Там, где начинается игра

Помни начала тихо всхлипывать. Слёзы капали на колени, и каждый звук отдавался гулким эхом в пустом шатре. Мысль жгла её изнутри: неужели они все исчезли?.. Тьма и тишина сжимали её со всех сторон. Запах выцветшей ткани и сырости давил, а сердце, усталое от тревоги, всё медленнее билось. Просидев так целый час, она незаметно провалилась в сон, полный странных, ломанных образов. Разбудил её резкий шум. Вначале это казалось отголоском кошмара — будто кто-то кричал вдалеке. Но стоило ей открыть глаза, как шум превратился в живые, тревожные голоса. Вокруг стояли все обитатели цирка (кроме Кейна). Их лица отражали усталость, страх и надежду одновременно. Даже Джекс, обычно самоуверенный и насмешливый, сидел понурившись, и на его лице застыло неподдельное беспокойство. Помни резко подскочила, сердце ударило о грудную клетку так сильно, что она едва смогла выговорить: — Слава богу, с вами всё хорошо! — её голос дрожал, то срываясь на шёпот, то переходя в крик. — Я думала, что осталась здесь одна… Обитатели переглянулись. Кто-то облегчённо выдохнул, кто-то опустил глаза, скрывая эмоции. Тишина повисла на секунду, и в ней звенел её собственный страх, смешанный с радостью. Вдруг заговорила Рагата, её голос прозвучал осторожно, будто она боялась задеть больную струну: — Кейн отправил нас в приключение без тебя… Мы были очень удивлены. Думали, может, у тебя что-то случилось, или он предупредил тебя заранее… Помни застыла. Эти слова ударили в самое сердце. Почему он так поступил? Почему именно меня оставил?.. Внутри всё кипело, но она заставила себя сделать глубокий вдох. Сейчас было не время задавать вопросы — главное, что все рядом и с ними всё хорошо. Воздух в шатре стал густым, словно наполненным невидимым напряжением. Несколько обитателей украдкой наблюдали за ней: кто-то с жалостью, кто-то с осторожным любопытством. Никто не решался вмешаться. Джекс молчал. Его неподвижность напоминала маску: идеальный образ, который он боялся разрушить одним неверным словом. Но его глаза выдавали больше, чем хотелось бы — в них скользнула тень тревоги. И вдруг — почти незаметно для остальных — он пошевелил пальцами, делая едва уловимый знак. Помни уловила его. Встретиться у неё в комнате. Она почувствовала, как кровь бросилась к лицу, а дыхание стало сбивчивым. Остальные, похоже, ничего не заметили, но у Помни закралось чувство, будто кто-то всё же уловил этот тайный жест. Что он хочет сказать мне наедине? И почему именно так скрытно.. Помни тихо отлучилась в свою комнату. Ткань занавеса мягко колыхнулась за её спиной, и почти сразу вслед за ней, словно тень, юркнул Джекс. Комната встретила их полумраком: тёплый свет от крошечной лампы отбрасывал мягкие тени на стены, воздух был неподвижным и чуть пыльным. — Пом-пом… ты как? — голос Джекса прозвучал необычно мягко, почти осторожно. — Не очень… — Помни опустила глаза и сцепила пальцы, будто боялась, что руки выдадут её дрожь. — Я думала, что вы все рассеялись… Я так испугалась. Джекс нахмурился. Его лицо на миг стало серьёзным, и привычная насмешка исчезла. — Мы обязательно сходим к Кейну и спросим. Он вообще не подумал, что ты можешь испугаться… или что тебе станет тяжело одной. Помни прикусила губу, обдумывая его слова, и осторожно спросила: — А что у вас было в приключении? Джекс шумно выдохнул, откинулся на спинку стула и закатил глаза. В полумраке его ухмылка казалась особенно кривой. — Пф… да всё как обычно. — Он пожал плечами. — Как всегда — отстой. Помни усмехнулась, слегка приподняв уголки губ: — Знаешь, в этом даже есть свои плюсы… что я пропустила то приключение. Джекс хмыкнул, но смех в его голосе был немного напряжённым. С шумом рухнув рядом на кровать, он лениво повернулся к ней: — Я даже не знаю, что бы делал, если бы ты не попала в этот дурдом. Я ведь ни с кем близко не общаюсь… Все тут для меня не особо интересные собеседники. В его словах чувствовалась усталость, скрытая за привычной насмешкой. Помни тихо устроилась рядом, ощущая тепло от его плеча и едва заметную тревогу, спрятанную в его взгляде. — А сколько ты тут находишься?.. — спросила она мягко, осторожно, будто боялась нарушить этот момент доверия. Он задумался. На мгновение глаза потускнели, взгляд словно ушёл куда-то далеко, к пустым коридорам и шумным шатрам, которых он избегал. — Не помню… — выдохнул Джекс тихо, с лёгкой горечью в голосе. — Но уже прилично. Помни почувствовала тонкую нить одиночества, которую он не мог скрыть, и поняла: за его маской самоуверенности прячется что-то большее — что-то, что можно понять только здесь, рядом, в тишине этой комнаты.