Больше, чем просто влечение

Не зря говорят, что влечение — яркий показатель потребностей, которые даны не каждому. У всех все совершенно различно. У кого-то трепет вызывает искусство, у кого-то кулинария и прочее. Клоны в подобном смысле ничем не отличаются от людей. И каждый уникален в таком плане. Дельту данный аспект касается тоже. Он имеет два ярких влечения — безграничная преданность к создателю и колоссальное любопытство ко всему. Неважно что именно: древний нерасшифрованный никем раннее текст, механизмы, которые многих отпугивают, а у него вызывают теплый трепет в механическом сердце, а из-за этого грудная клетка пылает и дыхание сбивается, становясь более нетерпеливым по сравнению с обычным темпом. Список его интересов можно перечислять долго, но самым глобальным для него влечением остается Дотторе. Тот, кто его создал, тот, кто наделил жизнью, тот, кем Дельта стал в будущем, тот, кто жарко берет молодого клона, облюбовывая и помечая тело со всех сторон. Именно он. Один такой. Любой другой клон не сравнится с ним. Пускай внешне будут похожи, пускай и характером тоже. Но младший срез не откажется от своих умозаключений — он зависим от создателя. Сейчас он вновь показывает свою тягу к нему. Первым же делом к кому обращается по любой проблеме — создателю, нужна помощь — создатель, нужда в хорошей и пламенно горячей ночи — создатель. Только один он, лишь один Дотторе, больше никто не нужен. Мысли в голове вертятся беспрестанно, стоит только разок упомянуть о нем, как срез мечтательно думает об своем объекте обожания. Чем можно объяснить его такую преданность? Сложно объяснить. Возможно, это заложено в его коде, а может к такому выводу клон пришел сам, проделав много анализов в своей черепушке, рассматривая и рассуждая на тему «кто такой для него создатель». Но Дельта и не жалуется, его все устраивает. Особенно, когда Дотторе уделяет ему внимание, даже мимолетное касание за ухом или плеча, легкое, но крепкое, вызывающее волну удовольствия, обыкновенная фраза на первый взгляд, но на деле имеет скрытый смысл, о котором поймут только они двоя. Сегмент в полном восторге от этих мелочей. А создатель не из глупых, но это и очевидно: пользуется бесконечным восхищением Дельты, стараясь вызывать у него забавную реакцию. Главное в этой странной связи — оба получают желаемое друг от друга, извлекают выгоду, смакуя каждый момент, проведенный рядом. Юный срез с радостью бежит к создателю, что разрешил зайти к нему и оба знали причину. Дельта знал об этом и так ясно почему. А Дотторе всего лишь наглым образом прочитал мысли того. Хотя, тут и наглостью это не назвать. Скорее воспользовался своим статусом и возможностью по отношению к своим созданиям, что не способны перечить ему ни при каких условиях, не имея власти, в отличие от их создателя. Тихие шаги раздавались по коридорам, в которых не было видно ни единой души. Только один нетерпеливый сегмент, закусивший губу от ожиданий, с пыланием в груди направляется в сторону покоев Дотторе. Добежав до долгожданной двери, молча открывает ее, не удосужась спросить, а можно ли заглянуть. Но Дельте и не надо, особенно сейчас, в такой момент эта формальность не имеет яркого значения, потому лишнее время можно не тратить. Не успел зайти, как его резка схватили за руки, болезненно сжимая запястья, потянули на себя, фиксируя их над головой, лишая возможности на сопротивления. Но их и не будет, Дельта наоборот довольно зажмурил глаза, понимая, к чему сие действие ведет, не в первый же раз переживает похожую встречу в интимной и уединенной атмосфере. Щуря алые стеклянные глаза, видит перед своим носом лицо Дотторе, что находится неприлично близко к нему. Клона прижали к стене, а значит деваться ему некуда, разве что слушаться своего ненаглядного, любуясь им и выполняя все прихоти, как хороший мальчик. — Вижу, тебя не просто так потянуло ко мне? Наверняка был соответствующий повод, — констатирует факт мужчина, плотнее прижимаясь к своему творению, направив руку ему на брюки, сжимая паховую область, ткань на которой уже была отчетливо натянута, привлекая тем самым еще больше внимания. На такое младший не сдерживает протяжного вздоха, немного отвернув голову в сторону. Все как он и любит, бархатный и властный голос над ухом сводил его разум с ума. Не удивительно, что ему не составило тяжкого труда, чтобы возбудиться. Не прошло и минуты, как губы старшего припали к оголенной шее того, начиная свою атаку укусами, после которых точно будут следы. Дельта не стыдится их, для него это как долгожданная и желаемая награда, что дана только ему и никто другой не удостоен ее. Кончики ушей краснеют, когда острые зубы впиваются и прокусывают искусственную плоть. Не сдерживаясь, сегмент выпячивает свою грудь, опрокидывая голову назад, давая больший доступ к излюбленному местечку. Через время руки клона отпустили, но это далеко не конец, а только начало развлечений на ночь. Притянув юношу к себе, мужчина без труда взял его на руки, отнеся к своему столу, предварительно позаботившись перед приходом о бумагах и прочих мелочах, что обычно спокойно лежат на нем, но сегодня будут сильно мешать и отвлекать. Нагнув юношу над столом, сам уютно устроился сзади, лапая задницу своего творения через ткань брюк. Но Дотторе оказалось мало и того. Нужно больше, нужно все и сразу, зачем церемониться. Стянув штаны и прочее, теперь Дельта красовался перед создателем с голым задом, вид которого так и просил взять грубо и жестко. Все, как они оба любят. В это же время парень вилял своей жопкой, извиваясь от поглаживаний по позвоночнику, которые вызывали мурашки по телу. Лицо Дока от этих выходок так сияло садистской улыбкой, что любого другого со стороны могло бы напугать. А вот Дельту она привлекала. Только сейчас он ее не видел и все его внимание сконцентрировано только на ощущениях. Вдруг резкий шлепок раздался по всей комнате, а срез вскрикнул. Теперь на одной из ягодиц красовался яркий красный след. Вслед за ним прилетел второй, а там и третий, потом десятый, а дальше клон сбился со счета. Но живого места на жопке совсем не осталось — вся пылала и радовала глаз создателя. — Признайся, если бы это был не я, тебе не нравилось бы такое обращение с тобой. А так, чтобы я не делал, ты все равно получаешь удовольствие. Какой же ты испорченный, Дельта, — дразнился старший, поглаживая упругие ягодицы, получая наслаждение после проделанной им работы. Вел себя, как змей искуситель, что соблазняет молодые души, а после неожиданно для них выжимает из них все, смакуя их всхлипы и стоны, только тут душа клона все прекрасно знала, потому становилось еще более соблазнительнее испробовать его тельце. К этому создатель и приступил. Плотно прижавшись к тушке, из ящика стола вытащил лубрикант — еще одно доказательство тому, что он тщательно готовился. Сняв перчатки и отложив их в сторону, выдавил небольшую каплю тягучего вещества себе на пальцы и еще немного на ягодицы среза. От холодной субстанции они блестели на свету, от чего вызывали большее желаннее скорее начать «развлечение». Прижавшись ко входу подушечками пальцев, медленно плавно начал входить в теплое нутро. Довольно облизываясь, наблюдал за мордашкой клона, которую было плохо, но видно. Тот не имеющий возможности пошевелиться, с приоткрытыми пухлыми губами еле слышно томно вздыхал, показывая то, как ему нравится. Сгибая пальцы внутри, начинает растягивать тельце под собой, припадая губами к загривку, нежно покусывая его. Пока что нежно. Надавливая на стеночки, расплывался в хищной улыбке, чувствуя, как те приветливо его принимали и никак не противились ему, будто даже наоборот умоляли зайти глубже. Так Дотторе и поступил: протолкнув пальцы дальше, раздвинул их на манеру ножниц, в ответ на что получил сдавленный стон. Начав двигать ими вперед и обратно, глядя как они появляются и пропадают в податливой дырочке. — Мне мало... создатель, прошу еще, если можно, — ни капли не смущаясь, просит большего, пыхтя под нос, жмурясь каждый раз, когда пальцы достают до простаты, оказывая нужное давление на нее. К сожалению, юный срез не может взглянуть на лица мужчины сейчас, и остается только представлять его знакомые черты лица, что так симпатизировали Дельте, пронзительный взгляд, который мог прочитать сегмента, как книгу, буквально насквозь. Задыхаясь от мыслей, закатывает глаза, высунув язычок. Создателя просить дважды не надо. В кой-то веке можно побаловать свое творением чем-то приятным, к тому же, старшему тоже это дает наслаждение. Шлепнув задницу парочку раз вновь, вынул пальцы из растянутого отверстия, получая расстроенный выдох среза. Резким движением, перевернул того на спину, чтобы отчетливо видеть личико, уделяя внимание и ему. — Думаешь, если ты чего-то хочешь, значит получаешь это? Дорогой Дельта, неужто ты забыл, кто же здесь диктует правила? Но не переживай, я напомню, — после этого послышался звук рвания ткани. Вскрикнув, клон выпучил глаза, видя то, что он теперь во рванной одежде и полностью раздетый. Шальные руки Дотторе потянулись к грудям того, грубо сжимал их, разминая и тиская. Потирая большими пальцами соски, улавливает то, как они твердеют под касаниями. Хитро ухмыляясь, гортанно посмеивается на такую реакцию. Зажав их между указательным и средним пальцами, слышит скулеж сверху. Еще не долго балуясь с ними, приспускает свои брюки и боксеры вниз, оголяя нижнюю часть. Проведя пару раз рукой по всей длине, довольно мычит, размазывая выступавший тягучий предэякулят. Закусив губу, уже не терпится выебать клона, получая желаемое. Поднеся головку ко входу, слегка дразнится и не заходит полностью. Как же он чертовски обожает это. Улавливать жалобные вздохи и всхлипы, которые так и просят, чтобы в сегмента уже вошли, страстно указывая на его место, чтобы извиваться и выгибаться перед создателем. Но долго мучить Дельту тоже не стоит, хоть и вероятность того, что он обидится очень мала, но она имеется. К тому же его мордашка выглядит симпатичной не только, когда он хныкает. Резким толчком старший вошел в податливое тельце полностью, победно выдыхая. Тепло и мягко, все как он любит. И ведь главное никто другой, кроме него, не может получить эту сладость и отзывчивость. Закинув ноги Дельты себе на плечи, сразу же начал с быстрого темпа, не давая ни единого шанса на привыкание. Зачем тратить лишнее время, когда желаемое можно взять прямо сейчас, к тому же клон сам этого хочет. Дотторе об этом знает, он видит мысли младшего, каждую его грязную идею, все его соблазнительные хотелки, о которых никто другой догадаться не сможет. Дельта предстает таким послушным только перед создателем, никому больше не дана возможность увидеть его таким же. Вонзаясь глубже в дырочку, по комнате раздаются характерные шлепки бедер об задницу, такие влажные и неутомимые. Руки переместились на ляжки создания, крепко сдавливая их до синяков, но кого это волнует. Слезящиеся глаза клона и его высунутый от удовольствия язычок активно показывают, что ему все равно на боль. Его поглотила страсть. Трахая среза глубоко и грубо, толчки набрали еще больший темп, вызывая трепет по разгоряченному тельцу. Было четко заметно, как юный срез на пределе, желая получить разрядку. Его член весь истекал и требовал внимания к себе. Неожиданно схватив длину того, Дотторе начал двигать кулаком в такт своим толчкам, оказывая нужное давление, иногда потирая головку или наоборот играясь с побритым пушком. Хныкая, стоны стали громкими и откровенно просящими. Возникало ощущение, что сегмента пытают и он не согласен на это, но деле ему нравится до безумия. — Ну же, я не слышу. Ты чего-то хочешь? Тебе стоит только попросить, давай, — мурлыкал старший над ухом, подбадривая и поощряя реакцию своего создания. Прикусив его за шею, вновь оставил парочку отметин, снова показывая всем, кого клон обожает больше всего. Схватившись за плечи создателя, тот обнимает его, притягивая к себе и самостоятельно затягивает в поцелуй. Любому другому клону дали бы пощечину за подобные выходки, но Дельта исключение. Особенный случай. Перехватив инициативу, проталкивает язык в его рот, влажно причмокивая. Кислорода со временем не хватает, но юноше не дают отцепиться. Он это сделает тогда, когда ему разрешат, как послушному клону. Бедра среза двигаются навстречу руке создателя, стремясь получить разрядку. И вот она в скором времени наступает: еще несколько хаотичных толчков в тушку, и плотно прижавшись к ней, Дотторе кончает первый, изливаясь в клона с гортанным рыком. Проведя пару раз по члену младшенького, в его глазах возникли приятные искры, все потемнело и он получил свой оргазм, излившись в руку объекта его симпатии. Размякнув, расплывается на столе, зато какой радостный, словами не описать. Как кот, что объелся сметаны в жаркий летний день. Выйдя из дырочки, по бедру клона стало течь семя Дотторе, которое капало прямо на пол, создавая из этого прекрасную картину, которой Док мог бы любоваться вечно. А что же со срезом? Он все еще приходится в себя после яркого оргазма. Но не успел он ничего сообразить, как в его ротик засунули пальцы: — Будь умницей, вылижи, — это была не просьба, а приказ. Но преданный сегмент на все готов, потому посасывает пальцы создателя, работая вокруг них язычком, делая все плавно и мягко, изредка покусывая подушечки в любовном жесте. Закончив с ними, выпускает их. Весь изнеможенный, довольный и счастливый прикрывает глаза, доверяя все прочее своему господину. Его любимому господину. Клон четко чувствует, как его перекладывают на кровать, накрывая мягким одеялом, устраиваясь рядом с ним, поцеловав в лоб перед этим, еще и укусив за шейку. Только укус был скорее заботливым, чем требовательным. Все таки создателю нужно следить за состоянием своего творения, оказывать должное внимание не только в плотских утехах, но и прочем. Прижимая его к себе, Дотторе, обвивает тело руками и ногами, гарантируя, что Дельта не сбежит случайно ночью. Но нет. Дельта этого не сделает, не при каких условиях. Уж слишком он обожает создателя, чтобы сделать это.