Брошенный: цена предательства

***

— Как вы себя чувствуете? — спросил он. — Уже лучше, — ответила мать, устало улыбнувшись. — Врачи сказали, что всё обойдётся. Юнги перевёл взгляд на брата. — А ты? Джин вздохнул, опершись на подушки. — Вроде не так плохо. — Как это произошло? — Заехал просто пообедать с ними… Даже не понял сразу, что случилось. Сначала запах дыма, а потом повсюду огонь. Если бы соседи не заметили… — он замолчал, покачав головой. Юнги хотел что-то сказать, но дверь палаты открылась. Вошёл мужчина в строгом костюме с папкой в руках. Он кивнул и представился: — Инспектор Ким, департамент пожарной безопасности. Простите за вторжение, но мне нужно задать несколько вопросов. Джин приподнялся на кровати. — Это из-за проводки, да? Сколько раз я говорил об этом отцу… — спросил он. Инспектор задержал взгляд, потом медленно ответил: — Боюсь, что нет. У нас есть основания полагать, что пожар был устроен преднамеренно. — Как… преднамеренно? — переспросил Джин. Мать Юнги ахнула и прижала ладонь к груди. — То есть… кто-то сделал это специально? — Да, — подтвердил инспектор спокойно. — Мы рассматриваем это как поджог. Инспектор перевёл взгляд на Джина: — А в тот день вы заметили что-то необычное? Запах бензина, например, или посторонние вещи у входа? — Я… не уверен. Инспектор отметил что-то в блокноте и повернулся к Юнги: — А вы? Знаете ли вы кого-то, кто мог бы хотеть навредить вашей семье? — Нет, — ответил Юнги, бросив взгляд на Джина. Инспектор кивнул: — Хорошо, если что-то станет известно, я вам сообщу. Когда дверь за ним закрылась, в палате повисла тишина. Они с Джином молча смотрели друг на друга — в их взглядах читалась одна и та же мысль. Чимин же не мог?…снова пронеслось у него в голове, и от этого стало ещё тяжелее дышать. Харин нарушила долгую паузу, заговорила: — Как это вообще возможно? Кто-то мог специально?.. Мне страшно даже думать об этом. Джин медленно выдохнул, не глядя на неё: — Похоже, и нам небезопасно будет оставаться в моей квартире. Мать резко повернулась к нему: — Что ты имеешь в виду? Юнги нахмурился: — К чему такие утверждения? Может, это вообще тянется из твоего прошлого — Я ничего не утверждаю… Но похоже же, нет? Только ты упорно не хочешь этого признавать. — Без доказательств не разбрасывайся словами, — ответил Юнги. — О чём вы? — спросила Харин, переводя взгляд с одного на другого. Мать сжала ладони: — Вы что-то знаете? Джин, ты ведь… ты ведь снова ничего не сделал? — Достаточно, — перебил её Юнги. Он отодвинул стул и поднялся. — Мне нужно идти, я ещё навещу вас. И если будут новости об отце, сразу позвоните.

***

Когда Юнги вышел из палаты, он на секунду прислонился к холодной стене, чтобы собраться с мыслями и привести себя в порядок. Телефон в кармане завибрировал. Чимин: Нам нужно поговорить. Последний раз. Крыша моего дома. Юнги стоял несколько секунд, глядя на экран, потом убрал телефон в карман. Он уже знал, что пойдёт, даже если бы не хотел. Когда он дошёл до дома Чимина, небо уже темнело. Юнги поднялся на крышу, Чимин стоял у самого края, спиной к нему. — Ты позвал меня, говори. Чимин не повернулся к нему. — Я… думал, что мы сможем жить, будто ничего не происходит. Будто эта вся грязь между Джином и твоим отцом нас не будет касаться. Но ты решил всё по-другому. Я хотел всё закончить, Юнги! А тебе, какого черта, нужна правда! Юнги шагнул ближе: — Ты устроил пожар? — Да к черту! — выпалил Чимин. — Ты совсем обезумел… — Юнги с трудом удерживал равновесие. — Моя семья чуть не сгорела! Чимин резко обернулся к нему, и в руках у него оказался пистолет, направленный прямо на Юнги: — Я? Они были в опасности… потому что ты никогда не слышал меня по-настоящему. Ты думаешь, я мог просто сидеть сложа руки? — Чимин, убери оружие! — Юнги напрягся. — Я сделал то, что должен был, чтобы никто больше не стоял между нами. — Ты говоришь о них как о препятствиях?! Чимин, ты перешёл грань! Чимин опустил взгляд, его пальцы дрожали на пистолете: — Я не могу… не могу просто сдаться. Ты должен понять… я делаю это ради нас. — Ради нас? — Юнги подошёл ближе, голос дрожал — Я не хочу жить в мире, где твоя «любовь» измеряется риском для чужой жизни! Тишина висела между ними. — Ты снова пытаешься уйти, когда всё становится слишком сложным. Но теперь я не отпущу тебя. — Чимин… хватит! — Юнги сделал ещё шаг вперёд. — Опусти оружие, пока ещё есть шанс всё исправить! — Нет… — Чимин сжал пистолет крепче, слёзы катились по щекам. — Нет! Это единственный способ… единственный! Юнги воспользовался моментом и резко подбежал, сумев поднять руки Чимина вверх вместе с пистолетом. С крыши издалека можно было увидеть два силуэта, которые боролись в полумраке. И вдруг раздался выстрел. Два силуэта… и один пал. Но кто именно?