In Pale Blood

Тейлор затаилась за низкой стеной на верхнем уровне парковки, напротив главного здания «Медхолла». Всё могло оказаться сложнее, чем она думала изначально. Здания в более благополучных кварталах центра города были куда труднее для её передвижений. Меньше пожарных лестниц и кирпичных фасадов, по которым легко забираться, и больше небоскрёбов с перепадами высот. Прыжки на один-два этажа не сильно помогали в условиях стеклянных башен. К тому же фасад «Медхолла» почти ничего ей не давал. Гладкие стены из отражающего стекла, сужающиеся только на уровне, гораздо выше всех соседних зданий. По крайней мере, похоже, что у них не было круглосуточных стационаров. Зона высадки с несколькими полосами перед входом пустовала. Даже с подсказками Виктора о взломе и проникновении, понять, что ждёт её внутри, было невозможно, пока она не окажется там. И тут возник главный вопрос… Идти медленно и скрытно, или быстро и громко? Разумеется, лучше скрытно. Но это может оказаться нереально. У неё не было надёжного способа обходить камеры, кроме внимательного наблюдения, а в таком месте, как «Медхолл», вряд ли было много слепых зон. Плюс охрана, выискивающая подозрительных. Долго она не протянет. А её «костюм» и был определением подозрительности. Знания Виктора намекали на способы маскировки — форма охраны или спецодежда техников. Скорее всего, не стоило заморачиваться. Даже несмотря на её рост, любой внимательный человек увидел бы подростка, играющего во взрослого. Да и лицо показывать она не собиралась. Значит, громко и быстро. Ну, или хотя бы настолько быстро, чтобы не думать о стелсе. Тейлор всё равно не нравилась мысль идти вслепую, но другого выбора не было. Экскурсий на нужные ей этажи не проводили. Оставив надежду что-то высмотреть снаружи, она осторожно перебралась к задней стороне здания и спрыгнула в переулок между ним и офисом банка. Три камеры безопасности уже смотрели прямо в этот переулок и на служебные входы. Придётся работать быстро. Двойные двери у служебного входа были прочные и, как ожидалось, заперты. Одним движением Тейлор вытащила пистолет и выстрелила. Освящённая пуля из её крови выбила в замке дыру размером с кулак. Она ждала срабатывания сигнализации, но никакой реакции не последовало. Странно. Но жаловаться она не собиралась. Тейлор рванула по коридору, на полном ходу. Над головой тянулись трубы и вентили. Надо было как можно быстрее найти исследовательские лаборатории. Может, где-то тут висит карта? Найдя лестницу, она понеслась вверх по ступеням по три за раз, пока не выбралась на этаж, чтобы сориентироваться. Теперь всё выглядело приличнее: вместо труб — скучные офисные перегородки и стандартные картины на стенах. Но всё ещё не то, что ей было нужно. Через несколько поворотов ей повезло. Рядом с тёмными лифтами висел указатель этажей и отделов. К сожалению, лаборатории и исследовательские отделы находились в подвале. То есть обратно вниз. Чёрт возьми. К тому же, в коридорах уже слышались голоса. На миг Тейлор подумала просто сесть в лифт. Нет, это было бы глупо. Они легко остановят его аварийной кнопкой, и всё — она в ловушке. Значит, назад по лестнице. Тейлор развернулась и побежала. Почти успела, но из бокового коридора выскочили двое охранников. Чёрт. Она и правда не хотела убивать простых охранников. Те лишь делали свою работу, а преступником здесь без вопросов была именно она. Но теперь у неё были кое-какие навыки Виктора в рукопашном бою, да и она была гораздо быстрее обычного человека. Прорваться мимо можно и без того, чтобы вырывать позвоночники. Наверное. До них оставалось десять футов, когда они заметили её — и тут же вскинули пистолеты. Никаких тазеров. «Медхолл» не экономил на охране. Интересно, это вообще законно? Тейлор развернулась вбок и перехватила стреляющую руку охранника справа, уводя ствол в сторону и с размаху вбив его пистолет в лицо второго. Она поморщилась от хруста сломанного носа под металлом. Нырнув под руку, которую держала, она пнула назад по колену, снова вздрогнув от отвратительного треска. — Прости, прости, — выдохнула она автоматически, отобрав у обоих оружие и юркнув в лестничный пролёт. Всё вышло куда грязнее, чем она рассчитывала. Тейлор перескакивала пролёты по целому этажу, быстро миновав технический уровень, где и начинала, и устремилась в подвалы. Надо было взять спортивную сумку или что-то такое. Мудрость задним числом, как всегда. Она мчалась по бежевым коридорам, пока внимание не зацепило объявление: «Продвинутая радиология и токсикология: зона 3». Подойдёт. Дверь, естественно, была заперта. Выстрел прозвучал особенно громко в тесном пространстве. Интересно, лечат ли кровавые флаконы повреждение слуха? Силы отвечали уклончиво. Тейлор распахнула дверь — и застыла. Это был самый заманчивый «шведский стол», какой она когда-либо видела. Столько оборудования! И ни малейшего способа унести всё сразу. Чёрт. К счастью, под одним из столов оказались пластиковые контейнеры. Лучше, чем ничего. Времени больше не было. Она схватила центрифугу и ещё несколько приборов, на которые её сила отозвалась приятным зудом. Тяжёлые, но с силой и адреналином в жилах это не имело значения. Хватит. Тейлор снова бросилась по коридорам, теперь уже неловко прижимая к себе пластиковый ящик с лабораторным добром. Надо было планировать лучше. Это же цирк какой-то. По ощущениям Виктора, путь, через который она вошла, уже наверняка перекрыли, поэтому она двинулась к предполагаемому входу в здания. Удача: рядом лифты и лестница. Отлично. Главный вестибюль был плохой идеей. Она поднялась на один этаж выше и выскочила в коридор. Не повезло: коридор выходил прямо на атриум, отделённый лишь стеклом. Внизу толпились охрана и полиция. Очередь выстрелов и брызги стекла обрушились на неё мгновенно. Опять огнестрел? Ни секунды колебаний? «Медхолл» будто имел свою чёртову армию. Тейлор бросилась вперёд, уворачиваясь, насколько позволял ящик с оборудованием. Блядь, блядь, блядь… Пуля царапнула икру, полоснув по мышце. Больно, но не критично. Ещё один флакон крови всё подправит. Никогда больше. Моё дело — охота. Вся эта полицейско-грабительская фигня явно проклята. Четверо охранников выскочили из-за поворота. Да чтоб вас! Они что, снимают «Крепкого орешка»? Инстинкты и память Виктора сработали первыми. Тейлор метнула контейнер по полу и прыгнула. Взбежала боком по стене, на миг оказавшись горизонтально, перпендикулярно коридору. Очередь пронеслась под ней, ещё раз продырявив плащ. Оттолкнувшись, она рухнула на ближайшего, коленом в ключицу. Тот рухнул, как сломанная кукла. Падая, Тейлор схватила за запястье стоявшего рядом с ней охранника и вырвала у него из руки пистолет. Пока оружие падало, она схватила его в воздухе и швырнула в охранника, стоявшего дальше всех по коридору, все еще пытающегося попасть в нее. Тяжелый металл с глухим стуком ударил его в лицо , и он упал. Она и мужчина под ней жестко приземлились, и она быстро перекатилась, уклоняясь от выстрела последнего вооруженного охранника. Оставшийся охранник едва прицелился, как Тейлор закрутилась на полу и пнула его по колену. Опять — мерзкий хруст. — Извини, — сказала она ещё раз, без особой надежды, что это хоть что-то изменит. Подхватив скользнувший мимо контейнер, она рванула дальше. Снаружи уже мигали синие и красные огни. В парадный выход лучше не соваться. Придётся делать выход самой. Следующий коридор вывел её к большому окну. Тейлор перехватила ящик поудобнее и выстрелила. Стекло рассыпалось на улицу. Я смогу прыгнуть так далеко реально? Придётся. Она упёрлась здоровой ногой в раму и прыгнула к парковке напротив. Удалось зацепиться за первый этаж. Свежий воздух ударил в лицо. Тейлор выдохнула с облегчением и понеслась прочь, прихватив свою тяжёлую добычу. Легкотня. Она смертельно хотела спать.

***

Эми очень нужно было поспать. Вместо этого она заперла дверь своей комнаты и бросила плащ Панацеи на пол к остальному накопившемуся белью. Когда-нибудь она это постирает. Может быть. Она плюхнулась в кресло у стола и начала рассеянно крутиться на месте. Охотник была такой… чертовски… раздражающей. Для человека, настолько неправого, она уж слишком была довольна собой. И всё же — она была готова умереть ради своих сломанных убеждений. Эми не знала, что и думать о ней. Эти чёрные глаза, которые прожигали душу, даже когда её сила держала девушку полностью в своей власти. Эти слова, звучавшие с такой правдой и искренностью, пока Эми чувствовала каждый удар её пульса и каждую химическую реакцию в мозгу. Так сделай. Бери, что хочешь, и не извиняйся. Будто Эми когда-нибудь смогла бы. Она даже не знала, чего именно хотела. Эта мысль заставила её резко выпрямиться. Ещё неделю назад она знала бы точно, что взяла бы — но никогда, никогда не могла. Стало ли лучше или хуже оттого, что теперь она не была уверена? И что это вообще значило? Эми достала флакон с кровью и долго смотрела на него. Подарок. Она осторожно открутила крышку. Раз уж мне суждено попасть в ад, так хоть получу от этого удовольствие. Эми глубоко вдохнула и обмакнула палец в загустевшую концентрированную кровь. Её глаза расширились, и пальцы вцепились в подлокотник кресла. Такого она никогда не видела. Её сила не знала, что с этим делать. Она едва могла это осознать, не то что изменить, даже если бы захотела. Ни у одного живого существа не было такой крови. Она даже не была уверена, что это всё ещё кровь. Ближайшее сравнение — стволовые клетки… если бы стволовые клетки обдолбали коксом и подключили к аккумулятору. Даже это не передавало суть алой крови. Это создала Охотник? И вводила это в своё тело? Эми потеряла счёт времени, уставившись в меняющуюся решётку — совершенное чувство, и огненная амброзия, и успокаивающий эликсир для её биочувств одновременно. Когда она наконец отдёрнула руку, её пронзило странное желание слизнуть кровь с пальца. Она не сделала этого. Потому что это была бы ужасная идея. После того как она снова закупорила флакон и вымыла руки, Эми уселась за стол и уставилась на ничем не примечательное стекло. Ей нужно было поговорить с Охотником ещё раз. Даже если не стоило. Даже если девчонка в глупой шляпе — жестокая убийца. Завтра не могло наступить достаточно быстро, и она даже не знала толком почему. Но всё вокруг стало чуть менее серым, и это было… хорошо. Ей действительно нужно было поспать. И впервые за долгое время сон пришёл быстро и легко. Эми снилось мягкое серебристое сияние и безмятежное, алое море.

***

Вместо того чтобы сразу идти домой, Тейлор направилась обратно к заброшенной больнице на территории железнодорожных складов. Электричество здесь давно отключили, но это было не страшно. С этим она могла справиться. Осторожно перешагивая через осколки стекла и мусора, устилавшие пол пустого вестибюля, Тейлор продвигалась вперёд. Иронично, но атмосфера места, похоже, отпугивала бездомных, хотя здание было относительно безопасным для ночёвки. Дело, наверное, в этих жутких, пустых смотровых и операционных. А вот Тейлор это нравилось. Место казалось действительно и окончательно заброшенным. Если здесь кто-то и был, то прятался он чертовски умело. Тейлор потратила добрых полчаса, обходя бесчисленные кабинеты и помещения, пока не нашла то, что искала. Разрушенная исследовательская лаборатория представляла собой большое помещение, длинное и не слишком широкое. Всё хоть сколько-нибудь ценное давно было вынесено или разбито, включая медные кабели в стенах. Но основные элементы профессиональной вентиляционной системы всё ещё сохранялись, а несколько лабораторных столов уцелели. Когда она всё наладит, здесь можно будет установить кузницу и выводить дым наружу. Надеюсь, это не будет слишком заметно. Да и места хватало более чем для остального её оборудования. Сейчас, правда, у неё не было сил заниматься уборкой. События прошлой ночи и сегодняшнего вечера наконец начали давить на неё. Оказывается, несколько раз получить пулю за ночь — удовольствие сомнительное. В голове плясали рецепты стимулятора на основе крови, но это придётся отложить. История с «Медхоллом» обернулась полным провалом. Врываться вслепую, плутать по коридорам, уворачиваться от пуль с ящиком лабораторного оборудования в руках. Попытки «нелетального» обезвреживания. Всё это было одним большим, грёбаным бардаком, и повторять подобное она точно не собиралась. Ей стоило просто охотиться на чудовищ. К тому же до неё дошло: она оставила там свою кровь, так что СКП без труда сопоставит факты и поймёт, что женщина в шляпе на записях камер — та же, что перебила имперцев. Чёрт. Нужно было вернуться домой, принять душ и спать до встречи с Панацеей завтра вечером. Звучало как отличный план. Придётся извиниться перед целительницей. Всё-таки вылазка в «Медхолл» была настоящим злодеянием, как ни крути. Оставив добычу в своей новом «логове», Тейлор отправилась в долгий путь назад, к Докам.

***

Она поняла, что что-то не так, как только пробралась через заднюю дверь. Просто смутное чувство. Будто всё вокруг чуть-чуть сдвинулось за то время, пока её не было. Тейлор остановилась в гостиной и огляделась, пытаясь понять источник беспокойства. Может, она просто устала. Или паранойя. Это не паранойя, если за тобой действительно охотятся. Дверь в подвал была открыта. Она точно закрывала её, уходя, а отец сам туда не спустился бы. И уж точно не оставил бы дверь настежь — учитывая, что там выставлены человеческие органы. Кто-то был в её лаборатории. Или всё ещё был там. Тейлор вытащила пистолет и тесак, ступая по деревянным ступеням как можно тише. В подвале царила темнота. Она дошла до последней ступени и вгляделась в чёрную, густую тьму. Ее чувства обострились. Тейлор резко развернулась и вскинула пистолет, нацелив его в фигуру во мраке — в ту же секунду, как та подняла арбалет. Стройная фигура в чёрных доспехах и белой хоккейной маске уставилась на неё. Костюм другой, но оружие выдало её. Призрачный Сталкер. Как она меня нашла? — Ты ведь должна быть мёртвой, Эберт. Что за хрень. Этот голос… — Хесс. Какого чёрта ты делаешь в моём доме? — сказала Тейлор, голос звучал холоднее, чем она когда-либо слышала от себя. София Хесс была Призрачным Сталкером. Всё стало на свои места. Вот почему учителя никогда не воспринимали её жалобы всерьёз. Почему трио всегда всё сходило с рук. Почему Эмма тянулась к ней. Почему София всегда была сильнее других школьников, грубее, жестче. Она всё это время была парачеловеком. Стражем. Супергероем. Что за грёбаная шутка. Кровь Тейлор должна была кипеть, но она чувствовала лишь холод. Отстранённость. С нацистами это была охота, средство достичь цели. Сейчас же — личное. София Хесс не выйдет живой из этого дома. — Эмма рассказала мне забавную историю, — издевательски произнесла София. — И я просто должна была проверить сама. Хорошо, что пришла, да, Охотник? Тейлор не ответила. Она сделала осторожный шаг влево, обходя цель по кругу. София зеркально повторила её движение. Их оружие всё ещё было направлено друг другу в лицо. — Как монстр вроде тебя оказался в Стражах? — спросила Тейлор. Ей было всё равно, но любопытство взяло верх. Ещё шаг. Ещё шаг в ответ. — Отъебись, — выплюнула София. — Думаешь, ты крутая только потому, что замочила пару нациков? Тейлор улыбнулась. — Двенадцать нациков, — поправила она. — И одного Стража. — Ты не посмеешь… — Они не знают, что ты здесь, да? — перебила её Тейлор, голос зашипел в темноте. — Не могу представить, чтобы ты рассказала им, что сделала со мной. Ты ведь тут… одна… София? — Да пошла ты… — Я помню, что значит быть одной, — продолжила Тейлор. — Запертой в металлической коробке, среди крови. Ты помнишь, София? Ведь это ты меня туда сунула. Она заметила дрожь в теле Софии, но та выпрямилась. — Я уже уложила тебя в землю однажды, Эберт, — прорычала она. — Думаю, мне понравится сделать это снова. Ни одна могила меня не удержит. Пока я могу видеть сны. — Посмотрим, — оскалилась Тейлор. Это не была весёлая улыбка. — Иди же со мной… во тьму. Обе нажали на спуск, и ночь перестала быть тихой.