👻 Writober 2025 👻

— А ты знал?.. — Я тебя не слышу! — Хёнджин по-детски затыкает уши. С этих слов дядя всегда начинал рассказывать то, что парень предпочел бы узнать сам, когда придет время. — Вот же засранец мелкий, — усмехается дух и качает головой. Он наблюдает, как племянник хватает телефон, на который пришло сообщение, позабыв о том, что собирался держать уши закрытыми, и расплывается в улыбке, едва не вибрируя от возбуждения. — Дядя, я ушел, — секунда, и парень вместе с пальто исчезает за дверью. — Знаю я, — шепотом вслед. Окно второго этажа выходит на проезжую часть, и даже на улицу не надо просачиваться, чтобы увидеть, в чью машину садится Хёнджин. Джихён пока не знает, к чему приведет общение племянника с этим детективом, потому что не видит будущего Кристофера Бана, а с недавних пор и будущее Хёнджина стало туманным. Люди без предопределенной судьбы — редкость, и когда они входят в чью-то жизнь, то нарушают ход вещей. И чаще всего приносят несчастья.

🎃🎃🎃

— Мне удалось узнать, что вторая жертва находилась в программе защиты свидетелей. Новое имя, новая жизнь, — устало рассказывал Крис, пока они стояли в пробке. — Поэтому поначалу ничего, что могло бы ее хоть косвенно связывать с другими жертвами, не было. И вот что выяснилось: подругу покойной изнасиловал ее дядя, когда той было двенадцать. Показания нашей жертвы были решающими. Она соврала, оклеветала подругу. Дядю оправдали, но отец девочки выследил его и нанес несколько ножевых ранений, от которых тот скончался в больнице. После этого мужчина скрылся и до сих пор находится в розыске, но что-то мне подсказывает, что его уже нет в живых. После этого семья второй жертвы оказалась под защитой. — Почему твои коллеги умолчали о том, что она находилась под защитой свидетелей? — недоуменно спросил Хёнджин, пытаясь переварить услышанное. Он не выходил на контакт с духами остальных трех жертв, посчитав, что будет лучше сохранить силы для мест преступления, все равно духи не всегда бывали честны. — Разные ведомства между собой не очень дружат, знаешь ли… Тем более они выполняли свою работу и защищали ее. — Плохо выполняли, раз она мертва. — Согласен. Но вот в чем дело: как убийца узнал? — Может, убийца работает в системе? Или она сама рассказала? — предположил Джинни. — Если ее мучила совесть, она могла бы не выдержать и кому-нибудь проболтаться, исповедаться. — Священник? — предположил Крис. — Хотя карта противоречит этому… — Друг? Любовник? — Надо проверить еще раз ее окружение, но уже более внимательно. В квартире второй жертвы они провели несколько часов, но в этот раз внезапных находок не случилось. Детектив и медиум поужинали вместе, устроив мозговой штурм, который, впрочем, озарений не принес, а после Крис высадил Хёнджина у его дома и, попрощавшись, уехал. — Ты знал, что у него нет судьбы? — Дядя! Я же просил! — взорвался Джинни. Он слишком устал и морально, и физически, а слова Джихёна стали последней каплей. — Не разговаривай со мной до завтра, иначе я за себя не ручаюсь! Джихён здраво оценил состояние племянника и, поджав губы, растворился в воздухе.

🎃🎃🎃

— Ну и почему? — грустно спросил Хёнджин, так и не притронувшись к своему тосту с джемом. — Что «почему»? Тебе нужно быть конкретнее, — издевался Джихён, делая вид, что читает газету. — Ты знаешь, — начинает психовать парень, готовый в любую минуту броситься за записями дяди и превратить того в горстку призрачного пепла. — Почему у него нет судьбы? — А сам как думаешь? У кого ее нет? — У того, кому было предначертано умереть, — бубнит под нос Хёнджин, — но кто сумел выжить. Баг в системе мироздания. — Молодец, всё помнишь! — восхитился дух и тут же был удостоен мрачным взглядом. — Да ладно тебе, не бесись. Твой детектив из династии военных, сначала кадетская школа, потом армия, командировка в горячую точку, — с каждым словом дяди Хёнджину становилось всё хуже. Он всегда хотел держаться как можно дальше от насилия и даже драться не умел толком. — Там он должен был умереть и закончить свой земной путь, но в последний момент что-то пошло не так. В машину, в которой он ехал с четырьмя сослуживцами, прилетел снаряд. Все в кашу, а его вышвырнуло на обочину, хотя по всем законам так не должно было быть. — Откуда ты узнал? — спросил Джинни, с трудом проглотив ком в горле. — Его тетушка мне рассказала, — как ни в чем не бывало ответил Джихён. — Прекрасная женщина, разве что немного болтливая и не имеет половины головы… — В смысле? А куда делась? — Взрыв, — спокойно произнес дух, наблюдая, как лицо племянника бледнеет. — Говорю же — династия военных… Но я долго думал об этом. Просто так ничего не бывает, и таких сбоев — тоже. У всего есть причина и следствие. Я много раз заглядывал в твою судьбу, хоть ты и не хочешь ничего об этом слышать — ладно, понимаю. Но скажи-ка мне, дружок, что ты сделал третьего августа четыре года назад? Младший Хван побледнел еще больше. — Мне нужно идти, — подорвался он из-за стола, позабыв про завтрак. — Беги, но поговорить нам придется. Аномалия, которую ты сотворил, коснулась и твоей судьбы.

🎃🎃🎃

Утренний разговор с дядей не выходил у Хёнджина из головы, и он то и дело косился на детектива. Могло ли быть так, что выброс энергии в тот день и самые сокровенные желания Хёнджина сломили предопределенность и вырвали одного человека из лап смерти? Тогда неудивительно, что в конце концов они притянулись. Но что могло еще пойти не так, как было должно? Черт бы побрал его любопытство, записи дядюшки и душевный раздрай, достигший в тот момент своего апогея. Он ведь и помыслить не мог, что его нервный срыв может что-то изменить далеко за пределами его жизни. Он просто не хотел больше быть одиноким. Он хотел иметь хоть одного друга. Живого, из плоти и крови. Хотел, чтобы его любили и он мог любить в ответ, не боясь ножа в спину и «Мои друзья считают, что ты странный, мне стыдно говорить, что мы вместе». — Всё в порядке? Хёнджин крупно вздрагивает от неожиданного вопроса и легкого прикосновения к плечу. Детектив смотрит на него, нахмурившись, и даже, черт возьми, не понимает, насколько высока вероятность, что он дышит последние четыре года только благодаря раздражающему его медиуму. Хван оказал ему медвежью услугу. Люди без судьбы — редкость. И почти все они остаются неприкаянными и несчастными, потому что в этом мире места для них не предусмотрено. — Д-да, всё в порядке, просто задумался, прости, — забормотал Хёнджин, пряча глаза. — Что ты сказал? — Парень-ветеринар, — повторил Крис, все еще с тревогой посматривая на медиума. Тот сегодня был сам не свой. Не улыбался, не огрызался на уже беззлобные подколы детектива. — Он вообще никак в эту схему не вписывается. Я подал официальные запросы в другие подразделения, и ничего. Хенджин задумался. Осмотр места смерти парня ничего не дал. Его нашли в переулке недалеко от клиники, в которой тот работал. Удар по голове сзади тупым предметом, ножевое в сердце и карта «Дьявол» на окровавленной груди. Камер нет, в окна никто ничего не видел. Скорее всего, убийца следил за ним не один день и выбрал место убийства не просто так. — Поедем к нему домой? — спросил медиум, зябко кутаясь в пальто. — Он снимал квартиру, вчера арендодатель вселил в нее новых жильцов, — ответил Крис с каплями раздражения в голосе. Хоть им и передали все немногочисленные вещи покойного, все равно невозможность еще раз проверить все самому выводила его из себя. — Некуда нам ехать. Хенджин поник. — Но я выбил тебе пропуск. Завтра или послезавтра сможешь поглазеть на карты. Выносить их из участка я не могу. Хенджин воспрял духом. Черт возьми, нельзя привязываться к человеку только потому, что с ним интересно и он добр. Стоит об этом почаще себе напоминать. — А что насчет последнего? — Я думал об этом, — Крис разворачивается и покидает переулок, в котором они бессмысленно топтались последние пятнадцать минут. Хенджин следует за ним и с радостью прячется от ветра в теплом салоне авто, в котором приятно пахло парфюмом детектива. — Он был адвокатом. Если наш убийца мстит тем, кто так или иначе связан с педофилами, то нужно поднять дела, которые он вел. Возможно, он защищал одного из них. — Логично. Тогда загадкой остается только парень? — Да.

🎃🎃🎃

Крис, поставив на стол четыре стакана с кофе, два пододвинул к Хёнджину, постукивающему по столу пальцами от нетерпения. Следом положил стопку папок, которые собирался изучить, и только после этого разложил перед медиумом четыре одинаковые карты Таро, каждая в отдельном зип-пакете с наклейкой. — Я могу их достать? — А так ничего не выйдет? — с надеждой спросил детектив и на отрицательный ответ тяжело вздохнул и тихо произнес: — Только аккуратно. Хёнджин хотел бы огрызнуться и спросить, что тот имел в виду: что ему нельзя рвать и грызть карты или просто не лапать слишком активно, но сдержался. В конце концов, если с уликами что-то случится, именно детектив будет отвечать за это. Он задумчиво проводит пальцем, но Крис упрощает задачу и пододвигает одну из карт. — Эта была на парне. Больше слов и не нужно. Хёнджин осторожно достал карту из пакета и сморщился, заметив пятна крови на ней. Он ненавидел насилие и кровь, но так или иначе слишком часто с ними сталкивался через своих клиентов. Возможно, ему стоит уехать в глухую деревушку и выращивать рис, но что-то подсказывало, что даже там покоя он не найдет. Хёнджин видел не только духов, он не соврал детективу, когда сказал об этом. Некоторые вещи, впитавшие слишком много энергии и эмоций людей, также могли ему рассказать многое, и в отличие от людей они не врали, но работать с ними было сложнее. Требовалось много энергии и максимальная погруженность в трансовое состояние, сродни тому, какое бывает при глубокой медитации. Джинни прислушался к тихому шуршанию перелистываемой детективом бумаги и сосредоточился на этом звуке, отбросив всё остальное. Кончики пальцев покалывало едва заметно в тех местах, которыми он соприкасался с картой. В голове, стоило той опустеть достаточно, начали медленно появляться неразборчивые картины, что становились с каждым разом всё более четкими. — …давно не виделись… — прошелестело и исчезло, словно лист на ветру. Переулок, в котором Хёнджин вчера был с детективом, расплывался, но был узнаваем. — …покурить… — другой голос. Джинни резко повернул голову в его сторону, но увидел лишь густой туман. Снова поворот головы, и перед ним чужая спина, через секунду на нее опускается большой камень. Рука, которая его держит, точно не женская. Обгрызенные ногти, болезненно торчащие заусенцы. Жертва лежит лицом на земле, но его переворачивают носком кроссовка. Темная фигура в капюшоне присаживается и достает из внутреннего кармана нож. Хёнджин не хочет смотреть, что будет дальше, его трясет от осознания того, что вскоре последует, но он не может позволить себе упустить шанс разглядеть убийцу. И все же не выдерживает. Жмурится в момент удара и прикусывает губу до крови. — …гори в аду, друг, — с презрением выплевывает убийца. Джинни распахивает глаза и в последний момент успевает взглядом зацепиться за родинку проходящего мимо него фантома. — Хёнджин! Эй, нормально всё? — обеспокоенно спросил Крис, осматривая дрожащего с ног до головы медиума. — Нормально, — быстро закивал Хёнджин. — Мне нужно подышать. Кристофер больше вопросов не задавал, взял его под руку и молча помог выйти на улицу. Он усадил его на ближайшую скамейку, а сам вернулся в участок и через пару минут вышел, держа в руках пальто медиума и бутылку воды. Хёнджин поблагодарил его и сделал несколько глотков. Свежий холодный воздух отрезвлял. Дышать стало легче, дрожь постепенно проходила, но возвращаться в здание не хотелось. — Мы можем прогуляться, и я всё расскажу? — с надеждой спросил он. — Здесь неподалеку есть парк, можем пойти туда, — Крис не задавал лишних вопросов, хотя было жуть как интересно, почему после каждого контакта с чем-то потусторонним медиуму так плохо. Но вид парня сейчас вызывал желание вызвать такси и отправить того домой отдыхать. Они медленно шли в сторону парка. Хёнджин дышал полной грудью, наслаждаясь скудной городской природой после дождя. Хотелось уйти подальше от скопления людей, поэтому он двинулся в сторону рощи, детектив молча проследовал за ним, держа руки в карманах кожаной куртки. И ведь не мерзнет, не застегивается, и не смущает, что под косухой лишь футболка. Джинни даже завидует немного. Он сам мерзлявый, вечно в сто слоев кутается, как капуста, зимой разоряется на счетах из-за теплого пола и радиаторов, еще и камин настоящий, с дровами имеется. Хёнджин так уходит в свои мысли, что не замечает, как сворачивает на грунтовую тропинку и поскальзывается на мокрой после дождя земле. Детектив ловит его на рефлексах раньше, чем успевает понять, что случилось, и держит ошарашенного медиума за руку крепко, прижимая боком к себе. У Хвана дежавю. И тысячи вопросов. Он видел это. Он видел эту сцену после первой встречи с детективом. Ему снился темный лес после дождя и тепло чужого тела по правую руку от него. Они буквально в лесу. Роща густая и правда темная из-за тяжелых дождевых туч, нависших над городом. По правую руку от него — тепло чужого тела. Но так не может быть. У детектива нет судьбы, если верить словам дяди. Значит, и всё, что связано с ним, не предопределено и не существует в будущем. Где подвох? Дядя снова своеобразно пошутил? Тогда это самая дерьмовая шутка из всех. — Так что ты увидел? — прокашлявшись, спрашивает Крис и убирает руку. — Это парень, — Джинни отворачивается от детектива, стараясь скрыть смущение и смятение, и возвращается на дорожку, выложенную тротуарной плиткой. — Убийца — парень. — Мы предполагали. Сила ударов маловероятна для женщины, хотя, конечно, и такой вариант мы до конца не отметали, — говорит Крис, и Хёнджин понятливо кивает. — Он назвал третью жертву другом, — хмурится Хван, восстанавливая увиденное в своей голове. — Тот его точно знал, сказал, что они давно не виделись. Убийца позвал его покурить в тот переулок, ударил сзади, а после нанес удар ножом… Он сказал… Сказал: «Гори в аду, друг», прежде чем уйти. Сказал это с ненавистью даже. А еще у него была родинка. Большая, на подбородке справа, вот здесь, — Джинни показывает пальцем место на своем лице и видит, как нахмуренные брови детектива взлетают вверх. В узнавании. — Мне нужно в участок. Срочно, — засуетился детектив, хлопая по карманам в поисках мобильного. — Ты со мной? — А можно мне домой? — Хёнджин бы хотел провести время с Крисом, но не так. Атмосфера участка его угнетает, да и усталость дает о себе знать. — Конечно! Идем, я попрошу кого-нибудь тебя подвезти. Медиум от предложения не отказывается и спешит за детективом, едва поспевая за его быстрым шагом.

🎃🎃🎃

Хёнджин узнает о поимке убийцы из новостей. Обидно немного, честно говоря. Он ожидал, что детектив уважит его хоть в этом и лично расскажет обо всем. Но нет. Кристофер Бан обошелся тем, что молча отправил с курьером шикарный, но максимально обезличенный букет цветов, от которого так и сквозило «я тут по чисто деловому поводу», да переводом денег, на которые они изначально договаривались, за его услуги. Парень старался не унывать и не придавать слишком большого значения этому. Не первый раз и вряд ли последний. Больший интерес и даже страх вызывал убийца, а точнее то, что он говорил. Он оказался социальным работником. В детстве подвергался сексуальному насилию со стороны отчима, который содержал их с матерью. Та то ли боялась лишиться финансирования, то ли и впрямь словам сына не верила, но защиты у самого близкого и родного человека тот не нашел. Но он это как-то пережил. Закончил школу, поступил в колледж, решил стать соцработником, посчитав, что так он сможет помочь другим. Но, начав работать, понял, насколько прогнила система и насколько его коллегам наплевать на людей. Третья жертва, парень-ветеринар, был его другом. Они вместе подрабатывали в кафе в студенческие годы, познакомились, сдружились. Но друг имел неосторожность однажды сказать, что жертвы насилия сами виноваты в том, что с ними происходит. И даже тогда будущий убийца проглотил это и промолчал. Но четыре года назад в один из дней он внезапно понял, что должен что-то сделать. Должен стать примером для других, мессией, который очистит этот мир от зла. В общем, парень без какого-либо триггера начал сходить с ума. И всё бы ничего, но во время просмотра выпуска новостей дядя поглядывал на Хёнджина так, что он и сам уже начал догадываться, что и тут наследил. Неудивительно, что в итоге и детектив, и убийца оказались рядом, притянувшись к источнику, изменившему их жизни и судьбы. Но убийца так бы и остался просто сумасшедшим, если бы однажды его не приставили к господину О, в квартире которого он нашел фотографии маленьких девочек определенного характера. Первое убийство было спонтанным, карта в кармане вообще оказалась случайно — он нашел ее на пороге своего дома, хотел потом на доску объявлений прикрепить, чтобы владелец нашел и забрал, да так и забыл про нее. Карта из кармана выпала, но больному рассудку в этой случайности виделся особый смысл. А терабайты просмотренных тру-крайм передач помогли ему замести следы. Второе убийство вышло менее спонтанным. Та девушка этим летом была волонтером, работала вместе с убийцей. Однажды весь их коллектив пошел выпить. Она перебрала и призналась, что оклеветала подругу, чтобы дядю не посадили. В этот момент рядом был лишь самый неподходящий для подобных откровений человек. Он следил за ней два дня, а на третий пришел, чтобы обрушить возмездие. О третьей жертве он думал недолго. Друг сам объявился, написал ему в чате, спросил, как дела. И в этом убийца тоже видел направляющую длань судьбы, которая указывала ему правильный путь. С четвертым всё вышло так же, как с первым. Разница лишь в том, что старик-адвокат, неспособный даже себя толком обслужить, любил сам похвастаться, сколько дел он выиграл и от каких обвинений своих клиентов отмазывал. Пятую жертву он присмотрел, но не успел совершить задуманное, оказавшись пойманным полицией. — Как вы меня нашли? — спросил он у Криса, который вел допрос. — Ваша родинка, — усмехнулся детектив непониманию в глазах обвиняемого. — Мы опрашивали всех, кто пересекался с первой жертвой. Среди них были вы. Потом четвертая жертва — и снова вы. Я не сразу придал этому значение. И правда, не придал ведь. Лицо убийцы было совершенно непримечательным — такого увидишь и тут же забудешь. Идеальная внешность для преступника, разве что родинка бросается в глаза. Если бы не Хёнджин и его слова, Чан бы, наверное, еще долго топтался на месте. По второму убийству и третьему этот парень свидетелем не проходил, но компания, в которой он работал, имела отношение ко второй жертве. Крис просто не знал раньше, где нужно искать, и корил себя за невнимательность. Ответы были прямо перед ним, но он их не увидел.

🎃🎃🎃

— Так и будешь хандрить? — спрашивает Джихён у племянника, закутанного в толстый пушистый плед до самых глаз. По телевизору во второй раз крутился повтор сериала «Гримм», а Джинни, как и в первый, одинаково раздражала Джульетта. — Отстань. Дай мне спокойно себя поненавидеть… — пробурчал в ответ парень, не отрывая взгляда от экрана. — И толку от этого? Что ты можешь исправить? Я тебе говорил, что мои записи нельзя использовать легкомысленно, но ты меня не послушал, теперь прими это и иди дальше. — Ты знаешь, что я сделал? — шепотом спросил Джинни, поставив серию на паузу. — Знаю, конечно, — вздохнул Джихён и невесомо опустился рядом с племянником на диван. — Хотел исправить свою судьбу, да? Тебе не нравится то, кто ты есть, я понимаю. Я — пример неприятия предначертанного пути. Но вот к чему это приводит: ты притянул к себе самого подходящего человека, несмотря на то, что он должен был умереть. Но, чтобы вы могли встретиться, третьему пришлось сойти с ума и стать убийцей. Ты можешь всё исправить? Нет. Сделай выводы и оставь это позади. Хёнджин шмыгнул носом и спрятал лицо в коленях. Его мучило чувство вины, разрывало на части, но он знал, что дядя прав. Исправить ничего нельзя. Они могут устроить конец света и открыть врата в ад, но время вспять повернуть никому не дано. — Сделай так, чтобы всё было не зря, — заканчивает Джихён. — А теперь поднимай свою задницу от дивана и иди украшать дом, я хочу встретить Хэллоуин в окружении тыкв, паутин и скелетов. Вперед! Иначе я отправлю телевизор в другое измерение. — Если тебе это под силу, то сам и украшай, чего ко мне привязался? — проворчал Джинни, но с дивана встал.

🎃🎃🎃

— Сладость или гадость? Хёнджин застыл с вазой конфет в руках, осматривая детектива перед собой. Всё те же черные джинсы, черная футболка и косуха. Темные круги под глазами и уставший вид. — У тебя нет костюма, детектив, конфет не дам, — говорит Джинни, не понимая, что ему чувствовать по поводу этого визита. Всё зависит от того, зачем этот человек здесь. — А на чай пригласишь тоже только в костюме? — Нет, — губы Хёнджина дрогнули в слабой улыбке. — На чай можно и так. Он отступил в сторону, пропуская детектива, поправил чуть съехавшую ведьмину шляпу и закрыл дверь. — Прости, что раньше не пришел, на работе был завал, — детектив определенно оправдывался, тон виноватый, глаза уводит. В руках фирменный бумажный пакет винодельни. — Всё нормально, я понимаю, — улыбнулся Хёнджин, пытаясь удержаться от того, чтобы радостно не попрыгать. Ни черта он не понимает, он был обижен на молчание, но вот Крис пришел, извинился, и Джинни уже про всё позабыл. — Нет, не нормально, — Крис поставил пакет на стол, за которым Хёнджин когда-то общался с духом первой жертвы, а сам устало упал на удобный стул. — Если бы не ты, не знаю, сколько еще было бы жертв, прежде чем убийца оступился… «Если бы не я, этих убийств вообще не было бы», — подумал Хёнджин и почти готов был во всём сознаться, но за плечом детектива дядя Джихён покачал головой. Джинни никогда его таким серьёзным не видел. — Некоторых вещей лучше не знать, — произнёс он, пользуясь тем, что Кристофер его не слышит. — Ты сделаешь только хуже, если расскажешь. Ещё раз: двигайся дальше. Выводы ты уже сделал. Медиум грустно улыбнулся ему. Наверное, и правда, пора двигаться дальше. И сделать так, чтобы всё было не напрасно. — Ты принёс вино? Уверен, что пришёл на чай? Крис усмехнулся, и в глазах его появился хитрый блеск. — Вечером можем выпить вина, а утром вернусь, напоишь чаем. — Я собирался пересмотреть «Проклятье» и приготовил попкорн. Хочешь присоединиться, детектив Бан? — с воодушевлением предложил Хёнджин. Пусть согласится. Пусть останется. Пусть станет исключением из правил и не уйдёт, когда наиграется. — Хочу, медиум Хван, — Крис схватился за протянутую ладонь одной рукой, а второй подхватил пакет с вином и позволил увести себя на второй этаж, чтобы до утра есть попкорн, пить вино и разговаривать, пока на фоне фильмы сменяют друг друга, оставаясь незамеченными. А утром будет чай и снова разговоры, завтрак в уютной кофейне неподалёку и совместные планы на ближайшие выходные.