Разное одиночество

Кабуто находился в раздумьях о новом доноре, когда Орочимару в очередной раз сказал "раздевайся", как обычно, без церемоний, примерно так же он говорил "подай инструменты", "посмотри на эти результаты". Кабуто кивнул, снимая халат и аккуратно вешая его на спинку лабораторного стула. Следом оказалась тонкая темно-синяя водолазка. Идеально белая спина, кажется она никогда не видела солнца. Лопатки немного выпирали, без одежды тело казалось ещё моложе, и вообще он становился хрупким и скованным. Но Орочимару это не заботило совершенно, он лишь спокойно улыбался, предвкушая момент. Кабуто отвернулся, слегка сутулясь и принялся за ремень. Вот и ремень лег поверх водолазки. "Вставай на колени", продолжил Орочимару. Кабуто молча повернулся, его лицо не выражало ничего. Взгляд был расфокусированным, может из-за отсутствия очков, которые он положил на металлический стол. Движения выверенные, лишенные суеты, словно часть рутинного существования. Кабуто опустился на холодный кафельный пол. Колени неприятно заломило, но он не подал вида. Он знал, что делать дальше. Он приблизился, его руки безвольно лежали на бедрах, и он принялся за дело. Движения его губ и языка были такими же точными и безжизненными, как и все, что он делал. В его глазах не было ни стыда, ни удовольствия, лишь пустота, прикрытая легкой поволокой отстранения. Когда же это случилось впервые? Сознание его ушло в прошлое, пока губы и рот оставались в настоящем. Он вспомнил, как несколько лет назад это случилось впервые. Тогда был испуг, недоумение. "Ничего особенного, Кабуто, это просто потребность организма, а раз уж ты рядом, то поможешь мне с этим справиться". Сейчас он уже не боялся, нужно просто переждать. Орочимару поднял его с колен, развернул спиной, спустил брюки и белье и без церемоний уложил на холодную стальную поверхность лабораторного стола животом вниз. Достал смазку, механическими движениями нанес ее на свой орган и постепенно комната наполнилась звуками шлепков, и приглушенными редкими рыками Кабуто, при особо глубоком или резком проникновении было больно, но он лишь напрягался и сдерживал вырывающиеся звуки. Руки Орочимару остро впивалась в кожу по бокам бедер, оставляя точечные синяки. Иногда синяки появлялись на ягодицах или на шее. Маленькие синяки, ничего особенного. Хорошо, что подобного рода служба требовалась Орочимару не часто. После Кабуто натянул обратно штаны, собрал вещи со стула, не забыл про очки и отправился в душ. Теплая вода всегда помогала ему, бережно обволакивая тело. Он стоял, не желая двигаться, утопая в шуме воды. На лице не было грусти, не блуждала ухмылка. Лицо его не выражало ничего. Он потянулся к крану, вода перестала течь. Насухо вытерся, стоя перед зеркалом, открыл шкаф, достал мазь, которой он подлечивал синяки и ссадины, привычным движением открыл, нанес и так же спокойно убрал на место. Оделся, нацепил очки и уже теперь посмотрел на себя в зеркало. Ну что ж, приступим. Он вернулся в свой кабинет, Орочимару уже там не было. И занялся своими лабораторными делами. Но камера, что передавала изображение из комнаты Какаши интересовала его больше. Он часто поглядывал на своего пленника. Хотя особо то и не на что ниблюдать - Какаши спокойно лежал, а то и вовсе спал. Судя по часам, настал вечер. Кабуто видел, что Какаши не притронулся к еде и решил занести только воду. - Добрый вечер, - сказал он, зайдя к нему в комнату. - Да у вас не понятно, добрый вечер, или добрая ночь...- Хатаке поднялся, - и долго я ещё тут буду? - Пока нет совместимости с кем либо, кто знает, может неделю, а может год. - Хе, значит можем новый год вместе отпраздновать, - Какаши лишь заскучал от мысли, что ему придется так долго сидеть тут. Он посмотрел на соседнюю пустую кровать, - может даже напарник появится, но лучше, конечно одному. Тюремщик лишь поправил очки, внимательно наблюдая. - Как ты попал сюда, Кабуто? - Напрасно задавать вопросы, чтоб сблизиться со мной, - ухмыльнулся Якуши. - В этой комнате ты самый любопытный объект, поэтому я спрашиваю, мне уже поздно с кем-либо сближаться. Кабуто призадумался, слова пленника звучали вполне логично. - Доброй ночи, - Кабуто забрал нетронутую еду и ушел. Мне не повезло, меня заметил господин Орочимару и забрал из приюта, но вам незачем это знать. Какаши вновь остался один. Тщательно анализируя все крупицы информации. Кабуто не принес еды, возможно он не планировал, а возможно знал, что я не съел принесенную порцию. Какаши осмотрел свою комнату, подозревая что тут есть камера наблюдения. Хотя, это не добавляло проблем. Просто, скорее всего, за ним наблюдал это парень. И этот молодой парень... Неужели он добровольно работает в этом аду. Какаши не знал ответа.