Куколка и Еретик или Сжечь,Захватить,Наказать,Повторить

Кай появился в чужом доме бесшумно. Миг — и его фигура проступила из темноты угла, где секунду назад не было ничего. Он прекрасно помнил, в сериале этот скользкий евнух то и дело наведывался к одному толстяку в Пентосе. Иллирио Мопатис — торговец, интриган, коллекционер секретов. У Вариса не было друзей, только полезные связи. А значит, если паук и решился на бегство, то скорее всего сюда. Идеальная память вампира позволяла ему безошибочно воспроизвести в деталях всё, что он когда-либо видел вплоть до мозаики на стене в купальне, там где он впервые увидел Дейенерис. Именно ей он обязан тем, что сейчас стоит на другом конце континента, в доме человека, который даже не подозревает, что здесь появился незваный гость. — Так-так-так… где ты прячешься, друг моего врага? — предвкушающе улыбнулся Паркер. Бесшумно скользнул в огромную гостиную он вертел головой осматривая убранство. Стены здесь были увешаны коврами и тканями, так удачно заглушавшими шаги. Обстановка напоминала ему дворец турецкого султана. Остановившись в холле Паркер замер. Отсюда ему было слышно весь дом и всё, что его окружало: пение цикад, мерное журчание фонтана, скрип тяжелых створок где-то на кухне… и громкое, довольное сопение Иллирио, развалившегося на кушетке в благоухающем саду. Кай остановился в тени колонны, прислушался. Улыбка стала шире — всё складывалось именно так, как он и ожидал. Иллирио, обжора и любитель лёгкой жизни, считал себя неприкосновенным, поэтому неудосужился выставить охрану внутри дома. — Ну и тупица, — прошептал Кай веселясь, — если твой дружок появится здесь, я узнаю об этом раньше, чем ты съешь следующий кусок баранины. Он прошёлся по залу, касаясь ладонью массивной мебели, будто расставлял невидимые метки. Шепот заклинаний ложился на стены, и дом постепенно становился ловушкой. Медленно подойдя к Иллирио, Кай взял со столика тяжёлую чашу с фруктами, перевернул её, и сочные плоды с глухим стуком рассыпались по мраморному полу. Но Мопатис даже не шелохнулся — сон его был слишком сладким. Тогда Паркер громко постучал пальцами по перевёрнутой чаше. Неприятный звон нарушил ночной покой. —Тук-тук-тук. Иллирио подскочил, как ужаленный. С просонья его глаза метались по сторонам, и, вскоре, наткнулись на фигуру Кая. — Ну наконец-то, — протянул вампир, закатив глаза. — Я уже готов был тебя поджарить. Даже обидно. Мопатис раскрыл рот, чтобы позвать стражу, но быстро понял, что не может издать ни звука. Потрясённо хватая воздух ртом, он замер. — А-а-а, не пыжься, — с ленцой сказал Кай, — это заклинание молчания. Я пришел сюда не ради твоих воплей. Он наклонился ближе, так что взгляд его прожёг Иллирио насквозь. Зрачки Кая расширились, и голос стал низким. — Когда Варис окажется здесь, или пришлет письмо , ты зажжёшь свечу, которую я оставил. И будешь вести себя как обычно, не упоминая обо мне. Словно ничего не произошло. Варис не должен ничего заподозрить. Ты будешь помнить, что я был здесь , и то что должен сделать. Мопатис активно закивал. — А теперь спи. Щёлкнув пальцами, Кай отпрянул назад. Иллирио грузно осел на кушетку, захрапев так же спокойно, как и пять минут назад. Вот и пришла очередь старой карги. Кай в очередной раз оживил в памяти детали её кабинета. Доля секунды — и он произнёс заклинание. Пространство дрогнуло, и, вот он оказался там, где и хотел. — Ну конечно, — оглядевшись протянул он с притворным вздохом. — Всегда не вовремя. Развалившись в её кресле, Паркер закинул ноги на стол, и с интересом оглядел полки. Ближайший ящичек так и манил заглянуть в его содержимое. Пальцы еретика скользнули по аккуратно расставленным пузырькам. — Ха! Столько ядов в одном месте… — усмехнулся он, поднося один из флаконов к свету. — И как она не путает их в таком-то возрасте? Поставив пузырёк на место, он откинул голову назад и закрыл глаза. — Скука смертная. Решив форсировать события, Кай в мгновение ока оказался у двери, открыл ее настежь,и увидел перепуганного слугу. —Ты то мне и нужен. Передай Оленне, что в её кабинете сидит гость… с быстро заканчивающимся терпением. Слуга дёрнулся, но взгляд Кая пронзил его насквозь. Внушение впилось в сознание, лишая воли. — Ну? — Кай похлопал его по щеке. — Беги, пока я добрый. Оставаясь хозяином положения он принялся ждать. По прошествии энного количества времени Оленна ворвалась в кабинет. Старуха прихватила с собой охрану, которая тесной стеной окружала ее со всех сторон. Опираясь на трость, она двигалась с такой уверенностью, будто собралась на войну. Паркер подпирал голову кулаком рассматривая прибывшую процессию. «Если в её возрасте она ещё так прытка, то в молодости, должно быть, сносила города одним взглядом» — усмехнулся он про себя. — Опять ты, наглый мальчишка, — холодно бросила Оленна, подходя ближе. Её глаза метнули искры. — Вижу, юной королеве ещё не наскучили твои игры, раз ты еще жив. Говори что тебе нужно и убирайся, у меня аллергия на незваных гостей. Усмешка убийцы скользнула по губам Паркера, наслаждаясь моментом он посмотрел Олене в глаза: — Она только вошла во вкус. — Он откинулся назад и небрежно крутанул в пальцах один из её пузырьков с ядом после чего посмотрел на стражу и махнув рукой в сторону коридора произнёс: — Motus! Раздался грохот от скопом падающих тел. Еще один взмах руки и двери закрылись за спиной Оленны оставив их наедине. Неспеша звать на помощь она бросила на Кая пронзительный взгляд: —Угрожаешь старухе? Сколь же ты жалок, мальчишка. — Теперь когда мы остались одни поговорим о деле… Когда евнух решит встретиться с тобой зажгли это и считай что твой долг наполовину оплачен. Кай щёлкнул пальцами, и на столе появилась маленькая неприметная свеча. — Абсолютный пустяк для такой великой леди, ведь так? Оленна медленно подняла подбородок, сжав пальцы на трости. — Я стара, а не глупа. Какую игру ты затеял и причем тут Варис? Разве он не занимается тем же чем и ты, на благо вашей королевы? — Серьёзно, леди Оленна? Недооценивать соперника опасно, особенно такого как я… ты права да надеялась, что я начну всё объяснять? Миг — и он стоял прямо перед ней. Его зрачки расширились, взгляд прожёг её насквозь. — Запомни, старуха. Ты боишься меня больше всего на свете. Я могу разрушить тебя и твой дом так же легко, как попал сюда. Тон его голоса стал глубоким и гипнотическим: — Когда ты получишь хоть какую-то новость от Вариса — или он явится сам, или назначит встречу, или просто пошлёт намёк, что угодно — ты зажжёшь эту свечу. И будешь вести себя естественно. Ты будешь помнить всё, что я сказал… но не сможешь никому рассказать. Улыбка Кая стала опасной, жестокой. — А теперь — пошла вон. Леди Оленна резко развернулась, её шаги гулко отозвались по каменному полу. Секунда — и тяжёлые двери кабинета захлопнулись за её спиной. — Бабка всерьёз думает, что все мужчины идиоты… — протянул он вполголоса. — Самодовольная карга. В следующее мгновение Хайгарден стал для него лишь предыдущей остановкой.

***

Вернувшись на Драконий Камень, Кай долго стоял на пляже, глядя на темную воду и лунную дорожку что покачивалась в такт волнам. Достать Вариса где бы он ни был стало его идеей фикс. Куда бы подался паук? Браавос? Да, логично. Безликие могли укрыть кого угодно, особенно если заплатить нужную цену. Волантис? Этот вонючий улей всегда кишит заговорщиками, а Варис любит места, где можно раствориться в толпе. Кварт? Ха…Половина этого города готова продать собственных детей за дюжину золотых — идеальная среда для таких, как он. Кай скривился, но мысли упорно возвращались к Вестеросу. Речные земли? Вечная смута, десятки мелких лордов, готовых ради интриг открыть двери первому встречному. Там можно спрятаться, не утруждаясь. Север? Маловероятно. Но… если паук и правда видит в Сноу «короля достойного трона» — то что мешает ему отправиться именно туда? Завтра он посетит столько мест, сколько успеет, — пока куколка будет под присмотром. И всё-таки… сделать её бессмертной было бы как нельзя кстати. В этих краях про кол в сердце даже не слышали да и попасть в сверх быстрое существо обычному человеку не под силу, а значит, опасность быть убитой сводится к минимальной… Кай усмехнулся сам себе: я мог бы создать для неё дневное кольцо — и всё стало бы куда проще, чем сейчас. Интересно… смогла бы она и дальше управлять драконами утратив чистоту крови? Размышляя о всяком, он шагал к замку. Эти минуты он использовал, чтобы собрать мысли и настроиться на встречу со своей королевой. Но стоило приблизиться к парадному входу, как чуткий слух уловил какофонию голосов. Споры, перебранки, шаги, причитания, скрип мебели — шум раздражал. Казалось, там собрались все, кто только мог. — Когда они уже все свалят? Задав риторический вопрос Паркер переместился в покои Дейенерис. — Дорогая, я дома! — заявил он с широкой улыбкой, ошарашив собравшихся. И он не ошибся в своем предположении: здесь действительно были все. Картина маслом. Дейенерис сидела в своём любимом кресле; Миссандея, склонившись рядом, пыталась уговорить её поесть; Тирион ныл, твердя, что ничего не знал о планах Вариса, и просил поверить ему «в последний раз»; Джон застыл, словно виноватое изваяние, и не сводил с Дейенерис глаз, будто боялся, что она исчезнет; сир Джорах стоял за её спиной, мрачный и задумчивый; Серый Червь был угрюм и разочарован в себе, от его брони пахло гарью. С появлением Кая все головы резко повернулись к нему. Дейенерис, была бледнее обычного. Переведя на него взгляд — её губы тронула улыбка. Она уже собиралась встать, чтобы пойти ему навстречу, но Кай оказался возле неё первым. — Ты что, устроила вечеринку, пока меня не было? — он обвёл всех насмешливым взглядом и склонился к ней ближе. — Зачем тогда позвала этих зануд? — Они пришли сами, — пожала плечами Дейенерис. — Благодаря тебе я не только жива, но и лишилась двери. Так что каждый из собравшихся посчитал это приглашением войти. — Куколка, ты что, только что пошутила? Кажется я умер и попал в рай. Он притянул её к себе и легко поцеловал в лоб. Дейенерис ощутила, как к щекам прилила кровь. Она попыталась отстраниться, чтобы сохранить королевское достоинство, но оттолкнуть Кая оказалось сложнее, чем сдвинуть скалу. — Раз уж здесь по-прежнему такой бардак, — нарочито громко сказал Кай, — то я согласен вернуться в свои бывшие покои… вместе с тобой. Дейенерис уже открыла рот, чтобы возразить, но её перебил Джорах, молчавший до появления Паркера, привлекая к себе внимание. — Моя королева, почему вы позволяете этому колдуну касаться вас и говорить так, будто он имеет на это право!? — О-о-о, — протянул Тирион, решивший что ему больше нечего терять, с усмешкой оглядев обоих. — Сир Джорах, вы многое пропустили. Позвольте представить: будущий король-консорт, колдун, чудовище, убийца, оракул… Перечислять можно долго, но если коротко — милорд Кай из дома Паркер. Еретик рассмеялся — но веселье не коснулось глаз. — Карлик, тебя что, понизили? — лениво бросил он, — теперь ты мой церемониймейстер… или как это тут у вас называется? Он повернулся к Дейенерис, тон его стал мягче, но от того не менее требовательным: — Куколка, прикажи им убраться отсюда. У нас с тобой слишком много дел, чтобы тратить время на это сборище. Джон, всё это время наблюдавший со стороны, наконец заговорил, сведя брови к переносице. — Вы не говорили, что у вас есть оракул… — он сделал паузу, переводя взгляд с Дейенерис на Кая. — И тем более консорт. Тишина в комнате стала звенящей, как натянутая струна. Даже Миссандея, державшая в руках чашу с едой, замерла теряясь в догадках чем все это закончится. Кай же ухмыльнулся так, словно слова Джона были лучшей шуткой вечера. — Я не обязана объявлять об этом. К тому же, мы ни разу не касались подобных тем. Ваша претензия беспочвенна. Она выдержала паузу, с вызовом посмотрела в глаза Джону, продолжив: — Но Тирион сказал правду, и если бы вы задали мне этот вопрос раньше, то я бы без утайки на него ответила. Своеобразное выяснение отношений сделало худший день из ее жизни еще ужаснее. Она знала придет час и Сноу узнает подробности о ее жизни, и это почти наверняка испортит их отношения. Росток недоверия проклюнется и со временем наберет силу. Но терять его как друга и союзника не хотелось от слова совсем. Джон сжал челюсти, взгляд его потемнел. Слова Дейенерис оглушили, он не мог понять от чего ему так плохо. Ведь она никогда не давала ему повода думать, что ее сердце свободно. — Король-консорт, — с горечью повторил он пытаясь понять ее выбор. Сир Джорах, стоявший позади кресла, едва заметно дрогнул. Его пальцы сжались в кулаки, будто это могло удержать сердце от страданий. Он долго молчал, и только потом выдавил: — Моя королева… если это ваш выбор, я уважаю его. Но разве вы уверены, что связать себя с ним — путь, достойный Бурерождённой? Кай усмехнулся, даже не глядя на них: — Зависть это порок. Он склонился ближе к Дейенерис, улыбнувшись почти нежно. — Верно, милая? Эта сцена вызывала головную боль — шум, взгляды, упрёки, вопросы — давили на неё словно пресс. — Довольно. Аудиенция окончена. Дейенерис обвела гостинную взглядом, задержавшись сперва на Джоне — в его глазах она увидела непонимание, смешанное с обидой. Потом на Джорахе — там отражалась чистая мука, от которой ей стало еще хуже. Устало выдохнув, пальцы её скользнули в ладонь Кая — движение простое, но такое красноречивое, что воздух в зале стал еще гуще. — Кажется, ты предлагал мне переехать?

***

В старом трюме пахло солью и мышами. Варис сжал мокрую от тумана верёвку и выдохнул: «Ещё несколько ночей — и я буду в Браавосе».