Дополнительный сюжет. Глава 5.
31 августа 2025 г., 12:02
Примечания:
В главе появится персонаж, никак не относящийся к каноничному сюжету. Это личный персонаж, о котором вы узнаете больше в следующих главах.
Приятного прочтения!
Очередной конец. Дополнительный сюжет.
Глава V
Бесовское непослушание
Танджиро не раз пытался сбежать, не раз думал о своих близких, о своих друзьях...Ему было страшно думать о том, как горюет его сестра, как за него волнуется учитель. А его друзья? Его друзья теперь здесь, вместе с ним. Каждый день он засыпал и просыпался с чувством вины. Камадо разъедали мысли о том, что он виноват в случившемся. Если бы он не попытался сбежать тогда, если бы...Многое бы произошло, если бы всё было иначе. У Камадо было очень много вариантов своей судьбы в аду. Смириться с тем, что он никогда не вернётся в рай, стать демоном...Умереть. Нет, он не умрёт здесь. Мысли о смерти давно забылись его разуму, как только в раю появились те, кому нужна помощь и защита.
Утро. Глаз болит не так сильно...Мысли давно разъели мозг и терзают череп. Сестра...Сестра...Незуко. Как же она там одна? Одна одинёшенькая...Вот бы увидеть его хоть на миг, лишь на секунду обнять её. Вот бы она приснилась хотя бы один раз...Но в аду не снятся сны. Даже если мозг найдёт в себе силы сформулировать очередную идею, это будет походить на брызги красок и разбросаные отрывки из фильмов, что не несут в себе логической ценности.
Сестра...
***
В владениях божества пламени не спокойно. Юный парень, словно солнечный луч, исчез. Парнишка должен был вернуться к 8 вечера...Прошёл час-другой и стало понятно: Танджиро Камадо пропал.
Незуко с самого начала не хотела отпускать своего брата на прогулку. Словно что-то её настораживало..Она знала, чувствовала, что надвигается что-то страшное, зловещее.
Солнце скрылось за горизонтом, на улице темно. Дверь одной из самых дальних комнат открывается и оттуда выходит девочка-подросток. Кажется, ей 14 или 15 на вид...И тут она видит: в коридорах поднимается шум, все куда-то спешат, обсматривают этажи. Шатенка выходит из комнаты, тихонько закрывает дверь и остаётся на месте.
Что-то не так.
Рабочий день у прислуживающих людей давно закончен. Они должны направляться в свои комнаты и спать...Но даже днём не бывает такой суеты.
Что-то не так.
— Незуко, милая, мы нигде не можем найти твоего брата! Он не приходил?— вдруг, заметив Незуко, потупившуюся в сторонке, к ней подбегает одна из прислуги.
Подросток хмурится, отрицательно качает головой...Служанка лишь вздыхает и быстрым шагом удаляется вглубь коридора.
Девочка остаётся на месте. Думает, осознает...И вдруг страх накрывает её тело. Она срывается с места и начинает бежать. Места и пейзажи быстро меняются перед её лицом, она не замечает окружающих. Вечерний холод бьёт в лицо юной девушки, когда она выбегает на улицу, быстро распахнув парадные двери. Она ничего не слышала, только знала...Знала, где находится её брат. Он в глубинах ада. Он уже там.
Ещё немного, совсем немного и юная Камадо добежит до границы рая, скрывшись в глубинах параллельного мира, что несёт в себе лишь опасность и постоянный страх за свою жизнь...Там всегда пахнет кровью, там всегда жарко.
Незуко—демон. Пробежать с одного конца рая в другой для неё не проблема, она оказалась там чуть ли не за считанные секунды. Но её останавливают. Чьи-то крепкие руки хватают девочку за плечи, загородив путь для бегства.
— Куда это ты бежишь в такое время? Кёджуро знает, что ты здесь?
Это демон...Высшая луна. Несмотря на сильное и крепкое телосложение, он был обычного роста и, судя по всему, единственный, кто не лишился собственного чувства достоинства. Тело демона было разрисовано полосчатыми узорами, напоминавшие татуировки, волосы розовые...Глаза прекрасно видны в тьме. Такие ярко-ярко жёлтые. Порой даже жутко, когда встречаешься с ним в тьме.
Третья высшая луна. Как давно он посещает рай без особой причны? Как давно знаком с Незуко? С Кёджуро?
Кёджуро...Где он сейчас? Он, похоже, уже успел обчесать все углы лесов рая, успел поднять на уши не только свой дворец, но и владения поблизости. Теперь юное божество ищут не только люди пламенного и он сам,но и его бывшая ученица Мицури со своим суженным Обанаем.
Шёл час..Первый, второй, третий..Ничего. Никаких результатов. И ближе к утру, когда весь рай стоял на ногах, было понятно, что в райских просторах старшего Камадо нет. Тогда божества принялись обчёсывать ад. Незаконно, конечно...Тихонько ступали на адские земли, прочёсывали леса. Спустя месяц поисков, они перестали надеяться найти хотя-бы остатки одежды Камадо.
Третья высшая луна активно принимал участие в поисках. Он являлся одним из самых приближенных лиц к Кёджуро. Его возлюбленный. Их отношения стали случайным стечением обстоятельств...Аказа просто ходил на границу рая в определённые дни, чтобы встретить пламенного и позлить его, напроситься на бой. Но, со временем, они сблизились, узнали друг друга получше. Желтоглазый стал часто посещать рай, заглядывая к пламенному божеству.
Их любовная связь стала тайной...Они полюбили друг-друга тихо, без шума и вызывающих действий. Они нашли спокойствие друг в друге. Аказа, кажется, умял былую рану, о которой давно позабыл.
<...>
Кёджуро изменился. Он потух. Ранее яркий и пылкий от страсти к жизни мужчина стал более задумчивым, тихим. Да, пламенный безусловно пытался держать себя в руках, пытаясь замять боль собственной утраты. Он улыбался, пускай не так часто, как ранее...Под его глазами появились синяки. Порой, после серии бессонных ночей, он выглядел как никогда измученно. И лишь Аказа наблюдал настоящую боль всей картины. Лишь наедине с высшей луной Кёджуро позволял себе выдохнуть и дать волю потоку чувств. Демон никогда этому не противился. Он оставался с божеством наедине. Они подолгу лежали в обнимку, тихо разговаривая о всяком. Когда Кёджуро не мог уснуть, Аказа читал ему книги. Тихонько, чтобы не напрягать уши...
Прошёл год с пропажи юнца. Многие мысленно похоронили его, некоторые надеялись на чудо. Юному составу божеств строго запрещалось приближаться к аду.
Сейчас ранняя весна. Снег ещё не растаял...В лесу можно собрать подснежников. Такие нежные и приятные цветы...Любители развеяться после нагруженного дня так и поступали. Например, младший брат Ренгоку Кёджуро и ученик Узуя Тенгена, Зеницу Агацума. Из-за того, что старшие являются близкими друзьями, их младшие товарищи так же сдружились, иногда проводили время вместе. Юноши неспеша собирали цветы. Зеницу погряз в своём активном рассказе, эмоционально повторяя ситуацию из жизни, пока Сенжуро спокойно слушал. Не сильно разговорчивый был юноша..
«Каждый день я вижу его. Словно он засел в моей голове! Я не знаю кто он, почему мне снится...Я заговорю с ним следующей ночью.»
<...>
Теперь Кёджуро не спит вообще. Его голова была забита вопросами, попытками понять, где могут находится пропавшие юноши. Каждый день мужчина уходил из дворца на поиски, каждый день он проникал в ад... Всё тщетно.
Узуй Тенген был в ярости. Он прекрасно знал, что это проделки ада. Наверняка это ад...Что скрывается в этих грёбанных дебрях?
Мужчины искали вместе...Белокурый не находил себе места, теперь он постоянно был в движении, его почти никогда не было в дворце. Даже когда он появлялся в собственных владениях, он не мог спать...Любящие жёны пытались хоть как-то его утешить. Следили за его режимом сна, за приёмом пищи. Яркое и громкое божество звука теперь в отчаянии и злости. Как же он был зол, как же зол! И ведь не полезешь в самый центр ада, чтобы просто предъявить свои претензии...Они не раз писали жалобы на самое главное лицо в аду, мол, божества пропадают и их нет в раю. Но обыски демонических дворцов не привели ни к какому результату.
Прошло 2 месяца, божества не вернулись домой.
Лишь Узуй и Кёджуро отчаянно верили, что юные живы. Всё трое...Все... — Ко мне поступили вести, что ты часто гуляешь в рай без должной причины. Скажи мне, Аказа, почему ты являешься туда без моего указа и разрешения? — А с каких это пор мне нужно разрешение, чтобы пойти в рай? Госпожа не давала таких запретов. Мрачный кабинет, ночь, свет комнатных ламп. За столом сидел Кибуцуджи...Взгляд его был строг, слова чёткие, с ноткой презрения. Напротив стола стоял Аказа. Безусловно, он был одним из любимчиков Музана, но из-за своенравного характера часто зарабатывал проблемы. Он единственный, чей разум до сих пор не был подвластен Музану. — Подбирай слова, Аказа. Я спрашиваю, почему ты ходишь в рай. — Слушайте, какая вам разница? Может мне там просто нравится у водопадов сидеть.—Вздохнув и помолчав какое-то время, Аказа глянул на дверь. — У меня так много бумажной волокиты, а вы по такому пустяку меня вызвали. Но Музан лишь неодобрительно встал с места, приблизившись к своему подчинённому. — Не забывай о своём ранге, Аказа. Ты даже не первая высшая луна, чтобы говорить со мной в таком тоне. — Я серьёзно, вы вызвали меня по пустяку. Я ухожу, всего доброго. Резкий хруст костей. Сухожилия, мышцы и ткани жестоко разорваны. На пол льётся кровь. — Нет, ты никуда не пойдёшь. Пальцы Кибуцуджи крепко сжимают волосы на голове демона. С рта луны течёт кровь. Порой он издаёт булькающие звуки, пытаясь дышать...Нос и горло заполнены кровью, что безмерно стекала на пол. Голова Третьей высшей луны была отсоединена от тела. Жестоко, резко. Аказа жив, безусловно жив. Но от резкой боли его тело упало на колени, а после и на пол, пока он хмурился от боли. Любое проявление боли от лица Кибуцуджи всегда ощущается иначе. Это всегда болезненно...От его насилия ты ощущаешь себя человеком. Куском плоти, что можно легко сломать. — Меня всегда так раздражала твоя пустая дерзость... <...> Взволнованность и настороженность. Кибуцуджи изменился...Так сильно изменился. Его манит чувство величия. Ему в радость понимать, что он владеет чем-то хрупким и подвластным ему. Тем, что может сломаться от любого не верного действия...Теперь их трое. Доума, кажется, впервые в жизни желает так стремительно отдалиться от чего-то, что вызывает у него сомнения. Демон, навеки лишённый эмоций, чувствует дискомфорт и опасность рядом с тем, в чьих объятиях нежился по вечерам. Белокурый демон был рад прикосновениям, он ликовал, когда король демонов дарил ему внимание...Но сейчас он готов раз и навсегда отказаться от этого. Отказаться от физических контактов с ним, от прикосновений, от зрительного контакта, от разговоров наедине. Нет. Неприятно. После разговора с ним появляется такой жуткий осадок...Как это описать? Это люди называют неприязнью? Странно. Неделю назад Доума без цели гулял по просторам бесконечного замка, столкнувшись со своим приятелем Аказой. Третья луна вышел из комнаты, которая была прекрасно знакома Доуме. Там находились божества...Доума знал, что очень часто они находятся в одной комнате, знал имена божеств, знал о том, чему они подвергались. Кибуцуджи рассказывал об этом, словно гордился их страданиями. Хотя, может это и так? Он безумно гордится тем, что он может причинить боль божествам, пускай и неполноценным. Демоны пересеклись взглядами. Молча, не обронив ни слова...И оба поняли, что они знают. Доума знает об этом давно, а Аказа недавно. Сегодня Доума не безмерно разгуливал по бесконечному замку. Он напрвлялся к покоям Кибуцуджи. Внутри всё как-то неприятно бурлило. Вторая высшая луна не желал туда идти...Даже его хладнокровное сердце, что ранее стучало с идентичной точностью, стало биться быстрее. Что происходит? Он взволнован? Странно. — Ты меня избегаешь. — Ах, что вы! Господин, вы ведь должны знать...Меня в последнее время так сильно запрегли письменной волокитой! Скоро лето, как-никак. — Тогда удели мне время. Я не видел тебя больше недели. Обычно, тебе лишь в радость прийти ко мне для бессмысленной болтовни. — Я бы с радостью, но...Поймите, у меня много дел. Я не могу отложить их на потом. Мы можем встретиться через пару дней? Тишина...Они сидят друг напротив друга в мягких креслах. На лице Доумы играет привычная безмятежная улыбка. Голос ласковый, спокойный. Неловкую, для луны, тишину, прервал шатен. — Ты хочешь сказать, что не хочешь меня? Странно, обычно ты никогда не отказываешься от своего лакомого кусочка.— взгляд короля демонов пронзает насквозь, пытается понять, что не так...Но он не видит. Доума такой же спокойный, как и ранее. — Нет-нет, я зашёл к вам на чай, не более...— Изобразив лёгкую задумчивость и грусть, демон вздохнкл— К шести меня ждёт госпожа Демури, вы же знаете, я не могу опоздать.. Король демонов неспешно встаёт с места и подходит к мужчине, сидящему напротив. Сейчас Доума пытался отвести взгляд, но ладонь Кибуцуджи легла на его нижнюю челюсть, устремив взгляд на себя. Демон попытался легонько отмахнуться от руки, начав неспешно вставать с места. — Не хочу её разочаровывать. Но с силой его посадили обратно, взяв за плечи. Сначала луна замялся, но остался на месте. Улыбка..Эта лёгкая улыбочка кроет в себе настороженность о всей ситуации. — Почему ты избегаешь меня, Доума? Объяснись. Сейчас же. Раньше тебе не мешало даже опоздание. — Ну что же вы, что же...Господин, я ни в коем случае вас не избегаю! Говорю же, очень много работы, я не успею выполнить всё в сроки, у меня нет никаких секретов! Не успел Доума договорить, как его резко схватили за волосы, уродуя объёмные расчёсанные локоны. — Отвечай. Не ври своему господину. Голос Музана становился громче. Он зол. Он отобрал у луны любую возможность улизнуть... Рефлекторно белокурый обвил запястье мужчины своей ладонью, шокированно раскрыв глаза. Зоркий глаз Музана мог запреметить, как на мгновение блондин ужаснулся, а после, вновь натянул улыбчивую вежливость на лицо. — Ох, стал бы я вам врать! Прошу вас, успокойтесь, вы явно надумали лишнего...Мне нет смысла что-то скрывать от вас! Эта интонация хорошо знакома шатену. Мелодичная, спокойная..Пользуясь своим нежным голосом, высшая луна призывал его одуматься. Он всегда лепетал таким тоном, когда желал достигнуть своего. — Не смей льстить мне! Кровь закипала в демонических жилах, клыки выглядывали в злом оскале. Музан был непреклонен, отмахиваясь от всех утешительных, сладких слов.— Доума.. Ты знаешь что будет, если ты решишь пойти против меня. Ты знаешь что стало с третьей высшей луной.—Свободная ладонь льнула к торсу Доумы, с неприемлемой в данном контексте нежностью огладила напряженные мышцы и опустилась вниз. Пальцы стали утягивать с собой край его штанов.—Не сомневайся, я сделаю это и с тобой, если ты помешаешь мне. Доума было хотел отговориться, хоть как-то себя оправдать...Одно лишь воспоминание о том, как он застал голову своего товарища, прикреплённой к главному порталу замка Кибуцуджи, заставило его сглотнуть накопившийся ком в горле. Доуму уже давно напрягает одержимость Музана, его идея, его власть...Это сведёт его с ума. —...О, знаю..Конечно знаю. Как же он застал это зрелище? Совершенно случайно. В тот день он торопливо направлялся в замок шатена, уткнувшись в бумаги и клевая носом на ходу. Подходя к массивным дверям нечто капнуло на его макушку. Мужчине подумалось: "неужели дождь?". Но следующая капля пришлась на документы, оставляя после себя алый оттенок, впитываясь в тонкую бумагу. Смутившись, брюнет поднял голову и пожалел об этом, как только совершил это действие. Уже как неделю пропавшая третья высшая луна красовалась на выступе объёмной лепнины готического замка. Но, там была лишь голова, жестоко вырванная из суставов и сухожилий.. Предупреждение о непослушании. — Знаете, я сглупил..Встреча может подождать..Я так давно не уделял вам время в постели. И с каких же пор Доума стал таким нервным? С каких пор бесчувственный демон, что кравожадно измывался над людскими душами, начал так трястись за свою жизнь и судьбу? За жизнь своих коллег? Гнев охватил высшего демона. Жажда власти и величия затмила его взор, убила в нём всю мораль, превратила прежде честного и чуткого главу высших лун в монстра. В нём больше не было милосердия, только власть и жизни невинных, молодых божеств. — Разве ты не понимаешь? В наших руках такая сила, такая власть.. Еще немного и мы свергнем богов с престола! Фанатичный шепот приходился Доуме в шею, сменяясь резкими поцелуями. Отстраняясь, он смотрел в глаза высшей луне, и в красных радужках читалось безумие. Проклятие, будто сама тьма завладела его душой. Руки лихо лишали его одежды, грубо укладывая на кровать, занимая доминирующую роль. Делал Доуму особенно беспомощным в чужих руках. — Я дам тебе всё.. Мы с тобой будем непобедимы. Мы сильнее. Мы будем править этим жалким миром.. Мы станем сильнее самой Демури. Впервые в жизни высшая луна испытывает такое замешательство. Он привык нагло врать в лицо, не отдавая себя правде...Но даже в такой накалённой обстановке его ладони не поддавались лживым жестам. Настань этот момент 3 месяца назад, на ушко Музану давно бы шептали ласковые речи, разгоняя жар по телу. Они бы были голые, рвали друг на друге одежду в порыве мучительно ожидания прикосновений тел. Они бы наслаждались друг-другом, упивались экстазом...Что же произошло сейчас? Между ними царит лишь наигранная страсть и подчинение, пока один из них даже близко не желает находиться в этой постели. — Да, мы сильнее, безусловно сильнее..—И лишь тихим шёпотом блондин соглашался с Кибуцуджи. Соглашался, да бы не злить, да бы понизить это жаркое желание власти и контроля. А в мыслях крутилось лишь одно: "что же с тобой стало?"—О, думаю, Демури будет в ярости..Но эта девчонка нам не помеха. Лишь сейчас бледные пальцы соизволили потянуться к пуговицам на рубашке Музана, торопливо расстегивая их. Доума врал. Врал телом, душой, словами...Мыслями. Он потерян во лжи, погряз в этом вязком болоте. Всё для того, лишь бы не злить...Лишь бы дать ему желаемое. *** По окончанию грязного слияния душ, Доума, как и обычно, быстро сходил в ванну, а после, одевшись, покинул покои Кибуцуджи. У него ведь много работы...Ах, кому же он врёт? Нет у него никакого завала на работе. Ему не хотелось находиться в одной комнате с Музаном. Ему не хотелось делить с ним ложе. Даже как-то неприятно...Словно ничего не произошло, но что-то явно изменилось.
