Адская колыбельная

Тихая Гавань. 2190 год. – Соми, привет, – к сидящей на скале девушке подошёл мужчина с короткими седоватыми волосами и аккуратной бородой и сел рядом. – Ты как? – Уже лучше, – спокойно ответила Соми. – Три года прошло, ненависть стихает, а боль... боли я уже не чувствую. Ну, ты понимаешь... – Понимаю, – кивнул Сэм. – Я думал, что мне будет легче от смерти Роджера... А теперь я понял — мне его не хватает. Но прошлого не перепишешь, как если бы ты писал книгу, и тебе не понравился финал. Помни, Соми, что у тебя, кроме отца и дяди, есть мама и еще один дядя. Я не смогу заменить тебе Роджера, но... обещаю, что постараюсь. Ты можешь положиться на меня, Соми. – Спасибо, Сэм, – слабо улыбнулась девушка. – Ты тоже можешь обращаться ко мне в случае чего. За эти три года ты многое для меня сделал... – Мы же семья, – Сэмюель приобнял племянницу за плечи. – А семья — это высшая ценность. Поздно я это понял... – Интересно, как там Кэра?... – взгляд Андерсон-Гейтс устремился на рассвет. Но их тишину прерывает оклик Анны, которая звала их завтракать. Европа. Испания. Мадрид.       Молодой парень лет двадцати двух смотрел на трёхлетнего ребёнка, сидевшего на диване с шалостливым выражением лица. В его руках был опорожненный подгузник, который он решил не выбрасывать, а использовать для очень весёлого и не менее мерзкого розыгрыша для своей подруги. – Так, малыш Ренни, сегодня мы разыграем твою мамулю, – ребёнок лишь пакостливо улыбнулся, перенимая настроение стоявшего над ним парня. – Нужно всего лишь высыпать содержимое подгузника в ведёрко и потом всё это окажется на её голове! Главное, чтобы потом твой папка не дал мне звездюлей...       Естественно Минхо, а это был он, сделал так, как планировал, а Ренни с любопытством глядел на то, как его нянь закреплял ведро с содержимым подгузника над входной дверью. Вот, уже через минуту дверь открывается, и содержимое ведёрка вываливается... но не на того, кого Минхо хотел разыграть. С убийственным взглядом на него смотрел Ньют, за которым стояла развеселившаяся Кэра, стараясь не рассмеяться. – Минхо... – угрожающе протянул Перегрин, доставая из кобуры револьвер. – Даю тебе фору в пять секунд. Изыди! – Ой, мама! – воскликнул со страхом в глазах главный пранкер в их команде и выбежал из детской комнаты, которая по праву принадлежала Ренатусу. – Это не смешно, чертёнок, – стряхивая с себя последствия пранка Минхо, Ньют посмотрел на свою любимую девушку, которая сдерживает себя, поджимая губы. – Не смейся. – Прости, Ньют, но... – тут уже Кэра сдержаться не смогла и, облокотившись о спинку дивана, на котором всё ещё сидел улыбающийся Ренни, расхохоталась, сгибаясь почти в три погибели. – Боже! Видел бы ты себя! – Ха-ха, очень смешно, – проворчал Перегрин и взял Ренатуса на руки. – Ты подаёшь ребёнку плохой пример, как и Минхо. – Тогда почему ты оставляешь Рена на него? – отсмеявшись, Кэра перепрыгнула спинку дивана, плюхаясь на него. – Он же подает плохой пример. – Потому что он хороший боец и может защитить Ренни в случае чего, – вздохнул парень, а после Ренатус стал что-то лепетать ему о том, что он делал сегодня со своим нянем.       Аргумент Кэра приняла и с теплотой в глазах наблюдала за взаимодействием самых дорогих ей людей. За три года она успела полностью привязаться к Ренатусу, которому дала свою фамилию, а также, когда он научился разговаривать, рассказала ему правду. Ньют был против этого, так как боялся за психику малыша, но ничего поделать против любимой не смог. В итоге Рен воспринял это как игру и не стал особо зацикливаться на этом, на что волнующийся Перегрин был только рад. – А ещё дядя Минхо сказал, что, когда появятся мои братики и сестрёнки, я буду самым старшим и главным! – слегка картавил Ренатус, когда говорил о своём дне. Одновременно с этим он игрался со слегка отросшими волосами Ньюта.       Пара посмотрела друг на друга кокетливыми взглядами, немного покраснев. Кэра хотела что-то сказать, но ей не дал вошедший, точнее вбежавший Томас. Следом за ним вошёл и заметно похудевший и возмужавший Фрайпан, который тоже иногда был нянем, заменяя Минхо. – Вы не поверите, что я только что узнал! – запыхавшийся Томас опёрся о свои колени. – Что уже произошло, пока меня и Ньюта не было? – нахмурилась Гейтс, а стоявший Ньют вопросительно посмотрел на шанка. – Я поймал волну одной организации, – начал говорить Эдисон, жестикулируя. – Называют они её "Ковчег". Они продолжают дело ПОРОКа, ищут иммунов. А ещё готовятся вылетать в Тихую Гавань. – На чем они полетят? Берги-то остались только у Альянса, – усмехнулся Перегрин. Ренатус на его руках влепил ему ладошкой по щеке. Фрайпан прыснул с этого, но тут же скрыл улыбку, увидев предупреждающий взгляд друга. – Они хотят начать с нами войну... – Чё?! – тут же вскочила Кэра, услышав то, что сказал Томас. – А они там не приахерели? Дайте танк, блин, и я им все мозги вышибу! – Откуда ты танк-то возьмёшь? – усмехнулся Ньют, поставив Рена на пол, а тот подбежал к Кэре, которая посадила его на свои колени. Перегрин сложил руки на груди. – Ну, у какого-то мужика во время штурма на ПОРОК был танк, – заметил Фрайпан, который всю бомбёжку просидел в кране, дожидаясь конца. – Он и бомбил город. – Три года всё же прошло, этот танк мог прийти в негодность, – вздохнул Томас, потерев ладони о колени. – В любом случае Ковчегу так просто не подобраться к Тихой Гавани. Порт охраняют круглосуточно, а плоспер вынуждено уничтожен. Только через паром выживших отправляют в Тихую Гавань. – Кэра, что там с Эха'а? Удалось что-то сделать? – тут же переключил внимание на более насущную проблему вошедший Минхо, которого Ньют тут же смерил строгим взглядом. – Да и нет, – покачала та головой, дав игрушку Ренатусу, тот с радостью стал ей играться. – Большинство шизов давно уже перестали быть людьми, как и Эха'а, поглощённые в собственном гневе и безумии. Поэтому очистка ДНК Вспышки стала невозможным. Их безумие стало для них танцем смерти. Пришлось некоторых устранить из-за большой угрозы. – Вы бы видели, как она двигалась, когда расправлялась с полчищами шизов, – с восхищением в глазах протянул Перегрин. – Смотри не кончи, – хмыкнул Минхо, за что и огрёб — копач дал ему подзатыльник. – Ну короче, всё идет очень медленно, – с разочарованием сказала Гейтс, нахмурив брови. – Мы обколесили всю Америку, даже Южную. Но Европа совсем другое, тут побольше мутантов. Более сильные, быстрые и громадные! Да и не очищаемые. Чего стоила Турция! Сплошные шизы! Такими темпами, мы не то, что Землю не очистим, наши правнуки продолжат это дело за нас. – Зато есть плюсы — мы путешествуем по миру абсолютно бесплатно! – вскинул руками Минхо. – А когда-то люди платили за перелёты. – Минхо, ты везде найдёшь плюсы, – закатил глаза Ньют. – Даже на кладбище? – тот подмигнул для пущего эффекта чернухи. – В общем, пока ничего делать не будем с Ковчегом, – Кэра вернулась к прошлой теме. – Подождём пока Крис с остальными вернутся. Потом покумекаем на их счёт.

***

Три года назад. Роско.       Томас первым шёл в сторону жилого города, не смея замедлить шаг из-за песка, который забрался в его ботинки. Такой шанс, — увидеть родную мать, — что даже это отходит на самый задний план. Наверное, ему стоит благодарить судьбу за то, что у него всё ещё есть семья.       Конечно, глэйдеров он тоже считал семьёй, как и Соню с Гарриет. Хорхе? Конечно! Кристиан, Эшли, Юстас, Джим и Джой? Разумеется! Даже если Томас и знает их мало, но во время битвы в Денвере он понял, что они заслуживают доверия. Бренда ему, как младшая сестра, которой у него никогда не было. А Кэра старшая — любит поучать, хоть и младше него на год. А вот Тереза... Да, он любил её, а по словам той же Гейтс — эти чувства были взаимны. Когда они ещё работали на ПОРОК, то всё время они проводили за проектированием и наблюдением за объектами в лабиринте "А", пока, естественно, Томас их не предал.       Несомненно, эти люди стали для него семьёй. Но всё же родная кровь ему ближе. Мама, которую Томас видел во сне-воспоминаниях в вертолёте ПОРОКа, жива и ждёт его. Ждёт не Томаса, а... Стивена. Её маленького Стиви, который любил играть в пиратов, надевая на правый глаз повязку, а палец указательный всегда делал крюком. Именно это сегодня ему снилось. Это воспоминание, которое грело ему душу. Потому что мама-попугай, разукрасив своё лицо красками, поддерживала его игру, повторяя слова сына-пирата за ним. "Кар-рамба!", "Свистать всех наверх!", "О-хо-хо!", "Палундр-ра!".       За место сабли у него была пушистая метёлка, бандану же заменило его красное полотенце.       Это воспоминание дало ему стимул идти быстрее, даже не слушая, как друзья зовут его. Ему вдруг стало неважно, — догонят они или нет, — главная цель стали огромные ворота, рядом с которыми стояли несколько человек. И, естественно, даже при частичной амнезии, Томас корил бы себя, если бы не узнать её. Свою маму. А он узнал. И тут же помчался со всех ног, как это было в лабиринте, будто от гривера.       Клео расставила руки в стороны, ожидая, пока её сын, — какой он взрослый стал! — добежит до неё. А когда добежал, её маленький Стиви нырнул в родительские полные тоски и любви объятия. – Стиви... – сердце Мун готово было выпрыгнуть из-за этого долгожданного момента. Она радовалась, грустила, тосковала, злилась на ПОРОК, на себя, но всё же была удивлена тому, что её мальчик повзрослел и возмужал настолько, чтобы дать отпор ПОРОКу. – Боже, как ты вырос! – Мама... – он стиснул её в объятиях, утыкаясь в мамино плечо и вдыхая тот самый запах детства. – Мама! Боже, как я рад! Я... я... – Всё хорошо, Стиви, мама рядом, – тихо прошептала Клео, а слёзы текли по её щекам, как и у её сына. – Мама рядом...       Кэра улыбалась, видя, что друг воссоединился с матерью, как и она когда-то со своей семьёй. Кто бы мог подумать, что Томас, как ребёнок, будет плакать в плечо мамы. Впрочем, по словам Ньюта, Эдисон так же плакал, когда умирал Чак. Но то были горькие слёзы, полные боли и отчаяния из-за смерти друга. Эти же — от счастья. – Я не плачу, это просто пот, – шмыгнул носом Минхо, расстрогавшись данной сценой. – Это так мило... – а вот Фрайпан не скрывал своих слёз. Он был так рад за друга, что тот наконец нашёл свою мать. Зигги даже не завидовал, ведь у него уже есть семья — глэйдеры, и этого ему достаточно. – Мам, знакомься, это мои друзья, – Томас указал на стоящих в стороне людей. – Без них я бы не смог добиться того, чего добился. Я и стою здесь, благодаря им. – Приятно со всеми вами познакомиться, – утерев слёзы, Мун улыбалась. – Заходите, Магнус ждёт вас. – Вот бы и нам с семьёй свидеться... – протянул погрустневший Крис. – Но они давно мертвы. – Не кисни, брат, я рядом, – Юстас похлопал по плечу Барнса, тоже слегка расстроившись. – Да и Джим, Джой и Эшли с нами. – Ты Кэру забыл, – хмуро отозвался Кристиан. – Точно, – улыбнулся Вернер.       За повстанцами закрылись ворота. А перед ними стоял Магнус Альгрен — мэр Роско. Он сложил руки на груди и приветливо улыбался сквозь отросшую бороду. Рядом стояла Джуди, которая бросилась в объятия Кэры, заставляя её присесть, чтобы быть с ней на одном уровне. – А вот и наши герои! – похлопал в ладони Магнус, а жители Роско начали ликовать, что-то крича. – Не думал я, что нас так встретят, – поделился Ньют, переглянувшись с довольным Минхо. – Наслаждайся, Ньют, второго такого раза может и не быть, – хмыкнул тот, хлопнув друга по плечу. – Мы герои, черт возьми! – Алекс, Раис, – кивнула Гейтс, поприветствовав доктора и своего информатора. – Без вас у меня ничего бы не получилось. Спасибо вам. – Ты же знаешь, сержант... Кэра, что я всегда на твоей стороне, – Алекс решил прекратить использовать субординацию. – Ты сделала то, о чём я мечтал. Большего я и не просил. – Я согласен с ним, – а Раис не мог убрать улыбку с лица. – Это мы должны благодарить тебя. Ты дала нам шанс жить мирной и спокойной жизнью. Это лучше, чем тухнуть в ПОРОКе. – Но всё же... – покачала та с лёгкой усмешкой на устах. – Ладно, лучше скажите, как вы тут жили?       За смехом и разговорами повстанцы и провели в Роско целую неделю, за которую Томас смог вдоволь насладиться компанией своей мамы: узнать, как она работает, где живёт и так далее. Оказывается, что Клео и Зеневьев уже давно начали встречаться, поэтому и жили они вместе. – Я не готов отправлять жителей в Тихую Гавань, – за столом переговоров Кэра решила спроосить Магнуса о планах насчёт выживших. – Они вполне обжились тут. Да и не думаю, что кто-то захочет покидать это место. Мы привыкли к Роско. Так что останемся здесь, пока ты не закончишь то, что начала. – Вот как, – Гейтс даже не разочаровалась, понятливо кивнув. – Хорошо. Альянс будет помогать вам всё равно. Берги с припасами будут летать раз в месяц.       На этом они и порешили, пожав друг другу руки.

***

Настоящее время. Европа. Испания. Мадрид.       Кристиан и его команда вернулись с прицепом мародёров, которые стали сотрудничать с Альянсом. Сначала повстанцы и мародёры относились друг к другу враждебно, не веря в их "исправление", но спустя время всё же стали терпимее. Фактором стали переговоры Кэры, как представитель Винса, и Тайлера, который пересмотрел своё отношение к Альянсу, а особенно к самой Гейтс. – Ну? Выяснили что-то? – спросил тихо Ньют, стоя рядом с кроватью Ренатуса, который спал. Хотя Рен очень крепко спит, что даже взрыв бомбы не разбудит его. – Их здесь нет, сдрыснули, как только услышали звук берга, – вздохнул Юстас, сложив руки на груди, вставая у окна. – Видимо, быстро поняли, что ПОРОК пал. – Ну естественно, – хмыкнул Минхо. – Они ж как крысы — с тонувшего корабля сбежали, как только запахло жареным. В прямом смысле этого слова. – Короче, надо напасть на их след, – подвёл итог Кристиан. – Говорили, что они поехали в сторону Турции к Сулейману. – Они точно самоубийцы, – вздохнула Кэра, вставая рядом с Ньютом. – Там сейчас одни бешенные, которых уже не спасти. Сулейман сам бежал во Францию к Лоренцо. – Вероятно, они это и планировали, – привлёк к себе внимание Томас. – Чтобы мы поехали за ними и подохли от шизов. Может быть даже это ложный след. – Надо проверить всё равно, – сказал один из мародёров, которого звали Дерек. – Мы это сделаем. – Тогда расчитываю на вас, Дерек, – кивнула согласно Гейтс, уперев руки в бока. – А мы тогда полетим в саму Францию, чтобы обговорить нюансы с Лоренцо и Сулейманом. – Думаешь, они нас послушают? – чуть наклонив голову в бок, чтобы посмотреть ей в глаза, спросил Ньют. – Ну, хотя бы выслушают, и на том спасибо, – пожала Кэра плечами, не разрывая зрительного контакта с парнем. – У тебя же ораторские способности лучше, чем у меня. Ты и будешь переговорщиком. – А почему я-то? – удивился копач, подняв брови. – А кто ещё? Минхо? – со смешком парировала девушка, вызвав возмущённый кашель у ранее названного бегуна. – Ты что будешь тогда делать, капитан морских морей? – включился в их диалог тот самый Минхо. – Как что? То же, что и всегда, – ответила та, сделав несколько шагов в сторону стола со стаканами с водой, чтобы налить себе. – Ньюту я доверяю, как никак — он моя правая рука. В роли дипломата справится куда лучше меня. – Ты слишком меня переоцениваешь, чертёнок, – с тёплой улыбкой прокомментировал Ньют. Он рад, что Кэра доверяет ему. И это взаимно. – Я не настолько хорош в дипломатии... – Не прибедняйся, Ньют, – хлопнул по его плечу подошедший Крис. – Если Кэра сказала, что ты лучше неё справишься, то так оно и есть.       Перегрин же вздохнул, убрав руки в карманы. Не нравится ему быть в первых рядах и нести ответственность. Но его чертёнок ему доверяет и знает, что он справится. Это подкупает. Особенно, если это говорит его любимая девушка. – Я постараюсь, – нахмурился копач с готовностью. – Знаю, поэтому и выбрала тебя, – подняла Гейтс уголки губ, взглянув на своего парня. – А сейчас давайте-ка отдохнём. Потому что потом не будет время для отдыха.

***

      Томас открыл дверь комнаты, где безвылазно сидела Тереза, изучая кровь Кэры, чтобы понять причиру симбиоза отпечатков и людского организма. Да, она не выбрала спокойную жизнь в Тихой Гавани, а вечную опасность, но выгоду Агнес всё же извлекла, когда Гейтс дала ей всякую лабораторную муть, найденную в заброшенных комплексах ПОРОКа за пределами США.       Услышав открывшуюся дверь, которая заскрипела, Тереза повернулась и увидела друга. Теперь это так, потому что за три года они успели всё обговорить и оставить пороковские разборки в прошлом, как и фазы... как и предназначения. – Как успехи? – спрашивает Томас, подходя к сидящей на стуле ближе. – Ничего нового, – вздыхает удручённо Тереза, закрывая блокнот, куда всё записывала. – Клетки отпечатков не атакуют иммунов, но симбионируют с ограниченном количеством неиммунов. Проще говоря, я не узнала ничего нового. Это означает, что слова Кэры — правда. Но я так и не выяснила, почему некоторые бешенные шизы не способны на очистку. – И что нужно, чтобы ты смогла исследовать этот вопрос? – парень кивает головой в сторону склянок, ампул и баночек, сложив руки на груди. – Нужны образцы бешенных летунов. Как я выяснила, ДНК отпечатков у них более выраженная и подлежит исследованию, нежели у обычных, – ответила Агнес, взяв в руку склянку с жидкостью внутри. А надпись на этикетке гласила: "Летуны", что означало — внутри жидкость летунов. – За границей Америки много бешенных, потому что другие климаты и способы борьбы с ними. Если у нас почти нет бешенных, то в других странах всё по другому. Следует это изучить. – Я скажу Кэре, – покивал Томас, потерев подбородок. – Что-то ещё нужно? – Нужны некоторые препараты, – с энтузиазмом начала она писать на листочке, а после протянула ему. – Вот список. Если некоторых не найти, то на обороте аналоги. – Хорошо, – взял он листок. – Что-то ещё? – Это всё, спасибо, – слегка улыбнулась девушка, вернувшись к изучению.       Не прощаясь, Эдисон вышел из её комнаты, закрывая дверь. Он вздохнул. Всё ещё боится говорить на тему чувств. Томас-то давно уже имел к ней чувства, но та не поднимает эту тему, зарывая все попытки на корню. Но парень всё равно будет ждать, хоть и ждал больше шести лет, ведь влюбился в Терезу Агнес в возрасте четырнадцати лет.       Порой Томас завидует Кэре и Ньюту. У них всё было проще. Так как и Гейтс, и Перегрин были мягче в этом плане. Оба доверяли друг другу, что и послужило толчком развитию их отношений. А Томас и Тереза слишком долго были по разные стороны баррикад, чтобы вернуть былые отношения. Но Эдисон это исправляет, находясь с Агнес много времени, чем когда они были в ПОРОКе. Это помогает... немного, но всё же прогресс есть.       Сейчас он идёт к Ньюту, который был доступен всегда, чем неуловимая Кэра. Её найти в убежище было почти невозможно, ведь она всегда отсутствовала, бегая по Мадриду в поисках выживших и очищала шизов. Только с Ньютом Гейтс имела связь, ведь тот был её правой рукой и заменял свою девушку. – Ньют! – окликнул стоящего в коридоре друга с Ренатусом, который уже умел ходить. – Еле тебя нашёл, весь этаж оббегал. – Ренни хотел размяться, – пожал Ньют плечами, держа за руку мальчика. – Так чего ты хотел? – Мне нужно кое о чём поговорить с Кэрой, она у себя? – спросил Томас, следя за реакцией копача. – О чём поговорить? – поинтересовался Перегрин, нахмурив брови.       "И так всегда, когда речь заходит о Кэре..." – вздохнул Эдисон, вытаскивая из кармана штанов список Терезы, и протянул ему. Тот взял и пробежался взглядом по тексту. – Это что? – Список препаратов, которые нужны Терезе, – пояснил Томас. – Нужно, чтобы кто-то их достал. На обороте аналоги. – Минхо, Фрайпан и Йорик вполне могут с этим справиться, – сказал серьёзно Ньют, отдавая список обратно. Последний, кого он упомянул, был мародёром. – Иди к ним, пусть они достанут эти препараты. – Тереза попросила ещё кое-что... – протянул Эдисон, зная, что друг точно не одобрит такое. – Образцы бешенных летунов. – Она издевается?! – прикрикнул Ньют, а после осекся, вспомнив о сыне. Он взглянул на него, но тот был занят разглядыванием вида из окна. Тогда Перегрин вернул своё внимание к Томасу. – Если обычный летун — ещё нормально, то бешенный...! Ни в какие ворота не лезет! – Ты можешь отправить Кэру, – и Томас тут же пожалел о своих словах, увидев грозный взгляд Перегрина. – То есть... я имел в виду... – Осторжнее со словами, Томас, – предупреждающе протянул он. – Пошли, Ренни, тебе стоит поесть. – Да, пап! – радостно воскликнул мальчик, едва не подпрыгнув.       Томас проводил их взглядом, почувствовав мурашки, пробежавших по спине. Ньют изменился. Стали заметны его изменения после войны с ПОРОКом. Его характер ожесточился, а взгляд иногда становится таким тяжёлым, что не хочется даже спорить с ним. Видимо, так Кэра влияет на него. Или Ньют Перегрин был таким всегда?       Впрочем, узнавать Томас это не собирается, если хочет остаться целым. Ведь каким бы Ньют не был на вид добряком, пальнуть из револьвера он вполне способен. Эдисон видел уже, на что способен его друг.

***

      Как и ожидалось Томас нашёл Минхо валяющимся на диване с книгой с возрастным рейтингом восемнадцать плюс в руках. Это ещё хорошо, что он не застал его за самоудовлетворением — вот тогда было бы неловко обоим. Такое уже они проходили. – Минхо, срочное дело, – Томас прервал чтение Минхо, а тот вскочил, бросив книгу куда-то за диван. – А, это ты, Томас, – расслабился куратор бегунов, поднимая книгу. – Я думал, это Кэра... – А что, она уже застукала тебя однажды? – усмехнулся Эдисон, облокотившись о кресло. – Ага, потом таких звездюлей от Ньюта получил... – помрачнел тот, опустив взгляд в пол, вспоминая о том случае, а потом поднял на друга. – Никому не советую. Так, что за дело? – Вот, – Томас протянул листок со списком препаратов. – Тереза попросила. – Раз Тереза, – хмыкнул намекающе Минхо, а после прочёл список. Плюнув на названия, — всё равно не понимает их значения, — парень кивнул. – Ну, знакомые буквы. Видел в алфавите. – Сможешь достать их? Можешь взять с собой Фрайпана и Йорика, – упёр руки в бока Эдисон, кивнув на список в руках друга. – Ньют дал разрешение. – Ну раз сам Великий и достопочтенный Ньют дал разрешение, – хохотнул Минхо, убрав листок в карман. – То я точно должен достать все эти штуки. Не парься, амиго, всё будет в лучшем виде. Я не дам тебе опозориться перед твоей Терезочкой. – Она не моя... – хмуро отозвался Томас, уже сложив руки на груди и переминувшись с ноги на ногу. – Пока что, – пожал плечами Минхо. – Или ты планировал всю жизнь ходить во френдзоне? Учись у Ньюта, тот времени зря не терял и отхватил себе горячую штучку... Только не говори ему, что я так назвал Кэру, ладно? А то потом будет больно моей попе. – Ладно, – посмеялся Эдисон, хлопнув по плечу друга. Продолжение следует...