Под знаком сакуры

***

Ло передал ключи охраннику ночного клуба и только тогда позволил себе шагнуть на улицу. Воздух был сырой, неудивительно, ведь вечером был знатный ливень, даже сейчас остался мелкий осадок влаги, капли росы были на деревьях, что медленно скатывались по жёлтым листьям, падая на асфальт и куртку омеги, оставляя за собой небольшую каплю. Сегодня он освободился позже, чем обычно, на целых два задержался! Но зато сейчас можно было наблюдать красивый ландшафт, огненный рассвет. Полусонные люди постепенно выходили из домов, направляясь на работу, неуверенно шагая. Некоторые заходили в круглосуточные кафешки за кофе в надежде хорошенько взбодриться, некоторые выгуливали своих домашних животных по улицам, прихрамывая, идя за псами, что были бодрее, в отличие от их хозяинов. Шатен сунул руки в карманы, стараясь идти ровно и спокойно, но внутри всё ещё бурлила злость. Сцена с Джоном не отпускала, щёку жгло, будто это он получил пощёчину, а не нанёс её другому. — «А зачем я это сделал?..» — мелькнула мысль, но тут же он оттолкнул её, сжав зубы, — «Нет... Он заслужил. Он всегда нарывается. Он сам довёл ситуацию до такого состояния!» Улица, на которой жил Лололошка, была почти пуста, что было странно. Обычно в такое раннее утро все бегают туда-сюда, и двери не успевают закрываться, как их снова открыли. Странно, странно, но Ло больше интересовало то, что шагает быстрее обычного, будто кто-то дышит ему в затылок. Голос рассудка уверял, прямо кричал "Глупости!". Однако по сердцебиению так не скажешь.

И тогда он увидел...

На противоположной стороне дороги, в тени под рекламным щитом, стояла фигура. Капюшон, тёмные джинсы, тёмно-зелёная куртка. Слишком знакомая... Ло резко остановился. Горло пересохло, в животе неприятно потянуло. Тень не двигалась, только стояла, словно ждала. Он моргнул — и силуэт исчез. Ни шагов, ни шелеста. Пустота. — «Опять…» — едва слышно прошептал бармен, сжимая кулаки. С каждым днём эта галлюцинация становилась всё реальнее, или… это и не была галлюцинация? Он развернулся и почти бегом пошёл в сторону подъезда, чувствуя, что стены его квартиры – единственное место, где он сможет вдохнуть хоть немного спокойствия. Но даже когда он захлопнул за собой дверь и прислонился к ней, перед глазами всё ещё стояла эта ухмылка под капюшоном. — «Блять, что ему нужно от меня?! Как мне избавиться от него? Я хочу нормальной жизни, без этого ебучего сталкера!» Ха… Может, переехать в другой город? Глупо. Он может всё равно найти по IP… Или закрыться в квартире и не выходить из неё? Было бы классно, но где мне брать еду и деньги на коммунальные услуги? А может… Нет, точно нет! Это тупо будет… Что мне делать, я не понимаю… Голова кругом идёт, будто щас свалюсь в обморок…» — омега схватился за голову, перебирая все возможные варианты, как избавиться от него, чувствуя головную боль, он поморщился, — «Аргх, как сложно… Мне нужен отдых, а Эбардо вернётся с отпуска только 27 октября, а сейчас 20… Как мне выживать ещё эту несчастную неделю? Так, спокойно… Дыши глубже, сейчас выпьешь чай, перехватишь дорояки, успокоишься и ляжешь в тёплую постель… Всё нормально…» — парень тяжело дышал. Вдох… Выдох… Вдох… Выдох… Да что-то нихрена не помогает! Тихо, спокойно, ромашковый чай и дорояки точно помогут успокоить свой пыл.. Ямасиро уже сидел на кухне, прислонившись плечом к прохладной стене, и медленно крутил в руках стакан с ромашковым чаем. Тепло кружки приятно грело ладони, пар поднимался лёгкими оболочками, смешиваясь с ароматом сладости. На тарелке рядом лежала пара дорояки, которые он приготовил ещё перед работой, позабыв о них и не поужинал. Кусая мягкий блинчик, Ямасиро невольно ощущал, как постепенно отступает напряжение. Сладость красной фасоли перебивала тяжесть воспоминаний, а тиканье настенных часов задавало странное, почти убаюкивающее спокойствие... — «Может, всё и правда зря? Накрутил себя. Видел то, чего нет…», — подумал он, глядя в янтарную глубину кружки. Японец прикрыл глаза, прислушиваясь к этой тишине. В такие минуты мир казался далёким и безопасным: просто чай, сладость во рту, тепло... И всё же где-то глубоко, под этой поверхностью, продолжала скребсти мысль о зелёной куртке, взгляде из темноты, чужом "прости" вчерашним вечером... Ямасиро тихо выдохнул и взял ещё кусочек дорояки — «Хоть что-то радует.. Чай, дорояки, никаких тревожных мыслей, паранойи, что может быть лучше этого? И надо бы научиться не думать, хоть иногда. Иначе точно с ума сойду... Так, стоп, надобно сходить в душ, а то уже второй день там не был... Но сил и так нет... Не, надо сходить хотя бы для базовой гигиены...», — парень отодвинул кружку с недопитым чаем к тарелке с дорояки, лениво поднимаясь со стула, чувствуя, как в теле разливается усталость. Он прошёлся по узкому коридору, привычно задевая плечом вешалку у двери, и направился в ванную. Щёлкнул выключатель, лампа под потолком зажглась мягким, желтоватым светом. Зеркало отразило его чуть усталое лицо, волосы, растрёпанные после работы, и глаза, в которых виднелся непонятный страх. Омега на секунду задержал свой взгляд на зеркало, всматриваясь в отражение. — Да уж… выгляжу, как будто десять лет подряд без сна… — подумал шатен, разворачиваясь к вешалке и снимая с себя свою любимую белую кофту и чёрные джинсы, кидая их в стиралку, которую он зарядит не скоро. Открыв кран, Ло подождал, пока струя станет тёплой, и шагнул в душ. Горячая вода хлынула по коже, смывая напряжение, оставшееся от вечера. Прикрыв глаза, бармен подставил лицо под поток, и на секунду показалось, будто все тяжкие мысли растворяются вместе с паром. Шум воды заглушал мысли, но ненадолго. Перед глазами вновь вспыхнуло лицо Джона, его взгляд, странно спокойный, даже когда Ло кричал. Вспомнился звук собственной пощёчины, тишина после, и ощущение, будто что-то внутри оборвалось. — Чёрт… — прошептал он и провёл рукой по лицу, — зачем всё так сложно? И почему я его вспоминаю? Он вздохнул глубже, стараясь не зацикливаться. Сосредоточился на приятных ощущениях, тепло стекающей воды, запах его любимого геля для душа, скрип кафеля под пальцами. Это было проще, чем бесконечно возвращаться к мыслям о якудзе, который словно прилип к его жизни. Пару минут он просто стоял, позволив себе расслабиться. Но вскоре выключил воду, схватил полотенце и быстро вытерся, не желая затягивать момент. Внутри поселилась пустота, усталость давила сильнее, чем тревога. Но его взгляд пал на странную мигающую штуку над вешалкой, похоже на… камеру? Всё-таки этот сталкер не соврал на счёт них… Ло быстро схватил её, активно крутя в руке, дабы рассмотреть её, однако через секунду она уже была разбита в дребезги. — «Надо поискать ещё... Но сон подождёт», — пронеслось в голове Ло, прежде чем он пулей вылетел из своей ванны. Взор пал на гостиную, с неё и начнём... Он на ходу накинул футболку, едва вытирая мокрые волосы полотенцем, и влетел в гостиную. Сердце билось часто и громко, будто он только что пробежал марафон; каждый угол комнаты, каждая тень казались подозрительными. Он поднял взгляд к потолку – ничего нет. Проверил полки с книгами, заглянул за телевизор, даже в вазу на низком столике – пусто... — Блять… — выдохнул Ло, нервно кусая губу, — где же ты? Ему вдруг почудилось, что на стене у окна мелькнул крошечный отблеск. Он резко шагнул ближе, и действительно, в углу, за гардиной, притаилась ещё одна крошечная камера, которая сжалась в его руках моментально. Осколки падали на пол, а рука омеги была в лёгких порезах, всё-таки стекло просто поцарапало, а не впилось. Ну, оно и хорошо, рука понадобится в будущем... — вот и всё, — процедил он, хотя голос дрогнул в мелкой насмешке, — можешь глазеть на пустоту, сталкер хренов... Следующие полчаса он проверял комнату за комнатой. Кухня – чисто, ни единой камеры. Спальня – только привычный полумрак и его излюбленный бардак. Он даже заглянул в шкаф и под стол, словно сталкер мог прятаться прямо там. Но больше ничего не нашёл. Усталость навалилась лавиной. Завтра продолжит, если сил хватит, или вызовет каких-то чистильщиков, чтобы отыскали остальные камеры. И Ло знал самое главное, что те две камеры – это далеко не всё, скорее всего, у него в квартире находится ещё десятки этих камер... — «Может, я и правда схожу с ума? Или он играет со мной, зная, что я найду только пару штук, а остальные будут висеть там, где я даже не догадаюсь искать…» — одна лишь эта мысль вогнала холод под кожу, но глаза уже закрывались, тело требовало покоя. Он лёг на бок, подтянув колени ближе к груди. В комнате стояла тишина, только сквозь приоткрытое окно доносился ночной ветер. — Завтра, — пробормотал он, едва ворочая языком, — завтра разберусь… точно… — эти слова стали последними. Веки уже давно тяжело опустились, дыхание выровнялось, и он наконец позволил себе провалиться в глубокий сон...

***

— Ну чёрт меня побрал! Что мне делать теперь? Что ему говорить?.. Если я сейчас зайду туда, то он точно пошлёт меня куда подальше, а в худшем случае вообще в чёрный список внесёт, и тогда придётся мне не сладко... Аргх, зачем я начал ссориться с ним... Мог же просто промолчать или перевести тему, хотя, это вряд ли... А вообще, что мне реально ему говорить? "Прости меня, идиота, я не был прав", "Я так больше не буду, честно!", "Я изменюсь рад и тебя только..." — говорил сам себе Джон, сидя возле ночного клуба, где сидел его "суженный". Но вдруг его осенила мысль, — Стоп... "Я изменюсь ради тебя..." Хм... Что-то в этом есть, но это сюда не подходит... — он встал, отряхивая свою белоснежную куртку от пыли, медленно обходя его, — так, всё, что будет, то будет... Клуб в тот вечер казался особенно душным. Воздух был пропитан алкоголем, сладкими феромонами альф и омег и чужими голосами. Музыка била ритмом в грудь, но Лололошка не слышал её. Он слышал только собственные мысли, такие сбивчивые, нервные, аж мурашки по коже от них... Он стоял за стойкой, ловко перемешивая безалкогольный коктейль в шейкере, но движение казалось слишком быстрым, резким, даже крышка едва ли не сорвалась. И Ло тихо выдохнул, прикрывая это улыбкой для клиента. Улыбка вышла натянутой, как маска, но этого хватило, чтобы посетитель ничего не заметил. — «Держись. Никто не должен видеть, что ты устал, потерпи...» — сказал он себе, возвращая стакан на стойку. Он всегда гордился этим – умением держать лицо в нужных моментах. Даже когда внутри всё горело или рушилось, внешне он оставался холодным, спокойным. Бармен без эмоций – именно такого здесь и ждали. Только вот сейчас это спокойствие давалось дороже, чем когда-либо... Слишком многое накопилось. Эта тень в зелёной куртке, что мелькает в неподходящих моментах, чёртовы камеры, одна из которых оказалась прямо у его носа... Всё это наслаивалось одно на другое, превращая голову в клокочущий котёл. А теперь ещё и Джон. Этот идиот с его самодовольной улыбкой, с его манерой вторгаться туда, куда его не просят, ну безобразие какое! Хотя, он же якудза, они все такие. Голубоглазый до сих пор чувствовал неприятный осадок от их последней перепалки. Вспышка, крик, нож в руке… Но Джон будто специально нажимал на самые больные точки, доводя до криков. Наливая очередной виски с содовой, он мысленно повторял одно и то же. — «Не думай о нём. Не думай. Работай, забудь его как страшный сон. Ты высказался, всё нормально…» — однако получалось плохо. Каждый раз, когда дверь открывалась, Ло вскидывал взгляд, будто рефлекс. И каждый раз внутри что-то обрывалось от ожидания. Он машинально протирал стойку, когда дверь хлопнула громче, чем обычно. Сквозняк разогнал дым от сигарет и на секунду остудил воздух. Ло поднял взгляд и увидел.

Белая куртка.

Сердце ухнуло в пятки. Пальцы сами собой сжали тряпку так, что она чуть не порвалась. — «Вот и он… Зачем он сюда пришел, что ему не ясно было в прошлый раз?» Казалось, даже клуб отреагировал. Люди у входа обернулись, музыка будто приглушилась, или это было всего лишь его восприятие. Но для Ло мир сузился до этой одной фигуры. Джон стоял в дверях, чуть прищурившись от света. Его взгляд скользил по толпе, будто он кого-то искал. И Ло знал, кого именно. — «Не смотри. Делай вид, что тебе всё равно, пусть ищет, пусть бесится», — резко отвернувшись, пытаясь сосредоточиться на бутылках, думал Ло. Он наливал напитки, будто ничего не произошло, руки двигались по памяти, привычно, но пальцы всё равно подрагивали. Он боялся не хотел поднимать глаза. Когда же он всё-таки позволил себе украдкой взглянуть, то увидел.. Джон пробирается через толпу, его глаза уже зацепились за стойку. Прямо за него. — «Чёрт… нет-нет-нет, только не сюда, чертила рыжая…» — внутри всё сжалось, он готов был провалиться под землю, лишь бы не говорить с ним. Именно в этот момент кто-то из клиентов что-то спросил. Ло даже не расслышал слова. Он кивнул, пробормотал что-то на автомате и снова отвёл взгляд. Джон был уже ближе. Его фигура выделялась даже в этой толпе, прямой силуэт, уверенная походка. На фоне пьяных, шумных посетителей он казался слишком собранным, чужим по сравнению с ними. — «Не смей показывать, что тебе не всё равно, не смей, Ло!» — однако сердце прямо-таки билось в виски, злость перемешивалась с тревогой, — «Как же он меня бесит…» Джон остановился прямо у стойки. Несколько секунд он молча смотрел на Ло, словно взвешивая, что сказать. А сам Лололошка специально не поднимал головы, протирал стакан, как будто сосредоточен на этом до последней капли. — Эй… Ло, — наконец сказал Джон, и голос его прозвучал тише, чем обычно. — Я занят, заказывай либо уходи, не мешайся под ногами, — у Ло аж дрогнула рука. Сразу же поставил стакан на полку и холодно бросил. Он сам удивился, как резко это прозвучало, но в глубине души почувствовал облегчение. Слова, наконец, прорвались наружу, так ещё и какие… шик и блеск. — Я пришёл не за выпивкой, — Джон чуть нахмурился, но не отступил, — я с тобой хочу поговорить. — Какая неожиданность. Тогда тебе точно не сюда, — Ло усмехнулся, даже не глядя на него, цокая бокалами. Внутри же его трясло от злости. Он хотел, чтобы Джон ушёл, хотел, чтобы он замолчал навсегда. — Ло… — он произнёс это так, будто пытался смягчить каждую букву, — я должен… — Не должен, — перебил его Ло, наконец поднимая глаза. Взгляд у него был холодный, стальной, — ничего ты мне не должен, Джон-сан. И на этом моменте в клубе словно стало слишком тихо. Даже музыка на фоне не заглушала напряжения между ними. Люди за стойкой настороженно оглянулись, улавливая конфликт, попутно попивая свои напитки, ожидая чего-то большего. Ло почувствовал это внимание. И это придало ему сил и уверенности в своих словах, о которых он точно не пожалеет. — Хочешь поговорить – поговори сам с собой. А вообще, поздно. Упустил шанс, — чуть ближе склонил голову Ямасиро, голос его был резким, но тихим, так что слышал только Джон. И в ту секунду, когда он произнёс это, Ло понял – он сказал больше, чем хотел. Признал, что этот шанс вообще существовал. Джон замер, его лицо дрогнуло, и в глазах мелькнула боль. И именно на этом моменте Ло отвернулся, демонстративно переключаясь на следующего клиента. — Всё. Разговор окончен, Джон, если это всё, уходи…