Одна ночь в Новом Орлеане

Только когда Стайлз рухнул на стул в каком-то баре, в его голове немного прояснилось. Зачем он потратил столько времени на дорогу, чтобы добраться в Новый Орлеан? Он и сам не знал. Просто в тот вечер, стоя под ледяным дождём с гаечным ключом в руке, Стайлз слушал обвинения от лучшего друга и чувствовал как нечто в нём медленно умирает. Что-то трескалось, осыпалось крошкой и исчезало. Тогда, услышав последние слова Скотта, он сел в джип и вдавил педаль газа в пол. Он не тормозил и ехал так долго, пока ослепляющая боль в груди не стала напоминать старый ноющий шрам. И вот сейчас он сидел в баре, в чужом городе, и бессмысленно пялился в стену. Он даже не звонил отцу. Стайлз вообще отключил телефон и не собирался включать его в ближайшее время. Сейчас он хотел только выпить и, если удастся, как-то перекрыть отвратительное чувство одиночества. Ему вдруг вспомнились слова мисс Морелл: "Если ты проходишь через Ад, тогда просто продолжай идти". Он запомнил это и старался идти. Стайлз выжил в истории с Альфами, не умер от рук Дарака, выкарабкался с того света, проведя шестнадцать часов в ледяной воде, и спас отца. Стайлз даже смог остаться в здравом уме после издевательств Ногицунэ и заточения в мерзкой психушке. Впрочем, его до сих пор еженочно мучали кошмары-воспоминания, где он убивает Элисон и множество других людей. Иногда он даже видел как убивает самого себя и не знал что чувствует сильнее - ужас или долгожданное искупление. В какой-то момент Стилински убедил себя, что всё налаживается: Лидия стала отходить от смерти подруги, Скотт увлёкся Кирой, появился малыш Лиам и диковатая Малия. Жизнь возвращалась в спокойное русло. Если бы только не чертова регрессия к среднему значению... Когда в город вернулся Тео Рэйкен, у Стайлза в голове зазвонила тревожная сирена. Он знал, что за гаденькой улыбочкой скрывается что-то страшное и, в итоге, оказался прав. После появления Тео у Скотта будто отключились мозги. МакКолл и раньше не обладал выдающимся критическим мышлением, но слова парня, которого в последний раз видел много лет назад, почему-то стал принимать за истину в последней инстанции, даже не пытаясь прислушаться к лучшему другу. Почему так? Неужели он был настолько не достоин доверия? Стайлз хмыкнул. Ну, конечно. Они ведь все считали, что Стайлз по доброй воле отдал своё тело лису. Только Малия и, может быть, Лидия понимали, что Ногицунэ вынудил его сдаться. Лисий дух долго и упорно сводил парня с ума, лишал сна, чувства реальности, совершал его руками жестокие вещи и не забывал терзать уставший разум загадками. Забавно, что, когда от демона избавились, никто так и не спросил как ему удалось захватить тело Стайлза. Зачем? Это ведь Стайлз, слабый человечек, не способный сопротивляться. Есть что-то ироничное в том, что именно психопатичный лис был тем, кто опасался Стайлза. Поэтому он редко позволял разуму подростка забирать контроль над телом, а когда Стайлз был заточён в собственном подсознании, то мучил его безумными играми и кошмарами. Неожиданно на стул справа кто-то присел. Стайлз рассеяно заметил чёрные брюки, дорогие ботинки и рубашку с двумя расстегнутыми верхними пуговицами. Он не стал смотреть на лицо незнакомца. В последнее время ему вообще стало как-то сложно смотреть на лица. Всё время казалось, что люди видят на его руках кровь и осуждают за слабость. Незнакомец заказал бурбон и Стайлз отметил, что голос у него был завораживающий - мелодичный, бархатный, с приятным акцентом. - Эй, парень. Будешь что-нибудь? - спросил бармен, выдергивая Стайлза из мыслей. - Виски с колой, - хрипло ответил парень, сжимая пальцами переносицу. У него начинала болеть голова, а тело охватывала лихорадочная дрожь. Должно быть, он слишком долго пробыл под дождём, а одежда ещё не успела высохнуть. Только простуды ему не хватало. - Впервые тебя здесь вижу. Недавно в городе? - Стайлз слегка повернул голову на голос незнакомца, раздумывая стоит ли отвечать. - Только приехал. Незнакомец внезапно прикасается к ледяной руке парня, чуть сжимая запястье, и Стайлз с удивлением поднимает на него взгляд. - И зачем ты здесь? Навещаешь кого-то? - пристально смотря на Стайлза, спрашивает мужчина с мягкими светлыми волосами и сине-зелёными глазами. На его губах змеится лукавая улыбка. - Хочу забыться, - правда против воли вырывается изо рта. Стилински хмурится и тихо, раздражённо рычит. Мужчина хочет спросить ещё что-то, но Стайлз прерывает его, грубо дергая на себя руку. - Оставь меня в покое, чувак. Я здесь всего на один день и не собираюсь лезть в местные дела. Не надо проверять меня своим вампирским внушением. Стайлз отворачивается, залпом выпивает виски с колой и, бросив на стойку пару купюр, нервно идёт на выход. Когда парень выбирается на улицу, его встречает прохладный ветер и влажный запах реки. В городе уже зажглись ночные фонари, редкие прохожие неспешно прогуливаются по каменым тропинкам, а где-то вдалеке тихо звучит джаз. Стайлз оглядывается, пытаясь вспомнить где бросил свой джип, и слегка вздрагивает, когда его руки вновь касается сильная мужская ладонь. - Прощу прощения за произошедшее. Это неспокойный город и мне приходится быть грубым с новичками, - голос незнакомца вызывает в душе Стайлза странную дрожь. То-ли опасность, то-ли интерес. В другой раз он бы и рад был разобраться в своих ощущениях, но не сейчас. Стайлз раздражённо вырывает руку и отходит на шаг. Мужчина поднимает руки, как будто показывая, что он не опасен, и это определённо наглая ложь. От этого незнакомца веет смертью так сильно, что у Стайлза пробегает холодок по спине, а внутреннее чутье бьёт тревогу. Ему бы принять извинения и не раздражать незнакомца ещё больше, но Стилински игнорирует все предупреждения. Он секунду смотрит на мужчину и молча разворачивается к своей машине, которую наконец обнаружил в тени одного из домов. К сожалению, мужчина и не думает оставить его в покое. - Куда ты так спешишь, малыш? Я даже извинился, что вообще мне не свойственно. - Ну, спасибо за редкую возможность, мужик. Но сейчас я не в том настроении, чтобы иметь дело с очередным, Господи Боже, высокомерным сверхъестественным созданием, которое обратило на меня внимание. Так что, буду благодарен, если ты наконец отвалишь и пойдёшь по своим делам. А ещё лучше, просто забудь обо мне. Стайлз подходит к джипу и хлопает себя по джинсам, в поисках ключей, которые оказываются в заднем кармане. Он не успевает их достать, как в один миг его горло уже сжимают чужие пальцы, а спина прижимается к холодному капоту джипа. Стайлз сдавленно охает, смотря на быстро меняющееся лицо мужчины. - Я был терпелив и вежлив, но ты решил испытать меня своей наглостью. И, прежде чем я вырвал твою глотку, лучше бы ты рассказал мне - кто ты такой и что делаешь в моём городе? - низким рычанием выдохнул мужчина, скаля острые зубы. Стайлз с холодным интересом уставился на устрашающие клыки, чёрные вены на лице и золотистую звериную радужку глаз. Он чувствовал как быстро бьётся его сердце, как дрожат руки и как сильная рука сдавливает горло, но все равно не испытывал страха. Может, после всего, он уже не боялся? Только тело рефлекторно реагировало на угрозу жизни, а мозг с усталым смирением был готов умереть? И разве это не грустно? Ему всего девятнадцать, а мысль о смерти уже не кажется такой ужасной. Скорее даже... Успокаивающей. Как будто смерть - это его долгожданный отпуск, где никто не будет требовать от него высокоморального поведения, вынужденного доверия и попыток спасти хоть кого-то. Стайлз выдохнул и медленно ответил. - Меня зовут Стайлз. Я здесь, чтобы просто забыться. - Ты уже говорил это, Стайлз. Почему же тебе надо "забыться"? Скажи мне, - с нажимом спросил мужчина, заглядывая парню в глаза и Стайлз почувствовал, как чужая воля заставляет его говорить правду. Мерзкое ощущение. Ничуть не лучше того времени, когда демон в голове изводил иллюзиями. - Потому что сейчас даже осознание неминуемой смерти не кажется мне плохой идеей. Потому что мне так больно, что все другие чувства просто исчезли. Потому что ещё немного и я могу стать тем, кого ненавижу, - Стайлз будто со стороны слышал собственный голос и мысленно морщился. Правда больно резонировала в душе, но не переставала быть таковой. Мужчина несколько мгновений вглядывался в янтарные глаза подростка, а потом наклонился вплотную к его лицу. Стайлз почувствовал горячее дыхание на своих губах и замер. Золотые глаза вернулись к прежнему цвету, пропали чёрные вены, а рука на горле Стайлза чуть ослабила давление, сжимаясь скорее интимно, чем угрожающе, когда другой рукой мужчина мягко коснулся бледной щеки с россыпью родинок и тихо прошептал: - Тогда тебе повезло. У меня сейчас подходящее настроение, поэтому я сделаю так, что в твоих мыслях не будет места ничему кроме меня. Я дам тебе забыться в моих руках, дорогой. Когда горячие губы настойчиво коснулись губ Стайлза, в первую секунду он растерялся. А потом, почувствовав как чужой язык мягко проходится по нижней губе, уже не мог сопротивляться. Он покорно приоткрыл рот, позволяя мужчине делать всё, что он захочет и тот, издав довольное грудное рычание, грубо набросился на податливые губы и шею. Стайлз вздрогнул и выдохнул, когда почувствовал как острые зубы прикусили нежную кожу на шее. Одна рука мужчины всё ещё слегка сдавливала тонкую шею, пока другая скользнула вниз, касаясь крепких мышц живота, талии и сжалась на бедре, вызывая у парня прерывистый вздох. Мужчина вжался бёдрами между раздвинутых ног парня и Стайлз понял, что краснеет. Это был первый раз, когда он так явно ощущал чужое возбуждение. И это был мужчина. И он был таким твёрдым из-за Стайлза. Невероятно. Губы мужчины коснулись покрасневшего уха и тихо шепнули: - Ну, что? Есть в твоей красивой голове что-то помимо меня? Стайлз содрогнулся всем телом, открывая для себя, что уши были его чувствительной точкой. Мужчина заметил его дрожь и прикусил мягкую кожу. Стайлз несдержанно вскрикнул и замер, почувствовав как рука мужчины судорожно сжала его талию. Из чужой груди раздалось напряжённое рычание, в глазах с расширенными зрачками сверкнуло золото. - Я даю тебе шанс, Стайлз. Если ты против, то я отпущу тебя. Как ты и просил, я забуду о тебе. Но, если ты хочешь, то... Мы пойдём до конца и на эту ночь ты забудешь даже свое имя, дорогой. Задыхаясь после грубоватых поцелуев, Стайлз уставился в чужие почти черные от возбуждения глаза и принял решение. Одна ночь. Ему надо только на время отключить мозг и расслабиться. А что может быть лучше, чем переспать с опасным существом, чьего имени Стайлз даже не знает? Лидия бы сказала - что угодно, а вот Стайлзу такое решение проблем даже по вкусу. Парень нервно облизнул губы, с удовольствием видя как золотистые глаза проследили этот жест, и едва заметно кивнул. Но мужчине этого хватило. Со скоростью, незаметной человеческому глазу, он подхватил расслабленное тело парня и побежал. Стайлз даже не успел ничего понять, когда они оказались в какой-то комнате, погруженной в вечернюю мглу. Он почувствовал запах краски, дерева, вина и его бросили на мягную постель, а сверху опустилось чужое сильное тело. Через пару секунд его, слегка влажная после дождя, футболка была брошена на пол и сильные руки уже растегивали помятые джинсы. Когда горячие губы вновь коснулись Стайлза, его защищала только тонкая ткань нижнего белья. Он чувствовал как жар смущения перетекает с лица на шею и грудь, но упорно не обращал на это внимания, концентрируясь на чужих настойчивым ладонях и губах. Стайлз поднял руку и тут же нахмурился, задевая ткань рубашки. Он сжал пальцы и дёрнул, намекая, что отказывается быть единственным обнажённым. Мужчина тихо хмыкнул в поцелуй и отодвинулся. Пока он с самодовольной улыбкой снимал рубашку, Стайлз с удовольствием следил за каждым открывающимся сантиметром кожи, а потом не выдержал и протянул руку. Он мягко дотронулся до нежной кожи на груди, провёл всей ладонью вниз, задевая напряжённый ареол соска, и замер на чёрном ремне. Его пальцы игриво потянули ткань брюк и он заметил как руки мужчины сжались на распахнутых полах рубашки. Стайлз поднял глаза, сталкиваясь с потемневшим взглядом, и ухмыльнулся также насмешливо, как ухмылялся в тот раз, когда смотрел в удивлённое лицо Ногицунэ, осознавшего проигрыш. Мужчина замер. Его взгляд скользнул с янтарных глаз к греховным мягким губам, а потом вернулся обратно. Он слегка наклонил голову и ответил Стайлзу улыбкой, в которой блеснули клыки. Игры кончились. Стайлз не успевал уследить за всеми движениями мужчины. Он замечал только результат: чёрная рубашка была отброшена прочь как и брюки, а мужчина прижимал собственное возбуждение к стояку Стайлза, сильно сжимая крепкие, бледные бёдра. Стайлз мимолетно отметил, что завтра на его коже останутся синяки, но эта мысль исчезла, когда его губы вновь оказались в плену. Мужчина целовал его, прикусывал шею, сжимал пальцами соски и, не переставая, толкался бёдрами, вызывая с каждым толчком приглушённые стоны парня. Когда со Стайлза стянули бельё и его члена коснулась чуть прохладная рука, он сжал зубы и низко застонал. - Блять... Его хриплый голос раздался в тишине и потонул в стонах, когда сильная рука стала двигаться то резко, то нежно, точно дразнясь. Это продолжалось достаточно долго, чтобы Стайлз стал злиться. Он чувствовал напряжение и волны удовольствия, но чего-то всё время не хватало. Стайлз распахнул глаза и с хмурым видом обхватил рукой шею мужчины, сжимая пальцы на кудрявых светлых завитках. - Ты обещал мне, что я забуду своё имя. Держи своё слово. Мужчина нежно улыбнулся, не протестуя против того, как Стайлз тянул его волосы, его глаза довольно прищурились, а потом он набросился на парня, целуя и касаясь острыми клыками мягких губ. Почти сразу Стайлз почувствовал как в него скользнул чужой палец, покрытый прохладной смазкой, и стал мягко расслаблять мышцы, пока другая рука мужчины безостановочно двигалась на члене. Стайлз выдохнул, стараясь расслабиться, когда к первому пальцу добавился второй, а через минуту и третий. Он чувствовал давление, лёгкую боль и странное чувство растяжения там, где этого не должно быть, но рука на члене и страстные губы хорошо отвлекали от тревоги. Когда пальцы прошлись по точке где-то внутри, Стайлз выгнулся и протяжно застонал, сжимая мускулистые плечи мужчины. После этого пальцы внутри продолжили двигаться, намерено задевая это место, и заставляя Стайлза сдавленно мычать от каждого касания. - Ты такой отзывчивый, дорогой, - выдохнул мужчина, не отрываясь следя, как вздрагивает подтянутое тело, как напрягаются мышцы под тонкой бледной кожей с созвездиями родинок, как прерывается чужое дыхание и лихорадочно сияют глаза. Ему нравилось то, что он видел. Его собственное возбуждение уже выходило за грань терпения. Мужчина мягко вытащил пальцы из парня и подхватил крепкие бёдра. Он не сдержался и поцеловал острые колени, прикусывая нежную кожу. Парень под ним задышал глубже, ожидая того, что сейчас произойдёт. - Дыши, Стайлз, - шепнул мужчина, медленно толкаясь в сопротивляющееся колечко мышц. По его лбу скатывался пот, глаза загорелись золотом, а мускулы напрягались, сдерживая собственную силу, чтобы не причинить человеку лишней боли. Мужчина замер, когда вошёл наполовину, и судорожно выдохнул. Горячее нутро так плотно обхватывало его, что он с трудом держал себя в руках. И вдруг мальчишка под ним слегка двинул бёдрами, насаживаясь на член сильнее, и громко, хрипло застонал. От этого потрясающе соблазнительного звука у мужчины исчезла всякая сдержанность.. Он переместил руки на тонкую талию парня и вышел почти до самой головки. А потом резко вошел, вырывая повторный громкий вскрик. Для его острого слуха эти хриплые стоны и жалобные крики звучали слаще любой музыки. Стайлз почувствовал как мужчина резко вогнал в него всю длину и несдержанно закричал. Ему должно было быть больно. Но не было. Возможно, его тяжёлая жизнь, полная боли, принесла ему хоть какую-то пользу - он мог трахаться, не отвлекаясь на лишние переживания. Сейчас он чувствовал только как крупный член с каждым толчком проходился по комку нервов, расходясь волнами удовольствия по всему телу. Он дрожал и стонал, перед глазами всё плыло, он видел перед собой только горящие расплавленным золотом глаза. Когда мужчина над ним ускорился, тело Стайлза стало буквально волочиться туда-сюда по кровати, поэтому он спешно обхватил руками мужскую шею. А тот, будто только этого и ждал, стал входить в парня ещё сильнее и резче, не забывая впиваться в губы Стайлза кусачими поцелуями. Низкое рычание мужчины и хриплые стоны Стайлза слились в общую мелодию. Пропали все остальные звуки, отрезав их от мира за пределами этой комнаты. Стайлз чувствовал жар тела мужчины, чувствовал как он входит в него, как сжимает его талию и оставляет поцелуями синяки на шее. Все чувство и ощущения смешались подводя его к самому краю, а потом поглотили Стайлза невыносимой лавиной и он излился на собственный живот, на несколько секунд потеряв ориентацию в пространстве из-за вспышек перед глазами. Когда мужчина почувствовал как сжался вокруг него Стайлз, он резко ускорился, выходя за пределы человеческой скорости, и с разницей в несколько вдохов последовал за парнем, только в последнюю секунду успев из него выйти. Он излился на подрагивающий живот парня, объединяя их семя, и рухнул рядом. Стайлз порадовался, что мужчина не упал на него, ведь его хрупкие кости не выдержали бы такой мускулистой тяжести. Пока Стилински пытался отдышаться и вернуть поплывшие мозги на место, мужчина приподнялся на одной руке и с улыбкой взглянул на любовника. - И как, дорогуша? Я сдержал своё слово? - его голос звучал ниже и был наполнен глубоким удовлетворением, пока он краем покрывала стирал с живота Стайлза свидетельства их недавнего соития. Стайлз ненадолго задумался. Только сейчас до него дошло, что это был его первый раз. Точнее, первый раз с мужчиной. До этого его опыт ограничивался Малией, но теперь он был готов с уверенностью заявить, что ему нет дела какого пола партнёр. Особенно, когда партнёр выглядит как грёбанная модель из журнала. Он действительно за всё это время ни разу не вспомнил о Скотте и своих переживаниях, что положительно говорило о навыках этого незнакомца. Стайлз понимал, что, учитывая его догадки о личности этого мужчины, тот живёт на свете не одно столетие, но всё же... Стайлзу крупно повезло, что этот мужчина был настолько хорош, что сделал первый раз парня таким восхитительным. Так что, этот чувак справился со своей задачей и даже больше. - Спасибо, - только и сказал в ответ Стайлз, потягиваясь всем телом и охая от неожиданной боли в пояснице. - О, дорогой. Я, должно быть, немного переборщил. Мне очень жаль, - с виноватым видом сказал мужчина, а Стайлз раздражённо фыркнул. Ага, как же. То-то у этого гада такое выражение лица, будто он кот, слопавший канарейку. Стайлз, тихо бурча, попытался подняться, но его быстро схватили и прижали к горячей груди. Сзади толкнулось чужое возбуждение и парень оглянулся с вопросом в глазах. - У нас ещё вся ночь впереди, Стайлз. Не будем тратить время. Стайлз хотел возмутиться, но взглянул в золотые глаза, горящие искренним желанием, и сдался, проваливаясь в глубокий, страстный поцелуй. Ночь, так ночь. Разве же Стайлз против?

****

На следующее утро. Клаус проснулся от ощущения какой-то неправильности. Его рука скользнула по постели, но ожидаемого тела рядом не оказалось. Только прохладная ткань и пустота. Клаус поднялся, сонно потирая глаза, и хмуро уставился на вторую половину кровати, где ещë должен был спать ночной гость. И как он умудрился сбежать, не разбудив гибрида со сверхъестественным слухом? Стайлз. Имя всплыло одновременно с кадрами прошлой ночи и Клаус почувствовал как в груди рождается странное щекочущее чувство. Может быть голод? Он так и не испил из мальчишки за всё время их игрищ. Это было странно, но Клаус не стал заострять на такой мелочи внимание. Он встал с кровати, не стесняясь собственной наготы, и только тогда заметил запись обычным маркером на чистом холсте. Клаус недавно готовил его для новой картины, но ещё не успел сделать даже набросок. И вот, теперь там было короткое послание: "Доброе утречко, чувак! Спасибо за классную ночь! Ты правда помог угомонить мой мозг, и я не встретил этот день в какой-то канаве, пьяный вусмерть или, ещё лучше, на холодном столе в морге. Думаю, сейчас я уже на полпути домой, поэтому мы уже не увидимся, но в качестве благодарности оставляю свой номер. Так что, если однажды первородному гибриду, который так и не соизволил представиться, будет нужна помощь слабого человека, пережившего одержимость древним демоном-лисом, то... Звони! P. S. Я надеюсь, что мой номер не пригодится, но слышал, Новый Орлеан - очень неспокойный город и тебе часто приходится быть грубым. Береги себя!" Несколько минут Клаус потратил на то, чтобы осознать смысл послания. У него в голове не укладывалось, что этот парень вёл себя с ним так раскованно и дерзко, прекрасно осознавая, с кем имеет дело. Наглый юнец. Или он храбрый? Вспоминая его пустой взгляд в самом начале, слабо верится. Скорее он и правда не чувствовал страха. Интересно. Клаус усмехнулся и сфотографировал послание. Просто так. На память.

****

Когда позже Элайджа встретится с братом, его удивит лёгкая, непривычная улыбка на губах Никлауса. Он будет следить за ним всё время, пока тот будет дразнить Реббеку и Кола. А потом, не выдержав, спросит: - Никлаус, у тебя что-то случилось? А младший брат посмотрит на Элайджу и тихо засмеётся, вызывая интерес уже у Кола и Реббеки. - Ничего, брат. Просто хорошо провёл ночь.