Ещё один способ сказать «Я люблю тебя»

– Ты же в курсе, что та бариста с тобой флиртовала, да? Кара останавливается у кофейни вблизи L-Corp, куда ей удалось уговорить лучшую подругу сходить с ней выпить кофе. Она оборачивается и видит, как Лена наблюдает за ней с насмешливой улыбкой. Кара не уверена, вызвана ли эта улыбка её обычной невнимательностью к подобным вещам или же Лена просто подшучивает над ней. — Нет, не флиртовала. Всё, что Кара помнит о времени, проведённом в кофейне, — это то, что женщина, которая их обслуживала, была брюнеткой (а может и блондинкой), и что Лена стояла так близко среди толпы, что их руки постоянно соприкасались, и Каре приходилось подавлять в себе желание взять её за руку. — Дорогая, она определённо флиртовала, — говорит Лена с ещё большей ухмылкой. — Она всё время глазела на тебя, подмигивала, сказала, что надеется скоро вновь увидеться, и написала свой номер с сердечком на твоем стаканчике. — Ничего она не... — начинает Кара. Во-первых, зачем кому-то глазеть на неё, когда Лена стоит рядом? И, во-вторых, она наверняка заметила бы хотя бы что-то из этого. Она опускает взгляд, чтобы опровергнуть часть этого утверждения, которую может опровергнуть с доказательствами, но обрывает себя, увидев номер, нацарапанный на стаканчике, прямо под своим именем. — О. — Я же говорила, – смеётся Лена. Кара чувствует, как её щеки горят. Она знает, что не замечает большинства подобных вещей, но ей всё равно неловко, что она не заметила что-то настолько очевидное. — Как я этого не заметила? — стонет Кара. Она, конечно, не пыталась привлечь внимание женщины, когда была безнадёжно влюблена в свою лучшую подругу, но всё равно чувствует себя идиоткой. — Алекс говорит, что кто-то может меня даже ударить, а я всё равно не пойму, что кому-то нравлюсь. Думаю, это немного несправедливо, ведь я не такая уж рассеянная, но… ой, — обрывает себя Кара, реагируя рефлекторно, чему научилась в подростковом возрасте, чтобы вписаться в социум, и потирает руку, которую только что ударила Лена, прежде чем вспомнить, что на самом деле не чувствует боли. — За что? Или просто не ей было больно, понимает Кара через мгновение, когда Лена прижимает к себе руку. Кара тут же берёт кисть и начинает осматривать, попутно следя за прохожими, пока делает рентген руки Лены, прекрасно помня, какие могут быть последствия для человека, если её ударить. К счастью, ничего не сломано. — Осторожнее, — говорит Кара, понизив голос и проводя своими пальцами по покрасневшим пальцам Лены, прежде чем отпустить её руку. — Ты ушибёшься. Но Лена, похоже, не пострадала, она пристально смотрит на неё, и Кара не понимает почему, ведь именно Лена её ударила. — Серьёзно? Это всё? — Что? – хмурится Кара. — Я… ладно, ничего, — говорит Лена, качая головой. — Твоя сестра права. — Никогда не говори этого Алекс. — Я обязательно ей об этом расскажу, — бормочет Лена, поворачиваясь и направляясь в L-Corp. Кара почти уверена, что что-то упускает, но не понимает, что именно. С этим она разберётся позже, потому что сейчас Лена смотрит на неё с вопросительной улыбкой, проверяя, идёт ли она с ней. И Кара идёт, она пойдёт за Леной куда угодно.

***

Позже в тот же день Кара понимает, что именно имела в виду Лена, но только после того, как Алекс с явным раздражением налетает на неё в DEO с букетом цветов. — Честное слово, я не могу в это поверить. — Что? — спрашивает Кара, широко раскрыв глаза. — И откуда у тебя цветы? — Я купила цветы, потому что ты идиотка, – закатывает глаза Алекс. – Лена только что призналась, что тоже в тебя влюблена, а ты не обратила на это внимание. Кара понятия не имеет, что происходит. — О чём ты говоришь? Я не идиотка и, думаю, запомнила бы, если бы Лена сказала, что у неё есть ко мне чувства. Алекс усмехается, пихая цветы Каре. — Просто возьми их, пойди и скажи Лене, что тоже её любишь. — Нет… Алекс… я… — Кара бормочет, совершенно не понимая, откуда всё это взялось. Конечно, Алекс не ошибается — она действительно любит Лену, но они уже говорили об этом, и сколько бы Алекс ни пыталась заставить её просто признаться Лене в своих чувствах, она не собирается рисковать их дружбой. — Кара, — говорит Алекс, сжимая её плечо и заставляя замолчать. — Послушай меня. Расскажи, что было сегодня утром. — Сегодня утром ничего такого не было. Я проснулась, потушила пожар, пошла... — С Леной, — перебивает Алекс. — Мы пили кофе, — отвечает Кара, не совсем понимая, к чему клонит Алекс, задавая все эти вопросы. — Что ещё? — Ничего. Мы дошли до кофейни возле L-Corp, купили напитки и вернулись. Алекс теперь выглядит расстроенной, и Кара, сколько бы она ни думала, не может понять почему. — Что произошло у L-Corp? — спрашивает Алекс. Кара хмурится, вспоминая единственное примечательное, что приходит ей в голову. — Лена ударила меня, когда мы разговаривали, и это было странно, потому что... — Ладно, хорошо, — кивает Алекс. — А почему она тебя ударила? — Я... — Кара возвращается к своим мыслям, но не может вспомнить ни одного события, которое побудило бы Лену ударить её. — Не знаю, она просто ударила. — О чём вы говорили до этого? — Мы говорили о том, как бариста со мной флиртовала, — отвечает Кара. — Алекс, я правда не... — Боже мой, Кара, я не думала, что придётся объяснять. Ты сказала, что кто-то может ударить тебя, и ты всё равно не поймёшь, что ты кому-то нравишься, а потом Лена тебя ударила. Ты ей нравишься, понимаешь? И тебе нужно пойти и сказать ей прямо сейчас, что ты чувствуешь, потому что она уверена, что ты не любишь её, хотя я ей доказывала обратное. Ты просто самая тупая пришелица на этой планете. У Кары отвисает челюсть, всё это не может быть правдой, но она начинает вновь перебирать воспоминания, прокручивать диалог. Как и в случае стаканчика с сердечком все доказательства находятся прямо перед ней. Алекс берёт Кару за руки и слегка подталкивает её к выходу. — Иди, и удачи тебе. Кара оглядывается через плечо и видит ободряющую улыбку на лице Алекс, и, несмотря на внезапное волнение в животе, точно знает, что ей нужно делать.

***

Она почти трусит и бежит прятаться в CatCo, но, сделав три круга над зданием L-Corp, Кара собирается с духом и приземляется на балкон Лены. Она чуть не выбрасывает цветы, но Лена замечает её прежде, и она упускает свой шанс. — Супергёрл, чем обязана такому удовольствию? — улыбается Лена, когда Кара выходит через открытую балконную дверь. Кара не упускает из виду, как Лена опускает глаза и смотрит на цветы, и как её сердце чаще начинает биться. Но это не редкость, сердце Лены довольно часто ускоряется при её появлении. Что внезапно обретает гораздо больше смысла, если Алекс права. И... ого, она действительно ничего не замечает. — Это для тебя, — говорит Кара, подходя ближе к столу Лены и протягивая ей цветы. Лена сглатывает, её щёки заливает румянец, и она протягивает руку за предложенным букетом. — Алекс с тобой разговаривала? Сердце Кары, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди, но она задаёт главный свой вопрос. — Ты ударила меня, потому что я тебе нравлюсь? Лена тихо смеётся, почти задыхаясь. — Ты правда не догадалась сама? Кара берёт цветы, которые только что подарила Лене, и кладёт их на стол, прежде чем взять её руку в свою. — Наверное, Алекс была права: кто-то может меня ударить, а я даже не пойму, что ко мне испытывают чувства. Кара водит большим пальцем по тыльной стороне ладони Лены, наслаждаясь мягкостью кожи, и под успокаивающим присутствием Лены и тёплым взглядом зелёных глаз, задаёт ещё один вопрос: — Ты поужинаешь со мной сегодня вечером? Кажется, сердце Лены пытается подстроиться под такой же быстрый ритм сердца Кары. – С удовольствием. — Просто для ясности, — ухмыляется Кара. — Чтобы не возникло недопонимания, скажу, что ты мне нравишься. Лена улыбается, и это просто захватывает дух. — Ты мне тоже нравишься, если ещё не поняла. Кара отпускает руку Лены, чтобы обхватить её щёку. Она улыбается, когда Лена наклоняется к ней. — Раньше не понимала, — говорит Кара. — Но теперь всё поняла. Прости, что я такая идиотка. Лена смеётся, — Ты не идиотка. И прости, что ударила тебя. Надо было просто сказать, как Алекс и советовала. — Она уже несколько месяцев подталкивает меня рассказать тебе всё. Не говори ей об этом, но она была права, и я рада, потому что теперь могу сделать это. — Я... — начинает Лена, но обрывает себя, когда Кара наклоняется вперёд и прижимается губами к её щеке, слишком близко к уголку рта, чтобы считать это платоническим. В любом случае, платонические отношения между ними уже закончились. — Думаю, использовать слова — хорошая идея, — говорит Лена, вырывая руку из хватки Кары, но вместо этого обнимает её за шею. Кара тает от прикосновения. — Поцелуешь меня? — спрашивает Лена. — Но как следует. В прошлый раз ты промахнулась. — Я люблю слова, — бормочет Кара, и Лена смеётся, но её смех обрывается под губами Кары, потому что Кара ни за что не ответит «нет» на такой вопрос. У Лены перехватывает дыхание, и Кары тоже, когда руки сжимают её шею. Может быть, она была идиоткой, но если её невнимательность привела её к этому — к поцелую любви всей её жизни — то она не собирается жаловаться.