Вид из окна

      Тихие стоны омеги отражались от стен спальни. Джин покрывал поцелуями его ноги, все ближе подбираясь к паху. Он прошелся легкими, почти воздушными поцелуями вдоль стопы, прикусил выступающую косточку на щиколотке. Оставил несколько следов на икрах, которые яркими пятнами выделялись на светлой коже. Внутреннюю часть бедра Джин слегка прикусил под недовольное ворчание омеги. Лоренс едва сдерживался, чтобы не поторопить мужа, но останавливал сам себя, напоминая, что самое сладкое еще впереди.       Ошейник плотно облегал шею беты. Он был новый, доставили только на днях, и Лоренс никак не мог налюбоваться. Дорогая темная кожа, металлические вставки, а внутренняя часть с мягкой отделкой, чтобы не оставалось следов. Джин не любил, когда следы были заметны и их было сложно прикрыть воротник рубашки или водолазки. Что ж, иногда Лоренс умел идти на уступки.       А еще новый ошейник был гораздо плотнее старого. Стоило чуть сильнее натянуть ремешок – и бете становилось сложнее дышать. И омега буквально задыхался от восторга – насколько сексуально выглядел его муж, в одном только ошейнике, с темнеющими глазами и затрудненным дыханием.       У Лоренса каждый раз перехватывало дыхание, и внутри все сильнее росло желание сделать бете больнее. Иногда он задумывался – есть ли та черта, которую он мог бы перейти? Но Джин никогда не прекращал их сессии, не останавливался, всегда готовый идти до конца.       Бета поднял глаза. В них читалась мольба, но о чем? Чтобы Лоренс еще туже затянул ошейник и пульсирующая на шее артерия вздулась сильнее. Или дал пощечину, которые Джин особенно любил. Омега видел как покраснели глаза мужа, но он, как всегда, не выдавит из себя и слезинки.       – Ну, что ты, – улыбался омега, убирая выбившуюся порядку за ухо мужа. – За услугу нужно платить. Если так хочешь, то я разрешаю тебе заплакать.       Лоренс сел на кровать на колени, а голову Джина наклонил ближе к своему паху. Бета полностью заглотил его член, обводя языком основание. Омега одной рукой, в которой он держал цепь, резко дернул на себя, а другую положил на голову мужа, толкаясь навстречу. Джин резко глотнул воздуха. Его тело задрожало, и он на пару секунд остановился.       – Я знаю, ты можешь, – прошептал омега, сжимая короткие волосы Джина.       Бета часто заморгал, стараясь избавиться от слез. Из-за члена омеги в горле, из-за туго затянутого ошейника дышать становилось все сложнее. Но Лоренс знал, что его муж может вытерпеть больше. Гораздо больше.       Омега с некоторой тоской вспоминал весь тот сексуальный опыт, который они попробовали за пять лет совместной жизни. Еще до брака Джин был способен на большее. Но возраст начал брать свое год назад, и в их домашней аптечке появились крема от гематом и болей в суставах, мази, прописанные врачами, и как финал – ортопедический матрас в комнате Джина. Он мог выдерживать долгие сессии, но после них буквально лежал трупом, восстанавливаясь. Он мог вытерпеть порку – и неделю после них мазать синяки и гематомы. Лоренс уже заранее знал, что вечером, после того, как они закончат, нужно будет обязательно нанести гель, иначе бета завтра не встанет. Точнее, встанет, ведь нужно будет работать, но выть будет как псина от боли.       Омега толкнулся ему глубже, в глотку, проезжаясь по стенке горла. Он ощутил, как дыхание беты участилось – словно тот пытался не задохнуться между толчками. Не удержавшись, омега провел ладонью по шее мужа чуть выше ошейника, слегка сжимая ладонь. Это было восхитительно. Джин, казалось, был на грани, едва сдерживая себя. По его подбородку стекала слюна, перемешанная со смазкой. Тихие стоны доносились снизу, зарождаясь где-то в груди, и вибрация от стонов ощущалась на члене омеги. Лоренс толкнулся еще несколько раз и почувствовал, что уже близок к концу. Отодвинув лицо мужа от своего члена, он провел свободной рукой по стояку и излился на лицо супруга.       – Думал, чтобы ты все проглотил, – пытаясь отдышаться, сказал парень. – Но сперма тебе к лицу.       Вставая с места, омега похлопал супруга по щеке.       «Хороший мальчик», – улыбался он.       А ведь началось все достаточно безобидно – у Джина возникло желание отправиться за город. Для него выезд на природу, подальше от шумного города, был самым расслабляющим занятием. И во Франции бета регулярно выбирался куда-нибудь подальше от дома и поближе к «девственным лесам, нетронутым рукой человека, к чистому и свежему воздуху, наполненному запахами трав и цветов, и прочим прелестям дикой жизни». По крайней мере, именно так отзывался Лоренс о любых вылазках за пределы города. И комфорта.       Собственно, Лоренс эти вылазки не понимал. Ему не нравились места, где не ловила мобильная связь, где из удобств только пни и коряги, где нет водопровода, но зато есть «кристально чистая вода, Лоренс, ты только посмотри!», и где спать приходилось не на удобном мягком матрасе, а в тесном спальном мешке. Его супруг прекрасно знал о нелюбви омеги к «дикой природе», а потому они отдыхали либо в комфортабельных домиках в скандинавском стиле, либо Джин собирал с собой палатку, спальный мешок с подогревом, грузил все это в машину и вместе они ехали за город в «дивный тихий лес». Лоренс никогда не отпускал мужа одного, даже если выбранное Джином место категорически не устраивало омегу. Слишком хорошо Лоренс был осведомлен о пропажах людей и только подумав о том, что с Джином может что-то случиться – впадал в настоящую панику.       Джин захотел поехать на природу. В небольшой поход... Лоренс не любил выезжать за город. Точнее, если в загородный дом, то еще ладно, но идти по лесу, где тебя может укусить какая-нибудь тварь – совершенно его не устраивало. Бете настолько хотелось насладиться природой Кореи, что он так и сказал: «Делай со мной, что хочешь, но в поход мы пойдем». Вот Лоренс и сделал. О красоте природы этой страны Джин только читал – не было не времени, не возможности увидеть собственными глазами. Теперь же такая возможность у него появилась.       Омега освободил руки Джину и снял ошейник. Бета залез на свою кровать и лег на живот.       – Я не чувствую спину, – проговорил он, повернув голову к мужу.       – Старость не радость, – пошутил Лоренс, садясь на край кровати и закидывая ногу на ногу. – А вообще, давай кого-нибудь заведем.       – Хомячка? – улыбнулся Джин. Омега помотал головой. – Кошку? Собаку? Кстати, собаки тут также популярны, как и в Париже.       – Человека, – Лоренс лег на живот, укладывая голову на руки и посмотрел супругу в глаза.       – Ого, – Джин перевернулся на бок. – Это будет не так просто, но если хочешь...       – Я не в этом смысле, – снова помотал головой омега. – Представь молоденького любовника, которого можно раскрутить буквально на любые эксперименты! Я же вижу, что тебе бывает, ну… – Лоренс замялся, подбирая слова. – …тяжеловато… Ну, знаешь, всякие сложные позы, долгие сессии… Короче, я беспокоюсь о тебе. Только не подумай ничего такого! Я останусь с тобой и только с тобой! Это будет небольшое развлечение, как способ разнообразить нашу сексуальную жизнь. А если найдем молоденького, то можно будет в полной мере наиграться! Втроем веселее. Слышал такую фразу?       В комнате повисло молчание. Лоренсу даже показалось, что губы Джина шевелятся в попытках сформулировать ответ, но не было слышно ни звука. А потому он терпеливо ждал.       Бета провел рукой по волосам, несколько прядей запутались, после чего он отвел взгляд и наконец произнес:       – Да. Да, хорошо. Я не против, – с едва слышимым смешком ответил он.

***

      Через пару дней Джин «обрадовал» мужа – на выходные они вдвоем отправляются на остров Намисон. Он уже арендовал машину, чтобы добраться до причала, и закупил все необходимое для поездки. Даже заранее приобрел паспорта для посещения острова. Лоренс так и не понял, в чем оригинальность данной задумки, потому что этот «паспорт» ни на что не влияет и его можно просто купить в кассе, чтобы посетить остров.       Омега до последнего надеялся, что раз место туристическое, то Джин не поведет его по тропам, куда особо не ступала нога нормального человека. Но нет. Стоило им сойти с парома на остров, как его муж целеустремленно направился в глубь острова, подальше от людей. Что ж, Лоренс предполагал, что его супруг найдет те самые «девственные леса» и здесь, в Корее.       – Тебе понравится, – подмигнул супруг. – Я думал пойти в горы, поэтому если Намисон тебя все же не устроит, мы заберемся на вон тот хребет, – и Джин указал на него рукой.       – Нет, мне все нравится, – мрачно отозвался Лоренс, который аж побледнел, завидев этот хребет. Ладно, если просто долгая пешая прогулка, но идти по лесу... Нет, спасибо.       Листва пышно цвела и даже жаркая погода не обжигала листья деревьев. Вероятно, они привыкли к влажной и жаркой погоде Кореи. В первые дни пребывания здесь, в Сеуле, было значительно теплее – Лоренс даже посмеялся над путеводителем для туристов, где в красках расписывали климатические особенности. Да и за городом в окружении природы, а не бетонных высоток, всегда прохладнее. Джин шел впереди, пока омега, скрестив руки на груди, смотрел по сторонам, лишь бы никакой жук или муравей не полез по его дорогущим кроссовкам. Бета же был одет просто: футболка, шорты и комфортная обувь, которой было три года – не меньше. О выборе одежды всегда беспокоился Лоренс, который каждый раз был в ужасе от того, что хотел надеть его супруг. Мало того, что одежда была старой, так и выглядела так, будто ее сняли с покойника. И это еще мягко выражаясь!       – Смотри, змейка! – восторженно отозвался Джин, наклоняясь к животному. Прежде чем он успел к ней прикоснуться, рядом возник Лоренс, вцепившийся в предплечье мужа.       – Убери от нее руки! – омега обхватил его левую руку и попытался оттащить. – Если она ядовитая?       – Отсосешь яд, – хмыкнул бета, вставая на ноги.       – Тебе тридцать шесть, ты владелец огромной компании, которая занимается поставками по всему миру! – ударил его по спине Лоренс. – А так легкомысленно себя ведешь!       – Не переживай, все акции перейдут тебе, – похлопал Джин его по голове.       – Дурак, – надулся Лоренс.       Тяга Джина ко всему живому – и хоть немного опасному – заставляла омегу волноваться. Сам он панически избегал всего, что имело больше двух ножек или лапок и умело летать или бегать быстрее человека. Ему нравились домашние животные, вроде кошек или собак, но завести домашнего питомца был точно не готов. Возможно, в этом было виновато воспитание, или загруженный график – ни он, ни Джин не смогли бы обеспечить питомцу достаточно внимания и заботы.       Они обошли весь остров и омеге казалось, что ноги у него будут болеть после этого сильнее, чем если бы он обошел весь Сеул вдоль и поперек. Бедра болели после много численных спусков и подъемов, он чувствовал себя выжатым, как лимон, и ему хотелось как можно скорее вернуться домой и растянуться на мягкой кровати. Впрочем, Лоренс понимал, что если бы это была привычная ему прогулка по городу – то он прошел бы гораздо больше. Да он мог бы обойти пешком весь Сеул, если бы захотел!       Наконец Джин чуть успокоился и сообщил, что он идут отдыхать. Остановку решили сделать в кафе, находившемся на территории острова. Приятное место, а главное – там были стулья и прохладная тень. Пока Лоренс выбирал столик, бета сделал заказ – два кофе со льдом и перекус.       В ожидании заказа Джин достал планшет, и Лоренс краем глаза заметил мелькнувшие графики и развернутую статистику. Его супруг даже во время выходного дня не мог оставить все на самотек. Наверное, он думал, что без его контроля поставщики перепутают все документы, а работники перепутают все цветы, не меньше. Лоренс как-то даже высказал, мол у тебя же есть личный помощник, неужели ты ему не доверяешь? Но внятного ответа так и не услышал.       Что ж, если Джин не может позволить себе расслабиться, то Лоренс будет расслабляться за двоих.       Сумка Лоренса была в разы меньше дорожной сумки Джина. Да и вмещала она в основном мелочи – телефон, ключи, салфетки. И небольшую бутылочку с алкоголем.       «Надо было взять две», – фыркнул про себя омега.       Омега открутил крышечку и залпом выпил содержимое. Алкоголь внутри оказался не таким крепким, как ожидалось, но приятно обжег горло, а внутри появилось приятное ощущение тепла. Слизнув последние капли с губ, Лоренс блаженно растянулся на диванчике.       Бета вздохнул, но ничего не сказал.       – Что? – возмутился Лоренс. – У меня стресс, я хотел успокоиться. Это тебе комфортно среди этих непроходимых джунглей, а я переживаю, как бы на меня не напал какой-нибудь жук. Или змея. На тебя.       – Не зря ты плотно позавтракал, – не отрываясь от планшета, проговорил Джин.       – Ненавижу завтракать, – прыснул омега. – Аж тошнит после этого!       Джин только покачал головой. Им как раз принесли кофе с сэндвичами, и Лоренс посчитал тему закрытой.       После быстрого перекуса идти дальше не особо хотелось. Омега уже чувствовал, что устал от долгой прогулки, хотя по городским улицам он мог пройти гораздо больше. Но в городе был привычный асфальт, а не крошащаяся под ногами тропинка. В городе был привычный городской шум от машин и рекламы на каждом шагу, однако такие места, в которые забирался Джин, давили тишиной – никаких людских голосов, только шум деревьев, невероятное многообразие зеленых и голубых оттенков и практически отсутствие связи. Это было не самое заброшенное место, куда они забирались, но Лоренс за время их брака привык доставать телефон в походах только для того, чтобы сделать фото или снять видео.       Джин не делал даже этого. Он и в графики свои смог закопаться только потому, что в кафе был вай-фай.       Лоренс прокашлялся, думая, как начать разговор.       Он уже несколько дней листал сайты знакомств, и даже понял, какой типаж ему нравится. Молодой парень, не старше двадцати шести, но и не совсем молодой, связываться с малолетками желания не было никакого. Возможно, высокий, но не выше Джина, и в целом куда более изящного телосложения, чем его муж – две такие машины было бы просто нереально прокормить. А еще ему нравились длинные волосы. Конечно, среди «кандидатов» длинноволосые были в основном омеги, а Лоренс вовсе не собирался связываться с омегами. Но вот альфа или бета с длинными волосами, которые можно было бы намотать на кулак, или тянуть во время секса… Да, внутренний садист Лоренса ликовал от этой мысли. Джин категорически отказывался отращивать длину – ему казалось это несолидным и немужественным. Для своих подчиненных он все еще оставался альфой.       О, а еще было бы неплохо, если бы у будущего предполагаемого партнера была бы смуглая кожа – не совсем темная, а скорее приятного медового оттенка. Так что скорее всего это будет не коренной кореец, а кто-то из метисов.       Все это Лоренс выдал супругу с мечтательным выражением лица, тщательно перемешивая сахар в кофе.       – Как тебе? – Лоренс склонил голову.       – Я тебе доверяю выбор, – кивнул Джин.       – Тогда я заведу страницу на сайте знакомств, – Лоренс достал из сумки телефон.       Вот страница и создана. Лоренс отобрал свои лучшие фото, сделанные известными фотографами. Ну, и пару селфи. Почему бы нет? Минус корейских приложений был в том, что люди часто закрывали свое лицо идиотскими смайликами или вообще ставили фото еды. Выбирать Лоренс будет долго и тщательно, а пока Джину придется помучиться от некоторых поз, которые его тридцатишестилетнее тело еле выдерживало.       – Отец и папа тебе ничего не писали? – не отрываясь от телефона, бросил омега. На его щеках появился совсем легкий румянец от выпитого за один заход алкоголя.       – Писали, – бета отложил планшет в сторону. – После нашего... М-м-м, неожиданного переезда, который они обозначили "побегом", местные СМИ в замешательстве. Не хочешь пообщаться с родителями? Хоть как-то прояснить ситуацию?       – С теми, кто хотел меня сбагрить первому попавшемуся богачу альфе? Категорически нет, – Лоренс открыл игру и активно стал нажимать на сенсор телефона.       – Но это нужно будет сделать, ты ведь понимаешь? – Джин постучал пальцами по столу. – Я готов тебя оберегать сколько нужно, но твое молчание в данном случае делает все только хуже.       – Ага-а-а, – протянул омега, делая очень занятой вид.       Родители Лоренса и правда не были рады рождению омеги. Его отец, который являлся альфой, мечтал о сыне, наследнике титула. Сын родился - и оказался омегой, слабой и бесполезной в глазах собственных родителей. Родись он альфой, то получил бы все – и статус, и наследство от родителей, и самостоятельность. А так... Брак с альфой мог бы немного спасти его положение – из бесправной омеги сделать достойного сына своих родителей, но даже в этом случае аристократический статус и некоторую часть наследства получил бы супруг, а не сам Лоренс. И насколько же сильно Лоренс ненавидел все это! Консервативный стиль жизни отца просто выводил его из себя! И отдавать почти задаром какому-то альфе то, что принадлежит ему по праву, омега не собирался не при каких обстоятельствах.       Наверное, такие условия от собственных родителей не казались бы ему несправедливыми, если бы не одна маленькая деталь. Детей в семье было двое – старший сын-омега, и младшая дочь-бета. И вот ей родители – а точнее отец – и планировали передать большую часть наследства. Лоренс не ненавидел Сюзет, свою младшую сестренку, но испытывал смешанные чувства. После скандала с родителями поддерживать общение с семьей было трудно, а так как сестра осталась там, во Франции, то почти все контакты сошли на нет. А ведь омега скучал по ней. Сюзет оставалась его младшей сестрой, даже если была за сотни и тысячи километров вдали.       Омега тряхнул головой. Это все дела прошлого. Сейчас он в безопасности, с Джином, своим супругом, в другой части света, на другом материке. А все проблемы остались там, в Париже.       После небольшой передышки они отправились дальше. Бета радовался природе, как пятилетний ребенок и рассматривал каждый листик, кустик, птичку, проплывающую в море рыбку, когда подходили ближе к воде. Лоренс не понимал, что такого невероятного прямо сейчас Джин находил во мхе, который рассматривал уже минут десять, но тот буквально не сводил внимания с любого природного явления, что мог наблюдать. Для Лоренса все это оставалось просто ветками и травой, и ничего красивого он в этом не видел. А Джин таскался от одного дерева к другому, забредал все глубже в лес, озвучивал омеге какие-то названия, которые звучали так, будто их придумали в пьяном угаре. «Метасеквойя? Это еще что? Нет, не надо мне пояснять, я верю тебе, что это что-то очень необычное».       Но зато у Лоренса с каждой такой поездки были фотографии, на которых его муж не выглядел серьезным или уставшим. На этих фотографиях Джин выглядел гораздо моложе своих лет, словно за пределами города сбрасывал с себя невидимый груз и действительно расслаблялся. Пропадали морщинки в уголках губ, разглаживалось лицо, и даже шаги словно становились легче. Лоренс помнил супруга таким только до свадьбы. Ну, и может быть еще во время секса.       «Единственное, помимо секса, что отвлекает меня от работы – это природа. Если мозг постоянно в работе, то так и крыша полететь может», – говорил супруг.

***

      Домой они вернулись ближе к вечеру, настолько увлечен Джин был созерцанием красот острова Намисон. Он был настолько впечатлен красотой природы, высокими деревьями и чистой рекой, что не хотел возвращаться. Сколько бы Лоренс ни уговаривал его вернуться пораньше, бета словно бы и не слышал. Такие поездки каждый раз превращались в какую-то безумную игру под названием «уговори мужа вернуться домой до захода солнца».       Это была еще одна причина, почему омега не любил вылазки на природу. Пока Джин не насмотрится и не изучит все, что вокруг него происходит – они не уедут домой. И казалось бы – на что там смотреть? Деревья все одинаковые, трава везде зеленая, а на цветочки можно полюбоваться и в городе.       Лоренс заперся в ванной, отмокая в ней не менее часа. Лежа в почти огненной воде, натирая кожу ароматным гелем, с маской на лице и волосах, он почти чувствовал, как вся грязь, которая на него налипла, смывалась с тела. Конечно, он предпочел бы спа-салон, в котором ему оказали бы должный уход, но даже мысль прийти в салон грязным приводила Лоренса в ужас. А потому посещение салона было назначено на следующий день. В сегодняшнем же дне Лоренс занял диван в гостиной и включил телевизор, по которому показывали забавную дораму. Под бормотание актеров омега и заснул.       И уже сквозь сон услышал тяжелые шаги.       – Уснул? – Джин наклонился, слыша сопение. – Старость не радость, ага, – мягко улыбнулся мужчина. – Ладно, давай-ка тебя уложим в постель.       Бета аккуратно взял на руки Лоренса. К счастью, муж спал крепко, сильно уставший за сегодняшний день. Джин прижал его к своей широкой груди, чтобы тот не свалился. Омега мирно сопел и не было даже намека на его пробуждение. Бета открыл дверь спальной комнаты супруга. Свет не включал, чтобы уж точно не разбудить и уложил в постель, накрывая одеялом.       Бета и сам несколько устал за сегодняшнюю поездку, но совсем без вылазок на природу не мог. Там было тихо, без уже привычного городского шума и суеты. Даже в церкви, что Джин еженедельно посещал, никогда не было так спокойно. Он тихо закрыл дверь, ведущую в комнату супруга, и направился в свою. Уже лежа в кровати, Джин вспомнил, что завтра будет воскресенье – а значит, нужно обязательно посетить церковь. С этими мыслями бета провалился в сон.

***

      «Надо увольняться», – с этой мыслью проснулся Петер.       Работа на стройке его значительно измотала, и он хотел попробовать что-то новое. Да и что его здесь держало? Вроде как обещали, что по окончанию строительства им всем выплатят дополнительную премию, а это звучало слишком соблазнительно. Интересно, ему также что-то перепадет? Сам альфа работал нелегально, но на зарплате это вроде как не сказывалось. Что ж, можно пока просто начать поиски новой работы, чтобы совсем не уйти в ноль.       Свой выходной альфа проводил дома. Вылазка в магазин не считалась, нужно было купить некоторые продукты. Какая же ужасная стояла жара! На такой работе пот лился градом, но были и свои плюсы. Петер снял майку и домашние штаны. Он подошел к зеркалу, рассматривая себя. Когда-то он был сопляком, не мог толком постоять за себя. В школе даже недоумевали, что такой слабак как он может быть альфой, но сейчас... На Петера смотрел молодой человек с мускулистым телом, который мог дать отпор любому, кто решит помериться силой. Альфа убрал длинные волосы в пучок и лег на матрас, утыкаясь в телефон. Он листал ленту новостей, немного поиграл в мобильную игру. Свою старую приставку почти не трогал, пусть и хотелось сесть за более серьезные игры. Пока Петер копил на новую, развлекался теми играми, что были на смартфоне. Тоже вполне неплохо. Ближе к вечеру жара стала спадать, даже подул приятный ветерок. Может, все же, выйти на улицу? Альфа надел футболку, свободные штаны и тапки.       – Если я не вернусь, – сказал он сам себе или кому-то – так и не понял. – Значит, я задохнулся.       Все еще было жарко, а кислород... Будто его почти весь высосали. Легкий ветер был приятным бонусом, но не так уж спасал. Петер пожалел, что решил выбраться наружу, но уже не хотел идти обратно. Немного прогуляется, разомнет мышцы и попилит домой. Место, куда он вышел, было людным. К вечеру там собиралась молодежь, которую под конец недели тянуло отдыхать. Клубы, тусовки, азартные игры – отрывались как могли. Потому что завтра кто-то отправится на работу, а кто-то поедет на учебу, и будет уже не до веселья.       – Эй, ты! Который в черной майке! Да, ты, – к нему, немного пошатываясь, подошел пьяный альфа. Парень навалился на Петера, но тот сразу его оттолкнул. Альфа отшатнулся, но затем положил Петеру руку на плечо, чтобы хоть как-то устоять на ногах. – Давай к нам? Найдем какого-нибудь омегу и развлечемся!       – Нет, я пас, – сбрасывая руку пьяного в дюпель альфы, ответил Петер.       – У тебя проблемы, что ли? – не отставал он. – Шатаешься тут один, смотришь за нами. Дай угадаю, маньяк, да?       – Ты идиот?! – Петер сжал руки в кулаки, но постарался сдерживаться. Если ударит, то этот придурок накатает на него заявление и придется платить немалый штраф. А у него лишних денег не бывает, особенно в последнее время.       – Ну, давай! Ударь меня! Или ты слабак?! – парень выпячивал грудь вперед. Они были одного роста и смотрели друг другу прямо в глаза.       – Да пошел ты, – махнул рукой альфа и пошел дальше.       – Вот поэтому тебе никто не даст, – сказал парень на последок. – Ты тряпка, а не альфа!       «Зря решил выйти в такое время. Лучше бы дома остался», – злился про себя Петер.       Он терпеть не мог, когда его называли слабаком. Сразу вспоминал издевательства в школе, которым он подвергся. Как другие мальчишки стояли и глумились, оскорбляли его... А Петер ничего не мог сделать. Не мог дать отпор, потому что и правда был слабаком. Альфа ударил по стене какого-то здания и тупая боль волной прокатилась по руке. Парень зашипел.       – Милый, – мимо него прошли двое. – Я завтра встречусь с новой знакомой, – говорил один на иностранном языке, поэтому Петер ничего не понял.       Петер и не обратил бы на них внимания, если бы не незнакомый язык, который звучал слишком мелодично. Стоило ему взглянуть на этих иностранцев, как внутри что-то дрогнуло. Этих двоих он уже видел – в очень пикантной ситуации… Да что уж говорить – именно эту парочку он видел в окне, именно они трахались в душе!       Парочка выглядела так, будто сошла со страниц глянцевого журнала. Изящный, тонкокостный омега, с модной укладкой и золотыми украшениями. Весь его образ казался нежным и воздушным – в противовес альфе, который шел рядом с ним, поддерживая омегу за руку. По крайней мере, он выглядел как типичный альфа – в костюме и с тяжелым взглядом. Однако, проходя мимо них, Петер не почувствовал никакого запаха. Только от омеги пахло приятно, чем-то едва знакомым, но настолько слабо, что Петер даже не успел подумать, где бы он мог встречать этот запах.       А вот альфа рядом… не пах вообще. Нет, был запах одеколона, настолько классического, что Петер завис. Маскирует, что ли? Или пахнет настолько слабо, что и не ощущается почти. Даже от омеги, который шел рядом с ним, запах был куда более читаемым, чем от альфы. Рецессивный? Он слышал что-то о таких альфах – что у них настолько слабые феромоны, которые не способны воспринимать окружающие. Наверное, именного поэтому его и…       Петер помотал головой. Зачем ему забивать голову такими извращенцами? Хотя, омега был очень привлекательным и его аромат... Альфа прикусил нижнюю губу.       – Какие-то они подозрительные, – проговорил Петер себе под нос, бредя обратно по направлению к дому.