Медведь

Мягкий, тёмно-желтый свет настольной лампы обволакивал стол и сидящую за ним девушку, отбрасывая на стены густые, бархатные тени. «Тёплый, медовый, ближе к янтарному» — такой запрос Вероника озвучила специалисту отдела «Освещение» в огромном молле строительных товаров. Её желание было полностью удовлетворено. Поток фотонов закатного оттенка растекался по столешнице, подчёркивал текстуру дерева, выхватывал из полумрака микрофон, хвосты проводов и согретые чаем руки. «...здесь история обрывается. Дальнейшая судьба героев остаётся покрыта густой вуалью тайны. Если у вас имеется информация про семейство или, может быть, вы видели вживую картину, пожалуйста, пишите нам письма, мы обязательно выложим всё самое интересное в комменты к этому выпуску». Вероника нажала на паузу и глотнула еле тёплый чай. «И как обычно, прокачивайте свои мозги! С вами была ваша преданная поклонница всякой чертовщинки — Just...» — Привет, чем занята? — Дин! — Вероника сдвинула наушник с уха и гневно уставилась на вошедшего в комнату парня. — Сколько раз я просила — если дверь закрыта, не входи! Из-за тебя я запорола дубль! — О, я не заметил дверь, — Дин не обратил внимания на её фразу и, пройдя к столу, обнял Веронику со спины, запуская руку под ткань её полосатой рубашки. — Дин... — Ника привычно откинула голову назад и невольно закрыла глаза, позволяя его прикосновениям утягивать внимание на себя. — Мне нужно закончить сегодня... Эйла уже... уже замучала меня напоминаниями... — сбившееся дыхание мешало формулировать осмысленные фразы. — Если я помешаю тебе разбалтывать охотничьи секреты, будет ли это плохим поступком? — парень стянул наушники, бросил их на стол и оставил дорожку из сочных поцелуев на её шее. Вероника плавилась под его напором, подставляла под его горячие губы свои и активно включалась в процесс. Уютный полумрак комнаты быстро наполнялся звуками их дыхания. — Пойдём, — Дин потянул девушку за руку, легко преодолевая деланное сопротивление. — Я переборщил с охлаждением и теперь в кровати слишком холодно, без твоей помощи не уснуть. Его руки хаотично блуждали по её вспыхнувшему желанием телу, одну за одной стягивая детали тщательно продуманного лука. Новая, дорогущая рубашка полетела на пол вслед за мягкими джинсовыми шортами. — Погоди, погоди, — шептала она, удерживая его ладони, — дай я сама. Несколько комплектов белья, в лоскуты разорванные безжалостными охотничьими руками, покоились где-то на огромных городских свалках. Дин недовольно промычал, уступая её просьбе. Он сел на кровать и посадил её сверху, откровенно разглядывая обнажающуюся фигуру. Вероника смотрела ему в глаза, медленно и плавно снимая бюстгальтер. Ей бы очень хотелось видеть вожделение в ответном взгляде, но снова она встречалась с мутноватыми, пьяными глазами. — Ты великолепна, принцесса, — Дину довольно быстро надоело представление и он перешёл к активной фазе. «Неважно, это неважно, зато он нежен». С тех пор как их пара превратилась в трио, впустив в себя виски как постоянного участника любовных игр, поведение Дина преобразилось до неузнаваемости. Он аккуратно изучал губами её грудь, поглаживая ладонями выгибающуюся спинку, проводил кончиками пальцев по позвоночнику, всей ладонью обхватывал сзади её шею и вёл руку дальше, в волосы, поглаживая кожу головы. Прелюдии становились с каждым разом всё дольше, и часто Вероника сама стягивала с него джинсы, торопя перейти к главной части представления. Он подхватывал её возившиеся с молнией на ширинке руки, переносил себе на плечи, целовал её открытые ладони, проводил языком по внутренней части запястья, пуская разряды электричества по всему девичьему телу. Вероника не могла бы сказать, что именно вызывало её недовольство. В самом начале их связи даже на её вкус его действия были слишком хаотичными и дерзкими, а сейчас он вел себя как истинный джентльмен, стремящийся доставить удовольствие девушке, благосклонно принявшей его приглашение сопроводить его в царство оргазмов. Но было в его поведении что-то искусственное, хоть Нике никак не удавалось ухватить за ускользающий в мороке наслаждения хвост собственные мысли. — Пожалуйста, я хочу сзади, Дин, — горячо прошептала она ему на ухо и мягко толкнула парня в плечи, высвобождаясь из его объятий. Продолжая держать визуальный контакт, она стянула трусики и повязала их себе на руку на манер браслета. Дин, полностью одетый, наблюдал за её действиями молча, наклонив голову к плечу. Закончив с обнажением, Вероника тяжело дыша опустилась на колени прямо на пол и повернулась к парню спиной, поглядывая на него через плечо. Против её ожидания, Дин покачал головой и, привстав, подхватил девушку на руки и уложил на кровать. Вероника услышала, как щёлкнула молния, и, подтянувшись на коленях, призывно выставила вверх ягодицы, покачивая ими из стороны в сторону, откровенно напрашиваясь на парочку звонких шлепков. *** Её розовые, мягкие ягодицы откровенно напрашивались на парочку звонких шлепков. Дин стянул джинсы с боксерами и провёл рукой по крепко стоящему члену. Он любовался бликами тёплого света на её нежной коже. Его руки, как и мысли, и член находились под абсолютным контролем. Её нежной коже ничего не угрожало. Ко всему есть подход и всегда есть выход. Но также у всего есть цена. Ценой его спокойствия за её жизнь стал алкоголь. В первый раз он даже удивился простоте решения внезапно возникшей проблемы. Он давно научился усмирять пляшущих на жалких остатках его разломанной жизни демонов классическим душевным анестетиком. Виски, водка, пиво — годилось всё, что содержало хоть каплю спирта. Прежде чем найти идеальный баланс для усмирения демонов при виде полуоткрытых зовущих его по имени розовых губ, он перепробовал множество комбинаций и остановился на привычном, можно сказать, родном, карамельно-дубовом напитке. Теплота, разливающаяся по груди после пары глотков, обманывала, отвлекала демонов и они отступали, затихали, пусть и никогда не замолкали до конца. Он провёл ладонью по бедру Вероники и мягко сжал в руках прохладную ягодицу. Ему по-прежнему хотелось схватить её двумя руками и резко войти до упора, так, чтобы она утробно застонала и упала лицом в подушку, вминая стон в плотный перьевой звуковой барьер. Хотелось шлепками сменить цвет её кожи на ярко-красный. Ему хотелось ощущать потоки её возбуждения, текущие по его бедрам, и холодно усмехаться её обречённым на провал попыткам вырваться из его хватки. Желания не усмирялись ничем, он пробовал, о, он очень старался привести в порядок свою чёртову сдвинутую на насилии голову, но здесь алкоголь оказался бессилен. Желания оставались с ним, прожигая его сознание каждый раз, когда он видел её улыбку и становились физически ощутимыми, когда она в очередной раз иронизировала над ним. Всё осталось прежним, кроме одного. Теперь он мог ими управлять. Двумя пальцами охотник проверил, готова ли она к продолжению, и под тихий, призывный стон, убедившись в искренности её желания, медленно вошёл на половину своей длины. Вероника качнула бедрами, насаживаясь на Дина так, что ему пришлось закусить губу, чтобы не застонать на всю комнату. Непристало мужчине так откровенно вести себя в постели. Дин не знал, откуда он взял это правило, но старался следовать ему неукоснительно. Под её тихие стоны он водил ладонями по её бедрам и спине, позволив себе ускориться лишь ближе к концу. Упав на подушку после оргазма, он притянул Веронику к себе и долго целовал её губы, щёки и шею, одной рукой по очереди уделяя внимание каждой груди, а другой поступательно доводил до оргазма пальцами. *** — Бобби, привет! Дин. Что значит, какой? Винчес.. Ну и шуточки у тебя! Сэм до тебя уже доехал? Нет? Ну ладно... Да, мы работаем недалеко от тебя и решили проведать, раз уж... Нет, только Сэм. Я как-нибудь потом, да. Какие новости? А, занят? Хорошо, конечно, потом так потом, когда Сэм приедет... — Дин покачал головой и выключил экран. — С каких пор Бобби кидает трубки, не договорив... Вероника внимательно слушала весь диалог, притаившись за чуть приоткрытой дверью ванной комнаты. — Этот Бобби, кто он? — крикнула Вероника из ванны, когда Дин замолчал. Она изучала отражение своего насупленного лица и злилась на себя за беспричинную злость на Дина. — М-м... люблю этот вопрос, — парень прислонился плечом к дверному косяку и с улыбкой рассматривал завёрнутую в полотенце девушку. — Бобби был тем, кто не дал нам с Сэмом сдохнуть, когда мы только начинали охотиться. Ворчливый увалень с энциклопедическими мозгами и арсеналом на весь штат. Единственный, кого мы могли назвать домом. Настоящий охотник. Он подошёл ближе и, глядя Веронике в глаза через её отражение, прикоснулся губами к покрытому капельками плечу. — Он мне больше отец, чем мой собственный. Кормил, ругал, прикрывал спину. Джон учил стрелять, а Бобби — жить. А когда он ругается, — Дин усмехнулся, — «идиоты» от него звучит как «сынки». Девушка облокотилась на Дина и прислонилась щекой к его груди. Охотник задумчиво водил пальцам по коже чуть ниже её шеи. — Почему ты зовёшь отца по имени? Дин мрачно усмехнулся, чмокнул Веронику в макушку, отстранился и достал из кармана фляжку. — Джон Винчестер... Он был солдатом, а не отцом. Командиром, который бросил нас в окопы своей войны. "Отец" — сильное слово, его нужно заслужить. Джон давал нам приказы и пустые обещания. Бобби — вот кто заслужил. Вероника развернулась и крепко обняла Дина, не обращая никакого внимания на растекавшийся по ванной комнате запах виски. *** Сэм выстукивал на руле непритязательного «Вольво» простенький мотив и прислушивался к внутренним переживаниям. Без Дина было непривычно тихо. Без его вечных упрёков по поводу «здорового» питания и без тяжёлого метала на полную громкость, машина ощущалась пустой консервной банкой. Сэм пару раз хотел набрать номер брата, но знал, что услышит в ответ хриплое «Что, Сэмми, уже соскучился?» и будет потом год выслушивать издёвки. Привычная лёгкая тревожность, всегда активизировавшаяся в отсутствие брата, заставляла собраться и быть настороже. Не потому что один он бы не справился, а потому что за годы охотничьей жизни они стали как одно целое. Сэм проверял базу данных, а Дин за мили чувствовал ловушки и всегда контролировал окружающую ситуацию. Сэм вёл переговоры, а Дин прикрывал тылы. Работать без брюзжащего под боком брата словно пользоваться только одной рукой. Жить можно, но приятного мало. Дин всегда всё упрощал. Сэм усмехнулся. Даже самый дерьмовый кейс. Своим сарказмом он, сам не замечая, снимал половину напряжения. Без него всё слишком серьёзно и тихо. Слишком много времени, чтобы думать о плохом. Весь путь от их мотеля в Индиане до главного полицейского управления Иллинойса занял почти 7 часов и когда Сэм прибыл в Чикаго, город утопал в прохладных сумерках. Парень решил не тратить время на переодевание в агентский костюм и, припарковавшись, направился в кабинет шерифа в своей обычной охотничьей одежде. — Чем могу помочь? — девушка за стойкой ресепшена устало растянула губы в обязательной улыбке. — Агент Дарвин, — представился Сэм, открыв удостоверение агента ФБР. — Могу я поговорить с шерифом? — Минутку, — показное добродушие моментально покинуло лицо работницы. Она медленно скрылась в глубине коридора, оставив Сэма в гулком холле в полном одиночестве. Спустя несколько мучительно долгих минут, в которые Сэм старался не заснуть, к парню вышел незнакомый полицейский. — Добрый вечер, агент, сержант Поттер. Какими судьбами к нам? Никакого настроя на дружескую беседу Сэм не чувствовал, поэтому, стремясь поскорее отделаться от внеплановой болтовни, не здороваясь, резко ответил: — Дело конфиденциальное, жду вашего шерифа. Сержант покивал, с едва заметным прищуром оглядывая Сэма с ног до головы. Яркий свет люминесцентных ламп бликовал на окружённой волосами лысине полицейского. — Конфиденциальное охотничье дело? — небрежным тоном задал он вопрос. Сэм напрягся и, повернувшись к полицейскому, посмотрел тому прямо в глаза. — Не понимаю, о чём вы, — сухо ответил охотник, продолжая держать визуальный контакт. Сержант пожал плечами. — Значит, я обознался, со мной бывает. — Он криво улыбнулся. — Чикаго — большой город, люди разные встречаются, всех в лицо и не упомнишь. — Сержант замолчал, разбирая бумаги за стойкой ресепшена, потом еле слышно добавил: — А бывают и не люди вовсе, город большой, всякое бывает... Сэм нахмурился и сделал шаг к мужчине, когда слева от него раздалось зычное: — Агент! Добро пожаловать! Прошу в мой кабинет! Парень инстинктивно повернулся на звук. — Добрый вечер, шериф, спасибо, что смогли меня принять. Одну секунду. — Сэм дежурно улыбнулся и жестом попросил подождать. — О чём вы говорили? — он обратился к сержанту Поттеру самым любезным тоном, на который только был способен после очень длинного дня за рулём. Сержант поднял удивлённый взгляд на Сэма, посмотрел ему в лицо, потом перевёл взгляд на шерифа и вернулся обратно к Сэму. — Видит Бог, агент, не понимаю, о чём вы. — Он покачал головой. Сэм вздохнул и кивнул. — Прошу прощения, мне показалось. Шериф! Могу занять у вас 5 минут времени? — Безусловно, буду рад помочь, — ответил высокий, жилистый мужчина с широкой улыбкой, которая никак не затрагивала глаза. — Пройдёмте в мой кабинет? — Он указал жестом на коридор, приглашая Сэма идти вперёд. Заворачивая за угол, Сэм краем глаза успел заметить, как побелело лицо сержанта Поттера, когда шериф, задержавшись в холле, провожал его взглядом.