Железное сердце: пепел и кровь

      Холодный, слабый свет раннего утра едва касался металлических конструкций командного уровня Рагена, отражаясь в панелях управления и стеклянных перегородках. Воздух казался плотным, как перед бурей, хотя снаружи всё ещё сохранялось ложное спокойствие. Малис Шали неподвижно стоял у центрального пульта связи, лицо было напряжено пасмурным состоянием, в котором эмоции не мешают, а только становятся топливом. Один из операторов резко поднялся со своего места: — Господин Шали, нам поступил сигнал по закрытому каналу. Малис даже не повернул головы: — Включай. – в секунду помещение наполнилось коротким, обрывистым шумом помех. Затем послышался голос рувыла: слабый, но довольно различимый: — …захват… выдвигайтесь…Терн… немедленно… Контакт оборвался так же резко, как и начался. Оператор тут же тяжело сглотнул: — Что… это значит? — Я знаю, что это значит, - спокойно перебил Шали, и, наконец, повернулся. В его взгляде не было сомнений, только расчет, который уже перешёл в действие: — Поднимаем всех, - проговорил мужчина громко. — Всю армию. Готовим выдвижение, как можно скорее! В помещении словно что-то сдвинулось, несколько офицеров нервно переглянулись, не сразу осознавая масштаб сказанного: — Господин… это полный развертывающий режим? Без подтверждения Тали…? — Это и было подтверждение, - быстро рявкнул главный. — Он внутри системы и связался через Келли. – главный сделал шаг вперёд, и теперь его голос стал ещё жестче: — В Терне грядут перемены. И мы должны его сделать своим, пока не утихла смута. Спустя паузу раздумий временного главы Рагена, Малис скомандовал: Коргон, выдели 4 основных группы, первая – самая большая - пойдет сразу на центральный контур, на Дворец, вторая – на основные узлы связи. Остальные две распределятся по Верхней и Нижней части города, чтобы взять в кольцо. - он остановился, словно на мгновение позволяя весу решения догнать самого себя: — Это не операция, это захват. Кто-то тихо выдохнул за спиной, но никто не посмел возразить. Адмирал Коргон активировал основную карту, и на голографическом экране вспыхнули маршруты движения. Красные линии начали расходиться от баз, как трещины по стеклу. — Сколько нужно времени для сбора всех групп? – резко уточнил, надавливая на военного Шали. — До смены Лун управимся, - быстро ответил один из офицеров. — Слишком долго. - Малис тут же сжал ладонь в кулак: — В смену Лун мы уже должны быть на полпути к Терну. Поторопите всех! – временный глава ненадолго задержал взгляд на карте города лангов, - городе, который ещё не знал, что к нему уже движется противодействующая сила. — Если они активируют распыление первыми… мы войдём в пепел. - тишина снова опустилась на присутствующих в кабинете отслеживания данных, но теперь она была другой, - живой и натянутой, как струна перед разрывом. — Потому нам надо быть готовыми ко всему и выдвигаться немедленно! – рявкнул Малис грозно. Офицеры начали расходиться, отдавая приказы по каналам связи, их голоса перекрывали друг друга, превращаясь в единый, ускоряющийся поток: — Подъём подразделений! — Активировать весь транспорт! — Открыть резервные склады! — Связь с авангардами! Малис остался на мгновение один у экрана, и только тогда, очень тихо, почти беззвучно, сказал: — Господин Тали… держитесь, мы уже идем. И армия шотов начала движение в сторону Терна.

***

      Грос шла быстро, почти не оглядываясь. Карточка Валс всё ещё лежала у неё в руке – холодная и гладкая. Коридоры Дворца остались позади слишком легко, слишком просто для того, чтобы это не казалось ловушкой, но никто не остановил наследницу, пока на выходе из внутреннего сектора Ран не почувствовала движение. — Стоять. - голос был громким и резким, перед пленницей появились чёрные ополченцы с оружием наготове: спокойные, выученные и без лишних эмоций. Первый шаг вперёд сделал их командор Уокер, чей взгляд сразу зацепился за знакомое лицо, мелькнуло узнавание, - что-то более личное, почти настороженное: — Наследница Ран… - произнёс мужчина медленно: — Вы не должны быть здесь. Грос не отступила, хотя внутри ещё всё дрожало после разговора с Волл, но голос был ровным и сдержанным: — Под землёй умрёт богатство. На секунду чёрные все до одного опешили, повергая правительственный двор в тишину. Один из группировки чуть опустил оружие и напряженно, недоверчиво добавил, прищурившись: — И будет… мир… Кто дал вам вводные? Ран медленно подняла руку и показала карточку: тёмная пластина поймала свет, и на долю мгновения все замолкли. Уокер увидел знак, а после тяжело выдохнул: — Отпустить. Команда прозвучала сразу же, без обсуждений, оружие опустилось, а один из солдат шагнул в сторону, открывая проход. Но глава охраны не отводил взгляда от недавней пленницы: — Если вы произнесли это правильно… значит, вы теперь вне Дворца. Берегите себя, госпожа Ран. - Грос ничего не ответила, кивнула и просто прошла мимо.       Город встречал её иначе, - более напряженно, чем обычно: рынки работали, но без привычной живости, люди говорили тише, часто оглядывались, порой резко замолкали, когда проходили патрули. Они еще ничего не знали, но точно чувствовали что что-то грядёт. На одном из перекрёстков женщина резко прижала ребёнка к себе, когда мимо прошли чёрные; кто-то не выдержал и закрыл лавку раньше времени; а где-то спор оборвался на полуслове.       Девушка не сразу поняла, куда идёт, словно ноги сами собой свернули в знакомый район, где торчали старые дома, чуть покосившиеся от времени, с узкими проходами между зданиями и тихими дворами. Именно там находился дом семьи Валс, - тот самый, который хотели отобрать после того, как военная линия в семье формально обнулилась.       Грос остановилась перед дверью, и всем сердцем ощутила странное чувство долга, боли и простого человеческого беспокойства. Наследницы постучала несколько раз, но ей так и не открыли после долгого ожидания. Прошло слишком много времени. Дочь Терна уже хотела было уходить: — Значит… нет дома. – наследница развернулась, и в этот момент дверь резко открылась. — Грос?! – это был знакомый, женский, дрожащий от неожиданности голос Гроуз. Женщина беспокойно выглядывала из дверного проёма, и на лице сначала читалось недоверие, после которого последовало резкое узнавание, и почти сразу следом слёзы: — Ты… ты правда пришла…       Она буквально шагнула вперёд и обняла наследницу так крепко и тепло, будто боялась, что та исчезнет, как наваждение. Ран замерла на секунду, понимая, что такого единения и спокойствия не ощущала ни разу даже с родной матерью. Затем Валс медленно осторожно отступила, всё ещё держа гостью за плечи: — Твоё письмо… дошло. Представляешь, всё решилось, мне оставили дом. И… я думала, что уже никогда не увижу тебя. - мать попыталась улыбнуться сквозь слёзы, но те накатили с новой силой: — Ты для меня словно… словно вторая дочь. Внезапно наступила тишина, в которой Ран вдруг поняла, как сильно ей не хватало простого слова «дом», «семья», чувство единения, - где тебя поддерживают, понимают и помогают во всем. Девушка гулко вдохнула, собираясь со всевозможными силами, чтобы, наконец, выдать тихо и аккуратно: — Вы.. вы должны знать, - Волл жива. Мир в комнате мгновенно потерял опору и симметрию. Валс-старшая замерла на месте, как вкопанная, сначала в непонимании, после в удивлении, а затем уже облегчении. Еле-еле озвучивая и мотая головой, боясь, что ослышалась: — …что? Наследница тоже почувствовала после всех тех сцен, что пережила с новой Валс-Сальв, как увлажняются глаза: — Я нашла её на Болотных Кладях тогда… живой и невредимой. Но Волл… очень изменилась. Теперь она с чёрными, и сейчас они захватили Дворец. Лицо Гроуз побледнело: — Нет… это невозможно… как?! — Ей не стирали память, и сейчас они несколько Лун уже держат весь Дворец: мои родителей, сестер, сильтекторов, шотов… - всех, чтобы остановить производство и распространение КЧП-16 – зелья от воспоминаний. Чёрные хотят, чтобы жители Терна вспомнили всё...это… это сложная история… Но теперь, после всего, я её не узнаю, я для неё - никто. - голос девушки дрогнул впервые, слетев в бездну эмоций и разочарований: — После всего, через что мы прошли. — Стой, - КЧП-16 - средство ОТ памяти? - странно, ведь, он всегда придавал мне сил и энергии на весь день. Почему кому-то понадобилось закрывать его поставки…? — Думаю, что довольно скоро будут все ответы. Я над этим работаю, Гроуз. После долгого молчания и осмысления ситуации и новостей, Валс-старшая тихо уточнила, утоляя собственный интерес и подходя ближе к девушке: — Что между вами произошло, дорогая? — Хм... я любила ее, как никого раньше. – эти слова сбросили очередную долгую, непотопляемую паузу, в которой страшно было добавить что-то еще, но Ран все же решилась: — Всем сердцем любила. Верила ей. А она буквально предала меня… ничего не сказала: ни о плане, ни о том, что ушла к чёрным. - наследница резко замолчала, будто сама испугалась сказанного. Затем осторожно, почти шёпотом добавила: — Простите… я не должна была это говорить… - наследница чуть опустила глаза: — Извините, я просто хотела убедиться, что вы в порядке, и… сказать, что ваша дочь жива. Гроуз так как до сих пор не могла поверить, что её мир снова перевернули с ног на голову, после всех трагедий, которые она стоически пыталась преодолеть и пережить. Слёзы текли по лицу матери - тихо и беззвучно. И лишь когда Ран уже развернулась, чтобы уйти, Валс-старшая произнесла: — Моя милая девочка… - сглатывая подступающие слезы волнения, женщина продолжила: — Грос…спасибо тебе за известие. И приходи в любое время, я всегда тебя приму и помогу. Девушка замерла на секунду, кивнула, и перед тем, как уйти бросила: — Берегите себя, пожалуйста. – и испарилась также быстро и внезапно, как появилась на пороге матери Волл.       Город продолжал окутывать холодом Ран, что шла долго вперед, не думая и не выбирая направления, - пока ноги сами не вывели её к крайним домам Терна.

***

      До момента распыления оставалось чуть больше четырёх широких отрезов по лунному отсчёту. Среди чёрных было беспокойно, даже несмотря на то, что всё шло по плану. Наг стоял у небольшого окна, глядя вдаль, на бессильный город, который окутывал свет редких фонарей и уже гас в тумане, разрезая улицы на фрагменты восходящего солнца, - будто Терн сам начинал рассыпаться на части ещё до начала операции. Рация на столе коротко треснула. — Господин Наг, это Кер. - голос инженера был невозмутимым, но в нём слышалась усталость ночной безостановочной работы: — Вторая волна испытуемых в норме, все показатели стабильны. Сейчас проводим адаптацию - память и реальность у большинства начали совмещаться без критических сбоев. Девять из десяти живы. Одна… её сердце не выдержало. Лекари боролись до конца. Наг не сразу ответил, взгляд главенствующего оставался прикованным к городу за стеклом, но в глазах появилась едва заметная тень внутреннего давления: — Принял, - сказал он, наконец, медленно вдохнув. «С одной стороны, можно подумать, это успех: 9/10, - данные показатели больше, чем на испытаниях первой волны, и, значит, система работает, - механизм памяти, пересборки сознания, не даёт тотального коллапса». Но радость не укреплялась в голове Пэра, - она сидела внутри, как заноза, - куда более опасная и острая. «Горожане, обычные люди, которые не проходили подготовку, у которых не будет фильтров адаптации, и которые пока даже не догадываются, что их ждёт. После распыления память им вряд ли вернётся мягко, - она может ударить сразу целыми пластами, обрывками, лицами, страхами. И не у всех сердце сможет выдержать такой удар». Мужчина чуть сильнее сжал пальцами рацию, тот уже видел расчёты, уже подписывал необходимые документы, знал цифры возможных потерь, но теперь это перестало быть просто цифрами и данными. Рация молчала, ожидая приказа. И Наг вдруг заговорил четко, без колебаний, собирая остатки собственных сил: — Хорошо. План не меняем. Распыление по графику. Тавана не стал уточнять, лишь коротко подтвердил: — Принято.       Связь оборвалась, снова возвращая тишину в кабинет, но теперь она ощущалась точкой невозврата. Пэр ещё несколько секунд стоял неподвижно, затем отвернулся от окна. Город за стеклом начинал постепенно просыпаться, даже не догадываясь, что над ним уже выставлен финальный отсчёт. Потому, не прошло и нескольких отрезов, как мужчина вновь поднес рацию к губам для новой команды подчинённым по внутренней связи: — Всех пленников в главный зал. Исключить Тали и Келли, - лазарет пока не трогать. Таким образом, дворец ожил тяжёлым, глухим движением - как механизм, в котором снова провернули очередной шестерёнчатый приказ.       Предводитель «Порт-пама» стоял перед зеркальной поверхностью в отдельной комнате, не двигаясь, маска лежала на столе. Мужчина долго смотрел на неё, словно в той было что-то большее, чем просто символ сопротивления Дворцу и правлению. После без раздумий взял и надел, - в тот момент щелчок фиксаторов прозвучал тихо и окончательно, как точка.       Когда Пэр вошёл в главный зал переговоров, пленников уже выстроили. И сразу стало видно: теперь здесь находятся не люди власти, а, скорее, ее остатки: семья Ран... без наследницы, Грин, советники, сильтекторы-ланги и те, кто держал систему планеты на тонких нитях решений. Теперь их связи были оборваны, и сами они выглядели не лучшим образом. Оно и понятно, почему: грязные складки одежды, прерывистое, тяжёлое дыхание, плечи, опущенные не столько от усталости, сколько от понимания, что больше не на что опираться. Даже взгляд у некоторых был не злой, а пустой, как после долгого крика о помощи, который никто не услышал. Наг остановился перед ними. Маска отражала свет зала, и казалось, что у него вообще нет лица, - только голос. Предводитель подполья заговорил спокойно, с расстановкой: — Совсем скоро произойдёт распыление антидота. - медленно перевёл взгляд по рядам пленников. — И вы прекрасно знаете, что на вас он не подействует, так как ваша память никогда не подвергалась изменениям.       Некоторые из присутствующих опустили глаза, кто-то - наоборот, поднял, будто пытаясь понять, есть ли в этом хоть какая-то ошибка или шутка. Но всё было действительно серьезно. Пэр продолжил: — Вы увидите, что произойдет с простыми людьми, когда их память вернётся, когда всё, что вы удерживали, снова станет их. - слово «увидите» прозвучало особенно грузно, - словно смертельный приговор, и тишина в зале стала почти физической. — Вы сделали своё дело. И пока я могу отпустить вас в ваши покои. - сделал выжидательную, ядовитую паузу: — Но не из Дворца, - охрана оцепила всё здание, и все вы останетесь здесь до завершения операции. Это ваши последние отрезы свободы - внутри этих богатых, главных стен Верхнего Терна.       На секунду показалось, что кто-то из старших советников хотел что-либо сказать, но решил промолчать, потому что уже было поздно спорить с реальностью, которая вышла на новый уровень. Наг развернулся и зал будто выдохнул от того, что их хотя бы на время оставили в живых: пленники начали расходиться по своим комнатам.       И в этом хаосе Грин вдруг резко сорвался, рванул так резко, будто что-то внутри него перерезало контроль, - парень побежал через длинные коридоры дворца. С каждым шагом в груди росло ощущение, что он опаздывает. Дверь покоев Грос рывком открылась снаружи, Тали-младший даже не постучал. И на мгновение мир внутри него остановился, потому что внутри была не Она. В комнате стояла Волл Валс. Грин замер, будто его ударило молнией. Слишком знакомое лицо - и одновременно чужое, память подкинула ему другое изображение: военная форма Терна, строгий взгляд, человек системы, который всегда стоял «по правильную сторону» власти: — Вы… - он сглотнул, вспоминая, что когда-то присутствовал лично на казни военной: — Вы же… что вы здесь делаете, Валс? Она не улыбнулась и ни капли не удивилась, казалось, в командоре не осталось ничего из прежнего мира. — Где Грос? - голос сорвался в крике и шот пугающе-резко шагнул вперёд: — Что с ней? Валс посмотрела на Тали так, будто он спрашивал лишь о погоде: — Она вышла из Дворца. Её здесь нет. - эта фраза в купе с ядовитой, давящей тишиной не сразу дошла до сознания наследника Рагена. Парень помотал нервно головой, в непонимании: — Что?.. – сделал еще шаг вперед, к девушке. — Как это возможно? Кто её отпустил? Зачем? Почему? - в этих вопросах было сразу всё: страх, надежда, недоверие, и отчаянная попытка ухватиться хоть за какую-то логику. — Я помогла ей, - скупо вывела военная просто: без оправданий и эмоций. Грин почувствовал, как внутри что-то начинает ломаться на части и слоями, видя иную форму напротив себя: — Почему вы перешли к чёрным? - его голос стал вызывающе острым, нетерпеливым и почти злым: — И как вы выжили после казни? На секунду во взгляде Сальв что-то осветилось, где-то очень глубоко, и лишь на долю секунды: — Это не ваше дело, господин Тали. - фраза прозвучала не как защита, а, скорее, очерчение личных границ: — Пока у вас есть время до распыления, - сказала командор тише, - навестите отца и отдохните. Для вас, вашей семьи, как и для Терна грядут тяжелые времена.       Он хотел было сказать, что это вовсе не так, возразить, бросить, что рагенская армия уже выступила к Терну, что чёрных, как и Ранов скоро свергнут… но слова так и не вышли.       Валс мягко, но без усилия вытеснила своей энергетикой наследника из покоев. Дверь быстро закрылась за Грином, и тот остался стоять в коридоре, ясно осознавая, что Дворец больше не место власти, - это место, где люди просто расходятся в разные стороны - и никто не знает, кто из них исчезнет первым. Наг узнал важные новости не сразу, лишь после доклада охранника, что вошел быстро, почти торопливо, боясь задержаться в помещении дольше необходимого: — Господин Наг, должен уведомить вас… командор Сальв… - голос военного на секунду дрогнул: — Она отпустила наследницу Ран из Дворца. - слово «отпустила» повисло в воздухе, как ошибка в системе. Пэр не сразу повернулся, занятый своими делами: — Повтори. — Грос Ран покинула Дворец с разрешения командора Сальв. – и тут, наконец, главный медленно поднял взгляд, в котором читалось резкое, холодное смещение внутреннего контроля. — Позвать её сюда. Командор вошла спустя некоторое время с обычной ровной осанкой, чётким шагом, с лицом, что по-прежнему не выражало никаких чувств, словно они не предусматривались конструкцией, чёрная форма сидела так же безупречно, - как броня, а не одежда. Сальв остановилась перед Нагом. Пэр долго смотрел на девушку, пытаясь что-то прочитать по лицу своей правой руки: — Ты действительно отпустила её? - уточнил мужчина, наконец. Ответ последовал четкий и правдивый: — Да. — Почему? — Девчонка больше не представляет угрозы. Я в этом уверена. Она нам не нужна. На мгновение комнату поглотило молчание. Наг медленно наклонил голову: — С чего это вдруг ты в этом так уверена? - главный повторил это слово так, будто пробовал его на вкус и не находил смысла. А затем резко выкинул на эмоциях, не сдержавшись: — Ты вообще понимаешь, что сделала? - голос сорвался впервые за последнее время: — Это не просто операция, мы планировали распыление много лет! - мужчина подступил опасно близко: — Ты разрешила уйти наследнице Терна в тот самый момент, когда город на грани. Военная не моргнула и глазом на эмоциональные выпады лидера: — Она беспомощна, безоружна и не представляет угрозы. - вывела девушка спокойно: — После свержения Ранов у неё не останется никакой власти или титула, девчонка не сможет ничего сделать. Пэр резко выдохнул, приняв слова, как новый удар: — Ты думаешь, здесь идёт речь о её власти? - голос чёрного стал в разы жёстче: — Ты думаешь, это про «угрозу»? - он сделал паузу со злостью, которая больше не пыталась быть контролируемой: — Ты подорвала авторитет. Свой, мой и всего «Порт-пама». - название группировки прозвучало как клеймо, которая Сальв опорочила: — Ты приняла решение сама, без согласования, в момент, когда каждый шаг – неотъемлемая часть схемы. – после сказанного, главный быстро развернулся к столу, но не сел. Командор, наконец, заговорила снова, чуть тише: — Я с вами потому что, как и вы, хочу, чтобы люди вспомнили действительную реальность и свое прошлое. У меня ничего нет с Грос. - эта фраза была сказана слишком ровно, чтобы быть оправданием, но слишком поздно, чтобы звучать убедительно. Долгое мгновение Пэр просто смотрел на девушку перед собой. И затем медленно, почти незаметно кивнул, как бы фиксируя факт, после чего резко взял рацию: — База. Ответьте. Послышался шум помех, а за ним голос: — На связи. Мужчина говорил быстро и без пауз: — Грос Ран вышла в Терн. Найдите её до распыления. - тот на отрез остановился, будто выбирая формулировку, но затем добавил: — И верните во Дворец до начала. Рация коротко щёлкнула в ответ: — Будет сделано, господин Наг.       Связь оборвалась. Чёрный медленно опустил руку, пока Сальв всё ещё стояла рядом. Разговор между ними был закончен и остались только последствия решений, которые невозможно было больше отменить.

***

      Подразделение для поимки наследницы выдвинулось мгновенно, и в тот же момент чёрные начали прочёсывать весь город: без лишнего шума и эмоций, - только точная, отлаженная система, словно Терн уже был заранее разделён на сектора поиска.       Пока в этот самый момент Грос беспокойно размышляла, насколько всё казалось неправильным, слишком родным и знакомым, пока внезапно не увидела неподалеку, на параллельной улице отряд «Порт-пама». Военные не бежали, не вынимали оружие, - просто появились в пространстве заворачивая из-за поворота крайних домов, будто всегда там были, и теперь просто стали заметны. За несколько шагов группировке удалось перекрыть вход в Терн. Ран замерла на долю отреза, а затем быстро развернулась и побежала.       Её шаги быстро стали резкими, сбивчивыми и ритмичными. Сзади послышались первые движения: синхронный переход на бег, - чёрные увидели Грос и поспешили за ней. Пока девушка впереди внезапно обнаружила вдалеке старую одинокую электростанцию, - потому бежать было больше некуда, - остальные стороны и выходы группировка быстро перехватила.       Чёрные не теряли расстояние, словно пространство само подстраивалось под них. Наследница резко вдохнула, ускоряясь, и когда, наконец, достигла спасительной цели, - повернула к заднему входу, где виднелась небольшая лестница, с довольно скользкими ступенями. Девушка взлетела вверх, почти не чувствуя из-за адреналина ног. Где-то позади прогремел первый глухой удар ботинка о металл.       Они приближались, окружающее начало терять структуру. Камеры слежения, бетон, потемневшие стены, старые энергетические панели на фасаде, - как потухшие, мёртвые пленники бывшей системы. Сзади продолжали нарастать звуки шагов: все ближе и чётче.       Руки Ран в панике ударили по холодному металлу, послышался скрип, толчок, старая, тяжёлая, почти неподвижная дверь поддалась далеко не сразу. Но когда всё-таки открылась, странный воздух внутри мгновенно ударил в лицо наследницы запахом пыли, гнили и заброшенной энергии. Грос резко ворвалась внутрь и развернулась, с силой захлопнув за собой дверь.       Звук удара разнёсся по пустому пространству здания, как выстрел. Дочь Терна нашла тяжёлый, старый, механический засов. Металл сопротивлялся некоторое время, пока не послышался наконец глухой щелчок, - закрыто. Снаружи сразу вонзились шаги. Остановились. Подошли ближе к двери, но внутрь не ломились. Пока. Девушка отступила назад на пару шагов, и только тогда позволила себе выдохнуть по-настоящему глубоко, успокаивая бешеный сердечный ритм. Грудь сжало, и незваная гостья опёрлась рукой о стену. Пальцы дрожали, сонная артерия билась так, будто пыталась прорваться наружу. Наследница нервно сглотнула, воздух внутри здания казался тяжёлым, почти неподвижным, от дыхания и шагов поднималась пыль, форма была влажной от пота и прилипала к коже, мышцы ног горели, как после долгого марафона на длинную дистанцию. И теперь великая наследница Терна была заперта снаружи от всего мира.

***

Рация на столе Нагa в который раз ожила для короткого, почти сухого, но важного сигнала: — Это Тавана, господин. - голос инженера звучал собранным и спокойным для момента, который они приближали так долго всеми возможными силами: — Всё готово. Группы с распылителями заняли позиции по всему Терну. Летатели подняты в воздух, плотность покрытия рассчитана. Эффект будет достигнут в минимальное время. – пауза. — Подтвердите статус. Глава подпольщиков в данный момент стоял у окна, как и раньше, но теперь город под ним уже не воспринимался как живой, - отныне это была территория ожидания. — Действуем по плану. – отрезал тот чётко и без колебаний. — Принято, - ответил парень, и чуть тише добавил: — До начала осталось четырнадцать отрезов. - голос Кера впервые за долгое время подготовки операции стал почти человеческим: — Тогда, господин Наг… до встречи в новой реальности.       Связь оборвалась, и обстановка после этого кардинально поменялась. Пэр медленно опустил взгляд на панель управления, где показывалось время отсчета: 14 отрезов. И где-то в городе время уже перестало быть обычным.       Тавана сидел в отдельном узле регулирования, окружённый экранами и схемами распределения, перед ним находился основной таймер. Инженер не спешил, - просто смотрел, как цифры движутся вниз: 13, 12, 11, 10, 9, 8, 7, 6, 5, 4. Система была синхронизирована: группы распылителей на крышах, летатели в воздухе, узлы давления в состоянии готовности. Пока город под ними до сих пор не знал, что стал геометрией запуска. 9:59. Тишина, - напряжённая, как перед разрывом бомбы. Предводитель слегка наклонился вперёд и открыл отдельный канал связи. Голос вонзил громко и уверенно: — Начать распыление.       И в разных точках Терна одновременно сработали механизмы: кнопки были нажаты, засовы механизмов распыления сдвинулись с места, металл внутри систем пришёл в движение. Пока где-то глубоко в конструкции города - впервые за долгое время - начинался процесс, который уже невозможно было остановить.