Приключения в комнате родаков

«И я на это подписался? Почему я всегда такой сговорчивый? Даже если там одни мои друзья, типо только для своих, я ведь всё равно не люблю такие мероприятия,» — думал Санни, проходя смехотворно долго проходя смехотворно короткий путь до, по факту, соседского дома, где жила семья Кела и Хиро. На него как всегда снизошло позднее просветление — сначала согласился пойти на вечеринку, которую закатила весёленькая компания его друзей, а теперь потонул в сомнениях. Как его примут? А если он придёт последний? Чем они там будут заниматься? Хорошо ещё, если просто поиграют в картишки, выпьют чего-нибудь некрепкого да и расползутся спать кто куда. А ведь может быть иначе, может и до этого дойти, совершенно без преувеличений. Чего ожидать от шестнадцати-семнадцатилетних пубертатников? Когда Санёк пересёк границу двора дома Кела, до него мгновенно донёсся громкий собачий лай. Это Гектор. Да, охранять дома он умеет. Санни готов был прибить этого пса, если бы у него было достаточно силы и если бы этот пёс не принадлежал Келу. Он не относился к громким животным благосклонным образом. «Ненавижу, блин, собак,» — подумал он, и в этот раз, наверное, преувеличил. Всё же он не был таким злым, каким иногда представлял себя. Никак не заявляя о своём присутствии, он нажал на ручку входной двери. Его явно ждут — не заперто. Да они вообще когда-то хоть закрывают двери? Он вошёл внутрь и огляделся. В помещении никого, а вот сверху слышатся множественные голоса и музыка. — Что за фигню слушают… — проговорился Санни вслух, уж очень ему не нравилась попса, игравшая в комнате наверху. — Кто её вообще включил, не Кел же? Родителей братьев, по тщательным наблюдениям Санни, видимо не было дома. Оно и ожидаемо, они бы таких тусовочек терпеть не стали. Уехали, небось, в какой-нибудь кемпинг вместе с мелкой. Санёк вытер обувь об коврик у двери, снял её и поставил примерно там же. Он был очень чистоплотным мальчиком, грязь не любил. Далее он снял своё чёрное пальто (он носил его, ведь осень уже, холодно) и повесил на вешалку, где уже было полным-полно чужих шмоток; Санни узнал среди них бело-жёлтую куртку Обри. Из кухни вкусно пахло печеньем, которое там буквально несколько минут назад готовил, скорее всего, Хиро. Но еды там уже не было; собственно говоря, она была уже наверху. Туда нам и надо. Поднявшись по лестнице и некоторое время постояв в неуверенности перед дверью в общую комнату Кела и Хиро брюнет осторожно приоткрыл её и заглянул в щёлочку. Он думал, что это будет незаметно, но нет, нифига, Кел его заметил. — Подглядывать нехорошо, Санни, — весело подразнил он, подойдя к двери и посмотрев обратно через щель на гостя. — Да я не… — начал что-то мямлить тот, но дверь открылась полностью, и Кел затащил его внутрь, схватив за руку. Та самая попса заполнила уши Санни, а запах того самого печенья проник в его ноздри. Посередине комнаты на ковре находились Хиро, Бэзил и Обри. Ботаник и хулиганка молча играли в карты, лишь иногда последняя вслух жаловалась на то, что проигрывает, и что Бэзил подтасовал карты в свою пользу, а тот пытался оправдаться. Хирыч просто кайфовал, сидя в синем кресле-мешке. Тут же, на полу, стоял включённый магнитофон Кела, а рядом, на более чистом месте, два подноса, один — с печеньем, другой — с разным питьём, типа сока и газировки. — Садись тут рядышком, у нас весело, — посоветовал Кел и сам сел на коврик. — Эй, не смотри, дурень! Я и так три раунда профукала уже, — злобно заметила Обри, когда увидела, что Кел заглядывает в её карты, и толкнула его в плечо. — Три подряд, — скромно, но довольно добавил Бэзил, одновременно желавший поддеть Обри и не особо злить её. Она ничего не сказала на это. — Хорошо, что ты пришёл, Санни, — обратился к нему Хиро, — Кел без тебя тут такое вытворял, ты бы видел… Он сегодня какой-то заряженный. — Ну, такой, какой есть, вот что! — был ответ баскетболиста. Ещё каких-то пять минут назад он пытался крутить сальтухи прямо в комнате. Чего-то ему явно не хватало сегодня, так сказать. Санни присел подле них всех. И как всегда, смутные сомнения, возникавшие у него перед каждой такой волнительной встречей, постепенно развеялись, и он стал чувствовать себя если не совсем, то хотя бы частично в своей тарелке. Вдруг он ощутил у своего уха чьё-то тяжёлое дыхание, похожее на дыхание, которое бывает у людей после бега на большие дистанции. — Эй, Сан… Санни, — прошептал Кел, который подполз впритык к Саньку и обхватил его руками за плечи. Он лизнул его ухо, как пёс, прежде чем продолжить, — давай выйдем, мне надо отойти… нам надо. Что было делать Санни? Он согласился, кивнув, потом вытер мокрое ухо. Кел потянул его из помещения, провёл через коридор, и они оказались в родительской комнате, где никого не было. Шатен подтолкнул брюнета к стене недалеко от двери, которую он закрыл. После непродолжительного молчания он усмехнулся и прошептал: — Хех, Санни… у меня сегодня возникали такие странные мысли про тебя… — он опёрся одной рукой на стенку и приблизился к Санни, которому было некуда отступать. — Ты знал, насколько ты сексуальный? Действительно необычно слышать такие слова от Кела; к чему это он ведёт? У Санни сердце забилось чаще прежнего, и он не был в силах что-то ответить, да и это, видимо, не требовалось от него. Кел многозначительно помолчал. — А я знал, Санни… О-о, твои глаза, твоё милое личико, которое так и хочется расцеловать, твои прекрасные волосы, которые я так люблю гладить и запускать в них пальцы… Твои нежные маленькие ладошки, твои гладкие ножки в высоких носочках… можешь представить, почему я так часто тебя трогаю. А то, что у тебя в штанишках… ты позволишь мне туда залезть, Санни? Это был грёбаный риторический вопрос, и Кел, не ожидая ответа, положил руку на талию брюнета и схватился за край его мешковатых штанов и слегка пристустил их. Санни был в шоке и смущении. Зная его характер, Кел подумал, что не будет сильно наглеть поначалу. Он наклонился и приложился губами к губам брюнета, чтобы несколько успокоить его, а свободную руку поместил на его затылок, поглаживая его. Санни немного вышел из своего ступора и осторожно положил руки на широкие плечи Кела, не отстраняясь от поцелуя, пока шатен сам не закончил его. После смачного засоса баскетболист всё-таки спустил штаны Санни достаточно низко, чтобы они упали на пол. Он дотронулся до отчётливо заметной выпуклости в трусах Санька. — Пожалуй, сниму это, если не возражаешь, — проговорил Кел и медленно стянул с брюнета и трусы. Теперь он не мог налюбоваться на обнажившийся стоячий член Санни, небольшой (соответствующий общим размерам), но всё равно прекрасный для глаз Кела. — Лучше, чем я себе его представлял, — восхищённо пробормотал шатен, встретившись взглядом со своим другом, который тут же посмотрел в другую сторону в смущении. Если бы его лицо было видно получше, то Кел бы приметил на нём густой румянец. Он взял член брюнета в свою большую, крепкую руку, и стал пока что медленно гладить его. Санни тихонько поскулил. Кел удовлетворённо вздохнул и придвинулся ещё ближе к нему, так что почти соприкасался с его телом. Санни такого никогда ещё не чувствовал. Так чертовски приятно, просто охренительная хрень какая-то. Когда дрочишь сам — это совсем другое. Да и здесь, в непонятно какой комнате, под угрозой попасться, азарт только нарастал. Кел всего лишь чуть-чуть ускорил свои движения, а Санни уже было трудно сдерживать стоны, которые так и рвались наружу каждый раз, когда чужая рука подходила всё ближе к его головке. Свободную руку Кел просунул за Санька и положил ему на ягодицу, нежно сжав. — Такой хорошенький, — прошептал шатен, быстро поцеловав брюнета в макушку, благо его рост позволял ему так делать, — мой Санни, мой. Реакцией Санни стал страстный стон, на этот раз несдержанный им оттого, что Кел в порыве вожделения крепко стиснул его пенис, но не до боли. Всё бы шло как по маслу и дальше, если бы не одно малоприятное обстоятельство. Дверь в комнату резко распахнулась, и оттуда показалась голова Обри. Кел быстро развернулся к ней спиной, частично закрыв собой Санни. — Вы хули тут делаете, а? Везде вас ищем! — прикрикнула розововолосая девушка. Кел внаглую не перестал дрочить член слабо постанывающего Санни, сам удивившись своему упорству; хотя он, конечно, старался делать это незаметно. — Мы… — лениво промямлил он, придумывая оправдания, — я тут забыл кое-что, ищу… — А он? Он что, тоже ищет? — спросила Обри и кивнула в сторону второго парня. Санни молился, чтобы она ушла, или хотя бы чтобы Кел вёл себя поприличнее, но он вдруг стал двигать рукой вверх-вниз по члену брюнета чуть ли не в два раза быстрее прежнего. О-о-о, кульминация близился со скоростью света. Сейчас он кончит, сперма разлетится во все стороны… Так неудобно и в то же время дико приятно, отчего он непроизвольно всхлипывал и постанывал. Кел дожал его до последнего момента, но потом резко сменил движения на спокойные и плавные. Напряжение спало, и Санни хотелось взвыть от упущенного оргазма. Мокрые хлюпающие звуки от дрочки вселили в Обри некоторые подозрения. — Вы там что, сосётесь что ли?! — в шоке вскрикнула она. В обыкновенной обстановке Санни бы заволновался насчёт того, что о нём подумают люди и Обри в том числе, но сейчас его это не заботило от слова совсем. Ему хотелось лишь жёстко кончить и растаять в объятиях Кела. — Не-е-ет, ни в коем случае, — растянул баскетболист, как будто он был в какой-то дремоте. — Фу-у, да от вас гейством воняет! Я пошла! — раздражённо сказала Обри и ушла, притворно зажав нос и громко захлопнув за собой дверь. Убедившись по звуку шагов, что она ушла на совсем, Кел вернулся к своим утехам — опять принялся наяривать член Санни с завидным усердием. — Ах, мх… быстрее… — тихо попросил Санёк с ненасытным желанием в голосе, хотя он и так уже испытывал самое райское удовольствие. Но чем приятнее становилось, тем больше хотелось ещё. Кел абсолютно понимал своего друга, и теперь решил работать до талого. У него уже подустала рука, но это ничуть не ослабляло его намерение сделать Санни приятно, так что шатен принял максимальный темп движений. Сам Санни теперь вообще растерял страх и сладко стонал во весь голос в ритме с пыхтением Кела. Ему не хватало нормальных слов (как и автору), чтобы описать это экстатическое наслаждение, которое казалось ему лучшим моментом в его ранее апатичной жизни. Почему он раньше не рассмотрел в Келе такой потенциал? Санни кончил, нежно проскулив. Капли эякулянта попали на одежду Кела. Дрожащий и моментально ослабевший, брюнет повис на своём партнёре. Шатен положил его на кровать родителей и сам прилёг рядом. — Думаю, ты уже мог понять, но я всё равно скажу: я люблю тебя, Санни, так сильно люблю, — прошептал Кел на ухо брюнету, поглаживая его чёрные волосы. — Я тоже, Кел.