Яркий лучик погас
14 июля 2026 г., 14:14
Теперь любой незнакомец казался подозрительным. Наверное, это к лучшему, нужно быть начеку, ведь неизвестно, что в головах у этих прохожих, у кого какие грехи, проблемы, заботы… Порой даже близкий человек может оказаться предателем, жестоким убийцей, который внезапно вонзит острый нож в спину и даже не моргнёт глазом, совесть не проснётся. Но как глупо было подозревать Арсения, увидев «кровь» сначала на рукаве куртки, а потом на дверной ручке в его доме, хотя убийцей может быть любой, даже прилежный ученик, лучший друг, любящая супруга, отец или мать…
— Как часто тебе говорят, что ты красивый?
Антон вздрогнул и быстро отвёл расфокусированный взгляд от незнакомца:
— Попов, ты чё пугаешь так? Совсем уже охерел? — он замаскировал своё смущение, прикрываясь агрессией, и отвернулся, скрывая алые щёки и делая вид, что он очень занят протиранием тумбы.
— Солнце, вопросом на вопрос нечестно, — прошептал он на ухо и мягко дотронулся до плеча парня.
Антону хотелось схватить его за руку, вытрясти из его головы всё, что там есть, все его мысли, узнать чувства и эмоции, наконец понять его причинно-следственные связи. Что произошло, почему Арсений так явно проявляет свой интерес, играется с ним, ведь сначала мужчина казался совсем не таким, каким-то простым, открытым. Или это всего лишь маски? Антон хотел чувствовать его тёплые касания, слышать его запах, это «солнце» бархатным голосом, в котором звучала доброта, ласка. Теперь Шастун понял, почему Арсений так раздражал его. Раздражал своей неопределённостью, саркастичностью, которую в самом начале их знакомства умело скрывал, втирался в доверие, чтобы потом пригреться и заразить ядом. Антон отравлен, его тянет всё сильнее и сильнее, он влюбляется всё сильнее и сильнее, голова разрывается на части от переживаний, сомнений и догадок…
— Арсений! — резко выдал он с какой-то обречённость в голосе, совсем не планирую что-либо произносить.
Мужчина заинтересованно обернулся и кивнул, мол, чего тебе? В этот момент послышался голос молодой ведущей, — кто-то увеличил громкость на телевизоре — которая зачитывала тревожные новости. Девушка рассказывала о ещё одном найденном трупе в черте города, так же были прикреплены фотографии жертвы ещё при жизни. В этой красивой, жизнерадостной женщине Антон узнал ту самую всеми любимую Ирину Владимировну, которая собиралась уехать в Америку. Земля ушла из-под ног, и парень обомлел, медленно опустился на стул. Прочие новости, встревоженные вопросы Арсения, возглассы и напуганные вскрики посетителей Антон едва слышал, словно через толщу воды. Ксюша подбежала к Шастуну и крепко его обняла, содрогаясь в беззвучных рыданиях.
— Вы её хорошо знали?
— Очень хорошо знали. — Отрешённо ответил Антон, прижимая подругу к своей груди. — Она была нашей постоянной клиенткой на протяжении многих лет.
Страшный маньяк забрал у них яркий лучик света, Ирину, которая всегда оптимистично смотрела на мир, рассказывала интересные истории и, как настоящая любящая мать, давала полезные советы. И в один миг этот яркий лучик погас, на всей Земле теперь не ссыщишь этого человека. Антон серьёзно решил, что сделает всё, чтобы этот недочеловек, отброс общества, как можно быстрее понёс наказание, он не заслуживает никакого прощения и нисхождения, причинив столько боли, страха своим жертвам и их родственникам.
сдохнуть вдохнуть полной грудью холодный воздух улицы, пропитанный сыростью и хвоей. Арсений бросился следом и крепко схватил его за тонкое запястье, не давая освободиться и уйти.
— Прошу, выслушай меня!
— Оставь меня в покое. — Антон отчаянно вырывался из рук мужчины, как напуганный дикий зверь.
— Я хочу просто поговорить, — нарочито спокойно говорил Арсений, пытаясь успокоить младшего, хотя все его движения выдавали напряжённость и нервозность.
— Признайся, ты меня использовал, хотел выведать полезную информацию и… сначала ты пишешь мне портрет, отправляешь эти тупые цветы, помогаешь мне, а теперь целуешься, блять, с Ариной! Отпусти меня!
— Так ты… Ты всё знаешь? Ты был в моей мастерской?
— Мне больно! — истерично возмущался Антон, чью руку сжимали всё сильнее, и глотал солёные слёзы, которые пытался скрыть от мужчины.
— Я отпущу тебя только после того, как всё объясню. — Арсений ослабил хватку, осознав, что погорячился, потянул парня в сторону и усадил на деревянную лавку. Тот закрыл лицо дрожащими руками, имея одно только сильное желание — провалиться сквозь землю или умереть на месте, лишь бы не ощущать на себе прожигающий взгляд.
— Клянусь тебе, между нами ничего не было. Я предполагал, что это она отправляет мне эти записки, решил наконец разобраться и поговорить с ней, донести, что мне это не нужно и её любовь не взаимна, если это любовь, конечно…
***
Парень бежал изо всех сил, не жалея себя, перепрыгивая через лужи и обгоняя прохожих. Кислорода совершенно не хватало, а лёгкие горели огнём и болели. Холодный ветер бил в лицо, глаза противно слезились, а силуэт впереди бегущей Ванили расплывался, превращался в мутное пятно. Как только Антон почувствовал тупую, ноющую головную боль, то перешёл на медленный шаг, восстанавливая пульс и сбившееся дыхание. — Ниля, ко мне! Собака мигом остановилась и, развернувшись, побежала к хозяину. Зашумел мелкий дождик, приземляясь на широкие листья деревьев и крыши домов. После длительного бега мозг очищался от лишних мыслей, отступали все ненужные переживания и страхи, как раз то, что и нужно было Шастуну, заодно и собаку вымотал. Та послушно следовала рядом и тяжело дышала, высунув наружу розовый длинный язык. Парень не спеша дошёл до дома на ватных ногах, которые совершенно не хотели слушаться, и, зайдя в прихожую, плюхнулся на кожаный пуф. Ваниль сразу же ускакала на кухню, чтобы поглотить вкусный ужин, состоящий из овощей и свежего сырого мяса. — Ну и? Полегчало? Шастун положительно кивнул и, запрокинув голову, тяжело выдохнул и смахнул рукавом со лба капельки пота и дождя. — Проголодался? — поинтересовался Арсений с кухонным полотенцем на плече, прямо как заботливая хозяюшка. В нашем случае — заботливый хозяин. — Сначала я схожу в душ, а потом уже поговорим. — Боже, я чувствую себя домохозяйкой, — он состроил скорбную моську и вернулся на кухню, чуть не споткнувшись о пса, — Ваниль, ты чё длинная такая? Может, ты такса на самом деле? Собака недовольно тявкнула в ответ и вернулась к поеданию аппетитного куска мяса. Арсений понятливо кивнул и поднял руки в знак капитуляции. Шастун вышел из душа с мокрыми от волос пятнами на серой майке, сразу же оказался на кухне и опустился на стул. Вкусно пахло приправами и жареным мясом, от чего живот парня издавал тоскливое бурчание. Как только перед Антоном поставили тарелку с ароматным стейком и картофелем по-деревенски, сразу же принялся уплетать ужин за обе щёки. Попов расслабленно опустился напротив с лёгкой улыбкой на лице и невольно залюбовался этим уставшим парнем: мокрые волосы неряшливо, но очень мило, падали на лоб, из-за чего он постоянно их поправлял и при этом выглядит в глазах Арсения самым прекрасным человеком на земле, похлеще голливудских актёров. — А у Ирины Владимировны же тоже карта была? Мне кажется, есть в этом смысл какой-то. Можно у Олеси спросить про это, она шарит как никто другой. Что думаешь? — Антон поднял бровь и перестал жевать. — Чё ты застыл? Ты слушаешь меня вообще? — А? Да-да, слушаю. — Арсений тряхнул головой и продолжил. — Пообщайся с ней об этом. Шастун согласно кивнул и уткнулся в тарелку, решил, что стоит набрать Олесе и назначить встречу в каком-нибудь кафе. Вдруг удастся благодаря ей найти полезную информацию и наконец продвинуть дело с мёртвой точки. — Можно я поделюсь с тобой своими наблюдениями? Мне так проще анализировать ситуацию. Может, ты что-то новое предложишь. — Конечно, спрашиваешь ещё! — активно закивал Антон, запив кусок стейка вкусным зелёным чаем, и приготовился внимательно слушать. — Итак, мы имеем три жертвы: одна — проститутка, за которыми хер углядишь, у них всегда много рисков; вторая — просто студентка, репетиторша по английскому языку, тихая, непорочная, одним словом, ангел; дальше — ваша посетительница, собственно, так же репетиторша, бывшая учительница иностранных языков, довольно общительная, душа компании… Плюсом к этому есть информация, что она накануне смерти познакомилась с каким-то мужчиной с сайта знакомств. Только вычислить его практически нереально, полный аноним с именем «Евгений». Он писал ей ещё, но ответ так и не получил, ну и не получит больше. — Да, Ирина Владимировна рассказывала о каком-то мужчине, сама же говорила, что нельзя им доверять… А первая девушка имеет что-то общее с языками? — Ну знаешь ли, проститутки языком много чего могут сделать… — Попов, блять, фу! — вспыхнул Шастун, подавившись чаем. — Ладно, шутки шутками. С ней неизвестно что, родители давно погибли, знакомых мало. Её «коллеги по цеху» ничего полезного не говорят, про знания языков тем более. Знаю, окончила какой-то колледж, по образованию — менеджер. Она, кстати, тоже зависала на сайтах знакомств. В этот раз мужчина по имени «Руслан». — Мда, мощно. Ну а раз этот идиот пихает везде Таро, значит, наверное, понимает, что они означают, как трактуются. Не настолько же он баклан, которому всего лишь понравилось картинки на картах. — Всякое может быть. Я как-то раз расследовал дело Питерского маньяка, которого прозвали «Плюшкиным», так как он оставлял после себя всякую всячину, вроде пуговиц, галстука, старого калькулятора или цветных осколков стекла. Ему всего лишь нравилось шляться по рынку, покупать всякую херь и потом «дарить посмертно» своим жертвам. Так вот, вернёмся к делу. На ноже, что был найден тобой в коробке Черновой, была обнаружена кровь первой жертвы. Маргариту кто-то очень хотел подставить, вот только зачем… — Потому что грымза она, вот и всё. Хотя у неё мало врагов, разве что конкуренты, которых Маргарин ненавидит. — Сначала нужно проработать версию об этих самых рынках и магазинов всякой дичи, может, покупал кто Таро за эти полгода. — Ну значит ты завтра покатайся по подобным местам и поспрашивай, а я с Олесей поговорю. Арсений усмехнулся и кивнул: — Ты такими темпами меня подвинешь. Распоряжается он тут. Парень пожал плечами, зевнув, встал с места и принялся приготавливать себе спальное место, пока Попов мыл посуду. — Запоминай карты: дьявол, башня, луна. Шастун кивнул и краем глаза заметил стопку каких-то ярких записок на тумбе у входной двери, что раньше почему-то не привлекло особого внимания, теперь же в нём снова проснулось любопытство и заставило подойти ближе и хорошенько всё разглядеть. Это оказались любовные письма с отпечатками «поцелуев», сделанных красной помадой. — Вау, у тебя фанатки появились. Можно было бы от руки уже написать, чё они. — Саркастично хмыкнул Антон, вчитываясь в напечатанный на принтере текст. Если бы это был кто-то другой, то парень обязательно бы поздравил получателя записок, порадовался и по-доброму похихикал, но это не кто-то другой, это Арсений. И смеяться Шастуну совсем не хотелось, его сжирало какое-то странное чувство, оставляло неприятный осадочек, словно что-то пошло не так, резко поменяло все планы и принесло с собой пугающую тишину, неопределённость и обречённость. — Ревнуешь? — хитро улыбнулся мужчина, из-за чего Антону захотелось взять что-нибудь потяжелее и хорошенько приложиться по этой издевающейся физиономии. Он угадал, это странное чувство ничто иное, как ревность. Обжигающая ревность, которая заставляла щёки пылать огнём — от смущения ли, от гнева ли… — Я не пидорас, чтобы к кому-то ревновать мужика. — Зло выдавил Антон, искусно соврал. — Фу, какой ты грубый. Ну если тебе вдруг интересно, то я уже заколебался получать эту макулатуру, лежит пылится только. — Так выброси это всё, в чём проблема? — Жалко бедную влюблённую девушку. Так безжалостно её чувства отвергать. Но я догадываюсь, кто это. — Боже, какой ты приторный. — Фыркнул Шастун и, брезгливо кинув на тумбу записки, вернулся к своему занятию. — Тебе разве неинтересно, кто мне пишет? — Вообще поебать. Арсений сморщился, допивая свой кофе в прозрачной кружке, уселся на своё излюбленное место — на подоконник и, склонив голову, внимательно взглянул на парня: — Знаешь, в мире существует три вещи, которые невозможно скрыть: насморк, бедность и влюблённость. — К чему ты это? — Антон смотрел прямо в голубые глаза напротив, практически не моргая, внешне он был абсолютно спокоен, но внутри всё дрожало, бушевало. — Да так. — Попов отвёл взгляд, словно всё понял без слов, нашёл в парне ответы на все свои вопросы и потерял интерес. — Обойдёмся без допросов. Антон быстро стянул с себя футболку, нырнул под одеяло и укрылся с головой: спрятался от страшного монстра и его выпытывающего взгляда.***
Девушка крутилась перед зеркалом, нервно разглаживала складочки на своей белоснежной блузке и скептически рассматривала своё отражение. Из открытого окна доносились детские голоса и гул проезжающих автомобилей. Лучи солнца аккуратно опускались на серьёзное личико с ровной бархатной кожей, словно боялись сделать что-то лишнее, спугнуть девушку и заставить задёрнуть шторы. Глубоко вздохнув, она поправила блондинистые локоны, спадающие лёгкими волнами на грудь и плечи. — Ариночка, ты куда так вырядилась? — мягко спросила женщина, проходившая мимо комнаты дочери. — Я должна выглядеть идеально. Сегодня я признаюсь в своих чувствах и не буду больше тайно пускать слюни. — Ох, может, тебе не нужно так поспешно…? — Мам, я сама решу, что мне делать! — прикрикнула девушка и чуть нахмурила брови. — Всё, я ушла. — Она схватила свою кожаную сумку и вылетела из квартиры. Варвара тяжело вздохнула и уселась на пуф у окна. Арина оставила после себя шлейф фруктовый духов и звенящую тишину, окутывающую с головой. Женщина проводила взволнованным взглядом силуэт дочери, решительно шагающей по дорожке. Как только она скрылась за поворотом, Варвара встала с места, закрыла окно и удалилась из просторной комнаты, ощущая странное волнение.***
Влетев в кафе и окинув взглядом помещение, Шастун увидел знакомую макушку и поспешил к нужному столику. В заведении было совсем немного народа, всего несколько компаний молодых людей. Звучали их тихие голоса, лёгкая мелодия и звон посуды, доносившийся из кухни. Антон слышал знакомый манящий запах кофе, сладостей и древесины. Он непозволительно давно не бывал в этом месте. А когда парень был шкодливым подростком, здесь собиралась их большая компания из мальчишек и девчонок, они обсуждали игры и фильмы, строили планы на будущее и так боялись взрослеть… Теперь же Шастун снова возвращается в это место, которое мало чем изменилось, совершенно с другими мыслями и взглядами, планами и проблемами. — Привет, Олесь! Прости, пожалуйста, не рассчитал время. Долго ждёшь? — Привет-привет! Да нет, минут пять. — Дружелюбно улыбнулась девушка и привстала с места, чтобы приобнять друга. Она уже успела сделать заказ и попивала свой кофе. — Взяла тебе твой любимый зелёный чай с мятой и булочку с вишней и шоколадом, в последнее время ты часто их ешь. — Спасибо большое! — Ну рассказывай. Мы же здесь не просто так собрались. — Да, Лесь, дело есть. Ты же шаришь в Таро и всякой этой херне… — Ещё раз услышу подобные оскорбления в адрес Таро, я тебя изобью. — Серьёзно предупредила она. — Да-да, прости. Так вот, мы с Арсом подумали, что карты в руках жертв могут что-то значить. — Что за карты-то? — Дьявол, башня и луна. Можешь каждую протрактовать и сказать, есть ли между ними что-то общее. — Сразу скажу, плохие карты, негативные. Если кратко, то старшие арканы, только карты «Смерть» не хватает для полного состава. Дьявол — похоть, эгоизм, тщеславное поведение, либо болезнь какая-то страшная, которая не собирается уходить. Если человек — наркоман или пьяница, может быть блудница, в целом какие-то зависимости, ревность, жестокость. Короче, дьявол. С башней поинтереснее. Карта негатива и всё, что с ним связано. В любви — развод; в работе — увольнение, банкротство; в жизни — болезнь, плохое самочувствие. — Ты помедленнее давай, не успеваю! — Антон крапотливо конспектировал всё в блокноте. — Окей. Если человек — энергичный, уверенный в себе, сильный. Обычно такие люди в прошлом пережили какие-то травмирующие события, могут причинять боль другим людям, всё портить. Чсвшники, короче, которым все всё должны. Луна — это мнительность и тревожность. В любви — сплошные иллюзии, которые не имеют ничего общего с реальностью. В финансах, в работе — всё херня так же, что и в предыдущих картах. С одной стороны она такая милая добрая овечка, хиханьки-хиханьки, но нифига. В тёмном омуте черти водятся. Если разозлить таких, то бегите, не оглядывайтесь. — Ага, понял… Ну, кстати, с луной похоже на Ирину Владимировну. У неё в руках эта карта была. — Ну да. Чел шарит. — Вот и я об этом… Спасибо, что помогла! Это нам очень поможет. А где вообще можно купить эти карты? — Да есть у нас парочка магазинов, я там часто бываю, всё в шаговой доступности. Но мои колоды мне от бабушки достались, а ей от её бабушки. Научили меня этому всему и вот, кручусь. — Точно, у убийцы может тоже бабка какая-нибудь есть или была, тогда через магазины мы его не вычислим. — Ну вы проверьте, на всякий случай. Антон кивнул и слегла улыбнулся. Девушка аккуратно откусила кусочек кекса и запила горячим сладким кофе, оставляя на кружке бледно-розовый след от помады. Если вернуться в прошлое и вспомнить события тех лет, то сразу станет понятно — Олеся не изменяет своим традициям. После конной езды, которой девушка раньше активно занималась, она влетала в кафе, ярко улыбалась друзьям и заказывала всегда одно и то же: мягкий кекс с черничным джемом и сладкое кофе, на её губах неизменно оставалась молочная пенка. С тех пор Иванченко стала серьёзной, статной девушкой, в которой всё равно можно было разглядеть черты той самой активной девчонки-сорванца с двумя растрёпанными косичками и яркими заколками. Время идёт слишком быстро… Шастун вышел на остановке и медленно поплёлся по дороге, припоминая этот постоянно наполненный бабулями салон. Словно они не встают с утра пораньше, чтобы успеть купить яйца и туалетную бумагу по акции, а ночуют прямо в маршрутке, бояться остановку проворонить. На город медленно опускалась тьма. Антон пинал кедами мокрые листья и прижимал к себе вместительный шоппер с продуктами, которые успел урвать перед самым носом агрессивных бабуль. Он не заметил как дошёл до нужного дома. Погруженный в свои мысли, он зашёл внутрь. — Арс, я тут такое…! — парень прошёл в коридор, резко остановился на полуслове и выпустил из рук шоппер, который с грохотом и звоном приземлился на мраморную плитку. Антон испытал одновременно и жар кипящей воды, и холод морозного зимнего дня. Зелёные глаза противно заслезились и покрылись непроглядной мутной пеленой. — Антон! — крикнул Арсений и отталкнул от себя тело девушки, которая несколько секунд назад прижималась к мужчине, обнимала его за шею и страстно целовала в губы. Шастун, увидев эту картину и в миг глубоко разочаровавшись во всём мире, выскочил на улицу, захлёбываясь в слезах и в своём отчаянии. Он понял одну простую вещь: ему не всё равно, как бы он не пытался играть равнодушие, ему больно и обидно. Антон не знал куда себя деть, как успокоить истошно бьющееся сердце, как
