Лисья нора

Холмистый рельеф Шотландии, покрытый изумрудными и болотно-серыми коврами растительности, проносился в окне сплошным бегущим пейзажем, без начала и конца. Словно гигантский, бесконечно разворачивающийся свиток старого пергамента, испещрённый ручьями. Легчайший, почти невесомый туман опускался на землю, и влажный воздух рисовал на стёклах мокрые и отчего-то немного грустные следы, похожие на слезинки. — Да, здесь всё совсем по-другому, – произнесла молодая рыжая волшебница куда-то в пустоту купе, и её голос, с лёгким, но отчётливым акцентом, окрашивающим слова твёрдыми "р" и смягчающим окончания, прозвучал непривычно громко в тишине. – Словно всё покрыто опустошённым умиротворением. Тишина после битвы, которой не было. Или я её просто не слышала, — она хмыкнула. Она сделала небольшой глоток терпкого, почти что отчаянного по крепости кофе из зачарованной кружки, украшенной традиционной городецкой росписью и сохраняющей тепло; обжигающая бодрость разлилась по всему телу, прогоняя остатки дорожной оцепенённости. Мягкая горечь напитка оставляла приятное послевкусие на губах, отчего девушка даже их немного облизала, смакуя остаточные ноты. Она будто пыталась распробовать на вкус и саму эту страну, пока что ещё непонятную, дождливую, чуждую. На её крепком, кожаном, с виду совершенно обычном чемодане было выведено чётким славянским почерком: "Дарья Ланская". Рядом, на сиденье, лежал растрёпанный томик Булгакова с десятком разноцветных закладок, а из полуприоткрытого отделения выглядывала рукоять чего-то, отдалённо напоминающего компактный арбалет, но куда более изящного и странного вида. — Чёрт, здесь же нельзя купить такой кофе... — мысль проскочила резко и бесповоротно, на лице Дарьи появилась тень недоумения вперемешку с разочарованием. — Хорошо, что хоть с запасом взяла, а то так и загнуться недолго. Надо будет самой вырастить в небольшом горшке, — она ещё не приехала, но уже мысленно представляла отчётливый план своих действий. Дарья нехотя поёжилась от набегающего холода, совсем не такого, как сухой русский мороз, а влажного, пробирающего до костей. Мурашки неприятно покалывали каждый сантиметр её сильного тела, привыкшего к дисциплине и движению. Лбом она упёрлась в оконное стекло, ловя взглядом собственное отражение. На её плечах и спине, дрогнули светом странные татуировки. Метки отозвались тупой, тянущей болью, и какая-то старая, давно забытая тоска по родным краям разлилась глубоко в груди. — Скоро дождь, — констатировала она внутренним голосом, привыкшим оценивать обстановку, и лишь поудобнее устроилась в пассажирском кресле, закинув ногу на ногу и обхватив тёплую кружку длинными пальцами. Её холодный взгляд скользнул по пейзажу за окном, анализирующий, цепкий. — Интересно, что дальше?.. Спустя ещё примерно час поезд начал неспешно притормаживать с тихим скрежетом. "Хогвартс-экспресс", испуская последние клубы дыма, словно огромный рубиновый дракон, замер в ожидании. Студенты рекой потекли из вагонов, и в этом бесконечном потоке чёрных мантий и взъерошенных сов Дарья всё ещё стояла в своём купе неподвижным островком. Дети, проходившие мимо, периодически оборачивались на незнакомую молодую женщину, явно не ученицу. Когда же основная масса студентов вывалилась наружу, она неспешно двинулась в ту же сторону. Её дорожная серая мантия — на запах, с червлёными узорами по подолу, без рукавов, надетая поверх белой рубашки — скользнула в коридоре поезда. Огненно-рыжие волосы, стриженные под длинное каре, ярко вспыхнули в тусклом свете. Её традиционный облик ведающей выглядел инородно среди множества одинаково одетых фигур, но, казалось, Дарью это вовсе не беспокоило. Она уже была одной ногой на платформе, как вдруг её огромный чемодан зацепился за что-то в тесном тамбуре и намертво застрял. — Ведьмины сопли! Только этого мне не хватало... — волшебница склонилась и попыталась с силой дёрнуть его, но всё было без толку. — Позвольте, — раздался сверху мягкий мужской голос. Дарья подняла глаза. На ступени перед ней стоял молодой мужчина в старой, потрёпанной мантии. Его лицо было покрыто тонкими шрамами, а взгляд был добрым и внимательным. Волшебник поддел застявший ремешок, а затем крепко взялся за ручку чемодана и одним сильным движением спустил его на платформу. — Благодарю, — Дарья улыбнулась. — Пустяки, — мужчина улыбнулся в ответ, пропуская её по ступенькам. — Первое сентября — всегда небольшое безумие. Римус Люпин, новый преподаватель защиты от тёмных искусств. — Дарья Ланская. Консультант по нестандартной магии. Кажется, мы с вами в одной лодке новичков, мистер Люпин. — В одной лодке, но надеюсь, не в тонущей, — в его голосе появилась лёгкая ирония, а улыбка стала шире. — Добро пожаловать в Хогвартс, мисс Ланская. Вдвоём они зашагали по платформе в сторону уже поджидавших повозок. После дождя дорога слегка обледенела. — Прошу меня простить за мою необразованность, но... — неловко начал Люпин, подбирая слова, — ...мне не доводилось ранее слышать о такой должности, как ваша. Нестандартная магия... Звучит очень непривычно, — он уже мысленно пожалел, что вообще завёл этот диалог, боясь обидеть новую знакомую. — Знаю-знаю, — Дарья ухмыльнулась и продолжила будничным тоном, — Министерство магии Британии предпочитает делать акцент на... исполнении инструкций, поэтому моя должность может показаться немного странной для здешних правил. Я специалист по неортодоксальным техникам. Это, своего рода, экспериментальная магия. Когда я узнала о Хогвартсе, мне показалось, что, возможно, мои навыки будут полезны, и послала письмо. Директор Дамблдор оценил моё новаторство и пригласил меня, — ведьма загадочно отвела взгляд, пожимая плечами. — Теперь я здесь... — Экспериментальная магия... — Римус пробовал это словосочетание на вкус. — Я думаю, вы сможете многое дать ученикам. — Очень на это надеюсь, — Дарья подмигнула. Они сели в повозку, и та повезла их по кривой дороге в сторону школы. Вблизи показались высокие вивиеватые ворота замка. Большая часть учеников уже давно была внутри. Войдя в холл, Дарья немного замялась. — Вас... Наверное, должны встретить, — озвучил её мысли Римус. — Всё так, но... — она окинула взглядом коридор в поисках других профессоров, — видимо, что-то пошло не по плану. — Я думаю, вам нужно найти Минерву МакГонагалл. Я... — он опять запнулся на полуслове, — могу проводить вас в Большой зал. — Вы очень любезны, профессор Люпин, — Дарья чуть покачала головой. — Но я уверена, что у вас и без меня достаточно забот. Не стоит беспокоиться. Я изучу местность сама, — речь её была уверенной, почти чеканной. Кофе и короткий разговор прибавили ей сил. Римус как-то по-новому окинул её взглядом, пропитанным тонким интересом. — Тогда... до встречи, мисс Ланская, — её имя Люпин произнёс практически одними губами и ушёл. Дарья осталась стоять посреди каменных стен совершенно одна. Вечер обещал быть долгим. — Что ж, — пробормотала она сама себе под нос, — переходим к плану "Б". Надо бы найти того, кто должен провести меня к покоям. Или сделать это самой. Только вещи свои оставлю. Вместе с чемоданом она двинулась по длинному узкому коридору. Дарья попала на большое открытое пространство под лестницами, где грудой лежали вещи. — Пока оставлю чемодан здесь. Не я сама, так домовики отнесут. Не съедят же его, в конце концов. Освободившись от багажа, Дарья двинулась дальше. Жизнь внутри замка как будто куда-то испарилась — ни одного человека вокруг. Казалось, тишина была такая плотная, что даже воздух замер. Единственным звуком сейчас был стук её каблуков о каменный пол. С четверть часа она бродила по замку. Всё-таки Ланская, наверное, переоценила свою способность ориентироваться в незнакомом месте... Все коридоры были похожи один на другой. Поворот не туда — и она сама не заметила, как потерялась. Проходы слились перед ней в бесконечный лабиринт, которому не было конца и края. — Кажется, не стоило так делать... — догадка оказалась немного не приятной. Она осмотрелась: по левую руку шёл ряд высоких арочных окон, сквозь которые пробивался слабый отблеск восходящей луны, а по правую — сплошная стена, увешанная факелами. Холодный и тёплый свет сливался на ней воедино, и в этой мрачной атмосфере Дарья издалека напоминала прекрасную нимфу. Ведьма сделала несколько шагов назад, собираясь развернуться и наконец покинуть коридор, как внезапно с кем-то столкнулась. Она тут же отпрянула и встала лицом к невидимой преграде. Тело её натянулось, как струна, тонкие брови нахмурились, а взгляд стал крайне сосредоточенным. Перед ней возникла фигура в чёрном. Волшебник был выше её почти на целую голову. Его чёрные волосы струились по плечам и констрастировали с бледной кожей. В тусклом свете Дарья не сразу разглядела его лицо. Из оцепенения её вывел ледяной голос: — После захода солнца посторонним не место в этой части замка, — слова отскакивали от стен. — Выход через три поворота направо. Надеюсь хоть это вы сможете сделай самостоятельно. Он сделал шаг вперёд, и огонь факела проявил собеседника. Его наружность Дарье показалась крайне неприятной: острая линия скул, длинный крючковатый нос, тонкие губы — всё это складывалось в суровый, отстранённый портрет. И эти глаза... Бездонные, чёрные, казалось, что в них застыли огранки льда. — Вы оглохли, мисс? Или ждёте, пока вам укажут на ваше место? Дарья вздрогнула. Наваждение как рукой сняло, а в груди стала подниматься злость. Перепутать её с какой-то проходимкой! — Благодарю, не требуется, — холодно ответила она. — Я приглашена. Но, видимо, приглашения не включают в себя карту или провожатого. И своё место, — она выделила это слово, — я могу отыскать сама. Без ваших... указаний. Не дожидаясь развязки этого глупого диалога, Дарья развернулась и зашагала прочь. Сейчас было не важно, что она не знает дороги — лишь бы подальше от этого неприятного типа. Тот смотрел на её удаляющуюся спину, провёл длинным пальцем по губам и произнёс про себя: — Надменная дура... Он открыл какую-то ближайшую к нему дверь и скрылся из коридора. Дарья в очередной раз вышла в какой-то проход, шаги её уже напоминали судорожный топот. Держать самообладание было всё труднее и труднее с каждой минутой, но пока она справлялась. — Отличное начало, — шептала сама себе, — первый, кого ты встретила в этой школе, посчитал тебя за заблудившуюся овечку, да ещё и отчитал, как школьницу. Блеск! Так, спокойно, Дарья... Это просто небольшое недоразумение. Наверняка меня уже ищут. И будто в такт её мыслям откуда-то сбоку раздался встревоженный женский голос: — Консультант Ланская! Перед ней оказалась высокая женщина в тёмно-зелёной мантии и остроконечной шляпе. Она подошла ближе: — Меня зовут Минерва МакГонагалл. Прошу прощения за задержку. Я пришла в холл, но вас там не оказалось. Я подумала, вы заблудились. — Формально... так оно и было, — Дарья позволила себе смех облегчения. — Но главное, что мы нашли друг друга. Лицо у Минервы приобрело строгий вид, но в глазах были искорки теплоты. — Тогда следуем в Большой зал. Как раз успеем к началу церемонии. Входить пришлось не через главную дверь, а через ту, что стояла где-то сбоку. Впрочем, Дарья и так особо была не в настроении для всеобщего внимания. Вдвоём женщины уселись за преподавательский стол. В центр вышел директор. — Приветствую всех! — торжественно произнёс он. — Поздравляю с началом нового учебного года в школе чародейства и волшебства "Хогвартс"! Мне необходимо сообщить вам некоторые известия. Начнём с наименее приятного, но важного, — Дамблдор кашлянул и продолжал: — как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. — "Дементоры? — подумала Дарья. — В школе? Видимо, я что-то упустила в местных порядках". — Дементоры будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — И пока они здесь, — запомните хорошенько! Ни один из вас не должен покидать Хогвартс без разрешения! Дементоров невозможно обмануть или перехитрить фокусами. Они не ведают пощады. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, ни в коем случае не провоцируйте их. Весь зал замер после его слов. — Закончу я на более приятной ноте, — сказал он. — Рад представить наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя защиты от тёмных искусств. Краем глаза Дарья увидела приподнявшегося со своего места Римуса. — Во-вторых, должен напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке. И его должность займёт Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием. Хагрид так же поднялся из-за стола, чуть не опрокинув его. Дарья видела его издалека на платформе, и уже там он показался ей невероятно высоким. И лишь сейчас она наконец осознала, насколько. — Наконец самое последнее назначение! В школе будет так же присутствовать консультант по нестандартной магии —Дарья Ланская. Она будет проводить факультативы и помогать другим профессорам в учебном процессе. Подробности узнаете позже. Дарья, услышав своё имя, поднялась со своего места и почтительно кивнула учащимся. Ужин пролетел быстро. Несмотря на обилие блюд, кусок не лез в горло. Ланская заставила себя что-то пожевать, чтоб просто не свалиться в голодный обморок. Ученики начали расходиться по своим спальням, и зал опустел. Минерва, сидевшая рядом, робко тронула Дарью за плечо: — Профессор Дамблдор ожидает нас в своём кабинете для краткого брифинга после ужина, — предупредила МакГонагалл. — Надеюсь, у вас ещё остались силы? Ваш день был наверняка тяжёлый. — Всё в порядке, — Дарья немного встряхнулась. — Я готова продолжать. — Чудесно, — МакГонагалл ответила ей более тёплым тоном, одобряя собранность Дарьи. По дороге к кабинету директора они разговорились. Беседа пошла непринуждённо и быстро превратилась в диалог двух волевых, умных женщин, мгновенно узнавших в друг друге родственный дух. Дарья, с её прямотой, лишённой наглости, и острым умом, чем-то напомнила Минерве её самой себя в молодости — такой же целеустремлённой и не боявшейся своей силы. О Минерве Дарья знала и ранее, но только как об авторе нескольких впечатляющих работ по трансфигурации. И признаться честно, Минерва располагала к себе и как человек. Вдвоём они поднялись в директорскую башню, к статуе горгульи. МакГонагалл сделала шаг вперёд и громко произнесла: — Лимонный щербет! Горгулья чуть отъехала в сторону, открывая винтовую лестницу, ведущую в кабинет директора. Войдя внутрь, ведьмы застали там уже собравшийся преподавательский состав, все взгляды разом обратились к новоприбывшей. Дарья мгновенно услышала запах старого пергамента и лимонных леденцов. За большим столом, кроме самого Дамблдора, сидели несколько человек: румяная полноватая женщина в запачканной землёй мантии, маленький и нервный волшебник с пенсне на носу, рядом с ним сидел профессор Люпин. Увидев друг друга, Дарья и Римус улыбнулись. И в самом отдалённом углу комнаты сидел угрюмый мужчина в чёрном. Он сидел в тени, его поза была напряжённой, его глаза пронзили Дарью взглядом, полным откровенного презрения. Ланская мгновенно признала в нём грубияна в коридоре. — А вот и наши дамы! — раздался бархатный голос Дамблдора. — Добро пожаловать в Хогвартс, дорогая Дарья Ланская. Позвольте представить вас нашим светилам... Директор практически щебетал, Ланской сразу показалось это странным, будто он не так прост, как может показаться на первый взгляд. — ...Консультант Ланская является нашей коллегой из России и специализируется на эскпериментальной магии. С этого семестра она будет участвовать в учебном процессе, внедряя дополнительные техники к базовым дисциплинам. — Мисс... Ланская, — вдруг произнёс мужчина в чёрном, отделяясь от тени. Его голос был низким, размеренным, но каждое слово было пропитано ядом, завёрнутое в милую оболочку напускной учтивости. — "Опять ты..." — зло подумала Дарья. Он даже не встал, а лишь откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди, и продолжил: — Какое... неожиданное пополнение нашего скромного коллектива. Позвольте поинтересоваться, русская школа зельеварения... она сильно отличается от той, что принята в цивилизованном мире? Или вы просто предпочитаете полагаться на... экзотические ингредиенты вместо проверенных методик? — Слово "русская" он произнёс с такой интонацией, будто оно означало что-то очень неприличное. Чёрные глаза буравили волшебницу, выискивая слабость или тень неуверенности. В кабинете сразу же наступила неловкая пауза. Спраут потупила взгляд, делая вид, что поправляет шляпу. И без того нервный Флитвик слегка закашлялся. Люпин зажмурился на секунду, как от яркого света. Губы МакГонагалл сжались в тончайшую полоску, а в глазах сверкнуло напряжение. Даже Дамблдор, наблюдавший за этой сценой поверх очков-полумесяцев, не вмешивался, но его взгляд стал заинтересованно-оценивающим. Дарья едва заметно вздохнула, будто устала от такой предсказуемой враждебности. Где-то глубоко под кожей, на плечах, снова затрепетал глиф, отзываясь на сгустившуюся в воздухе магию неприязни. Но в её глазах, вопреки ожиданиям, вспыхнул азарт. — Профессор, — она встретила его взгляд ледяным взором, — в цивилизованном, как вы выразились, мире нередко забывают, что магия не имеет границ. Она как вода, заполняющая сосуд, — её слова отлетали от стен, акцент мгновенно приобрёл чеканную жёсткость. — Ваши методики... безупречны. Скажем, как хороший скальпель. — Она сделала паузу, давая словам заполнить пространство. — Но иногда для сложной операции нужен не только скальпель, но и тонкое шитьё. Или кузнечный молот. Всё зависит от задачи. И от мастерства того, кто инструмент в руках держит. Она приподняла одну бровь, и в ней сверкнула серьга с аметистом, бросив лиловый блик на точёную скулу. — Что до ингредиентов... Экзотика — это часто просто то, к чему не привыкли. Например, сибирский женьшень, выдержанный в условиях вечной мерзлоты, даёт настойке Ясности ума совершенно иные свойства, нежели его тепличные собратья. Возможно, как-нибудь я смогу это продемонстрировать. Если, конечно, вы не боитесь... экспериментов. — Она слегка облизнула губы. Она не оправдывалась ни в коридоре, ни теперь. Её ответ был ответным уколом, парированием, предложением дуэли на её территории. Без малейшей доли обесценивания она намекнула на свои неортодоксальные методы. Уголок его рта дёрнулся. Он ожидал робости, застенчивости, но не этого. Теперь он смотрел на профессора Ланскую с удвоенным интересом. Его презрение никуда не делось, но к нему добавилась искра любопытства. — Поживём — увидим, — наконец, прошипел он, отводя взгляд, будто она мгновенно перестала представлять интерес. Но напряжение в воздухе осталось. — Сказал слепой: "Посмотрим", — прошептала она. Дерзкие слова разрезали воздух, как удар кнута. На секунду маг замер. Он медленно повернул голову к Ланской, и его глаза посмотрели на неё так, что показалось, будто температура в помещении упала на несколько градусов. Остался лишь неприкрытый гнев и ледяная ярость. Никто. Никто и никогда не смел с ним так разговаривать. Из-за спины Дарьи раздался тихий звук, похожий на икоту, который профессор Флитвик обратил в кашель. Профессор Спраут, покраснев, отвернулась куда-то в сторону, с крайним интересом разглядывая корешки книг. Люпин изо всех сил сжал край потрёпанной мантии. Даже на лице Минервы МакГонагалл, которую студенты считали лишённой чувства юмора, промелькнула едва заметная, торжествующая улыбка, однако сразу же тщательно скрытая. Дамблдор мирно сложил руки на животе, и его глаза на секунду подмигнули Дарье поверх очков. Мужчина встал из-за стола медленным, почти змеиным движением, полным скрытой угрозы. — Кажется, гостья из-за моря привезла с собой не только экзотические методики, — его взгляд прожигал насквозь, — но и исключительные манеры... Надеюсь, ваше мастерство в искусстве зельеварения столь же... выразительно, как и ваш язык, мисс Ланская. Ибо в этих стенах мы ценим прежде всего результаты, а не дешёвые острословия. Он бросил на неё последний, уничтожающий взгляд, обещающий крупные неприятности, и, развернувшись, вышел из кабинета. Дарья, стоя в лёгком недоумении, перевела взгляд на директора. — Это... — неловко начала она. — Профессор Северус Снейп, — мягко сказал Дамблдор. — Северус Снейп, — прошептала Дарья, пробуя это шипящее имя на вкус. В наступившей тишине Дамблдор мирно прочистил горло и продолжил, как ни в чём не бывало: — Что ж, — сказал он, и в его голосе звенела тихая уверенность. — Думаю, наш учебный год обещает быть самым интересным за долгое время. Добро пожаловать в Хогвартс, дорогая Дарья. Искренне рад вашему прибытию.