Каникулы аристократов

Гермиона стояла у кровати и лихорадочно перебирала вещи в сумке, проверяя, всё ли взяла. Рядом мельтешила Астория, уверяя, что у неё достаточно одежды на весь кампус. Но шатенка-то видела гардероб подруги в Оксфорде! Он был скромным, вещи — простыми и недорогими, почти как у неё самой. Не хотелось стеснять блондинку. Астория прекрасная подруга — добрая, ответственная, искренняя. Но она никогда не рассказывала о родителях, лишь однажды обмолвилась, что её папы хватило бы на двоих, если бы их семьи общались. Гермиона тогда запомнила эту странную фразу, но расспрашивать не стала — у каждого свои скелеты в шкафу. Сама шатенка была наполовину сиротой: её отец погиб, когда она была маленькой. Что случилось, мама не рассказывала, да и лезть в прошлое ей, честно говоря, не хотелось. Мисс Грейнджер все это время показывала себя очень сильной женщиной. Настолько, что отсутствие отца почти не ощущалось. Хотя, порой не хватало мужского внимания, совета, защиты… Наверное, поэтому она так легко поддалась на ухаживания самоуверенного Макмиллана ещё на первом курсе. Это была не любовь, а попытка заполнить пустоту, которую она никогда не признавала вслух. — Эй, ты чего зависла? — Лёгкое прикосновение Тори к спине вырвало её из раздумий. Гермиона любила маму и потому отправила её отдыхать в Италию одну. Сама она планировала провести этот месяц перед учёбой в кампусе. Но услышав об этом. Астория сразу изменила планы Гермионы, и вот теперь мисс Грейнджер спешно собирает вещи. — Извини, не могу найти пижаму в полоску. Ты её не видела? — Я тебе три таких подарю, только давай быстрее! Очень хочу познакомить тебя с родителями. Схватив свою единственную сумочку, Астория позёрски замерла у двери, как настоящая леди. Гермиона рассмеялась таким переменам в подруге, махнула рукой на поиски пижамы, взяла дорожную сумку — и в следующую секунду блондинка уже ловила её под руку и тянула к выходу. Этот август точно будет незабываемым! Смеясь, они вышли на улицу, представляя, как проведут каникулы: велосипедные прогулки, пикники, кино под открытым небом. У Гермионы давно не было такого беззаботного отдыха. Все её школьные друзья, как это часто бывает, постепенно разошлись по своим жизням. Но с юной Малфой всё было иначе — с первого дня они знали, что останутся подругами навсегда. Не обращая внимание на происходящее вокруг, девушки увлеченно беседуя и практически в припрыжку шли в сторону парковки. Вдруг блондинка повернула голову и резко дернула Гермиону за руку: — Тео! Астория перехватила ладонь Грейнджер, вырвав её из раздумий, и потащила к высокому темноволосому парню, который только что вышел из дорогой машины, закрывая дверь. — Бусинка! — Сделав шаг вперёд, он подхватил блондинку на руки, кружа её. — Отлично выглядишь. Это что, сиськи? — Удивительно, правда? У девушек они бывают, — фыркнула блондинка, немного закатывая глаза, но не скрывая теплую ухмылку. Парень открыто улыбнулся и поставив ее на ноги послал девушке воздушный поцелуй. — А это кто у нас? Диана из вселенной DC позавидовала бы такой шевелюре. — Он взял Гермиону за руку. — Теодор Нотт, друг семьи. — Гермиона Грейнджер. Подруга Астории. — Она попыталась пожать ему руку, но он опередил ее и легким поцелуем коснулся своими губами тыльной стороны руки Гермионы. Щёки шатенки мгновенно вспыхнули румянцем. Она едва сдержала желание выдернуть руку. Ей впервые кто-то поцеловал ладонь, даже не один из её немногочисленных парней такого никогда не делал. Хотя, движение Теодора невозможно отнести именно в романтичную сторону, она все равно не могла отделаться от мысли что раньше такого никогда не испытывала. —Поехали уже, Казанова. Если узнаю, что пристаёшь к ней, отправлю тебя на кастрацию. Тео открыл заднюю дверь автомобиля сначала для Астории, потом для Гермионы. Затем молодой человек, аккуратно уложив сумки в багажник, устроился на водительском месте и, улыбнувшись, слегка нажал на газ. Машина плавно двинулась вперед. — Леди негоже так разговаривать, — улыбнулся он во все тридцать два зуба, глядя в зеркало заднего вида прямо в глаза блондинки. — А я и не леди. На этом их разговор закончился. Дорога заняла почти три часа. Несмотря на то, что Тео вёл машину довольно быстро, кое-где все-равно приходилось сбавлять скорость, так как трасса проходила через населённые пункты. Монотонное движение и лёгкое укачивание усыпляли, но предвкушение отдыха держало Гермиону в тонусе. Да и честно сказать она волновалась. Отдых в доме подруги был чем-то таинственным и немного пугающим. Девушки никогда не обсуждали подобные моменты, они просто были рядом в разные этапы жизней друг друга. Если это нужно поддерживали или смеялись до слез. Но впустить человека в свою жизнь было совершенно новым этапом их дружбы. И вот наконец, когда Астория со счастливой улыбкой высунула голову в открытое окно и крикнула: «Мы дома!», Гермиона сидела, ошарашенно оглядываясь по сторонам, ища глазами хоть какой-нибудь домик, более или менее похожий на жилой. Но кроме исполинского замка, величественно возвышающегося на холме, вокруг не было видно ничего. Её разум отказывался воспринимать увиденное, как возможное место жительства. Сердце ёкнуло, в висках застучало. — А где ваш дом? — наконец выдавила девушка, повернув голову к подруге. В ответ она услышала тихое, хрипловатое покашливание Тео, доносившееся с водительского сиденья. —Так вот он, собственной персоной, — прозвучал его спокойный голос, полный нескрываемого веселья. Гермиона моргнула, пытаясь осознать происходящее. Сглотнув вязкую слюну, она мгновенно забрала все свои слова обратно. «И это она называла «скромным домом»? Мы два года делили одну комнату в общаге, и она ни разу не обмолвилась!» Каникулы точно будут незабываемыми, но, очевидно, совсем не в том смысле, который она себе представляла. Астория Малфой жила в грёбаном замке. Её представление о «скромном доме» явно нуждалось в серьёзной корректировке. Они проехали еще небольшое расстояние заезжая на территорию «дома» через высокие кованные ворота и будто сразу попали в совершенно другой мир оказываясь в одной из ее любимой сказок с цветущими садами и бутонами цветов совершенно разного размера. Было видно какой труд хозяева дома вкладывают в его внешний вид. Когда они подъехали к большому круглому фонтану у входной группы, Тео остановил машину и первым вышел из салона, затем галантно по очереди открыл двери для девушек, приглашая их покинуть насиженные места. Ноги шатенки сразу коснулись мелкой брусчатки создавая непонятные ощущения в душе. Будто белые кеды были совершенно не той обувью, в которой стоило находится в этом месте, и она сейчас оскверняет территорию своим внешним видом. Но замечая улыбку подруги отбросила свои переживания и ощутила крепкую хватку Астории на своей руке. Остановившись чуть поодаль от массивной входной двери, девушки начали рассматривать как Тео достает их чемоданы и аккуратно ставит у подножия той же величественной лестницы, на которой они уже стояли. — Ну что, Бусинка, я поехал. Семье привет! — махнув рукой, Тео отправил ей ещё один воздушный поцелуй. Затем он сел в машину и не спеша двинулся в сторону выезда, оставляя их одних перед гигантским строением. — Он по тебе сохнет, — не сдержавшись, заметила Гермиона, наблюдая за удаляющейся машиной. — Точно нет, — отмахнулась Астория, слегка покраснев. — Тео милашка и со всеми заигрывает. Я для него просто младшая сестра лучшего друга, не более. Второе потрясение за день настигло Гермиону, как раз после этой реплики. — У тебя есть брат? — ошарашенно спросила она. Ещё одна тайна, которая постепенно ложилась странным грузом на плечи девушки, но шатенка от каждой из них отмахивалась, стараясь не обращать внимание на образовавшееся в душе сомнения. — Это всё, что ты хочешь спросить? — хитро прищурилась Астория. — У меня к тебе уйма вопросов, мисс «я умалчиваю всё от своей лучшей подруги»! — воскликнула Гермиона, не скрывая возмущения. Её мир перевернулся за последние пять минут. — Прости, — вздохнула Астория. — Но это же не мои деньги, а родителей. Я по сути ещё щегол, ни гроша в кармане. Всё это принадлежит им. Гермиона поняла, что ей ещё предстоит заново познакомиться с Тори. В целом, то, что твоя подруга оказалась супербогатой леди, ничего не меняет, если она продолжает смотреть на тебя точно так же, как и последние два года, с той же теплотой и искренностью. Но невысказанный комок в горле оставался. Стараясь отделаться от странных мыслей, она начала вертеть головой осматриваясь по сторонам. — Это… это же Аббатство Даунтон… — прошептала Гермиона, открыв рот от изумления. Почти со слезами на глазах она изучая каждую деталь лепнины, каждый витой узор на стенах. — Поместье Малфоев в Уилтшире, — спокойно поправила Астория, но Гермиона её не слышала. — Нет, это чёртово Аббатство Даунтон! — выдохнула она, не веря своим глазам. Развернувшись вокруг себя, чтобы охватить взглядом всю грандиозность строения, шатенка не сразу заметила подходившего сзади мужчину. Его седые волосы казались непривычно серебристо-белого цвета, а черты лица были настолько схожи с Асторией, что не оставалось сомнений: она была его точной копией. Строгий костюм демонстрирующий статус и выделял его на фоне двух студенток хоть и довольно престижного университета. — Я так понимаю, это мисс Грейнджер? — его голос был низким и бархатистым, а улыбка — удивительно тёплой. — Люциус Малфой. Добро пожаловать в наш скромный дом. Астория уже показала вам вашу комнату? Люциус Малфой. Если по его меркам это было «скромно», то что тогда для него означало «шиковать с размахом»? Жить в Эдеме? — Папочка! — воскликнула Астория, и, словно маленькая девочка, побежала к высокому мужчине. Она запрыгнула ему на шею, повиснув, и расцеловала в обе щеки. — Мы только приехали. Можно, Гермиона будет жить со мной? Мы привыкли делить комнату. Отпустив дочь, мистер Малфой положил одну руку ей на плечо и тепло, по-отечески, улыбнулся. — Это не очень вежливо, дорогая. Мисс Грейнджер — твой гость, прояви уважение и воспитание. У неё должна быть своя комната. Надувшись, Астория кивнула, но тут же развернулась и подхватила Гермиону под руку. — Но чур, комнату выбираю я! — Приятно познакомиться, мисс Грейнджер, — сказал мужчина, кивнув гостье. — Желаю вам прекрасного отдыха! — И мне, мистер Малфой. Спасибо за гостеприимство, — ответила Гермиона, всё ещё пребывая в лёгком шоке. Этот короткий диалог был до жути странным, но по-своему приятным, ведь всё это время блондинка тянула её к массивной входной двери и захлопнула её ровно на последнем слове Гермионы, прежде чем та успела что-либо добавить. Как только вокруг них послышался глухой громкий звук, шатенка инстинктивно сжала плечи и через секунду все-таки расслабившись начала осматриваться по сторонам. От обилия прекрасного у нее начала кружиться голова, в глазах защипало, а сердце казалось готово упасть в пятки. Невероятные ощущения… Астория, продолжая держать ее за руку что-то рассказывала, но Гермиона будто не слыша просто хлопала глазами рассматривая статуи, стоящие на постаментах и висящие на стенах картины в позолоченных рамах. Хотя, судя по интерьеру это могло быть и настоящее золото. Она бы не удивилась. — Вау… Захихикав, Тори приобняла девушку прижав ту чуть ближе к себе. — Нравится? Заморгав, Гермиона повернула голову к подруге и, облизав сухие губы, немного прикусила потрескавшуюся кожу. — Я в полном шоке. Немного подтолкнув гостью вперед, Астория подошла к высокой витиеватой лестнице и снова взяв Гермиону под локоть они начали по ней подниматься. Оглядывалась по сторонам, девушка замечала все новые и новые детали. Ручки дверей были украшены изящными узорами, а высокие потолки — фреской, которую ей хотелось потрогать, проведя тонкими пальцами по шероховатой поверхности с едва потрескавшейся краской. Но хотя бы сфотографировать. Но больше всего её поразили стены. Каждый коридор был уникальным. Это выражалось и в цвете обоев, и в деталях интерьера. Где-то они имели глубокий темно зеленый оттенок, какие-то наоборот уходили в воздушную лёгкую гавань. Детали, акценты, небольшие нюансы, все создавало необходимый антураж собирая картинку воедино. Даже не смотря на то, насколько разной она была. Казалось, поместье жило своей жизнью, не обращая внимания на людей. Они проходили от коридора к коридору, от двери к двери, Астория будто плыла, проходя по бордовому шерстяному покрытию с замысловатым витиеватым узором. Остановившись у типичной для этого поместья двери, Тори положила руку на поясницу Гермионы и легко ту подтолкнула вперед. — А вот и твоя комната. Запомнила дорогу? Гермиона прикусила губу и подняла глаза на подругу. — Я даже не смотрела, куда ты меня ведёшь… — Не удивлена. Сходи в ванную, переоденься и спустимся к ужину. Будем только мы втроём, мама и Драко в отъезде. Обняв Асторию, Гермиона поблагодарила её и проводив подругу взглядом открыла дверь. Это была самая прекрасная комната, которую она когда-либо видела. Слева стоял туалетный столик с дорогой косметикой. Справа была дверь в ванную — её ручки напоминали целующихся лебедей. Сама ванна уже была наполнена ароматной водой, на ней плавали лепестки роз, а под ними — лёгкая пена. Кран тоже был выполнен в виде лебедя, из клюва которого текла вода. Боже, я в раю? Изучая каждую деталь, каждый фрагмент такой простой на вид комнаты она находилась в полном шоке от обилия прекрасного. Фантастические элементы украшали пространство вокруг, меняя типичность интерьера на нечто сказочное. Обычные люди не могут жить в таком месте и Малфои точно не были простыми. Она была уверена, что у Астории были прекрасные родители. Гермионе не терпелось познакомиться с её матерью, братом. Воспитать такую дочь — дорогого стоит. Приняв тёплую ванну, девушка ощутимо расслабилась и стала чувствовать себя отдохнувшей и более спокойно. Завернувшись в мягкий белый халат и бережно укутав волосы полотенцем, она подошла к зеркалу и стала рассматривать свое отражение в немного запотевшей поверхности. Проведя влажной рукой и убирая пар, она думала только о том, что всё происходящее казалось ей сном — было трудно поверить, что это реальность. Она никогда раньше не бывала в таком месте. Опустив голову вниз, шатенка начала осматриваться и заметила изящное мыло, лежащее на металлическом подносе. Вроде бы ничего такого, но оно создавало ещё одну деталь и добавляло интерьеру больше красок. Поняв, что, возможно, злоупотребляет гостеприимством хозяев и заставляет их ждать на ужин, она поспешила в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Гермиона немедля открыла свою дорожную сумку, чтобы надеть самые красивые атласные юбку и блузку, которые взяла с собой просто на всякий случай. Перед выходом она аккуратно сложила полотенце и халат в стопку и вышла в коридор в ожидании подруги. — А вот и я, вот и я! Прости, пожалуйста, задержалась, — раздался звонкий голос. — Ты выглядишь, как всегда, обворожительно! Подхватив Гермиону под локоть, в своём излюбленном жесте, Астория направилась с ней к лестнице, по которой они поднимались на верх около часа назад. На этот раз Гермиона внимательно изучала маршрут, стараясь запомнить все детали, чтобы потом не заблудиться в огромном поместье. Отмечала детали, картины, повороты. Любые фрагменты, которые помогли бы ей ориентироваться в пространстве. — Сегодня ужинаем в малой гостиной, — пояснила Тори, ловко ведя её по коридорам. — Когда дома только семья, нет смысла накрывать большой стол. А для твоего спокойствия скажу: по части этикета я тебя подготовлю, не переживай пожалуйста. Мне жаль, что все получилось так спонтанно и мы не смогли это сделать раньше. — повернувшись к подруге, блондинка остановилась, крепко сжимая ее ладони. — важный момент, папа к гостям относится спокойно, так что не думай волноваться или тушеваться, он классный. — Вы с ним очень похожи, — заметила Гермиона. — О, это точно! — рассмеялась Астория. — Драко — вылитая мама: и внешне, и характером. А я вся в папу — спокойная и, конечно, самая красивая в семье. — встряхнув белокурыми волосами девушка ярко улыбнулась и перехватив подругу под локоть направилась вперед. — Ну всё, мы пришли! — Не волнуйся, отец совсем не злой. Всё пройдёт прекрасно. В последний раз обменявшись тёплым взглядом, они вошли в дверь. Вечерний сумрак мягко обволакивал старинные стены, преображая их в холсты для невероятных, причудливых узоров. Портьеры были задернуты с одной стороны стены, где располагались большие окна. Сквозь их плотную ткань пробивались последние лучи заходящего солнца, смешиваясь с тёплым, мерцающим светом пламени множества свечей. Это создавало сказочные, танцующие узоры, отбрасываемые огнём на полированный стол и стены, наполняя комнату таинственным, чарующим сиянием. Воздух был напоён ароматом воска и чего-то сладкого, пряного. Хотелось остаться в этой комнате навсегда. — Вау… — тихо выдохнула Гермиона, оглядываясь вокруг. Она чувствовала себя героиней исторического романа. Девушка понимала, что это восклицание не впервые вырывается с ее губ. Но совершенно ничего не могла с собой поделать. Было сложно контролировать свои эмоции сохраняя трезвый рассудок. — Всё-таки украсили. Папа иначе не может принимать гостей, — Астория, не дождавшись дворецкого, который, казалось, был частью стены, поспешно отодвинула себе стул. С привычной непринуждённостью она жестом пригласила Гермиону. — Что стоишь как чужая? Садись давай. Пожилой мужчина, словно возникнув из ниоткуда, незаметно подошёл сзади и бесшумно отодвинул Гермионе стул, на который она легко опустилась, немного склонив голову в немом жесте и пропищав «спасибо». — Мне здесь так непривычно, Тори. Ты никогда не говорила о своей семье, я ощущаю себя белой вороной. Совершенно не знаю, как себя вести. — прошептала она, с тревогой окидывая взглядом ряд блестящих столовых приборов. — У тебя прекрасные манеры, Гермиона. И давай честно, если бы я сказала тебе заранее, куда мы едем, ты бы вышла из машины прямо на трассе, — рассмеялась Астория. Но потом ее голос немного стих и легко поведя плечами девушка посмотрела на подругу. — Мне жаль, что я не рассказывала о семье. Понимаю на сколько это странно звучит, но я немного стеснялась. Хотела, чтобы меня любили, потому что я это я… Понимаешь? Гермиона, конечно, не понимала. Она никогда не была в такой ситуации, в которой ей требовалось играть какую-то роль чтобы скрыть свои истинные чувства и эмоции. Гермиона Грейнджер всегда была собой. Обычной девушкой. Вскоре перед ними появились хрустальные бокалы, и невидимая рука наполнила их рубиновым красным вином, лёгкий терпкий запах которого тут же наполнил воздух. Хотелось поднести нос немного ближе и вдохнуть полной грудью аромат, исходивший от жидкости. — А где твой отец? — спросив гостья, сделала небольшой глоток. На языке играли танины, согревая ее изнутри. — Он скоро будет. Вероятно, звонила мама, обычно он никогда не задерживается. Перед каждой из девушек, словно по волшебству, возникло блюдо. На нём, источая дразнящий аромат, лежали ломтики мяса, щедро политые глубоким бордовым, почти ягодным соусом, и украшенные крошечными, невесомыми листочками какой-то зелени. — На ужин сегодня, — раздался спокойный, но уверенный голос дворецкого, вырвав Гермиону из её раздумий, — подаётся красное мясо под брусничным соусом, покрытое микрозеленью. «Микрозелень.» — пронеслось в голове Гермионы. Она украдкой посмотрела, какими приборами пользуется Астория, и повторила её движения. — Спасибо большое, Жан, — произнесла Астория. С лёгким поклоном мужчина бесшумно отошёл, вновь сливаясь с тенью у стены, словно становясь невидимым фоном для их ужина. — Ты привыкнешь. Тут много комнат, и с моими родными мы почти не будем пересекаться, — Астория, без лишних церемоний, взяла самую большую вилку и нож, предназначенные для основного блюда, и принялась разрезать сочный стейк. Аккуратно повторив за ее действиями Гермиона, ощутила, как мясо буквально таяло во время разреза. Вокруг стоял невероятный аромат окутывая ее буквально со всех сторон. — А твой брат? — осторожно спросила она, откладывая нож и вилку. — Он сейчас в Париже и не факт, что вернётся с мамой, так что не переживай на его счёт, — добавила Астория с лёгкой улыбкой, словно вспоминая что-то приятное. — Драко — настоящий душка. Но со своими тараканами, — добавила она шёпотом. Откусив первый кусочек, Гермиона невольно прикрыла глаза, и с её губ сорвался тихий стон восторга. Это было так невероятно вкусно, будто она попробовала что-то поистине божественное, приготовленное для обычных смертных в дар за вечную службу. — Господи, как вкусно! — А то! Поль — мастер своего дела. У нас до него был Николя, мясо готовил так, будто был королём резиновых покрышек! Заливаясь смехом, девушки продолжили наслаждаться ужином. Они уже почти закончили, когда им принесли изысканный десерт и ароматный чай, и они уже совсем не ожидали увидеть мистера Малфоя. Дождавшись пока ему отодвинут стул и помогут сесть, мужчина положил тканевую салфетку себе на колени и отпив глоток вина посмотрел на присутствующих за столом. — Девушки, прошу прощения, что оставил вас одних, — он сел за стол, и ему тут же принесли тарелку под металлической крышкой. Гермиона заметила, как он бесшумно взял приборы отметив, насколько был одновременно мужественен и в тот же момент грациозен этот мужчина. — Астория, звонила мама. Они приедут на день раньше. Ждем их дома завтра днём. Люциус будто с лёгким раздражением откинулся на спинку стула. Гермиона поймала на себе его быстрый, оценивающий взгляд и постаралась выглядеть как можно естественнее. — Что случилось? — спросила Астория, внимательно глядя на отца. — Ничего особенного, просто мама соскучилась по тебе, — ответил он, но в его голосе звучала молчаливая усталость. Укоризненно посмотрев на мужчину, будто не поверила его словам, Астория приступила к десерту. После странного разговора дочери и её отца Гермиона так и не заговорила из-за возникшего неудобства. Она чувствовала себя странно. Приходя в гости к другу детства, девушка всегда могла разбавить ситуацию легкой шуткой или ненавязчивым разговором, но тут она ощущала себя в крайней степени странно. И это немного нервировало. — Ты точно запомнила, как идти? Не нужно провожать? Как только закончился ужин, девушки стояли в коридоре не далеко от той самой лестнице, которая вела в правое крыло. После длинной дороги и настолько сытого ужина не хотелось разговаривать. У нее было только одно желание — как можно скорее лечь спать. — Всё нормально, ты тоже устала после поездки. Крепко обняв подругу, шатенка неторопливо двинулась вперёд по коридору, чтобы затем уже не впервые подняться по высокой лестнице на второй этаж. Она не знала, почему Астория поселила её именно сюда, ведь до этого хотела жить с ней в одной комнате. Но, возможно, Гермиона рано переживает, и спальня подруги находится ближе, чем она думает. Но, с другой стороны, ей и правда не помешает немного личного пространства. Ступая на лесенки, обитые ковролином, она ещё раз обратила внимание на потолочную фреску, делая в голове заметку обязательно сфотографировать её завтра. Каким же должен быть брат Астории, если вся эта роскошь — его обычная жизнь? Снова войдя в шикарные апартаменты, которые ей выделила семья Малфой, Гермиона на этот раз без стеснения с разбега прыгнула на широкую кровать, громко засмеявшись. Она была скромной девушкой, но оттого, что росла в небогатой семье, такие роскошества были для неё чужды и выглядели как настоящее волшебство. Она будто проводит лето в музее, а не в гостях у подруги. — Офигеть! Мама в жизни не поверит! — Перекатившись на живот, она взяла в руки телефон и, понимая, что Джейн вряд ли сразу ответит, оставила ей голосовое сообщение. — Мам, привет! Я у Астории, она пригласила меня к себе на летние каникулы. Потом мы сразу в общежитие. Надеюсь, ты там хорошо проводишь время. Я отлично устроилась, потом всё расскажу. Пока! Убрав устройство на прикроватную тумбочку, девушка встала, чтобы переодеться, и впервые открыла шкаф стоящий прямо в стене комнаты, словно потайная комната. — Бог ты мой… Я умерла и родилась в семье Кардашьян? За небольшой раздвижной дверцей скрывалась огромная гардеробная система, которая по размерам была не меньше (а то и больше) основной комнаты. Повернув голову, она увидела полочки с домашней одеждой и, взяв оттуда первую попавшуюся пижаму, вернулась в спальню и начала переодеваться. — Сюр какой-то. Я же не в чёртовом фильме снимаюсь. Убрав одежду, в которой Гермиона была на ужине, на стул, она легла под тяжёлое одеяло и провалилась в сон. Напоследок девушка заметила, что взяла пижаму в голубую полоску, которую ей как раз обещала Астория.