Каникулы аристократов

Эти дни выдались самыми трудными. Поездка в Париж, хоть со стороны и могла сойти за отдых или небольшой отпуск от бытовых проблем, на деле обернулась бесконечной вереницей часов, проведенных в стеклянных стенах офиса. Они с матерью буквально не вылезали оттуда, перебирая кипы бумаг и готовясь к подписанию важного договора. Он внутренне сопротивлялся, не желая вникать в мельчайшие детали этого дела. Но чуткий, холодноватый взгляд Нарциссы не оставлял шанса отступить или пройти мимо. Ведь они Малфои. И это имя накладывало отпечаток на всё: если дом, то самый шикарный, если транспорт, то самый престижный, если дело, то самое громкое. Именно поэтому, сходя по трапу их частного джета на залитый неярким светом перрон, Драко вновь и вновь прокручивал в голове, как бы потихоньку свалить от мамаши и оказаться на вечеринке, организованной Блейзом. Там его ждали ром, дорогие сигары и гул приятельских голосов — всё это звучало куда заманчивее, чем чопорные вечерние посиделки в кругу семьи. Сумрак уже густо окутывал вечерний Лондон, и такой привычный, почти осязаемый туман заставил уголки его губ легонько дрогнуть в подобии улыбки. Он скучал по дому. Как бы ни было хорошо в Европе, возвращаться в знакомые, пропахшие дождем и историей улицы было бесспорно приятно. — Я поеду к Забини, — бросил он, не глядя на мать. Не дожидаясь ответа, Драко снял пиджак и на ходу принялся закатывать рукава тонкой хлопковой рубашки, расстегнув пару верхних пуговиц. Ему отчаянно хотелось напиться и отключиться от навязчивых мыслей о работе хотя бы на пару часов. Просто побыть двадцатипятилетним парнем без этого вечного груза ответственности на плечах. — Хм… — Скользнув голубыми, как лед, глазами по стремительно меняющемуся облику сына, который за секунды превращался из утонченного юриста в беспечного молодого парня, Нарцисса фыркнула. — Не удивлена. Надеюсь, в этот раз ваша встреча закончится без скандала в полицейском участке. Она мысленно возвращалась к тому злополучному вечеру, когда ему пришлось провести несколько часов за решеткой, а ей — вносить залог. Разве могло случиться так, чтобы нога Нарциссы Малфой ступила через порог лондонского полицейского участка, где в ожидании суда томились мелкие преступники? Но тогда, на удивление, всё обошлось, и женщина, как это часто бывало не раздула проблему вселенского масштаба. Они просто слегка перебрали, и чей-то бдительный сосед пожаловался на громкую музыку из загородного дома Тео. Сущая ерунда! Не было ни наркотиков, ни чего-то действительно противозаконного. Они просто пили, танцевали с малознакомыми девчонками и беззаботно наслаждались последними деньками свободы после окончания школы. Это было очень давно. Но его мать до сих пор не могла забыть тот удар по своей гордости. Тогда она, внося за сына залог, стояла в идеальных туфлях от Chanel и с сумочкой Prada из последней коллекции, а ее сын, понурый, словно побитая собака, прислонился к прохладной стене, делая вид, что изучает развешанные напротив плакаты. Больше он себе такого не позволял. Нарцисса знала, что Драко не идеален, но он старался, чтобы никто из близких не знал о его ночных похождениях в подробностях. Так было проще для всех. Закусив щеку изнутри, чтобы не рассмеяться от нахлынувших воспоминаний, блондин посмотрел на мать, чуть приподняв брови. Возможно, он бы её понял, если бы приложил усилия, но не сильно этого хотел. — Я вернусь утром. Подойдя к явно расстроенной женщине, он оставил легкий, почти невесомый поцелуй на ее щеке и направился к одной из двух подготовленных заранее машин. Сев на заднее сиденье темного «Бентли», Малфой достал из кармана брюк телефон и, перебирая контакты, начал набирать сообщение другу. Ему было не пятнадцать, чтобы отпрашиваться у родителей, но почему-то он до сих пор чувствовал легкий укол вины, оставляя мать одну. По всем правилам, Драко следовало проводить ее до дома и уже оттуда уехать к друзьям. Но что-то упрямое и знакомое останавливало его поступать правильно. Как только автомобиль плавно остановился у ворот темно-серого кирпичного поместья Забини, Драко сам открыл дверь и направился к выходу. Водитель, отъехав в сторону, замер в ожидании. Всё как обычно, отработано до мелочей. Пройдя в распахнутую дворецким дверь, он сразу направился в малую гостиную, где они обычно собирались. В воздухе витал густой аромат дорогого табака и духов. Тихо выругавшись, Драко заметил стоящую в стороне брюнетку, которая, нагло игнорируя присутствие собственного супруга, так и норовила раздеть Малфоя глазами на глазах у всей толпы. Он увидел, как девушка легким движением оттолкнулась от косяка и шаг за шагом, лисьей, хищной походкой направилась в его сторону. Возможно, блондину следовало бы радоваться, что он производит такое впечатление на эффектных леди, но правда состояла в том, что максимум, который он позволял себе с ними, — это секс на одну ночь и после — никаких контактов. Эта же особа явно метила на большее, что его совершенно не устраивало. Тяжело вздохнув и готовясь к неминуемой атаке, Малфой взял уже подготовленный для него стакан с виски сделав пару глубоких глотков. Горло заволокло обжигающей жидкостью, и он почти сразу почувствовал, как тело начинает расслабляться. — Драко… — Назойливый, шелковистый голос прозвучал совсем рядом, и легкая ладонь коснулась его предплечья, чуть сжав его. — София. Он не хотел с ней разговаривать; его желание было до примитивного простым — напиться в компании друзей и после этого поехать домой. Но брюнетка уже практически ластилась, как кошка, и еще пару секунд — и она бы оседлала его, усадив на широкое кресло. Черт. Где ее придурок-муж, когда он наконец-то так нужен? Мягко, но настойчиво оттолкнув девушку от себя, Малфой не заметил красовавшийся на его воротнике кляксой след от алой губной помады. Он не любил этот цвет; красный ассоциировался у него с вульгарностью, доступностью и продажностью. — София, ты пьяна, — произнес он без эмоций. Промурлыкав что-то неразборчивое ему на ухо, она прижалась грудью к его телу и провела длинным ногтем по ключице. Возможно, такие движения должны были возбуждать, но Драко лишь злился и хотел поскорее покончить с этим унизительным фарсом. Он оторвал ее руки от себя, отступил на шаг и, почти без применения грубой силы, усадил девушку на то самое злополучное кресло. Из-за приглушенного света и общего гула никто не обращал на них внимания, что изрядно бесило блондина. Кто-то же должен был отвадить от него эту приставучую сумасшедшую. В поисках ее мужа он еще несколько раз тщательно осмотрел зал и, не найдя того, вручил ей бокал с шампанским, после чего ретировался в сторону низких диванчиков, где сидели его друзья. По дороге, сделав еще пару глотков горячительного, Драко достал телефон из кармана, по привычке проверяя рабочие оповещения. Все было чисто. Прекрасно, он может позволить себе забыться. Услышав привычно громкий, немного хриплый смех Нотта, Малфой прыжком уселся рядом с ним, так что Блейз оказался напротив, развалившись в широком темно-зеленом кресле. — Ты настоящий дон-жуан, — раздался сбоку ернический голос Тео, от которого хотелось как следует треснуть друга по затылку. — Ага, не по своей воле, — блондин достал из портсигара на столике сигару, прикурил и, откинувшись на спинку дивана, выпустил плотное облако сероватого дыма в потолок. — Тяжелый день? — мулат, сидевший напротив, подался вперед, чтобы повторить действие Малфоя. Когда он выдохнул, воздух вокруг наполнился терпким, характерным ароматом. — Целая неделя. В Париже суматоха из-за этого чертова реставратора. Я не знаю, как мы будем его защищать, но у меня только одно желание — самолично посадить его за решетку. Он не мог распространяться о подробностях, начиная с того, что дело было закрытым, и заканчивая тем, что присутствующая тут же София Монтегрю жаждала переманить этого клиента к себе в фирму. Как бы Драко ни презирал всю эту ситуацию, такого он допустить не мог. — Я бы сказал, что мне жаль, но ты это и так знаешь, — продолжил Блейз. Все их общение, особенно в последнее время, сводилось к таким вот пятничным посиделкам в доме Забини. Часто на них приходили старые друзья с женами, что создавало странное, двойственное ощущение. Неужели им было все равно, как некоторые мужчины порой голодными взглядами провожали их подруг? Малфой не раз отмечал про себя, что, если в его жизни когда-нибудь появится постоянная девушка, он точно пересмотрит свой круг общения. Но пока этого не произошло, можно было отбросить подобные мысли куда подальше. Поправив злополучный воротник рубашки, слегка размазав красный след, Драко снова откинулся на спинку дивана и, прикрыв глаза, начал наслаждаться вечером. Что бы ни происходило вокруг, он понимал, что есть место, где может быть собой, не играя в утомительные игры по чужим правилам. Но почему-то, стоило ему выйти за эти стены, как он мгновенно переключался в другой режим. Возможно, причина крылась в его недавнем прошлом, возможно — в несостоявшемся будущем. Но Драко знал одно: как раньше доверять женщинам он больше не мог.

***

В итоге он остался там до самого утра. Конечно, Драко говорил матери, что придет именно в это время, но для себя намечал вернуться домой еще ночью, чтобы не пересечься ни с кем из родных. Правда… Вышло совершенно иначе, и сейчас, застыв на лестничном пролете, он смотрел в спину удаляющейся сестре и ее гостье. Малфой отдавал себе отчет, что перегнул палку, но совершенно не понимал, что на него нашло. Эта девушка была ему совершенно не знакома, он не привык относиться к людям предвзято, но что-то в ней — в ее осанке, во взгляде — пробудило в нем целую бурю противоречивых эмоций. Совладать с которыми Драко не смог. Тяжело вздохнув, он стал подниматься наверх в свою спальню, чтобы наконец-то переодеться и смыть с себя остатки вчерашнего. Проходя по знакомым с детства коридорам, блондин шел прямо к двери, ведущей в его отдаленно стоящую комнату, в которую он переехал из хозяйского крыла пару лет назад. Это было спонтанное, почти бунтарское решение, но он еще ни разу не пожалел о сделанном. Здесь Драко обретал спокойствие; казалось, будто он жил в другом доме, отдельно ото всех. Никаких соседей, посторонних звуков, только он и тишина. Открыв массивное деревянное полотно, он шагнул внутрь, закрыл за собой дверь и, на ходу снимая рубашку, заметил тот самый красный след от губ Софии. По телу пробежала волна омерзения — как так вышло, что она позволяла себе подобное? Раздевшись, он прошел в душ и начал наскоро приводить себя в порядок. Перед глазами до сих пор стояла та девушка с широко распахнутыми, яркими янтарного цвета глазами. Она, словно испуганный олененок, хлопала длинными ресницами и, кажется, сама не понимала, что происходит. Если честно, он тоже не понимал. Но почему-то с первых же секунд сорвался на нее, выплеснув всю накопившуюся за неделю злость и раздражение. Подруга Астории… У его сестры и правда давно не было друзей, которых он видел. Она иногда общалась с Тео и Блейзом, но на этом всё и заканчивалось. Больше никого в ее близком окружении блондин не замечал. Как так вышло, что они настолько отдалились друг от друга, что его сестренка просто перестала рассказывать ему о своей жизни? А может, и рассказывала, но он предпочитал просто не слушать? Стряхнув наваждение, он попытался выкинуть из головы из ту самую шатенку, чей образ то и дело возникал перед его внутренним взором. Почему она вызывала такой шквал эмоций? Почему он непроизвольно возвращался к ней мыслями? Что в этой девчонке было такого особенного? Разозлившись на собственную несвойственную навязчивость, он застегнул чистую рубашку и, натянув брюки, покинул свою комнату, направившись в сторону кабинета. Впереди его ждала гора работы по нынешнему делу. Пусть Астория развлекается с кем хочет, его это волновать не должно. Абсолютно.