Сборник зарисовок по ДнД

      Воздух в горах был холодным, колким и невероятно чистым. Каждый выдох превращался в маленькое облачко, которое тут же разрывалось ледяным ветерком, дующим с заснеженных вершин. Дорога, больше похожая на колею, пробитая редкими торговыми караванами, вилась серой лентой по склону, утопая в сугробах по краям. Снег хрустел под сапогами и копытами, мелодично и монотонно, заглушая все остальные звуки мира. Четверо фигур, закутанных в плащи и меха, неспешно двигались против ветра. Впереди шел Элдан, его латы, некогда сиявшие под солнцем прибрежного королевства, теперь были матовыми от инея и мелкой ледяной крошки. На его спине красовался тяжелый щит с изображением молнии — символом Ирониуса, бога рыцарства, справедливости, чести, войны, отваги и доблести. Несмотря на усталость, он держался прямо, его молодое, еще не обветренное жизнью лицо было серьезным и внимательным. Сзади, словно охраняя тыл, шла Моргана. Высокая, статная женщина в практичной, лишенной украшений кольчуге, с длинным мечом за спиной. Ее темные волосы, заплетенные в тугую и сложную косу, выглядели инеевой короной. Ее карие глаза, привыкшие к далеким горизонтам и бликам на клинке, без устали сканировали окрестные скалы, выискивая малейшую угрозу. Между ними, будто два ярких цветка, пробивающихся сквозь снег, двигались Лора и Илви. Лора, жрица Часовни Тихих Слез, куталась в белоснежный плащ с меховой оторочкой, почти сливавшийся с пейзажем. Из-под капюшона выбивались пряди волос цвета спелой пшеницы. В руках она сжимала посох, увенчанный серебряным символом богини Мары — слезой, заключенной в кристалл. Она шла, опустив голову, бормоча молитвы, чтобы ступать по снегу легче. А Илви… Илви, казалось, была порождением самой этой зимней сказки. Друидка из далеких северных чащ, она не куталась от холода, а, казалось, обнимала его. Ее легкая одежда из оленьих шкур и плащ из волчьего меха выглядели куда уместнее лат. Ее рыжие, как осенняя листва, волосы были распущены, и в них запутались несколько снежинок. Она то шла рядом с группой, то отбегала в сторону, чтобы потрогать обледеневшую ветку сосны или проследить за заячьим следом, ее зеленые глаза сияли безудержной радостью бытия. Молчание первым нарушил Элдан, обернувшись к своим спутникам:       — По карте, до Фростфирда должно быть не больше дня пути. Надеюсь, в этой таверне «Замерзший грифон» обещанный очаг и горячий эль не являются лишь плодом буйной фантазии картографа.       — После трех дней в этих горах, — проворчала Моргана, поправляя рукоять меча, — я готова удовлетвориться просто дырой в снегу, где нет этого пронизывающего ветра. Но эль, да, эль был бы прекрасен.       — О, не ной, дорогая, — пропела Илви, подпрыгивая на ходу, чтобы сбить снег с ветки ели. — Ветер поет тебе песню, а снег целует щеки! Разве это не чудесно? Чувствуй жизнь!       — Я чувствую, как жизнь медленно покидает мои пальцы на ногах, Илви, — парировала Моргана, но в углах ее губ дрогнула едва заметная улыбка. — Не все рождены медведями-полярниками.       — Маре следовало бы даровать своим служителям хоть капельку стойкости к холоду, — вздохнула Лора, потирая руки. — Мои молитвы сегодня должны согревать лишь мою душу, а не тело. И это несколько несправедливо. Элдан обернулся к ней, и его лицо озарилось теплой, искренней улыбкой.       — Не беспокойся, Лора. Как только мы доберемся до города, я первым делом закажу для тебя самый большой кувшин глинтвейна с пряностями. Мое слово паладина. Лора зарделась еще сильнее и уткнулась носом в воротник плаща, пробормотав что-то вроде: «Это было бы мило…» Илви, наблюдая за этой сценой, лукаво подмигнула Моргане. Та в ответ лишь покачала головой и закатила глаза, но взгляд ее на спину молодого паладина был мягким и… немного грустным.       — Элдан, твое рыцарское слово — это, конечно, незыблемо, — сказала Илви, догоняя его, — но я бы предпочла большой кусок жареной оленины. Желательно, чтобы от него еще шел пар. Я чувствую, как в этих скалах кто-то толстый и съедобный точно есть.       — Ты чувствуешь это своими магическими чувствами или просто голодным желудком? — поинтересовалась Моргана.       — И то, и другое! — радостно ответила друидка. Их беспечный смех был внезапно срезан резким, неожиданным звуком — свистом рассекаемого воздуха. *Тынг! * Металлическая стрела, дрогнув, вонзилась в дерево сосны в паре дюймов от головы Элдана. В следующее мгновение мир словно взорвался действием. Моргана уже держала в руках свой длинный меч, ее поза сменилась с усталой на боевую пантеру. Лора вскрикнула и инстинктивно подняла посох, на кристалле уже играл тревожный свет. Илви отпрыгнула в сторону, ее пальцы сложились в знакомый знак, готовые призвать силу природы. Элдан же не дрогнул. Он лишь плавным, отработанным движением снял со спины щит и принял устойчивую стойку, его глаза сузились, выискивая врага в белоснежных скалах над дорогой.       — Показывайтесь! — его голос, низкий и полный authority, гулко разнесся по ущелью. — Нападать из засады — удел трусов и гоблинов. Решите, кем вы хотите быть сегодня! Из-за камней поднялись три фигуры. Одеты они были в грязные, потертые тулупы, лица скрывали балаклавы. В руках — зазубренные топоры и самодельные луки. Типичные горные разбойники, промышляющие на дальних подступах к городам.       — О, мы уже решили, светленький, — прохрипел один из них, самый крупный, спускаясь на дорогу. Его голос звучал как скрежет камня. — Мы — те, кто заберет ваши монеты и снаряжение. А вы будете тем, кто либо отдаст это быстро, либо будет долго и мучительно замерзать здесь без всего. Выбор за вами.       — Мой выбор, — сказал Элдан, и его голос зазвенел сталью, — предложить вам разойтись и сохранить ваши жалкие жизни. Это последнее предупреждение. Разбойник лишь грубо рассмеялся.       — Трое против четверых? Считаешь, это честно? Илви щелкнула пальцами.       — О, ты плохо считаешь, мохнатый друг. Из-за спины группы раздалось угрожающее рычание. Из-за поворота, привлеченная силой друида, вышла крупная рысь. Ее глаза горели желтым огнем, а когти впились в снег. Лицо бандита под балаклавой исказилось удивлением и страхом.       — Четверо… против четверых? — переспросил он уже не так уверенно.       — Опять ошибся, — ухмыльнулась Моргана, делая шаг вперед, ее меч описал в воздухе угрожающую дугу. — Теперь это трое против пятерых. Лора выступила вперед, ее посох уперся в снег.       — Во имя Мары, Вмещающей Все Слезы, я умоляю вас, образумитесь! Не обрекайте свои души на страдания!       — Они свои души уже продали за медяки, Лора, — спокойно констатировал Элдан. — Теперь дело за нами. Первый разбойник, видимо, атаман, с проклятием ринулся на Элдана. Его топор со свистом обрушился на щит паладина, отрикошетил со снопом искр, не оставив и царапины. Элдан даже не пошатнулся.       — Моя очередь, — сказал он тихо. Его длинный меч вспыхнул в холодном воздухе ослепительным светом. Удар был не быстрым, но неотвратимым, как удар молота. Он пришелся плоской клинка по шлему нападавшего. Тот звонко грохнулся в снег, больше не двигаясь. В это время Моргана, с грацией танцовщицы, уклонилась от атаки второго бандита и ответила молниеносным тычком эфесом в его лицо. Послышался хруст, и тот с стоном рухнул на колени. Третий разбойник, увидев это, бросил лук и попытался бежать, но на его пути встала рысь. Зверь лишь издал низкое предупреждающее урчание, и бандит замер, медленно поднимая руки. Все закончилось так же быстро, как и началось. Илви подошла к своей рыси, почесала ее за ухом и что-то прошептала на ухо. Животное фыркнуло, лизнуло ей руку и бесшумно скрылось в лесу.       — Ну вот, — выдохнула Моргана, вкладывая меч в ножны. — Не самый захватывающий бой, но размяться позволил. Лора уже опустилась на колени рядом с оглушенным атаманом, ее руки засветились мягким голубоватым светом.       — Он будет жив. И у него будет ужасная головная боль, когда он очнется. Надеюсь, это послужит ему уроком. Элдан очищал клинок от налипшего снега. Он посмотрел на своих спутниц, и его лицо снова стало не суровым воином, а молодым человеком.       — Все в порядке? Никто не ранен?       — Благодаря тебе, — быстро сказала Лора, все еще не поднимая на него глаз. — Ты… ты был великолепен.       — Он просто делал свою работу, Лора, — с легкой насмешкой сказала Моргана, но ее взгляд, скользнувший по Элдану, говорил об обратном. — Как и мы все. Но да, сработано чисто. Без лишней крови.       — О! А я что? — подскочила Илви. — Моя киска тоже была великолепна! Она была такой пушистой и свирепой! Элдан рассмеялся, и этот звук грел лучше любого костра.       — Да, Илви, твоя «киска» была очень впечатляющей. Спасибо. Всем спасибо. Он подошел к связанным бандитам и оставил рядом с ними небольшой мешочек с провизией и растопку для костра.       — Чтобы не замерзли, пока не очнутся. Правосудие должно быть милосердным, где это возможно. Моргана фыркнула, но не стала спорить. Она знала его принципы. Группа снова двинулась в путь. Напряжение схлынуло, сменившись легкой эйфорией от быстрой победы. Шутки стали громче, а шаги — увереннее. Солнце начало клониться к вершинам гор, отбрасывая длинные лиловые тени. Впереди, в разломе между двумя пиками, уже угадывались огни — редкие, желтые и такие желанные.       — Кажется, я вижу Фростфирд, — сказал Элдан, указывая рукой. — Удивительно что на нас напали так близко к городу. Лора вздохнула с облегчением. Илви принялась мечтательно перечислять все яства, которые она собирается съесть. Моргана лишь молча кивнула, ее мысли уже были в городе, где их ждала не просто таверна, а новая работа, новые опасности и тайны, скрытые за стенами из льда и камня. А Элдан шел впереди, его силуэт четко вырисовывался на фоне заходящего солнца. И за его спиной два разных взгляда — робкий и восхищенный Лоры и сдержанный, но полный глубокой привязанности взгляд Морганы — провожали его, согревая лучше любого плаща. Их путь только начинался.