Авторский напиток

      — Что вы делали? — на выдохе замучено произносит Аверс, потирая переносицу. У него в голове просто не укладывается, как такое могло произойти. Нет, ну вот как?! Всё было хорошо. Он закончил все свои дела, которые откладывал; прибрался в папках на компе, ведь там дохуя чего ненужного и старого было, и, как вишенка на торте, встретился с друзьями выпить. Но, сука, стоило отойти отлить и выкурить на улице одну сигаретку - всë. Просто всё.       Вчера       — Я отойду в туалет — бросает Паламарчук, выбираясь из-за стола. Парень лишь с начала слегка пошатывается, а потом идёт уверенно прямо в сторону выхода, где и были поблизости санузлы. Будто и не пил вовсе. Но он действительно выпил ещё немного в сравнении с другими. Вечер только начался, а бар работает до глубокой ночи. Тем более компания пока не собирается расходиться, поэтому беспокоиться не о чём. Он ещё успеет наклюкаться. Друзья тем временем продолжали сидеть и опустошать стаканы и бутылки алкоголя.       Добравшись до туалетов, быстро проскальзывает в комнатку, запирая дверь изнутри. На удивление, тут чище, чем ожидалось. Даже не наблёванно нигде. Спокойно справив нужду, моет руки и вытирает бумажными салфетками, затем идёт обратно. В голове значимых мыслей не было. Имеет ведь право расслабиться, а не думать над сведением очередного трека. Не дойдя до столика, ему на встречу попадаются Гриша с Ваней. Курить пошли на улицу и захватили с собой для компании Аверса. Тот, собственно, против и не был. Свежим воздухом подышать не помешает. За столом, значит, остались Ясюкевич и Глеб. Скучно им не будет.       Парни дружной троицей вышли из бара, отошли в сторонку, чтобы не мешать и закурили, разговаривая о чём-то. Хотели одну покурить и пойти обратно, но недалеко от них, ещё чуть дальше от заведения, стала разворачиваться какая-то потасовка между двух в зюзю пьяных мужиков. Потом к ним добавился ещё один, который пытался их разнять. Друг одного из них, наверное, но его втянули в драку. Потом ещё один и ещё… В какой-то момент их стало слишком много и точное количество мелькающих голов посчитать уже было трудно. Закончилось всё тем, что какая-то очень расфуфыренная девушка, появившаяся из ниоткуда, закричала и вся толпа обратила на неё внимание. А она “Масик, я ноготочек сломала!”. Затем к ней подлетел один из мужиков, с которого всё началось и толпа постепенно рассосалась сама. Жаль, а ведь такое представление было.       Подышав ещё пару минут свежим воздухом и посмеявшись с драки, отправились обратно. Вот заходят, вот идут к своему столу, ожидая увидеть там Сашу и Глеба, но на месте никого не оказывается. Даже больше, официант уже убирает оставшиеся стаканы и протирает поверхность. Сказать, что парни ахуели - это ничего не сказать. Потупив пару секунд взглядом в сотрудника, Смирницкий отмирает и спрашивает его, что вообще происходит и почему всё убирают.       — Так два парня, которые с вами были, оплатили всё и ушли. Если хотите - можете продолжить — спокойно и безразлично отвечает молодой паренёк, пожимая плечами.       — Н-нет, спасибо… Мы уходим — встревает Паламарчук, проходя мимо и хватая свои вещи — А те двое… — обращается вновь Саша к официанту, собравшемуся уходить — Вы видели куда они пошли после?       — Вышли из бара, а дальше не видел. Извините, мне работать надо — быстро отчеканил сотрудник и покинул их.       — Пиздец. И где их теперь искать? — спрашивает Кирсанов, следуя примеру Аверса. Он берёт свои вещи и подаёт оставшиеся Грише — Ещё и свои забрали. Лишь бы по пути не потеряли ничего — добавляет барабанщик, надевая кофту, а затем свою сумку через плечо. Если Ясюкевич потеряет паспорт, то ни в какой тур он не поедет. Да даже до Питера на поезде добраться не сможет! У Глеба, кстати, точно такая же ситуация. А паспорт за недельку вряд ли сделают. Слишком дотошные там люди сидят…       — Проверьте телефоны. Может написали кому-то… — говорит Саша, уже проверяя все соцсети и мессенджеры. Ноль сообщений от любого из них.       — Мне - нет       — Мне тоже       — Блять… — материться Аверс, стремительно идя к выходу и попутно набирая номер Ясюкевича. — Погнали около клуба поищем, если на такси куда-нибудь не умотали — кидает он и все пулей вылетают из заведения, начиная мотать головами по сторонам. Тем временем из динамика телефона слышен голос автоответчика. — Блять!       — В ту сторону точно уйти не могли — говорит Гриша, показывая на место, где была драка. Они в три пары глаз смотрели и точно бы заметили этих двоих. — Погнали пока в другую сторону пойдём… А ты продолжай до карата дозваниваться — добавляет он. Голос немного дрожит, а пальцы холодеют, хотя на улице почти двадцать пять градусов. Переживает, ведь Слем попросил приглядеть, узнав о планах на этот вечер у его солиста. Ну приглядел, получается. Точнее проглядел и прокурил. Ох, и послушает же он нотаций вдоволь…       — Вань, смотри в оба. Гриш, ты Глебу набирай пока. Саша не отвечает. До кого-нибудь дозвонится то надо… — со сбитым дыханием из-за быстрой ходьбы говорит Паламарчук, останавливаясь на перекрëстке. Гитарист послушно и быстро вытаскивает из кармана свой телефон и начинает звонить Викторову. Кирсанов же старается разглядеть знакомые силуэты.       — Как за малыми детьми, блять… — сквозь зубы шипит Аверс, по новой набирая Ясюкевича. — Говорил: ”Я не пью”, ”Да я завязал!”. Охотно верю после этого — на эмоциях добавляет он, слушая гудки.       — Давайте разделимся — предлагает Ваня, подходя к парням — Ну или подумаем, куда они могли пойти       — Зная Глеба, он точно не пошëл бы куда глаза глядят. Даже пьяным. А в той стороне нихуя нет, кроме небольших магазинчиков и жилых домов — говорит Смирницкий, отметая один из путей. Надо же сужать круг поиска и не тупо бегать по районам. Хотя тут можно пройти куда угодно. Главное знать, где и когда свернуть.       — А Саша что? — пытается думать Аверс, смотря на Кирсанова. Тот смотрит в ответ, вспоминая их совместные посиделки, но в голову ничего не приходит. — Как же тяжело — выдыхает парень и зажмуривает глаза — Почему нельзя этих двоих чипировать, чтоб геолокацию всегда знать, а?!       Гриша выпускает короткий смешок, но быстро поджимает губы. Не в данный момент. Досмеялись уже. Хотя идея неплохая. Викторов часто теряется и отключает свой телефон, чтоб не мешали, поэтому идея очень хорошая. Жаль только сейчас пришла на ум.       Ваня тем временем пытается разогнать мысль о геолокации. Что-то его зацепило в этом, но вот что именно - понять не может. Видел он тикток с геологом смешным. Подруга учится на геодезиста… Блять, не туда. Всё-таки у него СДВГшный мозг. Геолокация, геолокация…       — Может на утро найдутся? — говорит Смирницкий, потирая глаза. Он просто не видит вариантов для решения этой проблемы. Да, потом может отхватить от Серëги, но сейчас бегать и суетиться - пустая трата сил. В конце концов он настроился отдыхать в этот вечер. С одной стороны лицемерно, с другой - потерялись два взрослых мужика. А потерялись ли они?       — Ага. А потом сиди, смотри новости в телеграм каналах. Они в двоëм могут что-нибудь учудить — немного резче, чем хотел бы, ответил Саша, по новой набирая номер карата. В ответ - гудки и автоответчик. — Сука…       — А Саня же кидал геопозицию в телеге тебе, потому что ты его с вопросов “где вы” заебал? — немного неуверенно спрашивает Ваня, получая нахмуренный взгляд от Паламарчука и ничего не понимающий от Гриши. — Это ведь не так давно было, может оно до сих пор транслирует? Проверь — и кивает головой на устройство в чужих руках. Шанс, конечно, маленький, что Ясюкевич выставил время трансляции на 8 часов, но он есть. Боженька, смилуйся над ними…       — Они… Блять, где они?! — не понимает Аверс, тыкая пальцами по телефону так, будто проломить его хочет. Надо ему валерьянку подарить на такие случаи что ли…       Смирницкий и Кирсанов подходят ближе и смотрят в экран, пытаясь хоть немного сориентироваться и помочь другу. В три пары голов они внимательно наблюдают за точкой на карте и ближайших ориентирах, что направят их. Какая-то улица в честь кого-то, непонятные магазинчики…       — Ой-ё-йа-йё!… Батарейка! — кричат два парня. Голос уже хрипит, но это им не мешает кричать почти на всю улицу. Услышали где-то и заело. Один обнял за плечи, другой - за талию, и вот так идут пошатываясь из стороны в сторону. Ни разу ещё не упали, кстати.       — О-о… Смотри!… Это мои друзья… Пошли к ним — медленно и заплетающимся языком говорит один и направляет ничего не понимающего друга в сторону трёх парней. Они к ним подходят и выглядывают из-за плеча — Что ищем?       — Погоди, Сань. Пытаемся понять, где вы находитесь — грубо отвечает Аверс, отмахиваясь от лица около своего уха. Пару секунд все трое замирают, а потом разом поднимают головы в сторону человека позади. Перед их глазами открылась такая прекрасная картина, что словами не описать. Но Ясюкевич смотрит на шокированных друзей и пьяно улыбается.       — Знакомьтесь. Это мой друг - Глеб… Он такой классный… Да Глебушек? — резко повернувшись к кудрявому, спрашивает шатен у старшего. Тот мало что понимает. По заторможенной реакции понятно. Викторов поворачивает голову к карату и очень сильно кивает головой. Как он ещё на ногах держится - не понятно. Но видно одно - ему очень хорошо. Повернув голову к друзьям, поднимает свободную руку в знак приветствия. Ну хоть что-то понимает.       — В смысле новый друг? Погоди, Сань. Вы же… — пытается как-то объяснить свои мысли Гриша, но его перебивает Паламарчук.       — Вы вдвоём условно женаты почти три года! Какой “Новый друг”?! Вы что выпить успели пока нас не было?! — взрывается парень, вскидывая руки и надвигаясь на них. Кирсанов реагирует быстро и останавливает Сашу.       — Погоди ты… Они пьяные. Щас вряд ли что-то поймут. Давайте лучше в квартиру их отвезём, а утром спросим, что, да как — спокойно говорит барабанщик. Смирницкий с ним соглашается, подлетая к двум пьяным в зюзю парням и подхватывая их, так как падать начали. Аверс ещё пару секунд пыхтит от злости, потому что переживал за них, но потом фыркает и отворачивается, начиная заказывать два такси. Пять человек в одну машину не поместятся.       Через несколько минут подъехали машины, парни загрузились и поехали. Глеба и Сашу чуть не вырвало, но всё обошлось. Хотя всю дорогу они рассказывали друг о друге как о новом друге только появившемся. Со стороны это выглядело смешно. Ну четыре года вместе, а от алкоголя так память отшибло. Но что интересно: Гришу они приписали к своим друзьям и, мягко говоря, охотно с ним контактировали. Паламарчука они сторонились, а Ваня - нейтрально. Поэтому в узеньком лифте именно Смирницкий поехал с ними, чтобы те не упали или что-то такое. Уложить спать парней было очень легко. Даже странно от этого. Но хоть так. Не хватало ещё с этим помучаться. Сами пристроились на диване в гостинной. Было, конечно, неудобно, но спать хотелось сильнее. Зато утром их сразу заметили хозяины квартиры…

***

      — Да не помню я — на выдохе и так же устало отвечает карат. Он принимает бутылку минералки от Викторова и делает несколько глотков.       — Ты мне так же говорил, что не пьёшь и не будешь — цыкнул Аверс, закатывая глаза. Раздражение его можно было почувствовать даже на расстоянии.       — Да мы заказали, вроде бы, коктейлей из авторского списка — говорит Глеб, падая на диван рядом с Сашей. Удивительно, что иногда его память работает на ура, а иногда вообще никак. — Я уговорил Сашу выпить его со мной, потом куда-то ушёл и дальше не помню       — Мда… — тянет Гриша, отдалённо понимая, что за напиток они попробовали. Сам пил такое когда-то. Спойлер: ему потом было очень плохо.       — Ну было очень весело, когда вы рассказывали о себе, будто только познакомились — посмеялся Ваня, отрываясь от своего телефона — Я даже фотку успел сделать       — Блять…       — Бля-ять…       — А нехуй напиваться без нас. Это карма — огрызается Паламарчук.       — Ты как бабка у подъезда. Заебал — говорит Викторов, прикрывая глаза. Память есть, а вот головные боли никто не отменял.       Ну, теперь урок на всю жизнь - не пить какие-то авторские напитки.