Серая стрела. Часть 3. Море

***Васко***

      В расчетное время «Серая стрела» вышла к острову Огигия, покрытому густыми, тщательно поддерживаемыми местными жителями лесами.       Это был один из многих островов Первой гильдии навтов, с большим портом, оборудованными доками и кораблестроительной верфью. Зайти на этот остров требовалось в связи с заказом, также Кабрал хотела проверить, нет ли здесь для нее корреспонденции «до востребования», ну и Тай определенно собирался загнать судно в сухой док и выполнить ремонт, о котором рапортовал капитану.       Они подошли к острову около полудня, дежурный на палубе подал сигнал, и их перенаправили в ремонтные доки.       — Васко, ты уверен? Действительно требуют ремонта только перила, а заход в сухой док встанет тебе на порядок дороже. — Уточнила Кабрал.       — Я предпочитаю доверять своему инженеру и считаю его паранойю благом. — Он стоял рядом с Калисто, который вел корабль и чутко следил за действиями старпома. — У нас достаточные премиальные, чтобы я мог себе это позволить. Помимо прочего, эльфы не могут сойти на сушу, а тут получится, что половина команды будет на корабле, потому что занята ремонтом, и это не вызовет подозрений.       — Логично. Я договорюсь о том, чтобы местные ремонтники ограничились поставкой расходников. Кто-то из них научился читать и писать на нашем языке?       — Я не уверен. В любом случае с ними остается Йен, он будет работать и учиться.       — Надо ему поручить обучить их, — предложил Эндрю. — Просто надо найти и зафиксировать время в графике. Хотя, если бы этим занялась Адмирал, было бы лучше. Если у нее будет время, — он не оборачивался, но в голосе звучала улыбка.       — А можно просто заставить вас перецеловать их всех, и дело решится за несколько минут.       — Это не так работает. - Мансер поперхнулся.       — Я не буду этого обсуждать, — оборвал их Васко. — Я подумаю, как выкроить время по дороге на Тир-Фради, а пока мы действуем по плану. Сегодня мы причаливаем, и я отпускаю своих людей отдыхать, за завтра Тай все проверит и выдаст график ремонта и списки материалов. Благо это не Огненный архипелаг, это земля нашей Гильдии, мы можем сойти на берег, нормально отдохнуть и пополнить припасы.       — Понятно. А где носит Кая?       — Соль и Нур, насколько я знаю, общаются в столовой. Ей было слишком интересно выудить из него их мировоззренческую систему, а у него внезапно оказалось ее имя в графике дежурств по столовой четыре раза подряд.       Капитан перешел на резкие выкрики и стал координировать швартовку. Судно медленно зашло в короб ремонтного дока, его зафиксировали на сваях и спустили сходни. Повторилась процедура с очередью в капитанскую каюту и выдачей золота экипажу. Людей отпускали на неделю, с тем чтобы, если что-то изменится, то их известят. Навты восточной гильдии покидали корабль, чтобы поселиться в городке, вся десятка Кая оставалась на борту, их ногами на земле был юнга. Адмирал, прихватив сумку, покинула корабль немногим после матросов, метаморфы ушли последними, отягощенные парой сумок с вещами, пообещав вернуться утром.

***Васко***

      Зубастый повел свое семейство в город, носивший общее имя с островом, желая проветриться и показать то место, которое он настолько, насколько это возможно для навта, считал родным.       Все навские поселения строились по общему принципу, отличались максимально схожей планировкой, и это был его город и его остров, как и любой другой, за которым стояла Первая гильдия навтов. Все трое были одеты в похожие бушлаты разных оттенков серо-синего цвета, отличавшиеся количеством пряжек и бронированных пластин, в высокие сапоги и плотные перчатки, шляпу надел только капитан.       Сначала они зашли в портовое управление, чтобы уладить вопросы с документами, оплатить полагающиеся взносы и передать почту с Огненного Архипелага, которая и была причиной их захода к этому острову. Пока Васко и Калисто улаживали бумажные дела, Соль стояла в сторонке, развлекая себя рассматриванием морских карт и ловила любопытные взгляды, которые собирали ее татуировки. Ее хотели отправить в ближайший кабачок, но Серая отказалась наотрез, опасаясь вляпаться в незнакомом месте в какую-нибудь глупую ситуацию. Когда они покинули управление, время уже катилось к вечеру. В кармане капитана лежал ключ от их временного жилища на острове, в руках его старпома — очередная папка документов.       Они нашли свой коттедж на третьей линии от берега, только чтоб оставить там вещи, переодеться во что-то более легкое и соответствующее теплой летней погоде и снова покинуть его, отправившись в небольшой приморский ресторанчик. Они быстро перекусили, не встретив знакомых лиц, и отправились просто гулять по городку, осматривая окрестности. Талисман весело щебетала, едва ли не повиснув на локте своего капитана, засыпая его вопросами о том, мимо чего они проходят, и что тут как устроено, старпом шагал рядом, тихо посмеиваясь, и курил.       Они вышли на берег с узким пляжем и бездумно отправились прочь от города, оставив детальное изучение его на завтра, а сегодня… Но я верю, что ты снова скажешь эти несколько слов, И тогда я готов оставить след на этом снегу. И я знаю, что мне недолго осталось ждать, Чтобы снова увидеть сосны на морском берегу. Соль запела, отпустив руку возлюбленного, и зашагала быстрее вперед, ловко пробежала меж окрашенных красным в закатном солнце корней высоких гордых сосен, стоявших едва ли не у самой воды, и начала рыскать глазами по земле в поисках.       — Любовь моя, дай угадаю, тебе нужен сувенир? — Эндрю улыбнулся, он позволил себе отпустить короткую бороду и усы вместе с тем, что сгладил полосы в своей стрижке, из-за этого он казался немного старше, но Васко и Кай сошлись на том, что ему это очень идет.       — Именно. Возможно, несколько, если найду…        Она подняла с земли крупную шишку, белую от воздействия соли, и стала счищать с нее песок. На боку у нее висела простая холщовая сумка через плечо, этот трофей отправился туда, а Серая уже искала дальше, с радостным писком бросившись на следующую находку. Через полчаса остальные присоединились к этому легкомысленному развлечению, постепенно они уходили все дальше и дальше по берегу, охотясь на интересные ракушки и камушки, и совершенно не беспокоясь ни о чем.       Постепенно на остров опустилась тихая теплая ночь, трое влюбленных набрали плавника и запалили костерок, Эндрю сказал, что у него есть идея, и скрылся в волнах, оставив Васко наблюдать за тем, как Кай высыпала в свете костра все их находки и перебирала, чтобы оставить только самые интересные. Она выкладывала ракушки, осколки кораллов и шишки рядками, откладывая слишком похожие друг на друга или любые, на которые не ложился глаз. Потом она прикрыла глаза и провела над оставшимися предметами раскрытой ладошкой, потом еще раз, только чуть ниже, потом еще раз.       — Шторм, что ты делаешь?       — Я ищу то, что откликается.       — Это как?       — Дай мне руку, только без перчатки, — она подняла на него глаза и протянула ладонь.       Он подал ей руку, Серая взяла его за запястье и медленно повела над находками.       — Впитывай, осязай, — она продолжала смотреть на него. — Лучше прикрой глаза, мой Ветер, чтоб не отвлекаться.       — Они… некоторые теплые, а… — он удивленно уставился на нее. — Некоторые холодные. Они как будто тянутся, откликаются.       — У каждой вещи есть своя сила, она может быть едва ощутима, но при этом она никуда не девается. Когда я собираю такие игрушки, я беру не только те, которые визуально симпатичные, но и те, которые я чувствую теплыми. — Она отпустила его руку и весело улыбнулась.       — У тебя хоть что-нибудь бывает просто так? — Он ответил на улыбку.       — Ну… — Она стала собирать находки в сумку. — Ты осмысливаешь мысли и чувства, а я — окружающие объекты и мир.       — А Искорка?       — Искорка понимает механику. Причинно-следственные связи. — Она скосила взгляд к воде. — Кстати, да. Он тебе рассказал, что у него за идея?       — Рассказал, иначе я бы его не отпустил. — Навт кивнул, а потом отстранился и бросил в костер еще несколько веток, взметнув снопы искр. — Ничего сложного или слишком странного.       Кай обняла руками колени и задрала голову, глядя в небо, наблюдая, как искры костра смешиваются со звездами. Они погрузились в молчание, наслаждаясь спокойствием и красотой момента, пока плеск волн не дополнился новыми звуками. Полосатый вышел на берег, держа в когтях трех относительно некрупных окуней. Он подошел к огню, уронил свою добычу на песок и плюхнулся рядом, весело улыбаясь.       — Это определенно веселее, чем я предполагал. — Он потянулся, спрятал когти и вернул человеческий вид. — Любовь моя, сделай с ними то, что ты делала с мясом на костре. Я понимаю, что это не крот, но я думаю, что это будет вполне уместно.       — А идея неплоха. — Она улыбнулась в ответ, оценивающе посмотрела на рыбу, потом на костер, рывком вскочила, схватила палку и начала ворошить угли.       — Тебе помочь?       — Не нужно, я знаю, что хочу сделать, хотя не исключаю, что в процессе ты будешь бунтовать против такого зверского обращения. — Она уперла руки в бока, глядя на своего капитана. — Но я обещаю, что будет вкусно.       Она развернулась на пятках, окинула взглядом подступающую к воде стену леса и канула в темноту, вернувшись через пару минут с несколькими крупными листьями. Кай прошла к воде, выпотрошила рыбу, потом завернула ее в листья и закопала в угли под костром, после чего присела на свое место с довольным видом. Зубастый и полосатый наблюдали за ее действиями, полулежа в обнимку и тихо переговариваясь, для них, кроме прочего, было приятно скинуть путы субординации, на которую пусть и не акцентировал внимание никто из них, но это давило на корабле. Серая склонила голову набок, любуясь возлюбленными, и выудила сигарету, прикурив ее от электрозажигалки.       Они снова замолчали, просто погружаясь в окружающую тишину. Этот берег был намного тише и теплее того, что они оставили на Тир-Фради, звуки города досюда не долетали, а звуки жизни леса уснули до утра, остался только ветер в кронах, плеск волн и потрескивание костра. Постепенно пламя угасло, красные угли плевались искрами, а запах еды будоражил чувства. Первым не вытерпел, как ни странно, Зубастый. Он вынырнул из объятий супруга, взял палку, которой Кай зарывала рыбу, и стал ворошить угли, сгребая их в сторону. Серая кинула в них несколько мелких веток, они занялись, и стало светлее. Навт достал обуглившиеся свертки и уложил их на оставшиеся листья, схватил один и развернул. Ему в лицо пахнуло ароматным паром, а шкурка с чешуей сошла с мяса, намертво прилипнув к «упаковке».       — Есть придется руками. — Кай раздула костерок снова и села рядом, скрестив ноги, и взяла свою порцию.       — Это не самое страшное. — Он отломил кусочек и попробовал. — Действительно вкусно. — Казалось, навт удивлен. — Я тебе говорил, что не стоит сомневаться. У нашей любви такой пунктик на еде, что она может сделать что-то потрясающее просто на ровном месте.       — Ты меня переоцениваешь. — Она проговорила с набитым ртом. — Еду на огне трудно испортить. Ее можно разве что сжечь.       Они закончили трапезу в молчании, прибрали за собой пляж и, не торопясь, вернулись обратно к домику. Они умылись, сдвинули кровати и забрались в постель, плотно задернув все шторы. Сон быстро забрал их.

***Кай***

      Я открыл глаза и понял, что нахожусь в банке. Стеклянной банке, закрытой сверху деревянной крышкой с несколькими небольшими отверстиями. Банка стояла на столе, рядом лежали архаичные письменные принадлежности, свитки в подставках и карликовое кривое деревце в горшке. Комната, искаженная толстыми круглыми стеклянными стенками, была залита светом, я вскочил, уперся руками в стенки и закричал. Я был совсем маленький, я понимал это, хотя и не понимал, как тут оказался. Я был собой, был целым, но что-то заставило меня сжаться до размеров воробья.       — Но-но, Каи-Гурэ, не шуми. Ты как младенец, который должен сопровождать каждое свое действие звуками. Ты сам согласился на этот урок, а я просто обязан вести записи, чтобы дополнить свой бестиарий.       — Хатори? — Я понял, что узнал голос. К моей банке приблизилось лицо старого Лиса.       — Хорошо. Ты помнишь. — Он взял кисть и нарисовал несколько иероглифов. — Я всерьез опасался, что моя магия произведет излишнее влияние. А теперь начнем урок. — Он открыл крышку, положил банку на бок, и я мог выбраться. — Первое по списку… Посмотрим… Из насколько малой части ты в состоянии восстановить себя?       Я внутренне похолодел.       Я действительно на это согласился?        Он… Он действительно меня учил?       Или… Он меня изучал, а я под его присмотром искал пределы возможностей?       Я не успел додумать мысль, когда на меня сверху опустилась твердая от множества тренировок ладонь, сминая меня отработанным ударом.