ТФП: Путь Странника

      — Кажется, вы нередко наблюдаете за этим ботом, — Ультра Магнус стоял по стойке «смирно», но в его голосе сквозила нескрываемая скептическая нота. Его взгляд был прикован к фигуре молодого сикера, который вдалеке возился с обугленными балками ангара. Поведение инженера казалось Магнусу излишне… Мягким? Нет, скорее, некомпетентным.       Он выглядел слабым. Не только физически — его аура, его манера держаться излучали какую-то беззащитность, совершенно неуместную в суровых условиях полигона.       — Верно. Присмотри за ним, — раздался спокойный голос Силита.       — Я? — Магнус не смог скрыть удивления. — Не думал, что кому-то из Совета он настолько интересен, чтобы за ним требовался персональный надзор, — появление Синвейва в чертогах испытательного центра и так сулило километры отчётов, чтобы хоть как-то обосновать его присутствие.       — Скорее, это моя личная просьба, — Силит опёрся на свою серебряную трость, и в его глазах мелькнула тень чего-то, что Магнус не мог определить. — Уж больно он талантлив.       — Не сочтите за грубость, сэр, но пока я не наблюдаю в нём… Положительного проявления этого качества, — Магнус кивнул в сторону ангара, который Синвейв сам же и подорвал несколькими часами ранее. Белоснежная броня сикера была покрыта толстым слоем сажи и грязи, придавая ему вид замызганного мусорщика, а не перспективного учёного.       Силит тихо усмехнулся, словно слышал какую-то внутреннюю шутку.       — Дай ему настоящую задачу. И тогда узнаешь всё сам. Он пригодится Совету, вот увидишь.       — Он знает, что вы состоите в Совете? — спросил Магнус, понизив голос.       — Это ему ни к чему, — ответ Силита прозвучал быстро и категорично.       — Я полагал, что боты, имеющие… Личную связь, как у вас с ним, сочли бы подобную секретность неблагоразумной.       — Поэтому это и остаётся лишь твоей мыслью, Ультра Магнус, — Силит отмахнулся и, развернувшись, удалился, оставив Магнуса наедине с его сомнениями.       Магнус смотрел на Синвейва, видя в нём лишь набор слабостей. Он с трудом представлял, как этот рассеянный, мягкотелый инженер сможет выжить в жестоком мире, который их окружал.       …       И, как показали последующие события, он не прогадал в своей оценке его «практичности».       — Ты зачем мне это притащил? — голос Ультра Магнуса гремел, нарушая идеальную тишину его кабинета. Его взгляд был прикован к объекту, который Синвейв с почтительным видом держал в манипуляторе. Это была мина. Настоящая, боевая, с едва заметным мерцанием индикатора.       — Стоит спросить об этом Остефа, сэр, — сикер оставался на удивление спокоен. — Бракованная партия с испытательного полигона Исследовательского института была ошибочно отправлена в ангар G, в моё распоряжение, для утилизации. Честно говоря, я и сам не ведаю о причинах такой халатности…       — Кажется, я не интересовался твоими оправданиями! — рявкнул Магнус.       — Я посчитал, что полная картина происшествия поможет вам принять верное решение, сэр, — не смутившись, парировал Синвейв.       — И для этого ты счёл нужным принести этот… Этот образец ко мне в кабинет? — Магнус уже мысленно составлял список нарушений всех мыслимых протоколов безопасности.       — Образцом это сложно назвать, — задумчиво заметил Синвейв, поворачивая мину в руках, будто это был археологический артефакт. — Разве что его можно признать наглядным примером действующего образца.       — Действующего? — Ультра Магнус резко поднялся из-за стола, его стул с грохотом отъехал назад. — Сапёров! Немедленно привести ко мне группу сапёров! — он уже говорил в комлинк, его взгляд метался между миной и безупречно спокойным лицом инженера.       Этот бот был сумасшедшим.       —… По всей видимости, вас что-то смутило, сэр, — констатировал Синвейв, наблюдая за его реакцией.       — Однозначно, да! — выдохнул Магнус, чувствуя, как по его спине пробегает холодок.       Но через несколько циклов, когда сапёры, проклиная всё на свете, аккуратно извлекли и обезвредили мину, а Синвейв терпеливо объяснял им, какой именно модуль дал сбой и как его можно стабилизировать, гнев Магнуса начал сменяться другим чувством. Он наблюдал, как пальцы сикера, несмотря на их кажущуюся неуклюжесть, чертили в воздухе сложные схемы, а его голос, тихий и ровный, был полон уверенности, когда речь заходила о технологиях.       И тут до Магнуса дошло. Этот бот не был сумасшедшим. И уж тем более он не собирался никому причинять вред. Он был… Не от мира сего. Его разум работал в иной плоскости, где взрывоопасное устройство было не угрозой, а интересной инженерной задачей, набором переменных, которые нужно понять и исправить. Он принёс мину не из злого умысла, а потому, что искренне считал: чтобы решить проблему, её нужно показать начальнику. Всё просто.       Магнус медленно подошёл к Синвейву, когда сапёры, наконец, ушли.       — Инженер, — его голос потерял прежнюю ярость, став просто твёрдым. — Ты осознаёшь, что это? — он кивнул на теперь уже безопасный корпус мины.       — Нестабильный детонатор четвёртого поколения, — немедленно ответил Синвейв. — Интересная, хотя и неудачная попытка минимизировать размеры без потери мощности. Я уже представляю, как можно улучшить…       — Нет, — перебил его Магнус. — Я не о схеме. Я о последствиях. Ты понимаешь, что твои «улучшения», твои «образцы», которые ты так обожаешь разбирать и собирать… Они созданы для одного? Чтобы отнимать жизни.       Синвейв замолчал. Он посмотрел на мину, затем на свои руки, и в его глазах впервые появилась не уверенность учёного, а глубокая, искренняя задумчивость.       — Моя задача в том, чтобы подавить захватчиков, сэр, — голос бота был холоден. — А это — один из инструментов.       — А если инструмент неисправен?       — Моя задача этого не допустить, сэр.       Ультра Магнус смотрел на него. Он видел перед собой не солдата, не циника, а гениального ребёнка, играющего со спичками в пороховом складе. Он создавал шедевры разрушения, не осознавая их истинной цены. И самый главный вопрос, который теперь мучил Магнуса, был: что страшнее — сознательная жестокость врага или слепая, безответственная гениальность, которая может уничтожить мир просто потому, что не видит в этом ничего, кроме интересной задачи? И сможет ли этот бот когда-нибудь провести грань между красивым уравнением и смертью, которую оно несёт?