Лазурный лотос

Ночь начинала отступать.На востоке небо посветлело, окрасившись в персиковые и сиреневые тона,звёзды поблёкли, уступая место новому дню.«Быстрая Ласточка» всё так же уверенно рассекала воду, ведомая твёрдой рукой Лун. Она больше не опиралась на штурвал так сильно, как раньше. Несколько часов относительного покоя и её собственная железная воля сделала своё дело- цвет вернулся к щекам, а в глазах снова горел привычный огонь, хоть и приглушённый усталостью. - Скоро,- её голос прозвучал громче, нарушая утреннюю тишину. Она указала вперёд, на едва заметную в утренней дымке тёмную полоску на горизонте.-Второй остров. Там... лифт.- Нэчжа, дремавший на носу, вздрогнул и протёр глаза. -Лифт? Куда? В небо?-он с недоверием уставился на приближающийся остров, который с каждым мгновением становился всё больше и неприступнее- сплошные скалы и утёсы....- -Почти,- ответила Лун с лёгкой ухмылкой.- В горы. Тот, кто его построил, не любил долгих прогулок. И обладал своеобразным чувством юмора.- Тай-И, потягиваясь, подошёл к борту. -Лифт? Надеюсь, он поновее, чем та пещера. А то я своё бессмертие на падении с высоты проверять не хочу.- Лун не ответила, её внимание было приковано к подходу. Она уверенно провела лодку в ещё один узкий, почти невидимый проход в скалах, ведущий в небольшую скрытую бухту. Здесь, у самого подножия отвесной скальной стены, виднелось нечто, напоминающее шаткую клетку из тёмного дерева и потускневшего металла, подвешенную на толстых, поскрипывающих тросах. - Вот он,- объявила Лун- «Гнездо Орла». Поднимается почти до самого пика.- Она посмотрела на них.- Готовьтесь. Вид сверху... впечатляет. И заставляет крепче держаться.- Нэчжа скептически осмотрел хлипкую конструкцию. -И он... безопасный?- - Достаточно,- ответила Лун, уже перекладывая самые ценные припасы из пещеры в клетку.- Если, конечно, не раскачивать его специально.-Она бросила на Нэчжу многозначительный взгляд.Он фыркнул, но последовал за ней, помогая загружать вещи. Тай-И с явной неохотой зашёл во внутрь конструкции, которая под его весом жалобно заскрипела. Лун дернула за рычаг, и где-то наверху заработал древний механизм. Со скрежетом и лязгом клетка дёрнулась и начала медленно, со скрипом подниматься вдоль отвесной скалы.И тут Лун оказалась права. Вид был захватывающим. С высоты открывалась бескрайняя панорама утреннего океана, уходящего в туманную дымку. Воздух стал чище и холоднее. Они поднимались всё выше, к облакам, оставляя внизу «Быстую Ласточку», которая казалась совсем крошечной. - Вот это да...- не удержался Нэчжа, прилипая к решётке клетки Даже Тай-И присвистнул, впечатлённый. -Ладно, старый строитель, я снимаю шляпу. Место для дачки он выбрал что надо.- Лун стояла, молчаливая и сосредоточенная, но в её глазах читалась не только бдительность, но и тень давней, знакомой грусти. Она смотрела на этот мир с высоты, как смотрела на него много раз. Менялись эпохи, исчезали одни острова, появлялись другие, а она оставалась. Вечная странница между небом и землёй.Клетка со скрежетом остановилась у небольшой платформы, вырубленной в скале. Путь вперёд лежал по узкому, шаткому подвесному мосту, переброшенному к одинокому домику, прилепившемуся на самом краю пропасти. -Добро пожаловать,-сказала Лун, распахивая дверь клетки. -В мой скромный... второй дом. Отсюда и начинается настоящий путь.- Подвесной мост шатался под их ногами, заставляя Тай-И нецензурно бормотать и хвататься за верёвочные перила. Нэчжа же, наоборот, шёл уверенно, его взгляд блуждал между пропастью и спиной Лун. -Эй,-начал он, когда они достигли середины моста.- А если бы у тебя было имя... какое бы оно было?- Лун, шедшая впереди, не обернулась. -Бесполезный вопрос.- - Ну, предположим!- не унимался Нэчжа.-Например... Линь? Красиво звучит. Или... Юэ? Как луна!- - Юэ-это каждый второй псевдоним для беглянок в романах,-ответила она, отворяя дверь в старый, но крепко сбитый домик,который, был не просто укрытием,а миниатюрным воплощением самой хозяйки -её одиночества, её стойкости, её сокровенной сути:Снаружи он казался почти частью скалы- грубые, поросшие серо-зелёным мхом стены из тёмного, почти чёрного дерева, выдержавшего не одну сотню бурь. Крыша, низко нависающая над крошечным крыльцом, была покрыта плотным слоем дранки, почерневшей от времени и влаги. одно-единственное окно, небольшое и слюдяное, в свинцовой оправе- смотрело прямо в бездну, как всевидящее око, следящее за приближающимися опасностями.Но внутри... Внутри это была лаборатория алхимика, библиотека отшельника и келья воина одновременно.Воздух был густым и сложным, словно старый парфюм. В нём смешались пряный аромат десятков сушёных трав, пучками свисавших с потолочных балок- полынь, чабрец, что-то неуловимо цветочное;Сладковатый дух старого дерева и воска, которым были пропитаны стены и пол; Лёгкий металлический отзвук магии- невидимый, но ощутимый. Обстановку составляло минимум предметов, но каждый был на своём месте и дышал историей:Массивный камин из дикого камня, в котором всегда тлело хотя бы одно полено, обогревая крошечное пространство. На его массивной полке стояли глиняные горшки с зельями. Прочный стол из спасённого корабельного дерева, весь исчерченный следами ножей, пятнами от пролитых эликсиров и восковыми каплями. На нём лежали перья, клочки бумаги с шифрованными заметками и несколько безупречно отполированных магических инструментов. Узкая кровать в углу, больше похожая на монашескую лежанку, застеленная простым, но мягким одеялом из стёганой ткани. Рядом небольшой сундук с личными вещами, на котором лежала закладка в виде засушенного цветка лотоса.Полки, вырубленные прямо в скальной стене. Они ломились от фолиантов в потрёпанных кожаных переплётах, стеклянных сосудов с приглушённо светящимися веществами, странных артефактов, назначение которых было понятно только самой Цин лун.Свет внутрь проникал лишь из двух источников: из маленького окна, отчего в комнате всегда царил полумрак, даже днём, и от нескольких вечных светильников шаров холодного магического плава, заключённых в ажурные металлические клетки. Они отбрасывали на стены причудливые, танцующие тени.Здесь не было ничего лишнего, ничего, что говорило бы о комфорте или праздности. Каждая вещь имела цель, каждое растение применение. Это было логово, крепость и святилище одновременно. Место, где можно было спрятаться от всего мира, чтобы собраться с мыслями, зализать раны и подготовиться к следующей битве. И в этой суровой, аскетичной красоте сквозила вся суть его хозяйки-одинокой, сильной, вечной стражицы, чей дом висел между небом и землёй, как и она сама. - Ну тогда... Ци! Коротко, и звучит мощно!- -«Ци» означает «странная». Спасибо за комплимент.- Нэчжа надулся. -Ну ты и неблагодарная! Я стараюсь! Мэй? Хуа? Что-нибудь цветочное!- Тай-И, устраиваясь на поскрипывающем стуле, хихикнул -Думаю, она больше на «Гэнь» тянет. «Корень». Или «Ши» «камень». Что-то прочное и несгибаемое.- Лун, проверяя запасы на полках, наконец обернулась.На её лице играла лёгкая, уставшая улыбка. -Вы оба ужасны в этом.- Она посмотрела на Нэчжу.-И прекрати.Имя- это не игрушка. Оно... должно что-то значить. Нести вес.- -А «Волшебница» что-то значит?- парировал Нэчжа.- Это просто... констатация факта. Как «стол» или «облако». - «Облако»- это прекрасное имя,- неожиданно сказала Лун, поворачиваясь к окну, за которым клубились утренние туманы.- Оно лёгкое. Свободное. Ни к чему не привязанное.-В её голосе послышалась лёгкая, почти неуловимая грусть. Нэчжа затих, уловив этот оттенок. Он понял, что задел что-то глубоко внутри светловолосой -Ладно,- сдался он.-Не буду больше.- Он помолчал, а потом добавил - Но я всё равно не буду называть тебя «Волшебницей».- Она кивнула, принимая это как данность. -Как знаешь.- Светловолосая подошла к старому сундуку и открыла его. Внутри, среди свёртков и странных инструментов, лежала старая, пожелтевшая от времени кисть для письма и немного туши. -Вот, -она протянула их Нэчже.- Если уж так не терпится- придумай себе моё имя сам. Напиши его на листе и сожги. И будет тебе счастье.- Она сказала это с лёгкой насмешкой, но в её глазах читался вызов. Попробуй. Посмотрим, что у тебя получится. Нэчжа взял кисть с видом полной решимости. Тай-И с интересом подсел поближе. Минуту царила тишина, нарушаемая лишь скрипом пера по бумаге. Нэчжа, высунув язык от старания, вывел два иероглифа.Он отступил на шаг, чтобы оценить своё творение. Тай-И склонил голову набок. -«Юнь-Чжи»? «Туманный паук»? Ну, оригинально, ничего не скажешь...- Лун взглянула на надпись, и на её лице появилось самое настоящее, ничем не сдержанное изумление, а затем сдавленный смешок. -Паук?- переспросила она. - Почему, интересно, паук?- Нэчжа покраснел. -Ну... ты же плетёшь сети. Хитрые. Как паук. А туман... потому что ты всегда скрываешься, как в тумане. Вроде логично....- Лун покачала головой, но смех её стал громче. -Ужасно. Ужасно и... до безобразия мило.-Она взяла листок, посмотрела на каракули ещё раз и аккуратно сложила его- Ладно. «Туманный паук» так «Туманный паук».- Она сунула листок в складки своей одежды.- Теперь у меня есть секретное имя. Доволен?- Нэчжа сиял. Он не добился настоящего имени, но он получил нечто большее -доверие и кусочек её настоящей, неуёмной улыбки,которая так ему нравилась на этом вечно холодном и грустном лице. - Ага,- сказал он, пытаясь сохранить серьёзность. -Привет, Юнь-Чжи.- - Молчи, а то в паутину заверну и на завтрак оставлю,- огрызнулась она, но глаза её смеялись. В маленьком домике на краю пропасти было уютно и тепло. Лун разожгла камин, и огонь отбрасывал танцующие тени на стены, увешанные сушёными травами и пожелтевшими свитками. Воздух пахло хвоей и древней магией.Она разложила на грубом деревянном столе припасы, привезённые с острова: коренья, смолы, порошки в маленьких мешочках. Её движения сейчас,как никогда были точными. - Ритуал восстановления тела не просто воскрешение,-начала она, её голос приобрёл строгий тон, но без привычной холодности.- Это не лепка из глины. Это... вышивка на самой ткани бытия. Мы не просто создаём плоть. Мы вызываем, ткём и воплощаем саму суть существа, его душу, его память.- Нэчжа слушал, затаив дыхание, его собственные шалости с именами забылись. Даже Тай-И выглядел необычно серьёзным. - Мне потребуется помощь,-Лун посмотрела на Тай-И.-Твоя, старый бессмертный. Ты умеешь работать с тонкими материями, с духами. Твоя задача- создать каркас. Основу. Форму, в которую можно будет вдохнуть жизнь.- Тай-И кивнул. -Это я могу. Из энергии лунного света и утренней росы. Хрупко, но для начала сойдёт.-Он посмотрел на припасы.-А это всё для чего?- -Это- для меня- ответила Лун. -Чтобы хватило сил на главное.- Она взяла в руки один из мешочков с мерцающим порошком.-Я буду тем, кто наполнит эту форму. Его силой дракона, его памятью, его... всем. Это потребует очень многого. Я буду вытягивать его сущность из того места, где она сейчас обитает,- она кивнула в сторону Нэчжи,- и переплетать её с новой плотью.- Нэчжа почувствовал, как по спине пробежал холодок. -Это... больно будет? Ему?- о себе нэчжа почему-то не уточнил.то ли боялся что Цин лун примет его трусом,то ли больше переживал за друга. -Это будет похоже на... глубокий сон. На перерождение. Ты ничего не почувствуешь,а он... он почувствует всё сразу. Шок от обладания телом, воспоминания, силу...-Она замолчала, и в её глазах мелькнула тень сочувствия.-Первые мгновения будут самыми трудными. Ему понадобится ваша поддержка.-Она обвела взглядом их обоих-Ритуал нельзя прерывать. Ни на секунду. Если что-то пойдёт не так...- она не стала договаривать, но они поняли. Последствия могли быть ужасными для всех троих.- Мы сделаем это на рассвете. На пике.Где энергии земли и неба встречаются. Это даст нам дополнительную силу.- Тай-И тяжело вздохнул.-Ну что ж, давно я не участвовал в таких... масштабных проектах.-Он посмотрел на Лун с новообретенным уважением.-Руководи, госпожа волшебница.-Нэчжа молча кивнул, сжимая кулаки. Он был готов. Готов быть якорем, щитом, чем угодно. Лишь бы его друг снова обрёл тело.Лун увидела решимость в их глазах и кивнула. -Хорошо. Тогда отдыхайте.-Она посмотрела на отражающееся в окне пламя камина. -Последний спокойный вечер. Завтра... завтра мы изменим судьбу. Или попытаемся.- В домике царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине и шелестом страниц. Цин Лун склонилась над столом, её пальцы быстро и уверенно перебирали древние свитки, поглощая сложные схемы и ритуальные формулы. Её лицо в мягком свете светильников было сосредоточенным и бледным, тени под глазами казались ещё глубже.Нэчжа, несмотря на всё своё возбуждение, не выдержал. Адреналин схлынул, и усталость от долгого пути свалила его с ног. Он сидел, прислонившись к камину, его голова склонилась на грудь, а дыхание стало ровным и глубоким. Он уснул, как убитый, в своей слишком большой одежде, похожий на уставшего ребёнка. Лун на мгновение оторвалась от свитков и посмотрела на него. В её взгляде не было раздражения, лишь тень чего-то похожего на нежность. Она набросила на него край своего собственного одеяла, лежавшего на сундуке.Затем её взгляд стал твёрдым. Она подошла к Тай-И, который медитировал в углу, и положила перед ним на пол несколько свёртков и небольшой мешочек с искрящимся содержимым. - Тай-И,-её голос был тихим, но чётким, как удар клинка.- Время пришло. Иди на пик. Начинай готовить тело- Она указала на материалы.-Здесь всё, что нужно. Знаки для ограждения круга, прах лунного камня для усиления потоков... Используй всё. Я должна закончить расчёты. Рассвет не ждёт.-Тай-И открыл глаза. В них не было ни намёка на привычную пьяную дурь. Он выглядел невероятно серьёзным.Мужчина молча кивнул, взял свёртки и, не задавая лишних вопросов, вышел из домика, бесшумно закрыв за собой дверь.Лун осталась одна со спящим Нэчжей. Она вернулась к столу, её пальцы снова забегали по свиткам, сверяя, проверяя, запоминая. Она не просто читала, она погружалась в самую суть ритуала, проживая каждый этап, предвидя каждую возможную ошибку. Иногда она что-то бормотала себе под нос, чертя пальцем сложные символы прямо в воздухе, где они на мгновение вспыхивали синим светом и гаснут.Она была больше чем учёным. Она была дирижёром, готовящимся к величайшему симфоническому произведению в своей жизни, где инструментами были силы мироздания, а ошибка стоила бы жизни её друзьям. Тишина в домике стала иной, насыщенной, густой от концентрации и силы. Цин Лун ощутила это прежде, чем увидела- лёгкое изменение в энергии комнаты, едва уловимое смещение воздуха. Она подняла взгляд от свитков.Фигура Нэчжи у камина изменилась:его поза была всё так же расслаблена во сне, но теперь она дышала иной грацией, более осознанной. Когда он поднял голову, его глаза были не огненными и яростными, а глубокими, спокойными и синими, как омут. -Он спит,-голос был тихим, но это был не голос Нэчжи. Он был мягче, ниже, с лёгким эхом, словно доносящимся со дна океана.- Его сознание истощено. Я... не хотел беспокоить, но не мог оставаться в стороне.-Цин Лун отложила перо. Она не выглядела удивлённой. -Ты чувствуешь это, не так ли?-спросила она прямо,уточняя-Приближающиеся перемены. Страшишься их?- Ао Бин медленно кивнул. Движение было странным, чуждым для гиперактивного тела мальчика -Страшусь,-признался он без тени стыда.-Но не боли и не неудачи. Я страшусь... самого ощущения.Плоти. Костей. Веса.-Его синий взгляд был полон глубинной, вековой тоски.-Я так долго был духом. Тенью. Мыслью. Возвращение в физический мир... это всё равно что снова родиться. Или воскреснуть. Это пугает.- Он посмотрел на свои,а точнее Нэчжины руки, сжал и разжал кулаки, с непривычкой ощущая мышечную память, ему не принадлежавшую. -А ещё я боюсь не оправдать доверия,- добавил он тише.-Вашего,его,учителя,отца.... Всех, кто рискует ради меня.-Цин Лун внимательно слушала. В её глазах не было ни тени осуждения. -Страх- естественная реакция души перед неизвестным,-сказала она.-Даже моя, прожившая столько, что ты не поверишь, помнит этот страх.-Она сделала паузу.- Но это не слабость. Это... уважение к процессу,к жизни и смерти.- Она обвела рукой их маленькое убежище.-Он,-она кивнула на тело,намекая на нэчжу-не боится. Он рвётся в бой, как слепой щенок,его бесстрашие происходит от незнания. Твоё... твоё происходит от знания и потому оно ценнее.- -Он... многому меня научил. Своей ярости. Своей прямоте. Своей... странной, неукротимой верности.-Ао Бин опустил взгляд. -И ты его многому научил,-парировала Лун.-Ты дал ему мудрость, которую не смог бы дать никто другой. Вы уравновешиваете друг друга.-Она встала и подошла к окну, глядя на тёмный силуэт пика, где уже работал Тай-И.-И это сбалансированное существо, которое вы создали вместе,-вот кто придёт на ритуал. Не просто принц драконов и не просто вспыльчивый юнец. Нечто новое. Сильное.-Она повернулась к нему.-Так что не бойся. Ты не вернёшься в одиночестве. Ты вернёшься им. И я буду там, чтобы направлять энергию. А нэчжа,он будет там, чтобы дать тебе силу не сбежать обратно в тень от первого же ощущения ветра на коже.- Синие глаза Ао Бина на миг блеснули чем-то похожим на улыбку. -А теперь иди. Отдохни. Позволь ему набраться сил.- Её взгляд стал мягче.-Сегодня тебе понадобятся они,вам обоим.- Ао Бин кивнул. Синий свет в глазах Нэчжи померк, его веки сомкнулись, и тело полностью обмякло, погрузившись в глубокий, естественный сон. Цин Лун ещё мгновение постояла, глядя на него, а затем вернулась к свиткам. Но теперь её концентрация была иной- более острой, более наполненной целью. Тишина в домике стала густой, как смола. Лишь потрескивание поленьев в камине да мерное дыхание спящего Нэчжи нарушали её. Цин Лун стояла у стола, её пальцы замерли над развёрнутым свитком. Но она уже не видела иероглифов. Перед её внутренним взором проносились энергетические потоки, узлы силы, точки соединения весь сложнейший механизм ритуала, который должен был вот-вот запуститься.Она чувствовала каждую прожилку усталости в своём теле, каждое напряжение в мышцах. Но поверх этого была холодная, отточенная сталь концентрации,страх был отодвинут в самый дальний угол сознания. Ему не было места сейчас,был только расчет,точность и воля. «Лунный камень... прах должен лечь ровным кругом. Тай-И знает это. Знаки ограждения... север, восток, юг, запад. Ни единой ошибки. Энергия рассвета... она будет ключом. Первый луч, пронзающий горизонт... он должен совпасть с моментом соединения...» Она закрыла глаза, погружаясь в себя, проверяя внутренние резервы. Сила её рода, запечатанная печатью-лотосом, волновалась, как море перед бурей. Она была готова к высвобождению. «Достаточно ли? Хватит ли на то, чтобы не просто создать оболочку, но и вдохнуть в неё жизнь? Вдохнуть всего его... его память, его боль, его благородство...» Она вздрогнула от прикосновения. Холодного. Едва ощутимого.Цин Лун открыла глаза. Рядом с ней, едва видимый, парил в воздухе силуэт.Дух Ао Бина, на мгновение покинул нэчжу, чтобы дотронуться до её руки,чтобы поддержать и успокоить,как раннее сделала сама волшебница.Он не сказал ни слова. Но в этом прикосновении было всё: благодарность, доверие, тихий, невысказанный ужас перед грядущим и... надежда. Хрупкая, как первый ледок, но настоящая.Цин Лун не отдернула руку. Она позволила этому ледяному призрачному касанию остаться на мгновение, приняв его молчаливую исповедь. - Иди,- прошептала она так тихо, что слова почти потерялись в треске огня. -Сохрани свои силы. Они тебе понадобятся, чтобы вернуться,я же предупредила тебя..-Силуэт дрогнул и растаял в воздухе.Светловолосая глубоко вздохнула, собираясь с духом. -Нэчжа,- её голос прозвучал твёрдо, нарушая тишину.-Просыпайся.-Мальчик на полу заворочался, протестующе замычав во сне.- Нэчжа!-на этот раз в её голосе зазвенела стальная нотка, та самая, что заставляла трепетать духов.-Рассвет. Пора.-Он рывком сел, глаза дико забегали по комнате, пока не нашли её. - Что? Уже?- он потёр глаза, пытаясь стряхнуть остатки сна. -А Ао Бин... он...- - Он готов.-коротко бросила Лун, уже собирая со стола последние свитки и засовывая их за пояс.-И ты должен быть готов. Твоя роль- быть якорем и защитником.Твоя воля должна быть крепче скалы. Понял?- Нэчжа молча кивнул, его лицо стало серьёзным и взрослым. Он встал, потянулся, и по телу прошла мелкая дрожь,но не от страха, а от предвкушения.Лун распахнула дверь. Снаружи пахло холодным камнем и предрассветной свежестью. Воздух звенел от безмолвного напряжения. Путь к пику казался тёмным и безжизненным. - Идём,- сказала она, и её фигура стоящая в дверном проеме на мгновение показалась ему не просто фигурой женщиной, а воплощением самой воли, твёрдой и непоколебимой, как скала, на которой стоял её дом. Она шагнула в темноту, и Нэчжа, не раздумывая, последовал за ней. Тропа была узкой и скользкой от ночной влаги. Нэчжа шёл позади, его дыхание клубилось белым паром на холодном воздухе. Цин Лун двигалась впереди безмолвным призраком, её светлые волосы казались слишком ярким пятном в предрассветных сумерках. «Северный знак... лунный камень должен быть измельчён тоньше. Если частицы будут слишком крупными, поток энергии пойдёт рывками. Это может разорвать новую плоть, прежде чем она успеет сформироваться окончательно...» Её мысли метались, проверяя каждый шаг ритуала, каждую переменную. Но под этим слоем профессиональной озабоченности клубилось нечто иное, глубокое и тревожное. «Мои резервы на исходе. Страж Глубин вытянул слишком много. Если ритуал потребует больше, чем я рассчитала... если что-то пойдёт не так...» Она мысленно представила печать-лотос на своём лбу. Не просто символ, а замок. Хранилище той колоссальной силы, что осталась от её рода. Силы, которой должно было хватить на возрождение империи. «Придётся отдать всё. До последней капли.» Мысль была холодной и фактологической, без намёка на панику. Она всегда знала, что может наступить такой день. Но раньше это была абстрактная цена за абстрактную месть. Теперь же... Она бросила беглый взгляд через плечо на Нэчжу. Он шёл, сжав кулаки, его взгляд упёрся в её спину с слепой, яростной верой. Верой в неё. «Почему?»- пронеслось в её голове с внезапной, обжигающей остротой. «Они были средством. Дерзким мальчишкой и благородным призраком, чья судьба идеально вписалась в мой замысел против У Ляня. Инструментами. Почему теперь мысль о том, чтобы исчезнуть для их спасения, не кажется мне высокой ценой? Почему она кажется... единственно верным,не страшным выбором?»- Она не находила ответа. Это было иррационально,глупо,опасно. «Он дал мне имя. "Юнь-Чжи". Никто не давал мне имени... веками. Он увидел не титул, не легенду, не угрозу. Он увидел... суть. И принял её.» Память о его улыбке, озаряющей всё его дерзкое лицо, когда она приняла это глупое, прекрасное прозвище, вызвала странное тепло в её груди. Тепло, которого не должно было быть. «А тот... призрак. Он смотрит на меня не с страхом,а благоговением,с пониманием. Он знает бремя долга. Он знает цену одиночества. В его молчании я чувствую признание равенства.» Она качнулась, оступившись на скользком камне. Твёрдая рука Нэчжи мгновенно упёрлась ей в спину, не давая упасть. - Эй, острожней!-его голос был грубоватым, но в нём слышалась неподдельная тревога.- Если ты свернёшь себе шею, кто будет делать всю эту сложную магию?- Она выпрямилась, не оборачиваясь, снова надевая маску полного контроля. - Сконцентрируйся лучше на себе ,- отрезала она- Мне твоя помощь не нужна.- «Ложь....» -прошептал внутренний голос. «Она нужна. Их вера... их упрямая, глупая забота... она стала якорем. Тем, за что можно зацепиться, когда собственная сила иссякнет,но буду ли я им тогда нужна ? Не захотят ли они меня передать?....нет,нет...» Она не понимала этого. Не могла объяснить. Но сомнений не было. Если ритуал пойдёт не так, она отдаст всё. Всю силу рода. Всю себя. Ради того, чтобы эти двое-дерзкий щенок и печальный принц получили свой шанс,даже если это значило что она может потерять свой. И пусть она не знала, что останется от неё после этого-прах, пустота или вечный сон,- это не имело значения. План мести У Ляню вдруг отошёл на второй план, сменившись чем-то гораздо более острым и непосредственным. Защитить их. Во что бы то ни стало. Она взглянула на восток. Небо начинало светлеть. - Быстрее,-сказала Цин Лун, и её голос снова приобрёл стальную твёрдость.-Рассвет не ждёт.- Они вышли на площадку. Пик Спящего Дракона был голым, продуваемым всеми ветрами камнем, заострённым, как коготь, впивающийся в подбрюшье неба. Здесь, на вершине мира, воздух был жидким и обжигающе холодным. Тай-И уже закончил подготовку.Под ним мерцал сложнейший круг, выложенный из тончайшего праха лунного камня,по его периметру горели древние знаки, отливая синевой и серебром.В центре круга лежала груда чистого белого шёлка и несколько странных, отполированных до зеркального блеска камней- будущее ложе для новой жизни.Бессмертный стоял поодаль, его лицо было серьёзно и непроницаемо. Он молча кивнул Лун, давая понять,что всё готово. «Идеально. Старый пьяница ещё помнит своё ремесло.»- мелькнуло у неё в голове, но даже мысли не хватило на сарказм. Весь её мир сузился до этого круга, до восхода и до двух пар глаз, смотрящих на неё. - Становись в центр,-её голос прозвучал глухо, заглушаемый ветром.-И не двигайся. Что бы ты ни чувствовал. Что бы ни видел. Ты якорь,связь между ним и этим миром. Потеряешь концентрацию-потеряешь его.- Нэчжа молча кивнул. В его глазах не было ни тени сомнения. Он шагнул в центр круга, на груду шёлка, и сел, скрестив ноги, сжав кулаки на коленях. Его поза была неестественно прямой.Лун обошла круг, проверяя каждую черту, каждый символ. Её пальцы скользили в сантиметре от поверхности, и там, где они проходили, знаки вспыхивали чуть ярче. «Всё верно. Всё точно. Но не хватает связи,искры.» Она остановилась напротив Нэчжи. Ветер трепал её пепельные волосы, забираясь под одежду своими ледяными пальцами. - Дай мне руку,-приказала она. Темноволосый протянул ладонь, не разжимая кулака. Она охватила его пальцы своими - тонкими, холодными, сильными. -Теперь... отпусти его,- прошептала Цин лун.-Дай ему выйти.- Нэчжа закрыл глаза. Его лицо исказилось гримасой глубочайшего сосредоточения. И затем... что-то изменилось. Из его груди, из самой глубины, стал медленно выходить холодный, сияющий туман. Он клубился вокруг него, не в силах покинуть пределы круга, искал форму.Лун не отпускала его руку. Она чувствовала, как бьётся его сердце -часто, испуганно, но не сдаваясь. - Теперь ты,- она повернула голову к призрачному сиянию.-Войди.-Сияние дрогнуло, отпрянуло. В нём читался ужас, сопротивление.- Ао Бин!-её голос прозвучал как удар хлыста, но в нём не было гнева. Была команда. Приказ живому жить.- Иди!- Сияние рванулось вперёд и влилось в приготовленные в центре круга материалы. Шёлк затрепетал, камни загудели, издавая низкий, вибрирующий звук.И в этот момент первый луч солнца, тонкий и острый, как игла, ткнулся в край неба. -Начинается,-прошептала Лун и отпустила руку Нэчжи. Она вскинула свои руки к небу, и печать на её лбу вспыхнула ослепительным, невыносимо ярким светом. Лазурный свет хлынул из неё водопадом, ударил в центр круга, в клубящееся сияние, и заставил его сжаться, сгуститься, закричать беззвучным криком боли и рождения.Лун почувствовала, как её собственная сущность вытягивается, как нити, сплетаясь с сиянием, формируя его, наполняя памятью, болью, силой... «Слишком много... он сопротивляется... боится...» Она увидела, как Нэчжа побледнел, его тело затряслось от напряжения удержать связь. «Нет. Я не допущу.» Она сделала шаг вперёд, внутрь круга. Импульс энергии удвоился. И тогда она увидела их-не два отдельных существа, а один спутанный клубок судеб, боли, верности и ярости и поняла... Она боролась не за принца драконов. Она боролась за часть Нэчжи. За его лучшую, самую светлую половину.И это знание стало последней каплей. Печать на её лбу пылала, как маленькое солнце. «Забирай! Всё! Забери и верни им его!» Она отдавала последнее. И не сомневалась ни на мгновение. Печать-лотос на её лбу вспыхнула не просто светом. Она загорелась ослепительным, пронзительно-лазурным пламенем, будто звезда, рождающаяся прямо в её плоти. Свет бил вверх, рассекая предрассветную тьму, и в его сиянии воздух вокруг нее задрожал, заколебался. Неожиданно явились они... Из самого света, из теней, из горного ветра проступили полупрозрачные, величественные формы. Духи-животные: Гигантский белый тигр с мудрыми, печальными глазами. Пара изящных журавлей, сплетающихся шеями. Могучий буйвол, чьи рога отливали холодным серебром.Величественный орёл с невероятно ослепительными белыми крыльями...Ещё, и ещё- свирепые и прекрасные, гордые и скорбные.Её предки,чьи души зараннее выбрали свою форму-обрели ее после смерти.Их молчаливые взгляды были полны не упрёка, а бесконечной грусти и... решимости. «Помогите мне,-мысленно взмолилась она, не отрывая взгляда от клубка сияния в центре круга.-Отдайте ему всё. Всё, что осталось. Ради жизни. Ради будущего, которое вы не смогли дать мне.» И они ответили. Лазурный свет от печати превратился в бушующий поток, в водопад чистейшей силы, который обрушился на формирующееся тело. Кости обрели плотность, плоть налилась жизнью, проступили черты лица- высокие скулы, прямой нос, губы, тонкие и твёрдые. Это было тело Ао Бина, но какое-то хрупкое, ненастоящее, словно прекрасная стеклянная кукла. В нём не было искры. Не было последнего, решающего толчка. Сила из Цин Лун иссякала. Духи-звери начали меркнуть, один за другим, возвращаясь в небытие, отдав последнее. Она чувствовала, как пустота подступает к её собственному сердцу. Ритуал был почти завершён, но почти было равно провалу. «Жизнь...- пронеслось в её помутневшем сознании.- Ему нужен... последний глоток жизни...» Древние знания, инстинкты, дремавшие в её крови, подсказали единственный выход. Жертва,но не силы, а самой сути.С последним усилием она шагнула вперёд, рухнув на колени рядом с телом. Её руки, почти прозрачные от истощения, дрожа, обняли его холодные плечи.И она склонилась над его бледным безжизненным лицом.Её губы,такие же мертвенно бледные и холодные, коснулись его губ. Это не было поцелуем страсти или нежности. Это был ритуал-передача силы,дыхания жизни. В тот миг, когда их плоть встретилась, последние остатки силы хлынули из неё в него. Не ярким потоком, а тёплым, золотистым светом, исходящим из самого её сердца. Она чувствовала, как её собственная жизненная энергия, её ци, её душа перетекает в него, наполняя хрупкую оболочку теплом, дыханием, бытием. Её глаза были закрыты. В ушах стоял оглушительный звон. Мир сузился до этого единственного касания, до ощущения его всё теплеющих под её губами губ, до последней искры, которую она отдавала.И тогда под её ртом его губы дрогнули. Сделали первый, судорожный, самостоятельный вдох. Цин Лун отстранилась, потеряв последние силы, и рухнула на камень рядом, не в силах пошевелиться. Она лишь успела увидеть, как грудь Ао Бина поднялась, а затем опустилась в своём, уже его собственном ритме. Ритуал был завершён.