Вслед за слугами

В гостиницу зашли четверо: Похоть нёс на руках молодого сервампа, на его плече пристроилась дочка, а Ив шёл рядом, держась за руку с длинными пальцами. Естественно все уже в курсе, пока Гордыня шёл с чужим подклассом уже успел распространить слухи по всей гостинице. Гостиница снова встала на уши. Тецу уже жалел о приезде родственников. Все столпились посмотреть на редко появляющуюся племянницу. Родители то и дело лезли к русому мужчине, которому на руки передали держать обмякшую "пациентку". – Ой как жалко племяшку... – Ревел Жадность белугой. Ив, успевший поспать, хотел увести его в номер. Алчности дали самую большую дозу, спит. Любовь под шумок убежала в номер. – А прикиньте Ириша ещё приедет. – Кинул шутку Лилия. По лицу расползалась улыбка. – Упаси Бог. Гостиница к чертям взлетит. – Тецу вспомнил оторванного племянника. Тот же реально разнесёт всё вокруг под улыбочку. Весь в Цуруги. Прямо копия. От матери только Грех, от которого нельзя ожидать эмоциональную стабильность. Лихт обратил внимание на виновницу в состоянии дочери. – У тебя с нервами всё в порядке? Ты сейчас точно полетишь. Нашёл против кого воевать – против девчонки. Не стыдно, ангелочек? Демонюга блять. – Ругалась Ева тоже нехило. Знает же: этот Ив только своего слугу пиздит. А если и попытается напасть, то отец не даст спуску. Поругаться захотел на ночь глядя, ишь ты какой ангел. Выпившему Ясуки не очень хорошо делалось. В белом ночном халате, тапочках. Жалеет, что остался в гостинице. Просто к брату заскочил, а хозяин сделал скидку тридцать процентов, как врачу. Стоит полубоком большой мужчина, думает где что достать для откапывания, с собой лишь вещества. Нельзя, нельзя отказывать, люди надеятся на тебя. Много ожидательных взглядов. – Мне за это не заплатят, ведь так? – невинный взгляд смотрел косо. – Помогите ей, – просил Махиру. Он ничем не может помочь, и очень об этом сожалел. Болезненный ком щипал горло, в котором застревали слёзы. – Не вдавайтесь в панику. Уговорили, бля. – Согласился нарколог. Иву Лени стало стыдно, и он заплакал. Куро прижал его к себе. Ор из номера на первом этаже стоит аж на соседней улице слышно. – Вам утром всем достанется. Мало – не покажется никому здесь. Каждому абсолютно. – Добрый хозяин к девчонкам, Каори и Алисе, пошёл разбираться. – Собираю анамнез. Говорите. – Приготовился Ясуки, покачиваясь. Ева принялась говорить о Сашими всё что знает, не давая Махиру права голоса. Ещё не хватало родителям в разборки лезть. – Сколько-сколько ей лет? Четырнадцать? – Сайто понял: все с ума сошли, раз допустили подобный склад. – Сильно выпивает? – Да. Общаются с ней Юки и Хокори в основном. – Вся в папу. Вся в греха, сервамп-алкашка. – Сказал Сонный Дьявол. – Подробнее о папе, – пророкотал психиатр. – Слава, тебя торкает? – Печаль растеклась на его руках. – Нет, засорилась ванна. Он что-то знает... Мисоно отвернулся к груди любимого и задрожал. "Бля, пригласите Ями. Куда он ушёл???" – Лилия не видел сейчас перед собой хорошего психиатра. Держал Ива в руках и целовал в макушку, нашёптывая слова успокоения. Исподлобья глядел. Ясуки собирал анамнез от Куро и Евы, пока Махиру лез, чтобы тоже рассказать о Цубаки. "Ни черта не изменился, – Мисоно не может мыслить рационально, хихикал в грудь слуги. Голоса смешивались, ни слова не разобрать. Просто не успеваешь. – По одному говорим, – раздражён Ясуки от шума. – Ну помогите, он не успокоится. – Мисоно показал на друга. – Пойдём, Яс-сан, ну правда. Я более менее разбираюсь. – Расслабилась Ева, не доверяющая этому наркологу. "Я не собираюсь подпускать его к ослабленному сервампу". – Лень – врач! Сонная Дева – психиатр! Она мне справочку сделает! – желтовласый снова ор поднял. – Лихт-тян, пойдём выпьем за это? – Алкаш ебучий, – ругнулся Ясуки. – Принесите капельницу с оборудованием из ближней больницы. Там работает Аннабель, возможно она не на операции. В регистратуре попросите позвать, объясните ей ситуацию. – Сашими...будут откапывать? – Махиру повёл бровью. "Дочь Цубаки... Вот такая? Она настолько алкоголичка, что аж капельницу хотят ставить." – Не нравилось ему всё это. – А вы как хотели? Давайте, бухайте больше, бездари. – Гавкнул Ясуки. Широта потянул слугу за собой и полетел со скоростью света. Лень аж опешил и еле плёлся. – Быстрее нахуй, – вдаётся в панику Ив. – Идите нахуй, я спать. – Выпивший Мисоно потащил Лилию за собой. Ясуки и Ева мотались, подготовливая пустой номер. – Сейчас идём проблёвываться, – предупредил нарколог лежащую на полу. – Нет, я не хочу. Просто тело болит. – Опустила Печаль голову. – Уверена?? – Ясуки сжал запястье девушки. Сашими зажмурилась. – Эй, работай нормально. Я сейчас Юки позову и посмотрим как ты попляшешь. Поставит к стенке. – Угрожала Ева расправой. Сейчас бы с сервампом цапаться. Пара Лени принесла капельницу со всем необходимым для её постановки. Лоулесс пытался прорваться в "палату", пока ангелок его оттаскивал под грозой мучительного убийства. – Спасибо за помощь. Всё, нам не мешать. Можно попозже зайти. – Ясуки открыл дверь в пустой номер. Запомнив хоть что-то на не очень трезвую голову он принял решение об откапывании. Девушку осмотрели, расспросили, выяснили состояние. Переодели в белую рубаху. Вольны в тихую палату некоторые ворваться, но безысходно. Жадность влетал в дверь головой, стоило ей открываться хоть на секунду. – Давай, давай, ещё тебя лечить, тупой дикобраз. – Орал сонный Лихт. – С разбегу в стену давай ещё, ветеринара потом вызывай, с клеткой бегай. Сашими на кровати громко захохотала, и Ева не сдержалась. Ясуки вышел из "палаты". – Вы мешаете, нарушаете тишину. – Проорал нарколог и закрыл дверку, осматривал далее пациентку. "Малосвязно Печаль объяснила: потеря координации, запои по три дня. Есть похмелье, от которого плохо в данный момент, сейчас всё тело болит. По-любому откапываем." – Ясуки очень серьёзен. Серо-зелёные глаза со всей сосредоточенностью смотрели. "Следуя из расспроса я знаю только об её отце. Лучше просто прокапать, чем выяснять причины из прошлого идущие. Прошлое сейчас не важно." Нарколог обработал спиртом кожу в области предплечья. Сашими поняла что к чему и стала вырываться, сестра её задержала. – Убью, суки. – Орала она. Но, почувствовав запах спирта, плавно улеглась. Разум одурманился влекущей дурью. – Как вкусно пахнет. – Тихо, мы хотим помочь, – со всей новой решимостью уговаривала Ева. Ветер потрепал её голубую чёлку, глаза стали другими, более сосредоточенными, уж для сервампа Лени. Сейчас нужно помочь. Она должна это сделать. Не бросать человека, каким бы он там ни был. Наверняка папа ждёт дома дочку. Нарколог вводит иглу до упора в вену, продвигает катетер, через который поступят вещества. Прикрепил катетер к коже, подсоединил капельницу. – Пожалуйста-а, не надо-о. – Дрыгнула худыми ножками Сашими. Выхода нет, слабость брала верх. – Скорость введения раствора нужно контролировать. – Не обращал внимания Ясуки на ужасное поведение, крепко-крепко сжимая тонкую руку до образования красного следа. Ева наблюдает, так как не обладает навыками самостоятельно рассчитывать дозу и вводить её. Понадобится. Всё в жизни бывает. – Тебя сейчас смертельно, не бойся, Сашими-чан. Мы проводим детоксикацию при помощи внутривенного введения солевого раствора. – Объяснил русоволосый действия, отпустил конечность печальной пациентки. Заметил, что её сестра смотрит за процессом. – Вы мне жизнь спасаете-е, – полумёртвая Сашими подняла руки и тряхнула ими. Почувствовав иглу глубоко в коже дрогнула. – Ай. – А-а, ты как хотела? Пей, пей больше до цирроза печени. На учёт встанешь ко мне, приходи отмечайся. – Ясуки угрюмо сказал. Печаль зажмурилась и, промочив глаза, обратила внимание. – Вы что ёбнулись? Я работаю, какие наркологи? Мне нельзя на учёт! В белой рубахе поднялась, потянула катетер за собой. Боль проходила, части тело будто отделились и тела не ощущалось. Будто сейчас вампирская душа вылезет и поглотит всё вокруг. – Тихо-тихо, – Ева хочет помочь, укладывая сервампа за плечи мягко на постель. Катетер не оторвался, раствор действует. – Удивительно как ты вообще нарколога проходишь. Удивительно как ты нахуй ещё дышишь, Саши-чан. – Наклонился Ясуки, хорошо продыхая крепкой грудью. Еву это смутило. Врач ужасно говорит с пациентом! – Противно когда бухают. Отвратительная личность. – Нарколог скривил презрительную мину. "Мы, враги, даже сейчас так не относимся к ней. Это что за зверь?" – Дева стала смотреть в отвращении. Печаль поворочилась, не задевая капельницу, поворочилась и закрыла слёзные глаза под шептания о зелёных видениях. Потом вскочила и как давай танцевать и петь, почти вырывая иглу из вены. Некоторое время просидя и посмотрев на нарко-цирк Ева спросила: – А ты что вколол, придурок? Точно ли раствор? Подозрения в плохих действиях пали прежде всего на врача. Отцы приносили капельницу и растворы, те не открыты. – Кетамин в растворе хлорида натрия, а то есть солевой внутривенно. – Ты долбоёб? Это наркотик. Хорошо она не понимает что происходит, а то и на это ещё подсядет. Нам и так проблем хватает! Ты знаешь когда будет распад? Вот и я знаю. Что если она потом сутки как шизофреник будет? Ты что натворил? "Я впервые вижу, чтобы Лень вышла из себя," – на деле Сашими слышала происходящее. Может мыслить только наполовину: наркотики на неё мало действуют. Не лень ли Еве? – Почему Вы позволяете себе творить всё что вздумается, пока я не видела? – Ева обратилась к врущему психиатру. – Стоп-стоп, кетамин берётся почти под расписку. Эти ампулы нельзя просто так брать. Ампула откуда? – протрезвев у того поинтересовалась. – Не дают в больнице наркотические вещества всем подряд. – Кто сказал, что это с моей смены? – Ты другую смену подставляешь? – Я сам создал кетамин, спокойно. – Ясуки выпрямился. – Кетамин и кетамин. Ей полезно будет. Башка от алкашки отойдёт!!! – Как ты смеешь разговаривать так с сервампом? Что ты делаешь?! – Ева готова залезть в драку, со всей силы сунув руки в карманы. – Брата своего сюда зови. Настоящего медика-профессионала. Ты как отучился?! Или диплом где купил? Советую под кружку пива использовать как подставку. Она и наркотики употребляет, ей нельзя их! Ты чем слушал? Жопой? Ева ушла, вытянула Ями из койки Гордыни, притащила, как его и хотели. Гостиница до сих пор стояла на ушах, Тецу всех успокаивал и прекращал распространение слухов. Даже его, как хозяина, Лень просто напросто не пустила в номер. – Я не нарколог, но поприсутствую. Яс, тебе все говорили, что ты не сможешь работать врачом. Хоть раз людей послушал? – брат уже в курсе всей ситуации по пути сказанной. Бумаги уже составлены. – Гандон ебучий, – выругался Ясуки. – Да кто это говорит!? Иди своей красной бумажкой жопу подотри. Херовый из тебя специалист. Нет, ни грамма не специалист. Отчисляться с меда надо было. – Я – целевик, – важно заявил медик в абсолютно безмерном состоянии. – Я остался, чтоб люди и вампиры приходили в ужас, узнав мою специальность. Ями полез с кулаками, а Ясуки, злобно растянув улыбку до ушей, медленно перехватывал запястья и пытался нащупать болевую точку в бесящихся руках. Подкласс понял, что попался на очередную уловку. – Вот так ты всегда: давишь и по башке, и в руку. – Все психиатры впоследствии рабочей деятельности приходят к подобному. Профессиональная деформация называется. – Без тебя знаю! Печаль разревелась. Не нравился ей этот мужик. Судороги, дыхание сбито. Помешали явно покою. – Кто в психиатрии первым халат надел – тот и врач. Не успел Ясуки и глазом повести, как Сашими содрала с него халат, не задела капельницу и легла в белёсом халате. – Скажите пожалуйста, вы с капельницей закончили? – Ева внимательно наблюдала за состоянием и среагировала на проснувшегося вампира. – Да, – Ясуки распахнул глаза. Отобрали халат. Дальше что? Лицензию? Трусы последние сдерут? – Ушли отсюда, вам тут не ночлежка и не публичный дом. Ей нельзя наркотики!!! – Широта выставила лже-врача, по её мнению, и настоящего за дверь. – Собралась толпа. Дайте я с ней посижу. – Закрыла дверь. – Да ну нахрен Лень злить, – красноглазый схватил человека за руку. Он повернулся на дверь в надежде, что она сейчас откроется и ему дадут возможность помочь сервампу. Но наступала мёртвая тишина. Аура сервампов чувствовалась особенно ярко. Печаль продолжила безтревожно лежать, почти уснула. Ева сидит с сестрой. – Всё хорошо. Стояли орали, покоя нет. С тобой должен близкий человек сидеть. Сашими резко встала и потянула за собой капельницу. – И днём и ночью лишь она передо мной, – и упала. Катетер оторвался, капельница рухнула. "Новую поставим после отходняка. Это делается всё в перчатках. Не стыдно, что Лень знает больше как работать, не учась в меде?" – Ева вынула из коробки рядом голубые перчатки, внутривенную иглу вынула. Рука пьющей дрогнула, просочилась кровь, рана от инъекции закрылась. "Пусть пока отдыхает, потом поставим другую капельницу. Совсем ёбнулись." Лень опустилась на стул, не снимая защиту. "Она похожа на мой грех. Почему я второму человеку не успела помочь? Близкому." Сейчас пойду в номер, кто ей поможет? В полусонном бдении голубоволосая почувствовала нормальное состояние пациентки. По примеру Ясуки она поставила нормальный раствор с новыми иглами и катетером. Сопротивления со стороны не оказано, потому что от капельницы становилось хорошо. Теперь вместо кетамина – хлорид натрия для восстановления солевого баланса в крови. "Что за отношение? Какой это врач? Диплом в переходе купил." – Ева обалдевала с наглости и растеклась по стулу. Нет, не пойдёт в номер под оры Евы и сестры сидеть. Здесь тихо. И спокойно. От наркотиков Печалька уже отошла, с ней нужно обязательно сидеть и наблюдать по показателям состояние.