его взгляде мелькнула искра интереса. — "Взрыв? Серьезно? Ты же даже не знаешь, где оно, это логово. Или ты уже стал экстрасенсом?" Цири, не отводя взгляда от Лиса, подняла руку, чтобы прервать их. — "Он знает. И я знаю. Мы ведь не зря неделю следили за этими крысами." Муха, всё еще бледный, но уже с тенью улыбки, пошевелился на стуле. — "А если они знают, что мы знаем? И если они знают, что мы знаем, что они знают?" Лис усмехнулся, как хищник, который только что учуял кровь. — "Они не знают, что мы знаем, что они знают. И это их ошибка." Филин хмыкнул, но его пальцы уже тянулись к сумке с инструментами. — "Ну, если ты так уверен… Тогда давай, рассказывай, великий стратег." Лис развернул на столе карту, испещренную пометками. — "Здесь. Подземные туннели. Они думают, что это их безопасное место. Но мы сделаем их могилой." Цири наклонилась над картой, её дыхание почти касалось бумаги. — "Мы заберёмся туда через старую канализацию. Там слабое место." Муха засмеялся, но его смех был нервным. — "Канализация? Серьезно? Я даже не знал, что моя жизнь дойдет до такого." Лис хлопнул его по плечу. — "Не бойся, Муха. Ты ведь не боишься грязи, правда?" Цири подняла голову, и её глаза сверкнули, как у кошки. — "Давайте. Покажем этим теневым ублюдкам, кто здесь хозяин." Муха, уже с зажигательным устройством в руках, улыбнулся. — "Ну что ж, держитесь, твари. Мы идём." Где-то вдали снова завыла сирена, и Лис почувствовал, как его кровь закипает. Туннели под городом были как кишечник исполина — узкие, извилистые и вонючие. Филин, пробираясь вперёд, морщился так, будто пытался проглотить лимон целиком. — "Я всегда мечтал о героической смерти, но не в окружении этой… ароматной атмосферы," — проворчал он, спотыкаясь о трубу. Лис шёл впереди, его тёмная фигура сливалась с полумраком. — "Зато теперь ты сможешь похвастаться, что прошёл через ад и выжил. Ну, если выживешь," — бросил он через плечо, его голос звучал как шёпот сквозь зубы. Цири шла рядом, её глаза светились в темноте, как два уголька. — "Если ты продолжишь ныть, Филин, я тебя придушу тут же. И не успеешь даже попрощаться с канализацией," — её голос был холоден, но в уголке рта дрогнула улыбка. Муха, следовавший за ними, держал в руках небольшой прибор, его глаза блестели от возбуждения. — "Кстати, кто-нибудь задумывался, что будет, если мы взорвём слишком много? Вся канализация может рухнуть. Мы станем героями или преступниками?" — "Героями," — уверенно ответил Лис, не оборачиваясь. — "Преступники остаются в тени. Мы же сделаем громко." Цири хмыкнула. — "Шоу с огнём. Я всегда любила пиротехнику." Филин, всё ещё бормоча что-то про свою "невозможную жизнь", вдруг резко остановился. — "Эй, а кто это там?" Впереди, в конце туннеля, мелькнула тень. Лис мгновенно замер, его пальцы сжались на рукояти ножа. — "Не думаю, что это местный крысолов," — прошептал он. Цири медленно вытащила свои лезвия, их блеск был как молния в темноте. — "Ну что, Лис, план всё ещё прост?" Лис улыбнулся, его зубы блеснули. — "Проще некуда. Взрываем их всех."