Scarlet Hunger

Химический запах хлорки режет ноздри. На губах только стала образовываться не прочная корка, которая лопается каждый раз, когда Антон облизывает их. Вкус крови, уже давно знакомый, оставляет металлический привкус на языке. Глаза блуждают по помещению, пытаясь выцепить хоть какое-то средство обороны. В скулу прилетает ещё один удар, который отзывается тупой болью по всему телу. Его снова бьют о стену, а затем кидают на кафельный пол около раковины. Нос неприятно щиплет, не то от лопнувшего сосуда, не то от... Нет, плакать нельзя. Его это только развеселит, он снова откроет свой мерзкий рот и заговорит. Антон громко сглотнул и вытер кровь из носа тыльной стороной ладони. Он посмотрел вверх и впился в спокойные глаза парня, который нависал над ним. Он выглядел слишком уверенным, слишком. Бесит. Брови сводятся к переносице. Кажется ненависть и адреналин немного заглушают возникшую боль. Хорошо. Да, это хорошо. -Анто-он - Тянет он. Голос мягкий, сам знает, что Петров слабее и отпора сильного дать не может. Он садится на корточки перед ним и хватает за волосы на затылке, притягивая его ближе. -Петров, я же просил тебя по-человечески, - Он цокает языком и качает головой. Парень смотрит на него, сощурившись, небрежно ухмыляясь. -Почему бы тебе не быть просто хорошим мальчиком и отдать конспект? -Да пошёл ты нахуй, - Резко отвечает Антон на грани рыка. Он сплёвывая кровь прямо на дорогой пиджак обидчика. Тот морщится от отвращения и резко отпускает волосы Петрова, так, что он больно ударяется головой о стену. -Сученыш... - Зло шипит он и снова хватает Антона за волосы, тянет вверх за собой. Антон шипит от боли, хватается руками за пальцы, которые запутались в собственных волосах, но поднимается. Парень беситься, он будет бить до фиолетовых гематом, до разбитого носа. Будет бить, пока Антон не принесет извинения. Но Антон не собирался просить прощения. Человек перед ним мерзкая свинья, он заслуживает такого обращения к себе. Прилетает первый удар, прямо в солнечное сплетение. Антон хватается за живот, глухо мыча от боли. Но он будет стоять, будет ждать, пока парень не схватит его руками за ворот старой рубашки, а затем укусит его за руку, в который раз. Петров не будет ждать, пока с ним наиграются, он не такой терпила как другие. Антон будет извиваться, царапаться, наступать на ноги, пока его не бросят на кафельный пол. -Блять! - Восклицают откуда-то сверху, но разобрать трудно. Голова идет кругом и Петров кое-как приподнимается на локтях. - Какой ты упорный. - Парень вытирает кровь с разбитой губы, и подходит ближе, снова присаживаясь на корточки перед Антоном. Антон начинает задыхаться, растягивая воротник рубашки. Слишком мало воздуха. Парень снова хватает Петрова за волосы, заставляя посмотреть на него. Глаза блестят озорством, губы растянуты в мерзкой улыбке. Он немного хмурится, когда губу больно щиплет. Антон ухмыляется, чувствует удовлетворение, что смог ударить, пустить кровь. -Но ничего, ничего.. - Шепчет парень, словно для самого себя. Его глаза потемнели, стали совсем черными в темноте туалета. -Мне это нравится. Я сломаю тебя. Заставлю умолять, чтобы я наконец отстал. - Проворковал он сдавленным, посмеивающимся голосом. -Да пошел ты, Бо.. - Хрипит Петров, но ощущение давления пальцев на волосы пропадает, картинка перед глазами становится темнее, пока в мгновение не сменяется старым деревянным потолком. Пальцы непроизвольно касаются живота, словно опасаясь найти то, чего там не должно быть. Как будто воспоминания оставляют не только ментальные раны, но могут оставить и физические. Антон недовольно кряхтит и переворачивается на другой бок, натягивая одеяло по самую голову. Проскользнула мысль снова начать пить антидепрессанты, раз на почве сильного стресса ему снова снился этот кошмар. -Уже пятый раз за неделю... - Заключил Антон, выглядывая из-под своего своеобразного укрытия на настольные часы. Сегодня был его первый день в новой школе, и ему нужно было за два оставшихся часа выспаться на восемь. В противном случае его засмеют не столько за внешность, а сколько за то, что он выглядит как живой труп.