No, we did not ask for this

      — Ты никогда не жалела? — спрашивает её Щербатая, и Синяя Звезда вздрагивает, пойманная на месте преступления.       — Что?       Они на Совете, но предводители ещё не завели речь о приростах и потерях; есть несколько мгновений, чтобы, усевшись в стороне от радостной приветственной сутолоки, окинуть поляну у Четырёх деревьев долгим, пристальным взглядом, выискивая кое-кого в толпе.       На этот раз Синей Звезде повезло: Метеор взял с собой и Камня, и Невидимку. Это случается не так уж часто, гораздо чаще ей не везёт. Она может лунами не видеть одного из своих детей, если не обоих. Расстояние между ними измеряется не только кошачьими хвостами — от одного лагеря до другого, но ещё и днями, прожитыми друг без друга. Лунами, сезонами… С каждым мгновением они друг от друга всё дальше, становятся всё более чужими друг другу, если это вообще возможно.       — Ты никогда не жалела? — терпеливо повторяет Щербатая. — Что тебе пришлось отказаться от своих детей? — Синяя Звезда смотрит на неё в молчаливом недоумении, словно не в силах очнуться от странного сна. Она никогда и никому об этом не рассказывала. Насколько легко было догадаться? Прежде, чем она успевает об этом задуматься и испугаться, Щербатая объясняет: — Целительницы в таком разбираются. Целительницы и, — добавляет она, помедлив, — те, кто тоже однажды нарушил Воинский закон, а потом отказался от своих котят, чтобы исправить причинённый по глупости вред. Слышать об этом Синей Звезде в новинку, но она старается ничем не выдать своего изумления. Предводительницам тоже положено в таком разбираться. Но в последнее время её дни поглощает глухая тоска по выросшим, никогда не знавшим её детям, а на дела племени остаётся всё меньше времени, да и сил.       — Кто? — такой обыденный вопрос, словно речь не идёт о самой страшной тайне, которая только может быть у лесной воительницы. Словно они не на Совете, где их окружает слишком большое количество любопытных ушей, которые отпетые сплетники всегда держат на макушке.       — Хвостолом, — фыркает Щербатая. — Ни за что не поверю, что ты сама не догадалась, — признаться честно, Синяя Звезда обращала внимание на странную нежность, с которой Щербатая относится к павшему предводителю, но списывала её на долг чести перед бывшим соплеменником, более того, предводителем. Если бы всё в жизни можно было объяснить и оправдать так просто — долгом и честью, верным служением при любых обстоятельствах… — А это твои?       Кончиком хвоста она указывает на легко, словно рыбки вниз по течению, скользящих меж котов на поляне Камня и Невидимку. Сходство действительно бросается в глаза, и Синяя Звезда в который раз молчаливо возносит благодарность Звёздным предкам за то, что никто ни разу не обратил на него внимания. Хотя, можно ли благодарить звёзды за помощь в укрывательстве бесчестной правды?       Синяя Звезда кивает вместо ответа. Ей пора уже запрыгивать на скалу, но, уходя, она легонько трётся боком о бок Щербатой. Нет нужды даже просить сохранить эту тайну: кажется, теперь они двое навеки связаны общим грузом. Никогда бы Синяя Звезда не подумала, что ей будет с кем разделить эту ношу. Должна ли она возблагодарить Звёздное племя ещё и за это?       Скольким же она обязана предкам?

…

      Если в чём Синяя Звезда и знает толк — как воительница и как предводительница, — так это в том, как выглядят смертельные раны. Но ей хватает одного взгляда на угрюмую морду Щербатой, чтобы принять решение промолчать. Всего лишь ещё одна ложь, ну ладно, недоговорка, тишина вместо слов — словно ещё одна капля в бурном потоке. Если когда-нибудь всё и вскроется, какая разница, будет среди секретов одним больше или одним меньше?       Да и зачем племени знать, от чего на самом деле умер Хвостолом?       Даже самой Синей Звезде незачем.       У неё есть неоспоримое доказательство того, что верность её целительницы Грозовому племени нерушима, а большего ей и не требуется.