Куколка и Еретик или Сжечь,Захватить,Наказать,Повторить

Полуголая пьяная шлюха терлась сиськами о карлика, развалившегося в кресле на вершине пирамиды в Миэрине. Занять бывшие покои Дейенерис оказалось маленьким, но всё же утешением. Проведя здесь достаточно времени, Тирион начал воспринимать это место как курорт. Королева сделала ему подарок — не потащила с собой на север, за что он был ей безгранично благодарен. Теперь у него появилось время, чтобы переосмыслить свою жизнь и прийти к выводу: он был глупцом, цеплявшимся за кровные узы. Нет, нет, он понимал это и раньше, но только сейчас это осознание принесло освобождение от оков внутреннего долга. Он больше не переживал о судьбе брата , дома Ланнистеров и тем более сестры .Теперь он просто Тирион , десница Дейенерис Таргариен , полумуж , любитель шлюх и вина . И это устраивало его от начала и до конца. Миэрин — отличное место для любителей плести интриги и словесные кружева. Если в первом он был не слишком силён, то во втором ему не было равных. В тот момент, когда он уже был готов забыться в объятиях жрицы любви, пространство пошло рябью — и в следующий миг посреди комнаты стоял Кай. Оглядевшись и присвистнув, Кай поморщился от вони и бардака вокруг. — Этого стоило ожидать. Ты знаешь насколько предсказуем, карлик ? — Смахнув пергаменты и какие-то безделушки на пол, он уселся в кресло, и указав рукой на испуганную шлюху продолжил. — Прикажи своей даме убраться. Нам надо поговорить. — Ты слышала его, милая. — лениво протянул Тирион, хлопнув девушку по заднице. — Я позову тебя позже. Он отхлебнул вина и посмотрел на Кая из-под полуприкрытых ресниц, с видом человека, которого ничем не пронять. — Так зачем ты пожаловал? Как видишь, я был… весьма занят, — заплетающимся языком произнёс Тирион, поправляя штаны. — Мне нужен твой совет, — хитро улыбнулся Кай, явно забавляясь видом удивлённого пьяницы. — Звучит абсурдно, знаю. Но по моей шкале тупиц Вестероса ты держишься на самом дне списка. Гордись, карлик. — Польщён, безмерно польщён. — Тирион прищурился, делая глоток. — Скажи, неужели и тебя догнало то, что люди обычно называют любовью? Или же мы имеем дело с куда менее серьёзной бедой? — Какой ты проницательный, Бес. — Кай наклонился вперёд, глядя исподлобья. — Скажем так, мы зашли в тупик . Она требует от меня признаний. — Ах вот оно что… — протянул Тирион, вскинув брови. — Как она только посмела? Женщина требует признаний! — он изобразил притворное возмущение, с трудом удерживая усмешку. — Никогда прежде с таким безобразием не сталкивался! — Очень смешно. Ты уверен, что выбрал себе правильное место при дворе? — парировал Кай. — Я уверен лишь в одном, — устало отозвался Тирион, покачивая кубок. — Признайся, что любишь её. В чём твоя проблема? Это ведь очевидно каждому, кто хоть раз видел, как ты на неё смотришь. — Это очевидно даже ей, гений, — скривился Кай. — Но узнав от Безликого, что всё равно умрёт… она словно зациклилась на этом. Он замолчал, будто сражаясь с самим собой. — Не хочу давать ей желаемое, — наконец сказал Паркер, тише, но жёстче. — Потому что стараюсь верить, что мой план сработает. Я не дам ей расслабиться и принять смерть как должное. Но именно так и случится, как только я произнесу заветные слова. — Знаешь, странная штука — признание. Иногда оно не даёт смирения, наоборот, разжигает желание жить. Уж поверь пьяному философу, я видел, как три слова рушили империи и спасали идиотов вроде тебя.— Тирион криво усмехнулся. — Может, стоит рискнуть и проверить? — Сегодня ты почти оправдал своё существование. — Кай поднялся, похлопал Тириона по плечу и добавил, уже холоднее: — Прекрати гнить изнутри. Дейенерис вряд ли обрадуется твоим новым… успехам. Отойдя на пару шагов чтобы покинуть Миэрин, Кай вдруг вспомнил: — Я знаю что Варис писал тебе, продолжай игнорировать или лишишься головы. Следующее что увидел Тирион, как колдун распался на частицы и просто исчез, оставив его в одиночестве. Ему понадобилось всего пару секунд, чтобы оказаться в Красном замке. Покои Дейенерис были пусты, и не нужно было даже прислушиваться, чтобы понять: весь замок стоит на ушах. — Серьёзно? Я не могу отлучиться всего на день? — раздражённо пробормотал Кай, спускаясь по лестнице. Слуги, прилипшие к окнам, не обращали на него внимания. Их лицах отражали растерянность и любопытство. На улице он заметил Миссандею — раскрасневшуюся от возмущения, спешащую навстречу Серому Червю. Кай хотел было остановить её и спросить, что происходит, но тут услышал голос куколки и её наёмника. Ревность подтолкнула его ускорить шаг. В Драконьей яме кипела настоящая драма. Наглый петух схватил королеву за руку, не позволяя подойти к Дрогону, умоляя её прислушаться. Она безуспешно пыталась вырваться. Пёс, стоявший поодаль, уже тянулся к мечу, готовый наказать зарвавшегося южанина. И вдруг — рывок. Даарио дернул её на себя и грубо впился в губы. Через миг раздалась звонкая пощёчина. Освободившись, Дейенерис стремительно взбежала по крылу дракона. Разъярённый зверь отшвырнул наёмника и уже приготовился сожрать его, если бы не приказ матери. Кай оказался перед ней, ощущая, что обязан остановить. Бурерожденная встретила его взгляд так, будто видела впервые. Холодно, чуждо. — Зачем ты явился? — резко бросила она покрепче перехватив сумку. — Спустись, и мы поговорим об этом, — хмыкнул Кай, уверенный, что она поддастся. Но прозвучало то, чего он никак не ожидал: — Дракарис. Дрогон резко повернул голову и выдохнул огонь — ровно туда, где мгновение назад стоял Кай. Лишь скорость спасла его от неминуемой гибели. Он остался стоять, ошеломлённый, способный лишь наблюдать как она взлетает, даже не оглянувшись, чтобы узнать, остался ли он жив. — Прижареный, куда отправилась твоя королева? — спросил Кай, обернувшись к Псу. Сандор смерил его тяжёлым взглядом. Губы тронула кривая усмешка, но голос стал злым и сухим: — Свалил бы ты к чёрту, колдун. — развернулся и зашагал прочь, не сочтя нужным сказать больше. Стиснув зубы, он перевёл глаза на Даарио. Тот лениво распрямился, проведя рукой по щеке. Улыбка его была ироничной, почти издевательской. — А ты что скажешь, наёмник? —спросил Кай потеряв остатки терпения. — Как ты там называл меня?.. — протянул Даарио, смакуя каждое слово. — Ах да, «прошлогодний сувенир». Так вот, дружок, теперь я могу сказать то же самое о тебе. Он усмехнулся шире, выдержав паузу: — Королева улетела, а ты остался пялиться ей вслед. Привыкай… и добро пожаловать в наши ряды. Кай остался стоять, стиснув челюсти так, что заскрипели зубы. Пальцы на миг дрогнули — слишком явный признак того, что наглый петух попал в цель. В груди закипала ярость, но ответить было нечем: куколка улетела, и правда оставив его позади.

***

Ветер бил в лицо, трепал плащ и волосы. Пригнувшись к спине Дрогона, Дейенерис пыталась унять боль в груди. Проведя время с Псом, она поняла, что его компания была более чем подходящей — кажется, он был единственным, кто видел в ней человека. Она всё ждала, что Кай появится, чтобы перевести попытку подавить её волю в шутку, как он обычно делал, когда понимал, что пересек черту. Но он не пришёл ни утром, ни днём, ни ночью. Вместо этого она получила письмо от Джона: он сообщал, что Стена дала трещину, и просил как можно скорее отправить армию в Последний очаг — замок дома Амберов, где собирались все, кто был способен сражаться. Не теряя времени, Дейенерис облачилась в плащ, подбитый мехом, и велела собрать как можно больше вещей, сшитых специально для севера. Дракон — не вьючное животное, и всё, что она могла позволить себе взять, умещалось в одну сумку перекинутую через плечо. Она отдала приказ Миссандее разослать письма вассалам и проследить, чтобы они отправили свои армии к Амберам. Особое внимание следовало уделить Джейме Ланнистеру, поклявшемуся сражаться за живых в качестве искупления. Напомнив Миссандее об их уговоре, Дейенерис велела ей оставаться в Красном замке вместе с лордом Тарли, частью армией Безупречных и Простора чтобы обеспечить безопасность трона. С моря же флот Яры будет защищать любые возможные подступы. Четыре тысячи Безупречных во главе с Серым Червем должны были двинуться на Север совместно с Даарио Нахарисом и армией Вторых сынов. Стараясь как можно скорее оказаться в Драконьей яме, Дейенерис отдавала распоряжения Миссандее на ходу, снова и снова выслушивая её просьбы отправиться на Север и быть рядом. Пёс шёл хмурой тенью по пятам, недовольный безрассудством королевы, решившей лететь первой. Дрогон ждал её, нетерпеливо раздувая ноздри. Обнявшись с Миссандеей на прощание, Дейенерис заметила Даарио, что бежал к ней. Отправив подругу передать приказы Серому Червю и разослать письма вассалам, она осталась с наёмником лицом к лицу. Его настойчивость не дала ей подняться по крылу, и всё вылилось в некрасивую сцену. Ладонь до сих пор горела от пощёчины. А затем — как вишенка на торте — появление Кая. Он и вправду верил, что она послушается. Перед глазами стояло его лицо, когда он понял, что «Дракарис» предназначался ему. Шок и страх легко читались в его взгляде: кажется в тот момент Кай осознал, что перегнул палку, и всему хорошему, что между ними было, пришёл конец. Ну чтож , он получил то, чего добивался столько времени. Дейенерис вычеркнет его из сердца, приняв, что он никогда не изменится и способен причинять лишь боль. Фиктивный муж — это максимум, чего он достоин. По её расчётам лететь оставалось около двадцати часов. Совсем скоро она будет там.