Join Me In Love

В маленькой таверне стоит гул, то тут, то там в разных позах спят пьяные люди, гадкий запашок раззадоривает мух. Лорд Эльба, знаток местности, обещал, что проведёт их в такое место, где можно будет спокойно посидеть и выпить без лишних ушей. Вилле в этом месте не уютно, да и не пьёт он во время турниров - все наездники дают клятву трезвости до конца поединков. Но избавиться на один вечер от всеобщего внимания рад. Вместе с вылетевшей из соревнований в первом же поединке леди Кравиц они мрачно наблюдают, как товарищи весело напиваются, почувствовав свободу. Быть лучшими рыцарями драконьих турниров приятно, но временами утомительно. Посреди откровений и слухов, которыми обмениваются так и не поговорившие толком друг с другом за первые два дня рыцари, Зои вдруг толкает Вилле в бок и кивает на место у входа. -Вало, глянь, это он, - громко шепчет Зои. В белокуром пареньке в неприметной накидке Вилле сразу узнаёт того, кто вчера сразил Кравиц. Сразил во всех смыслах. Зои никак не могла прийти в себя - никогда так быстро не проигрывала. Только было начала показывать свои лучшие боевые навыки, как дракон стряхнул её из седла на очередном взлёте, чудом ничего себе не сломала. Оправившись после падения, Зои заявила, что не уверена, упала ли она от манёвра противника или его прекрасного вида. -Нет, ты посмотри, - Кравиц настойчиво тянет Вилле за рукав, - он как дух света. Идрис, который сидит рядом, слышит её, всхохатывает и громыхает на всю забегаловку: -Миледи, а это не тот рыцарь, что сразил вас? Тихо восхищаться больше нет смысла, парень уже заметил её, так что Зои расправляет плечи, отбирает у Идриса кружку и поднимает её, жестом чествуя победителя: -Милорд Джейми! Рыцарь низко склоняет голову. Вилле уверен, если бы стоял тут, наверняка потянулся бы к Зои целовать руки. Идрис продолжает веселиться. -Идите к нам, лорд Бауэр? - предлагает он. Рыцарь поднимается и идёт к ним. Вилле замечает, как он прихрамывает на одну ногу. Победа над леди Кравиц, чемпионкой Золотого Острова, никому не даётся просто так. -Сильно вас обожгло? - спрашивает Золотая Зои, тоже замечая хромоту молодого рыцаря. -Нет, миледи, пустяки, - улыбается Бауэр. Его улыбка разрезает серое уныние таверны, как луч солнца хмурое небо после холодного дождя. Все замирают на мгновение. Идрис хохочет, щенячий трепет забавляет самого старшего из собравшихся. -Что же, лорд Бауэр, вы совсем один? Джейми разводит руками: -Один, милорд. Вилле думает, что ожидал более чистого голоса, такого, чтобы разливался нежным колокольчиком. Но ответы Джейми выходят низким, совсем не подходящим светлому образу голосом. То-то Зои в восторге от прекрасного рыцаря. Вилле тоже, кажется, в восторге. Голос Джейми укладывается приятным чувством в стук сердца Вилле. Нестерпимо хочется, чтобы молодой лорд посмотрел на него, улыбнулся ему, чтобы снова рассеял тьму вокруг. Весь остаток вечера Вилле задумчиво тянет кислый морс, поглядывая на Бауэра. Надравшихся друзей Зои и Вилле тащат практически на себе. В какой-то момент Зои замечает, что ей легче идти, она удивлённо восклицает, когда видит, что Джейми идёт рядом, вскинув на себя лорда Эльбу, которого она почти уже волочит. Вилле оборачивается на голос подруги и встречается глазами с молодым лордом. От светлого его образа на душе как будто теплеет. Действительно, как дух света. -Я провожу вас, - ох, какая улыбка. Зои о чём-то восторженно говорит с рыцарем, Вилле поправляет руки двух друзей у себя на плечах и идёт дальше. Он не может избавиться от ощущения, что от взглядов молодого лорда в сердце будто наступает рассвет и распускаются цветы. Он с юности не испытывал такого. Вилле перестаёт ощущать тяжесть, когда цепляется за лёгкое воспоминание, как ещё юношей ночью залез на узкую скалу, несмотря на строгий запрет матери, чтобы понаблюдать за драконами и сорвался оттуда. Он упал с невероятной высоты. Сначала ему показалось, что он сломал спину и не может пошевелиться. Просто лежал на камнях и смотрел в наливающееся рассветом небо. И думал почему-то только о том, как красиво бывает небо. Он даже вспомнил приятную мелодию и стал напевать её. Поплакать о том, что он сломал спину, он ещё успеет. Но так красиво и спокойно ему будет ещё не скоро. Со всеми этими мыслями о красоте его накрыл туман забытья. А когда он проснулся от ощущения поцелуев солнечных лучей на лице, оказалось, что он уцелел и даже не очень сильно ушибся. И никогда больше удача его не оставляла, он падал удачно и ранился удачно. И никогда больше он не чувствовал себя в таком тепле, в такой безопасности, как когда забывался. Он стал рыцарем, потому что больше не боялся падать во тьму, он знал, что во тьме его будет ждать свет. Взгляды лорда Бауэра напоминали ему те чудесные мгновения перед пробуждением, когда ему казалось, будто солнечный свет обнимает его и поднимает из глубин. Два дня Вилле думает только об этих ощущениях, которые дарит ему вид прекрасного рыцаря. Он побеждает в своём поединке так легко, как будто восхищённый весёлый взгляд небесно-голубых глаз среди зрителей делает его лёгким, как пёрышко и несёт его вместе с его огромным драконом к победе. На пиру тем же вечером царит торжественный полумрак, музыканты почему-то придают ему уныния. Бесконечный поток обожателей скоро утомляет рыцарей, и Зои решает развлечься, протискивается меж обступивших Вилле дам и вельмож, уводит поближе к балконам. А потом шепчет Вилле на ухо, что она сидела рядом с Бауэром во время поединка, и тот не отводил от него взгляда ни на минуту. -Он так смотрел на тебя, как будто сам не против побыть наездником. Вилле смешит внезапный порыв отважной Золотой Зои посплетничать. -Что, уступаешь этого рыцаря мне? Она хлопает его по плечу с чувством. Вилле охает, вспоминая, что она только кажется хрупкой. -Забирай, - хохочет она в ответ. Он бы забрал его и без разрешения. Молодой рыцарь снова кажется ему источником света во всём этом душном мраке. Он летит как мотылёк на это чистое сияние, преследует его тайком по залу, ловит взгляды. Смех рыцаря ясными бликами опускается на его сердце. Джейми Бауэр заполняет все его мысли. Вилле осознаёт, насколько нездорово его увлечение молодым лордом, когда прослеживает за ним до его покоев. Он стоит под дверью долгие минуты, не решаясь ни постучать, ни уйти. Что он здесь делает? Чего хочет? Нужен ли он здесь? Дверь открывается неожиданно и Вилле, не привыкший прятаться, гордо выпрямляется, ожидая вопросов. Девушка-служанка приседает в коротком книксене, распахивает дверь до конца. -Милорд. Проходите, вас ожидают. Девушка пропускает его внутрь, сама выходит и плотно прикрывает за собой дверь. Покои оказываются просторными, на коже ощущается влага, плеск воды из дальней комнаты подсказывает ему, что молодой лорд моется. Почему он решает пройти туда, вместо того, чтобы соблюсти приличия и уйти или хотя бы дождаться хозяина покоев на месте, Вилле не знает. Он просто идёт, смиряясь окончательно со своей ролью мотылька. Плеск усиливается, ему кажется, что звук капель, стекающих на пол, окропляет его кожу, заставляет слегка смутиться, окрашивает его щёки алыми всполохами рассвета. Но не в силах остановиться Вилле откидывает завесу в сторону. Ему кажется, что образ, который открывается перед ним, навсегда отпечатается под веками. Бауэр стоит в деревянной купели спиной к нему, совершенно голый, с его тела стекают струи воды. Капли блестят и кажется, будто он весь светится. Вилле не закрывает глаз, не может держать их закрытыми. Он смотрит, и не может насмотреться. Джейми поворачивается к нему без всякого стеснения. -Милорд, вы пришли. - Улыбается светло-светло. - Я ждал вас. Вилле тянется к его спасительной улыбке губами, руками, всем собой. Первое прикосновение дарит сладкое ощущение нежности. Ощущение, будто его поднимают из тьмы. Руки Джейми сбрасывают с Вилле одежду слой за слоем, пока он ведёт его прочь от купели. Его руки сильные и тёплые, Вилле нравится, как непринуждённо всё происходит. Как его совсем не смущает остаться обнажённым перед молодым лордом. Вилле касается его сияющей кожи кончиками пальцев, гладит волосы, пока они опускаются на кровать. Ему хочется бесконечно трогать Джейми везде. Он такой красивый, такой тёплый. Джейми садится сверху и принимает его в себя как в объятия. В нём так хорошо. -Ты напоминаешь мне... - Вилле не может подобрать слова так, чтобы это не прозвучало странно. - Ты напоминаешь мне свет. -Свет? - Джейми медленно двигает тазом, вбирая Вилле в себя глубже. Вилле теряется в ощущениях и прикрывает глаза как от солнца. -Каждый раз, когда я падал во тьму, - Вилле сжимает пальцами прекрасные бёдра, - когда терял сознание или получал ранение, - ему трудно продолжать, но он должен сказать. - Там был свет. Джейми наклоняется к нему, целует в губы. -Ещё, - просит Вилле. Джейми снова целует. - Твои поцелуи как тот свет. Как будто это ты меня целовал всю мою жизнь. Джейми так нежен, Вилле думает, что это странно, как он не знал этого человека совсем, но всегда скучал по нему. Губы Вилле скользят по всему телу молодого рыцаря, по его гладкой коже, по заживающим ожогам от дракона Зои. Он запоминает каждый дюйм его тела, узнаёт его вкус, погружается языком во все места, ласкает его везде, жадно вбирает ртом, как будто он сам воздух, Вилле умрёт, задохнётся, утонет без него. Джейми вьётся над ним, стонет под ним. Если бы Вилле мог, он бы пропитался им насквозь. Он проникает в него руками, вонзается плотью так страстно, как будто ничего не имеет больше значения. Джейми принимает его с нежностью и добрым смехом. Такой светлый, такой ясный. Как само солнце. Вилле думает, что если это закончится, наступит тьма. После двух дней ласк он забирается на своего дракона, осознавая бессмысленность всего происходящего. Зачем все эти турниры? Зачем эти люди вокруг? Если важно только согреваться теплом Джейми. Вилле думает, что обезумел. Он заводит своего дракона в вираж, тот хищно раскрывает пасть, но не чувствует победной ярости своего всадника. Вилле падает, тело инстинктивно подбирается, все мышцы сжимаются, готовясь к удару. Но всё это происходит как будто где-то позади. Последнее, о чём он думает, это голубые, полные восторга глаза. Он сквозь беспамятство чувствует, как его несут с арены. Он хочет засмеяться, сказать, чтобы оставили, что после падения с такой высоты спасать уже особо нечего. Он просто хочет позвать Джейми, но не может. Возможно, его рот слишком полон крови. Возможно, он не совсем в сознании. Почему-то сквозь боль и суету он ощущает, как белокурая фигура склоняется над ним с той же бережностью, как свет в юности, когда он попадал в неприятности. Он ясно слышит два голоса. -Ты не можешь постоянно вмешиваться, - укоризненно звучит чей-то ещё голос. -Но он мой любимчик. Всегда им был. -Ты не можешь заводить любимчиков. Посмотри, ты же исцелил его почти полностью. Это не по правилам. -И тем не менее, вот он я, нарушаю правила, - звучит насмешливо. - Я покинул свои владения ради него, не может же он умереть сейчас. -Тебе не стоило этого делать. Я направлю в совет прошение пересмотреть твою роль в Сонме. Светлая, лёгкая усмешка. -Мне всё равно. Вилле открывает глаза и обнаруживает себя в покоях Джейми. Тот сидит к нему спиной, глядя в окно. Он разлепляет губы, чтобы позвать его: -Это был ты. Джейми оборачивается с улыбкой. Его глаза сияют радостью. Нет ни боли, ни страха, ни удивления. Только свет. -Это всё время был ты, - уверенно шепчет Вилле. Джейми забирается к нему под одеяло, перебрасывает через него ногу, гладит его лицо, касается плеч. -Ты спасал меня всё время. С тех пор, как я сорвался со скалы. Это был ты. Джейми тянется к нему губами: -Это был я. Светлый дух из Сонма. Даритель благости. Повелитель удачи. Вилле преисполняется трепетом и восторгом. Как когда впервые увидел дракона. Джейми выпрямляется и нависает над ним: -Испугался меня? Вилле становится легко и смешно. Он обхватывает его за талию и вжимает в себя покрепче: -Нет, милорд, я не испугался. Он переворачивает их на кровати, подминает Джейми под себя. Целует его как в первый раз, страстно, благодарно. Джейми улыбается в поцелуй, прижимается сильнее. Вилле проникает рукой под складки одежды, нащупывает нежную кожу, приподнимает бёдра Джейми, приближает их к груди, забрасывает одну его ногу себе на плечо. -Я должен отблагодарить вас, милорд. За всё. -Благодари, - благодушно кивает Джейми. Вилле очень хочет проникнуть в него, слиться с ним воедино, излиться своей благодарностью внутрь, но он просто сползает ниже, забрасывая и вторую его ногу себе на плечи. Джейми стонет сладко, когда Вилле втягивает ртом его плоть. Он сладкий на вкус, тёплый на ощупь. Вилле ласкает его как можно нежнее, ему нравятся низкие, глухие стоны Джейми. Он будет ласкать его так долго, как только сможет, чтобы светлый дух потерял рассудок так же, как Вилле. Он замедляется каждый раз, когда чувствует, что Джейми вот-вот прольётся в него. Он делает так несколько раз, пока не слышит порывистое: -Я сойду с ума, Вилле... Пожалуйста... И он втягивает его сильнее, даёт своему спасителю то, о чём он просит. Но не останавливается на этом. Он доводит Джейми до хриплых криков удовольствия, показывает ему всю благодарность, которая накопилась в нём за годы, целует и проникает в него до исступления. Он не знает, сколько времени проходит в ласках, когда прикосновения перетекают одно в другое, пока он весь не оказывается покрыт удовольствием своего спасителя. Они не допускают никого к себе и не зовут. Мыться приходится холодной водой. Но им так, так всё равно. Вилле засыпает в объятиях Джейми потрясающе счастливым. Вилле слышит ночью разговор Джейми с невидимой собеседницей, которая снова укоряет его. Он возражает: -Неужели тебе легко быть духом света? - Джейми явно морщится. Вилле представляет, как его прекрасное лицо трогает грусть. - Легко изо дня в день трудиться во благо людей, у которых столько ожиданий, и которые в итоге забывают о тебе и о своих обещаниях? Могу я немного побыть здесь? Где мне хорошо, где от меня ничего не требуют, а просто целуют и обнимают? Строгий голос режет сияющей сталью: -Ты не можешь. Джейми запрокидывает голову и Вилле видит, как рассыпаются его волосы по зацелованным плечам: -Когда тебя в последний раз обнимали? Ты ещё помнишь, как это? Голос смягчается: -Последний день, Джейми. Они молча проводят целый день вместе. Как будто все слова закончились и больше не нужны. Как будто прикосновений достаточно. Молча едят, молча целуются, Вилле молча тает в ласках Джейми. Ему кажется, что если нарушить молчание, он разрушит что-то хрупкое. -Меня призывают обратно. От слов Джейми всё замирает в груди, мгновенно замерзая и по душе Вилле ползут холодные трещины. -Как мне выносить теперь жизнь, когда из Сонма спустился самый прекрасный дух, чтобы посмотреть на меня поближе, согрел меня своим светом и покинул? Джейми покрывает его лицо нежными поцелуями. -Я ухожу не навсегда, Вилле. Я вернусь к тебе. Джейми, прекрасный, с искусанными губами, следами рук на всём теле, оглаживает лицо Вилле на прощание и исчезает с первыми сильными лучами солнца. Вспышка - и его нет рядом. Через год на турнире лорд Эльба снова устраивает попойку для узкого круга. Никто ничего не говорит о рыцаре Бауэре. Вилле проверяет предположение, упоминая его имя. -О ком ты? - удивляется леди Кравиц. - В прошлом году мы с тобой выступали друг против друга и это ты сразу выбил меня из турнира. Вилле молчит немного. -Да, прости. Я путаю со своим сном. -Лорд Вало, - хитро улыбается подруга, - я что, снюсь вам в компании молодых людей? Какие бесстыжие сны! Вилле усмехается: -Ты себе даже не представляешь. Он вздыхает и запивает тоску кислым морсом. Возможно, он снова упадёт во время турнира. Возможно, его снова подхватят.