Сквозь природу

— И этот олень доказывает мне, что я кончил! Ты понимаешь, Хёнджин-а?! — несколько голов поворачиваются в их сторону, отвлечённые от тарелок с едой громкими возгласами Минхо о его последней неудачной секс-связи. — Он приезжает ко мне домой, хуёво трахает меня и ещё обижается, что я задел его ранимое эго! О боги, когда меня уже хорошо выебут?! Минхо поднимает глаза к потолку, раздражённо подёргивая длинными кроличьими ушами. Он не ждёт ответа от Хёнджина, который ничего и не говорит, громко втягивая через трубочку остатки своего айс-американо. На партнёров-неудачников Минхо жалуется регулярно, и единственное, что может получить от друга и коллеги, — это молчаливую поддержку, что все альфа-самцы гондоны и не умеют правильно работать членом. Обычно подобного рода интимные разговоры не ведут в переполненном кафетерии компании во время обеденного перерыва, где каждая мимо проходящая гиена могла бы послушать пикантные подробности и ехидно посмеяться с очередного провала Минхо в желании получить хотя бы один полноценный оргазм за ночь, но Минхо — бесстыдник. Да и о каком чувстве стыда может идти речь, когда ты — гибрид кролика? Конечно, он не думает только своей промежностью, и кроме секса в голове крутится множество других мыслей о работе, друзьях, увлечениях и кошках, однако, справедливости ради, стоит отметить, что волей-неволей становишься раздражительным, когда долгое время не получаешь хорошего траха. К его выходкам привыкли почти все, не обращая внимания на вечные крики о маленьких членах и пихании их не в те места. Ключевое слово — «почти». — Менеджер Ли, вам не кажется, что обсуждать подобное за столом — неприлично? — его голос мягкий и тактичный, с лёгкой хрипотцой на концах, от которой маленький хвост Минхо заинтересованно дёргается. За соседним столиком сидят трое, но Минхо фокусируется только на обратившемся к нему гибриде — Бан Чане. Он новичок в компании и недавно возглавил пиар-отдел, получает кучу восторженных отзывов о своей работе от начальства и положительные комментарии о лёгком характере от коллег. А ещё он гибрид волка. — А вы не подслушивайте, начальник Бан, — Минхо упирается подбородком в центр ладони, сверкая большими тёмными глазами в сторону Бан Чана, неосознанно добавляя игривых ноток в своё поведение и ощущая первую влажность между ног. Интересно. — Ну что вы, я не из тех людей, кто любит копаться в чужом грязном белье. Однако если вы чуть сбавите тон, то лишите окружающих возможности узнать все смущающие подробности вашей личной жизни, о которой они не хотели бы знать, — голос пропитан такой притворной сладостью, что сводит скулы и зубы. Минхо смотрит прямо в эти маленькие насмешливые глаза, на серые треугольники ушей, дёргающиеся в тёмных кудрявых волосах и белые клыки, выступающие над пухлой верхней губой, и понимает — он попал. Влажное пятно в трусах становится иррационально большим. Неправильно, но Минхо уже не контролирует себя и свой язык без костей. — У меня никогда не было гибрида волка. Не хотите прокатить меня на своём узле? Хёнджин рядом давится последним глотком кофе и тихо булькает, делая всё возможное, чтобы не захлебнуться. За соседним столом от столь бесцеремонного заявления опешивают все: глаза гибрида медведя широко раскрываются от удивления, парень-квокка с набитыми щеками выронил из рук палочки, а лицо Чана вытягивается. — Менеджер Ли, я ценю людей за прямолинейность, но осуждаю за бестактность. Воспользуйтесь часто используемыми вами ресурсами, чтобы найти узел на ночь, — глаза волка недобро сужаются, а серое ухо на голове яростно дёргается. — Простите, у меня пропал аппетит. Взяв почти полный поднос, Чан встаёт и уходит. Квокка тоже вскакивает с места, на ходу дожёвывая листья салата, которым ранее набил щеки. — Пойдём, хён! — Но я ещё не доел… — Пошли, говорю! Я потом угощу тебя ужином! – он тянет гибрида медведя за массивную руку и с трудом поднимает на ноги. Они быстро уходят, оставив кролика и хорька смотреть им вслед. Хёнджин, красный и запыхавшийся, бьёт себя кулаком в грудь, проталкивая внутрь кофе, попавший не в то горло. Минхо хлопает своими большими глазами и возмущённо приоткрывает рот. — Мне только что отказали? — он поворачивается к другу, вытирающему белой салфеткой выступившие на глазах слёзы. — Эта «псина» отказала мне?! — Очевидно, — подтверждает Хёнджин: его голос звучит сипло и приглушённо. — Что за хрень?! Мне никто никогда не отказывает! Все хотят трахнуть кролика — это закон грёбаной природы! — Минхо кричит на весь кафетерий, снова привлекая к себе внимание. Со всех сторон слышатся перешёптывания, а взгляды обжигают затылок и дёрнувшиеся от злости длинные уши. Минхо отшивают, но, несмотря на столь грубые слова, его влагалище зудит и выделяет новую порцию густой смазки. Резкий тон хищника заводит кролика не на шутку, и если бы Чан не ушёл, неизвестно, сколько бы прошло времени, прежде чем Минхо запрыгнул бы к нему на колени. Может, минут пять? Хёнджин наконец-то приходит в себя. Отставив стакан в сторону, он ставит локти на стол и кладёт подбородок на сцепленные в замок ладони. — Потому что у природы волков другие законы. Ты не знал, что они моногамны? Выбирают одного партнёра на всю жизнь, а не трахаются со всеми подряд, — поясняет Хёнджин с умным видом, словно профессор, который читает лекцию об инстинктах разных видов нерадивому студенту. — Поэтому если хочешь узла, можешь обратиться к Сынмину из финансового. При упоминании гибрида собаки Минхо недовольно скривился, а всё разбушевавшееся желание сошло на нет. Их отношения с Сынмином нельзя назвать близкими, но и глубокой неприязнью там не пахло. Скорее они используют тактику взаимного игнорирования друг друга и подколов, когда оказываются в одном пространстве курилки. — Хёнджин-а, я хочу кончить с узлом, а не лишиться возможности когда-либо быть мокрым. Хорёк разводит руки, коротко пожимая плечами. — Раз так хочешь именно волчьего узла, тогда либо смени тактику, либо забудь о Бан Чане.

***

Минхо не может забыть о Чане. От воспоминаний о гибриде волка его промежность ноет и зудит, пушистый хвост дрожит, а соски твердеют и приятно трутся о рубашку, отвлекая от работы. Он смотрит пустым взглядом на монитор с выведенным графиком, пока мысли бродят вокруг членов с узлами и как хорошо они будут ощущаться внутри. В пятиминутном перерыве Минхо даже залезает в «Google», чтобы найти фотографии пенисов волчьих гибридов и внимательно рассмотреть их со всех сторон. Чем дальше палец прокручивает дисплей вниз, тем больше рот кролика наполняется вязкой слюной. Киска сжимается вокруг пустоты, когда Минхо разворачивает одну из фотографий с красноватым членом и огромным разбухшим узлом на основании. Бёдра мелко задрожали, а нога нервно начинает барабанить по полу. О, Минхо очень хочет этот член. А если он что-то желает, он обычно это получает. Он даже ищет информацию о социальных связях волков, подтверждая «Википедией» слова Хёнджина о моногамности. Один партнёр на всю жизнь? Для кроликов, чьё либидо столь высокое, что приходится регулярно искать нового партнёра, оставаться с одним кажется чем-то фантастическим. Конечно, кролики не шлюхи. Точно нет. Они могут, как и любой другой вид, состоять в длительных отношениях, если партнёр удовлетворяет их в сексуальном плане. Минхо бы не был против иметь постоянного партнёра, а не судорожно шерстить по приложениям для знакомств, чтобы подобрать идеального кандидата для ночного рандеву. И повезёт, если удачного, а то могут приехать олени и оставить неудовлетворёнными и нуждающимися. Вся загвоздка часто заключается в кроличьей природе и диком желании трахаться, и если долго не удовлетворять сексуальное желание, то возникают проблемы как с физическим, так и с психологическим здоровьем: сильные зуд и жжение в промежности, боли внизу живота, неконтролируемое выделение смазки, гормональные сбои и затуманенный похотью разум. В таких случаях кролики становятся глупыми и беспомощными, неспособными ясно мыслить и существовать в обществе, преследуя одну цель — принять толстый член. До крайности доходит редко. В современном мире есть уйма возможностей получить оргазм без второго участника (Минхо имеет дома внушительную коллекцию секс-игрушек, помогающих не сойти с ума). Но ни одна мастурбация не сравнится с настоящим, тёплым членом в вагине, особенно если её в итоге наполняют спермой. Дырочка Минхо выделяет густой комочек смазки, который капает в трусы, делая их не просто влажными, а мокрыми, так что выжимать можно. Кажется, вечер он проведёт с одной из своих игрушек. Желательно с большим диаметром и десятью виброрежимами. Хотя если он хочет трахнуть волка, возможно, ему стоит заказать дилдо с узлом? Однако сначала стоит придумать, как затащить гибрида волка в постель. Пролистав пару статей о поведении волков, Минхо начинает осознавать, что поступил неправильно и слишком поспешно, предлагая Чану столь вульгарную просьбу. Во-первых, он почти ничего о нём не знает, и, возможно, тот уже находится в отношениях. Во-вторых, пускай Минхо и считает наличие «одного партнёра на всю жизнь» старомодной концепцией, каждый имеет право на свою личную жизнь, особенно если её диктуют инстинкты. Если он хочет наладить отношения с Бан Чаном и в случае чего подцепить волка на крючок, стоит начать с извинений. Так Минхо и делает, когда, попрощавшись в конце рабочего дня с коллегами, поднимается на третий этаж в пиар-отдел. В нескольких офисах ещё слышатся разговоры и стук клавиш, но подавляющая часть сотрудников разошлась по домам. Хорошо, что Бан Чан не относится к их числу. Гибрид волка находится в офисе пиарщиков. Компьютер и ноутбук на рабочем столе Чана включены, вокруг разложены документы и графики, а сам он что-то просматривает в телефоне. Голубоватый свет ложится на лицо мужчины, накладывает тени и заостряет черты, придавая тому по-настоящему хищный вид. Пушистый хвост Минхо дрожит от предвкушения, отчего ему приходится заложить руку за спину, чтобы удержать меховой шарик ладонью. Уши Чана на голове дёргаются, прислушиваются и предупреждают хозяина о посетителе. Подняв глаза, волк встречается взглядом с кроликом. Электрический ток простреливает позвоночник Минхо, скручивает спираль под пупком и вызывает зуд в киске; хвост дрожит сильнее, и тонкие пальцы почти до боли сжимают его в ответ. — Менеджер Ли? — глаза Чана снова недобро щурятся, а уголок губы подскакивает вверх, обнажая белые клыки. — Я вроде ясно дал понять, что секс с кем попало меня не интересует. Минхо возмущённо задыхается. «С кем попало»?! Он не привык к отказам и грубости: его личные сообщения разрываются от желающих хорошенько трахнуть его узкую киску, наполнить спермой и зачать маленьких гибридов, и только этот гибрид волка строит из себя непреступную крепость. Медленно втянув воздух через нос, Минхо берёт себя в лапы. Он твёрдо поставил перед собой цель добиться Чана любой ценой, даже если это означает, что придётся наступить на горло своим гордости и принципам. Всё ради волчьего узла! — Начальник Бан, зачем вы так сразу? — кролик отпускает хвост и тут же прижимает его краем стола, на который упирается пухлыми бёдрами. — Может, я пришёл извиниться? Мне не следовало вести себя столь бесцеремонно, простите меня. Стоило уточнить, может, у вас уже есть партнёр, прежде чем предлагать секс. Чан внимательно изучает невинную мордочку кролика, прежде чем усмехнуться и откинуться на спинку кресла. — Послушайте, менеджер Ли. Наличие или отсутствие у меня партнёра — не ключевой фактор, почему я вам отказал. Просто… меня не интересуют гибриды со столь распутным образом жизни. Для волков важна духовная связь с партнёром, а не похотливое желание взобраться на первого встречного. Я принимаю ваши извинения, но впредь прошу меня больше не беспокоить. Чан переводит взгляд на экран ноутбука и возвращается к работе, пока Минхо кипит внутри. Злость и обида бурлят в жилах, болезненно сжимая внутренности. Длинные передние зубы прикусывают губу, сдерживая поток гневной тирады, которая крутится на языке. Следует отступить. Чан открыто дал понять, что во всех смыслах не заинтересован в Минхо, а терпеть дальше презрительное отношение к себе похоже на первую стадию мазохизма, но теперь для него заполучить Чана не просто цель, а целый вызов, где на первый план выходит доказать, что кролики, и в частности Минхо, не думают только промежностью. — Вы сказали, что не будете спать «с кем попало». А если… если я стану не «кем попало»? Ухо Чана дёргается. Он отрывает глаза от монитора и снова поднимает их на Минхо и… о! Кажется, у кроличьего гибрида пунктик на хищный взгляд. Он не может отрицать, что волк его заводит: классический костюм выглядит сексуально, подчёркивая широкие плечи и крепкие руки, а рубашка на груди натянулась, не выдерживая напора больших мышц. Смотреть на промежность, где даже через свободные брюки выпирает заметный бугорок, Минхо не хотел, но взгляд сам спускается ниже безопасной зоны. Однако сам Чан продолжает смотреть Минхо только в глаза, и как бы тот ни крутил своими большими бёдрами, взгляд волка не опускается ни на миллиметр. — И как вы собираетесь это сделать? Попался. Минхо мысленно ликует, хлопает себя по голове и хвалит за хорошее начало. — Как все? Свидание! Можем начать с совместного кофе или ужина, если вы не против, — он склоняется, почти вторгаясь в личное пространство Чана. Их лица разделяет несколько сантиметров, тёплое дыхание касается кожи, заставляя длинные уши и хвост Минхо снова трепетать, а киску заныть от желания ощутить эти пухлые губы на себе, но кролик только опускает голос до интимного шёпота и, удерживая зрительный контакт, чтобы каждое слово дошло до собеседника, произносит: — Я докажу вам, начальник Бан, что я не просто «кто попало».

***

На следующий день Минхо приезжает на работу в приподнятом настроении. Причин много: 1. Сегодня пятница; 2. Вчера вечером он отлично подрочил, представляя на месте силиконового дилдо живой член Чана; 3. Через пару дней приедет новая игрушка с узлом. Мурлыча под нос песенку, кролик заходит в кофейню на первом этаже их офиса, чтобы купить им с Чаном напитки. Самый действенный шаг к сближению с коллегой — выпить вместе кофе и посплетничать. — Два айс-американо, пожалуйста! Бариста — гибрид кота с милыми белыми ушками, пушистым хвостом и бейджиком с именем «Феликс» — лучезарно улыбается и принимает заказ. Минхо оценивает его беглым взглядом, подмечая миниатюрные лапки и узкую задницу омега-самца, которые обычно во вкусе Хёнджина. Кажется, теперь он понимает, почему хорёк так часто спускается за кофе. Вырисовывается отличный повод подколоть его в ответ. Расплатившись за кофе, Минхо благодарит симпатичного баристу за работу и на лифте поднимается сразу на третий этаж в офис пиарщиков. В отличие от спокойствия отдела планирования, в пиар-отделе всегда суета: шум, гомон, разговоры и беготня. Суета кипит с первых рабочих минут и угасает только после шести вечера. Бан Чан находится у себя. Снова бумаги на столе, гудящий ноутбук и сосредоточенный взгляд. Минхо мысленно скулит, а пушистый хвост вибрирует от возбуждения. Ну нет, у него точно пунктик на хищников. — Доброе утро, начальник Бан! — он знает, что Чан заметил его — волчьи уши зашевелились на макушке, а хвост дёрнулся на коленях. — Я принёс вам кофе для бодрого начала дня, а то только девять утра, а у вас уже кислая мина. Минхо ставит стакан на край стола. Тихо звенят кубики льда на дне, конденсат стекает по стенкам, оставляя мокрые разводы на тёмной столешнице. Чан отрывает глаза от монитора и с долькой презрения смотрит на предложенный напиток. — Я не пью кофе. Бам! Минхо физически чувствует, как внутри него рушатся стены самообладания. Он стискивает свой стакан, и пластик неприятно шуршит под нервной хваткой пальцев. — Вот как. Почему вы мне не сказали вчера, когда я предложил вместе выпить кофе? Волк невинно пожимает плечом, возвращаясь к работе. — Потому что вы не спрашивали. Прикрыв глаза, Минхо про себя считает до десяти. Бан Чан явно преследует цель довести гибрида кролика до белого каления, чего, кстати, не удавалось даже Ким Сынмину! Ох, блядь, да с этим псом общаться проще, чем с Чаном! — Хорошо. Да. Моя вина, признаю, — он забирает отвергнутый кофе, собираясь позже отдать напиток Хёнджину и выбить из него потраченные деньги. — Тогда что скажете насчёт ужина? Позволите мне исправиться? — И куда вы приглашаете меня, менеджер Ли? В вегетарианский ресторан? — Чан скептически выгибает бровь. Его можно понять: после провала Минхо с кофе он ещё больше сомневается в интеллектуальных способностях кроликов. — Не беспокойтесь, начальник Бан, вам понравится! Встретимся в шесть возле входа, — чтобы ещё больше не терять достоинства, кролик разворачивается на пятках и уверенной походкой от бедра уходит в отдел планирования. Что же, первый шаг оказывается в лужу, но сдаваться Минхо не намерен! Влагалище между ног снова заныло от желания быть растянутой вокруг волчьего узла, когда перед глазами вновь возникают хищные глаза и мелькающие над верхней губой острые клыки. С ужином ему точно повезёт! Но пока удача была только на стороне Хёнджина, который получил вторую порцию кофе.

***

— И он мне говорит: «В вегетарианский ресторан?» Ты понимаешь, Хёнджин-а?! — Минхо агрессивно бросает стик в мусорку и достаёт новый, чтобы хорошенько затянуться и успокоить дрожь от раздражения в пальцах. — Зачем ты всё это терпишь, хён? — хорёк отворачивается, выпуская пар изо рта в сторону. — Брось эту затею и поищи какого-нибудь гибрида волка в приложении для знакомств. Или просто гибрида из псовых, раз тебе хочется именно узла. — Дело не в узле. Точнее, в нём, но не только. Начальник Бан назвал меня «распутным», и я обязан доказать ему, что это не так! — Зачем? Половина офиса считает тебя распутным, хён, — Хёнджин резко сгибается в поклоне, когда злобный взгляд кролика прилетает ему в лоб. —Тебя никогда не волновало чужое мнение, что изменилось сейчас? Минхо затягивается. Он не знает, что ответить. Ситуация в корне отличается от обычной, когда гибрид кролика встречает привлекательного партнёра, готового завалить его в ближайшие кусты тем, что приходится ему бегать за горячим и сексуальным гибридом ради большого члена. Но настолько ли хорош Чан, чтобы ради него так унижаться, или лучше стоит послушать совета Хёнджина? Однако отступи он, то так и останется в глазах начальника Бана бестактным похотливым кроликом. И почему Минхо так волнует, что гибрид волка будет о нём думать? — Неважно, — он отворачивается, чтобы перевести тему на требующую срочного обсуждения. — Фиаско с кофе — это один неудачный шаг, который, по сути, не решает ничего, если я постараюсь с ужином! Есть идеи, куда можно сводить непреступного плотоядного хищника, чтобы снова не упасть в грязь лицом? Хёнджин неуверенно чешет щёку пальцем. — В ресторан для хищников? Но не думаю, что тебе там понравится: их особое блюдо — запечённый с яблоками кролик… — Хёнджин-а, хочешь, чтобы я тебя запёк с яблоками?! — Нет-нет, прошу не надо! Хорьки длинные, но в нас совсем нет мяса, одни лишь мышцы и сухожилия! Хёнджин испуганно отшатывается назад, врезаясь спиной в другого курящего сотрудника. — Ой, извините! — Ничего, — парень-квокка грустно смотрит на упавшую от толчка сигарету, медленно дотлевающую до середины. — Кажется, вы говорили про начальника Бана? Уши Минхо любопытно дёргаются, вставая по стойке смирно на макушке. — Вы ведь сидели с ним вчера за обедом, верно? Парень забавно подёргивает носом и кивает, протягивая руку для знакомства. — Да. Я Хан Джисон из пиар-отдела. Простите, я не хотел подслушивать, но вы так громко разговаривали… если не знаете, куда сходить с ним поужинать, то лучше выбрать ресторан с жареной курочкой. Отличный нейтральный вариант, где есть мясо для хищников и салаты для травоядных, а также большой выбор напитков! Жареная курочка? Минхо призадумывается. Действительно, такие заведения не выглядят вычурно и ориентируются на привлечение большего числа клиентов, пока специализированные рестораны работают на конкретные виды. К тому же курочка и пиво станут плавным переходом от рабочей обстановки к менее формальной, чем какой-нибудь дорогой ресторан. Идеально. — Звучит разумно, — Хёнджин тоже оценил вариант и одобрительно поднимает большой палец вверх. — Тогда решено, — Минхо делает последнюю затяжку, вновь приобретая уверенность в себе. — Спасибо за помощь, Джисон-щи.

***

Судя по довольному лицу Чана, Минхо делает вывод, что совет Джисона оказывается дельным. Стоит после угостить его чем-нибудь в качестве благодарности. Гибрид волка осматривается по сторонам, дёргает носом, вдыхая аромат жареной курицы в панировке, и виляет кончиком серого хвоста. Уши дёргаются на голове, прислушиваясь к множеству голосов и приглушённой музыке. Заняв свободный столик и сделав заказ, Минхо ставит локти на стол и опирается подбородком в сцепленные в замок ладони. Довольная ухмылка растягивает губы. — Похоже на вегетарианский ресторан? Чан дёргает треугольниками ушей, поворачивая голову в сторону кролика. — Отнюдь. Хороший выбор, менеджер Ли. — Спасибо, начальник Бан. Минхо расспрашивает его о предпочтениях в еде, пока они ждут свой заказ, но диалог строится сложно. Бан Чан, несмотря на приподнятое настроение, отвечает неохотно, будто старается сохранить дистанцию. Поэтому кролик не торопится, позволяя, когда нужно, тишине повиснуть между ними. Когда подают блюда, они переключают внимание на еду, бросая редкие вежливые комментарии о приятном сочном вкусе. Минхо бодро хрустит салатом, тайком наблюдая за гибридом напротив. Волк впивается клыками в нежное куриное мясо, отрывая большие куски и проглатывая почти не жуя. По пальцам бежит сок, рот блестит от масла и специй. Кролик тяжело задышал, представляя, как эти сильные пальцы и острые волчьи клыки вопьются в бёдра Минхо, оставляя яркие синяки и следы от укусов… у него непроизвольно затряслась нога, ритмично постукивая по полу. Возбуждение засуетилось в паху, передавая жжение в киску. — Менеджер Ли, всё хорошо? — Чан замирает, уловив странный звук и подёргивания кролика, поднимая на него прищуренный взгляд. — Всё прекрасно! Минхо резко хватает колено рукой под столом и сжимает, останавливая постукивание. Жаждущее тело реагирует на хищного альфа-самца рядом, и кролик никак не может контролировать бушующие инстинкты. Ещё пару раз он предпринимает попытки завести разговор, но всё упирается в стену обсуждения скучных рабочих вопросов, которые сложно развить до интересных личных тем. Немного подумав, Минхо поднимает руку и зовёт официанта: — Бутылку соджу и два пива, пожалуйста! — и когда тот убегает выполнять заказ, кролик добавляет: — Начальник Бан, давай выпьем вместе! Прекрасный пятничный вечер, чтобы немного расслабиться и сбросить флёр формальности. Чан обгладывает кость, бросая её на пустой край тарелки. Он вытирает рот салфеткой и отвечает с насмешкой: — Я не пью алкоголь, менеджер Ли. Бам! Вторая пощёчина за день. Пиво и соджу отлично могли бы скрасить обстановку и развязать языки, но гибрид волка путал все карты. Он не притворялся непреступным, он был таким. Официант ставит заказ на стол и уходит, не замечая напряжённой атмосферы между двумя гостями. — Вот как, — подытоживает кролик, откупоривая бутылку соджу и наполняя одну стопку. Вторая остаётся пустой. — А я, знаете ли, пожалуй, выпью. Минхо не пьёт бездумно, но стопка наполняется всё чаще и чаще. Он хорошо переносит алкоголь, но то ли дело в количестве выпитого, то ли в накопившейся за день усталости, но к концу вечера Минхо далеко не трезв. Соджу и пиво помогают ему раскрепоститься, и кролик говорит обо всём подряд, не замечая молчания Чана: детство, учёба, служба в армии, коты и пудинг, увлечение готовкой и аниме — он перескакивает с темы на тему, рассказывая гибриду волка каждый факт о себе, пропуская только вопросы о личной жизни. Непонятно, какой чёрт дёрнул Минхо, но перед самым уходом, когда он допивает остатки пива, неуместный вопрос сам срывается с губ: — И почему вы так категорично против, начальник Бан? Мы все взрослые гибриды, и секс — это нормально, — кролик говорит медленно, язык с трудом слушается его. — Потрахались, получили удовольствие… если повезёт, конечно, и разошлись. Никто не осудит вас. Чан покручивает пальцами пустой стакан от сока. Он не смотрит на Минхо, зацепившись взглядом за несчастную посуду. — Менеджер Ли, я уже говорил вам и повторю ещё раз: такова природа. Волки ценят и ищут в партнёре духовную связь, пока кролики… Гибрид волка не успевает договорить, как Минхо громко ставит бутылку на стол и, яростно сверкнув глазами, перебивает: — Пока кролики что? Шлюхи, которые ищут только член побольше?! — он повышает голос, и гибриды за ближайшими столиками поворачивают в их сторону головы. — Вы требуете уважения к своей природе, но не проявляете ни капли его к чужой! Минхо задыхается. Голова кружится, а кислая тошнота подступает к горлу. Сжав кулаки, он тяжело поднимается и пошатывается на ватных ногах. — Мне нужно в туалет. Кролик выходит из ресторана и идёт в уборную, чтобы умыть лицо прохладной водой. Кожа на скулах горит, глаза пьяно и раздражённо блестят, а уши безвольно свисают по краям. Он перебрал с выпивкой и разозлился, наговорил лишнего и сделал шаг не просто в лужу, а пробежку на километр назад. Хёнджин был прав, и нужно прекращать эти глупости, найти гибрида с узлом в интернете и хорошенько трахнуться. Минхо не торопится возвращаться в ресторан. Остановившись возле входа, он жадно вдыхает приятный вечерний воздух, подставляя лицо ласковому ветерку. Звёзды дружелюбно подмигивают Минхо с бархатистого тёмного небосвода, а острый полумесяц бледно улыбается. Ухо Минхо дёргается, когда открывается входная дверь в заведение и выходит Чан. Гибрид волка держит их вещи в руках. — Я заплатил за ужин. Кролик кивает и тянет руки к своей сумке. — Спасибо, но это же я пригласил вас, начальник Бан, сейчас верну деньги, — он достаёт купюры из кожаного кошелька и вручает их волку. Минхо не знает, во сколько обошёлся ужин, поэтому, возможно, отдаёт больше, чем нужно, но в данный момент это последнее, что его волнует. Домой. Он устал и хочет домой. — Спасибо, что согласились поужинать со мной. Увидимся на работе. Минхо разворачивается, на ходу складывая вещи обратно, когда широкая ладонь ловит его запястье. — Уже поздно, менеджер Ли. Я подвезу вас. Минхо удивлённо моргает. Возможно ли, что он перепил, и теперь пьяный мозг играет с ним, подкидывая слуховые галлюцинации? — Не стоит, я на метро. Кролик вежливо отказывается, отступая, но Чан действует напористо и мягко тянет в сторону парковки. — Вам явно нехорошо — вы с трудом можете стоять. Если по пути станет совсем плохо и что-нибудь случится? Позвольте подвезти вас. Минхо глупо следует за ним на нетвёрдых ногах, позволяя гибриду волка вести себя к парковке возле их офисного здания. Короткая прогулка немного выветривает градус из крови, возвращая холодную голову. Добраться на машине быстрее и комфортнее, чем в общественном транспорте. В салоне удобно и приятно пахнет, в отличие от переполненного вагона метро. Минхо пристёгивается и осматривается, глубоко вдыхая запах болтающейся на зеркале пахучки и едва уловимые нотки запаха Чана. Но расслабиться у кролика не получается. Оказывается, гибриды очень сексуальны, когда водят машину. Особенно гибриды волков. Особенно Бан Чан. Минхо не может удержаться, чтобы не ласкать взглядом красивый мужественный профиль, уверенный взгляд и позу. Заинтересованная киска вновь ноет, и Минхо надеется, что не испачкает Чану сидение смазкой. Кажется, кто-то по прибытии домой будет дрочить. — Знаете, начальник Бан, это не конец. Пока что я проигрываю битву за битвой, но война ещё не окончена, — он отворачивается и смотрит в окно на мелькающие вывески домов и проезжающие мимо машины. Гибрид волка ничего не отвечает.

***

В выходные Минхо мучается от похмелья, поэтому проводит субботу и воскресенье дома, лениво занимаясь домашними делами: уборкой, стиркой и трахаясь с секс-игрушками. Слабые оргазмы помогают не потерять голову от желания и томления по непреступному гибриду волка. Понедельник кролик начинает с новыми силами, покупая Чану вместо кофе чай — оказывается, в кофейне, где работает Феликс, есть богатый выбор напитков без кофеина. Кажется, этот жест смягчает Чана, и он даже благодарит Минхо за проявленное внимание. А кролик и пользуется этим, почти всю неделю угощая волка чайными напитками с разными вкусами. Однако на новое «свидание» звать не рискует, опасаясь снова облажаться. Нужен какой-то безопасный вариант, где минимальны возможности повести себя как придурок и разрушить хрупкий мостик, перекинувшийся между ними за эту неделю. В пятницу в перерыв он спускается в курилку, где удачно сталкивается с Хан Джисоном: тот борется с гибридом медведя за пачку сигарет. — Джисон-щи, здравствуйте, — он прерывает этих двоих, привлекая внимание к себе. — Спасибо большое за совет, вы мне очень помогли. Минхо не стал добавлять, что прошёл ужин, мягко говоря, не очень. Вина за провал полностью лежит на кролике, а не на парне-квокке, которого там даже не было. — О, рад был помочь. Минхо заправляет айкос и пару мгновений задумчиво молчит. Может, ему снова спросить совета? Эти двое работают с Бан Чаном и, видимо, довольно близки, поэтому лучше знают о предпочтениях волка. Отличный шанс найти подходящий вариант для следующего свидания и не ударить в грязь лицом. — Извините, Джисон-щи, могли бы вы мне снова помочь? Куда можно пригласить начальника Бана, чтобы было… безопасно? В плане никаких провокационных тем, что-то лёгкое и простое. Джисон, который отбил пачку у коллеги, задумчиво затягивается. — Может быть, кино? — Минхо удивлённо дёргается, когда заговорил гибрид медведя, который всё время стоял молча, недовольно скрестив массивные руки на груди. — Это банально, но не придётся придумывать, о чём поговорить, когда вы можете просто обсудить сюжет фильма. — Чанбин прав. Кино безопасно для первого свидания, — Джисон согласно кивает, стряхивая накопившийся пепел. — Сходите погулять по торговому центру и после пригласите посмотреть какой-нибудь фильм. Минхо не рассматривал кино, но сейчас это звучит как отличный вариант. Интимная обстановка кинозала, где не нужно ничего говорить, чтобы не коснуться опасной темы и не подорваться на пороховой бочке. — Мне подойдёт, спасибо.

***

Каким-то образом у Минхо получается уговорить Чана сходить с ним погулять на выходные. Они бесцельно бродят по торговому центру, рассматривая витрины магазинов, но не заглядывая ни в один, пока не доходят до кинотеатра на третьем этаже. — Бан Чан-щи, может, посмотрим фильм? Есть один, который я очень хочу посмотреть! Составите мне компанию? — он спрашивает, но незаметно тянет гибрида волка в сторону кассы. Чан выглядит задумчивым, но, кажется, не против провести субботний вечер за походом в кино. — Я куплю билеты, а вы возьмёте колу и попкорн? Когда Чан уходит, кролик хитро улыбается и просит два билета на фильм ужасов. Минхо всё продумал заранее: вчера он проверил расписание и афишу фильмов, специально выбрав хоррор для своей немного гнусной цели — в особо страшные моменты поприжиматься к волку. Живот дёргается от мысли, что он сможет коснуться Чана, может даже обнять за руку и спрятать лицо на плече. Коварно, но идеально. Чан ничего не подозревает до начала фильма. На названии он напрягается и перестаёт жевать попкорн. На особо напряжённом моменте Минхо поворачивается к Чану, чтобы пожаловаться, как ему страшно, но удивлённо замирает, когда видит волка, закрывшего лицо ладонями. Острые уши прижались к голове, а длинный серый хвост залез между ног. Что же, кажется, план Минхо в очередной раз пошёл не по задуманному сценарию. Улыбнувшись, кролик откидывается на спинку сиденья и возвращает внимание на экран. После фильма он выходит бодрой походкой из зала, на ходу доедая остатки попкорна из стаканчика. Бледный Чан медленно плетётся за ним. — Да уж, кто же знал, что большой волк боится клоунов. Чан пристыженно опускает голову, уши и хвост поджимаются, а плечи сгорбились. Вся его фигура стала в два раза меньше. — Это не смешно. Минхо останавливается, поворачивая голову через плечо. — Я, может, и «кто попало», но не смеюсь над вами. Мы все чего-то боимся, Бан Чан-щи. Вы, например, фильмов ужасов, я — высоты. Представляете, даже выглянуть в окно с верхнего этажа не могу. Здесь совершенно нечего стыдиться и точно не над чем смеяться.

***

Они постепенно сближаются, посещая ещё несколько мест вместе. Чан приглашает Минхо на концерт своей любимой, но малоизвестной группы. Этот вечер был самым запоминающимся из всех: кролик в толпе людей прыгал и пытался подпевать незнакомым словам песни. Потный и уставший, но счастливый, он вернулся домой и выплеснул накопленное возбуждение через свой любимый дилдо с узлом, кончая на нём дважды и представляя, что это гибрид волка. Минхо же зовёт Чана в котокафе, где они потягивают чай и медитативно поглаживают пушистых котиков. Кролик счастлив, когда замечает лёгкую улыбку на губах Чана, играющего дразнилкой с одним из котят. Совместные ужины становятся частью жизни, шаг за шагом сближая их, находя новые точки соприкосновения и открывая новые стороны друг друга. Отношения переступают грань, входя в категорию дружеских, и Минхо почти пищит от счастья, когда Чан позволяет называть себя по имени. Приятно осознавать, что он близок к победе в этой войне. Очередной вечер пятницы, когда Минхо предлагает Чану сходить в свой любимый японский ресторан. Заведение небольшое и уютное, с вкусной кухней и интимной атмосферой. Минхо с удовольствием жуёт суши с авокадо и огурцом, когда Чан неожиданно первым идёт на откровения. — Минхо, прости меня, — Чан откладывает палочки, поднимая серьёзный взгляд на кролика. — Я отказывал тебе снова и снова, много раз ссылаясь на волчью природу не просто так. Отношения… у меня были отношения. Довольно продолжительные и счастливые, но… они закончились болезненно. Я знаю, что отношения гораздо сложнее, чем кажутся на первый взгляд, и порой гибриды расстаются, это нормально. Просто… для моногамных волков трудно даётся расставание с партнёром. Мы избегаем быстрых связей, чтобы не привязаться к человеку, который исчезнет наутро. Минхо слушает, затаив дыхание. Это первое настоящее откровение Чана, и он вслушивается в каждое сказанное им слово. — Я думаю, ты лучше меня понимаешь природу кроликов, и что им сложно оставаться с одним партнёром долго. И я был очень удивлён, когда ты стал ухаживать за мной, приглашая на свидания и совместные ужины. В моей голове не укладывалось, что ты можешь быть настолько серьёзен, даже в желании получить мой узел. — Дело не только в узле, Чан, — Минхо сжимает кулаки, ощущая неприятную тяжесть в груди. — Точнее, да, я хочу его, но тут всё сложнее, чем кажется на первый взгляд. Ты назвал меня «распутным», и это триггернуло меня. У кроликов от природы высокое либидо, но это не значит, что мы не хотим длительных отношений с одним партнёром. Наша жизнь и здоровье тесно связаны с сексом, и если мы перестаём получать сексуальную разрядку, то сталкиваемся с множеством проблем от депрессии до гормонального сбоя. Поэтому мы в вечных поисках гибрида, который сможет удовлетворить нас. Тугой комок подступает к горлу, и Минхо берёт стакан с водой, чтобы проглотить его. Чан молчит, позволяя кролику высказаться. — Многие бывшие называли меня шлюхой, словно это моё осознанное желание трахаться и искать идеальный член. Я бы всё отдал, чтобы хоть день моя вагина не зудила и не истекала соками, но, к сожалению, природу не изменишь. И я научился принимать её и жить с ней. Из-за тебя, Чан, мне пришлось сменить стратегию, перед сексом сходить на свидания, чего я практически никогда не делал. Но это не значит, что я переступал через себя и своё «я». Если я захочу, я могу долго ухаживать и ждать партнёра, и именно с тобой я этого захотел. Тишина повисает между ними, давая возможность переварить слова другого. Грудь Минхо становится легче, тяжёлый камень спадает, открывая доступ к кислороду. Он мелко вздрагивает, когда ладонь Чана накрывает его сжавшийся кулак. — Минхо, я дам тебе свой узел.

***

Минхо приглашает Чана к себе. Дорога в его квартиру кажется длиннее в два, а то и все три раза. Хвост и уши подрагивают от возбуждения, а промежность намокает — густая смазка стекает по его складкам прямиком в трусы, и кролик надеется не промочить сиденье машины. Он часто дышит, жадно поглощая запах альфа-самца. Хищника. Наконец-то он чувствует желание Чана, чьи плечи жёстко напряжены, а пальцы крепко вцепились в руль, так что костяшки побелели. Тихо на фоне играет радио, разливаясь спокойной мелодичной песней по салону, но Минхо не может разобрать и слова. Весь мир сконцентрировался до бурлящего желания в паху и зуда в киске, предвкушая отличный трах. Фонари мелькают за окном, встречные машины светят фарами. Дома и магазины сменяются один за другим, пока гибрид кролика не узнаёт район. Они почти приехали. Минхо с трудом соображает — мозг заволокло густым похотливым туманом — и все органы чувств притупились, делая его по-настоящему глупым. Он не помнит, как тащит Чана на седьмой этаж в свою квартиру, как вводит код от двери и включает свет в прихожей. Первые яростные поцелуи, когда Минхо прижимает Чана к входной двери и потирается промежностью о выступающее бедро и сам задевает коленом твёрдый волчий член. Он стонет в поцелуй от ощущения горячего и крепкого тела под руками и стальной хватки на своих бёдрах. Возбуждение не просто кипит, а бурлит в животе, извивается, как скользкая змея, пока его мокрая киска сжимается вокруг ничего. Член. Ему срочно нужен член внутрь. Поцарапав короткими ногтями нежную кожу головы, Минхо хватает Чана за волосы и дёргает, отрывая от припухших губ. Глаза у хищника заволокло желанием, скулы раскраснелись до цвета спелой вишни. Волк облизывает губы, сверкая острыми клыками, при виде которых кролик начинает дрожать. — Спальня… пойдём в… спальню Они неуклюже разуваются, случайно задевая полку для обуви и устраивая беспорядок в прихожей. Чан хочет поднять упавшие вещи, но Минхо хватает его запястье и тащит в спальню. Он приберётся позже. Или вообще завтра. Кролик не церемонится с одеждой, агрессивно стягивая её и бросая куда придётся. Трусы прилипли к мокрой вагине, тёмные лобковые волосы спутались и блестят от смазки. Чан действует аккуратней, складывая рубашку и брюки на мягкий стул, а сверху кидает бельё и носки. Гибрид волка хорошо сложен. Минхо скулит и кладёт руки на открывшиеся участки тела, гладит белую кожу и ощупывает твёрдые мышцы: крепкие плечи, большая упругая грудь с маленькими тёмными сосками и рельефный торс. И самое главное — огромный волчий член между ног. Кролик пускает слюни и потирает бёдра друг о друга от вида толстого ствола с крупной красной головкой, на кончике которой выступил первый предэякулят. Массивные яички с тёмными, коротко подстриженными волосами и… никакого узла. Глупо моргнув, Минхо удивлённо склоняет голову на бок. — А где узел?! Чан отрывает взгляд от тела Минхо и тоже опускает его на свой член. — Его и не должно быть. — Что?! — Минхо ошеломлённо уставился в лицо гибрида волка, словно у того резко выросла вторая голова или вторая пара яичек. — В смысле не должно?! Хихикнув под нос, Чан берёт руку кролика и кладёт ладонь на основание стоящего члена, где Минхо прощупывает необычное уплотнение. — Чувствуешь? Узел надуется позже, не волнуйся. Однако для этого придётся хорошо постараться. Минхо ловит игривые нотки в голосе Чана. Тот тоже завёлся не на шутку, желая погрузить член в узкую мокрую киску кролика, довести его до сквирта и залить горячие внутренности спермой. — О, это по моей части! Затянув волка на кровать, Минхо укладывает того спиной на матрас, а сам перекидывает ногу через Чана и устраивается влажной киской прямо напротив твёрдого члена. Смазка обильно струится по внутренней стороне бёдер, дырочка судорожно дёргается от предвкушения. Уперевшись для удобства в каменно-твёрдый пресс, кролик неторопливо опускается, и как только бархатистая головка касается розовых половых губ, Чан неожиданно подхватывает Минхо под пухлые бёдра и удерживает на месте. — Что случилось? Волк тянет Минхо к себе и усаживает на живот. От контакта клитора о рельефные мышцы Минхо вздрагивает и шумно выпускает воздух носом. — А как же подготовка? Минхо смотрит на Чана как на гибрида, выигравшего награду «Долбаёб года». — Чан, если ты забыл, я — кролик. Нам не нужна подготовка, мы почти всегда мокрые, — словно в качестве доказательства из его дырочки вытекает новый комочек смазки, который капает на торс Чана, оставляя влажные следы. Но, кажется, для Чана это не аргумент. Он подтягивается на руках, принимая полусидячее положение на подушках, отчего Минхо соскальзывает вниз, пока эрекция не ложится в ложбинку между ягодиц, а головка не задевает трепещущий хвостик. От контакта с горячей и твёрдой плотью кролик дрожит от счастья, но Чан прерывает момент удовольствия, ловко переворачивает Минхо. Теперь он оказывается между расставленных ног Чана и прижат спиной к чужой груди, но толстый член всё ещё касается поясницы, пачкая её предэякулятом. Одна рука обнимает кролика поперёк мягкого живота, пока вторая настойчиво раздвигает колени Минхо в стороны. Он поддаётся и самостоятельно разводит их, открывая воздуху комнаты свою капающую вагину. — Теперь понятно, почему никто из твоих многочисленных партнёров даже и близко не был, чтобы довести тебя до оргазма, – низкий шёпот прямо в чувствительное длинное ухо, и Минхо плавится, откидывая голову на плечо волка. — Прелюдия нужна не только, чтобы подготовить партнёра к проникновению. Она нужна, чтобы подвести к грани удовольствия, — кончики пальцев невесомо скользят по нежной коже на внутренней стороне бедра, размазывая соки Минхо и подбираясь к самой чувствительной складке, но не переходят черту и снова ускользают в сторону колена. — Распалить тело, сделать мягким и податливым, как кусок глины перед лепкой. Подтолкнуть к безумию, — волчьи клыки несильно прикусывают кроличье ухо. — Чтобы в момент кульминации не просто подарить удовольствие, а свести с ума. Кончиками указательного и среднего пальцев он проводит по складкам Минхо: нежно и неторопливо, будто ласкает хрупкий лепесток розы, постепенно увеличивая нажатие. Чан скользит вдоль складок, прищипывая твёрдый клитор пальцами, как бельевой прищепкой, только мягко и легко, без боли. Минхо тут же отзывается на новые ощущения, раздвигая ноги шире и толкаясь тазом в руку волка. Тихий стон срывается с губ, глаза закатываются к затылку, и Минхо прикрывает их, сосредотачивая внимание на пальцах на киске. Чан неторопливо ласкает, круговыми движениями трёт клитор — обильное количество смазки, вытекающее из кролика, облегчает ему задачу и обостряет ощущения у Минхо. Прикосновение к сочащемуся отверстию осторожное, почти невесомое. Соков Минхо так много, что они стекают ручьём по складкам к анусу и ниже, оставляя на постельном белье тёмные мокрые пятна. Когда первый палец входит внутрь, кролик задыхается. Одного чертовски мало, но даже лёгкое наполнение дарит электрические импульсы в нервах. Чан шевелит пальцем, упираясь в тугие стеночки, но убедившись, что влагалище Минхо идеально адаптировано к принятию чего-то большего, просовывает второй. Он снова двигается медленно, растягивая, как жвачку, каждый момент, но постепенно ускоряясь. Минхо шумно дышит и мечется на груди волка. По комнате раздаются пошлые хлюпающие звуки, когда пальцы Чана по-настоящему трахают киску гибрида кролика, основанием ладони массируя чувствительный клитор. Жар поднимается от паха по телу, покалывая нарастающим удовольствием в каждой клеточке. Ещё чуть ускорившись, Чан параллельно поднимает руку с талии Минхо и опускает на мягкую грудь, массируя её в ладони и сжимая, словно мячик-антистресс. Розовые соски затвердели, и волк поцарапал один ногтем. От резкого ощущения Минхо дёрнулся, напрягая живот и сжимая пальцы Чана. Дополнительная стимуляция на груди подвела Минхо к грани. Последней каплей стал грубый поцелуй в открытую шею: клыки волка поцарапали гладкую кожу, вызывая у кролика смесь страха и возбуждения. Волна оргазма накрыла с головой, и он протяжно застонал, зажмурился до цветных кругов перед глазами и сжал руку волка бёдрами. Припухшая и покрасневшая киска дёргалась и брызгала на пальцы Чана, капая с ладони на мокрый беспорядок на постели. На мгновение Минхо отключился, поглощённый звоном в ушах и темнотой под веками. Чан продолжал лениво шевелить пальцами в узкой вагине, неожиданно нежно целуя Минхо в голову и висок. — Удивительно, насколько плохи были все твои партнёры, что пока я довёл тебя до оргазма лишь с помощью пальцев, никто из них не смог сделать этого своим членом, — вытянув грязные пальцы из вагины, Чан подставляет их приоткрытым губам Минхо, и тот обхватывает и посасывает, слизывая собственные соки и смакуя вкус на языке. Гибрид волка рычит и, повернув Минхо к себе лицом, напористо целует с огромным количеством языка и слюны, стекающей по подбородку. Минхо довольно мурчит, расслабляясь в руках Чана. Он впервые за долгое время так быстро кончил, а оргазма от одних пальцев не испытывал ни разу. Кролик приходит в себя, возвращая контроль над желеобразными конечностями и расплавившимися от удовольствия мозгами. Требуется несколько минут, чтобы Минхо полностью отошёл от яркого оргазма. Они с Чаном всё ещё лениво целуются, в мокром танго сплетаясь языками. Клыки волка царапают губы, а длинные передние резцы Минхо создают лишнее препятствие на пути к тягучему удовольствию, но и вызывают бабочек в животе. Подхватив кроличьими зубами нижнюю губу Чана, Минхо отстраняется и тянет припухшую плоть на себя, выбивая из волка тихое болезненное скуление. — Прелюдия, значит… — задумчиво тянет гибрид кролика, которого действительно смогли подтолкнуть к безумию. Минхо вновь берёт инициативу, выворачиваясь из объятий Чана и оказывается к нему лицом. Белый комочек шерсти на копчике возбуждённо завибрировал, а рот наполнился вязкой слюной, когда снова открылся твёрдый волчий член, мокрый и блестящий от выделившегося предэякулята. Он с трудом сглатывает, кадык дёргается под тонкой кожей, что не скрывается от Чана. Волк усмехается, кивая на напряжённый пенис. — Ты можешь попробовать, если хочешь. О да, Минхо очень хочет! Сосать ему нравилось, поэтому глупо отказываться брать нечто настолько большое и аппетитное в рот. Устроившись поудобнее между разведённых ног волка, он обхватывает ствол ладошкой, почти кончая от ощущения горячей и твёрдой плоти, и качает кулаком вверх-вниз, отчего предэякулят пошло хлюпает под пальцами. Склонив голову, Минхо короткими движениями слизывает каплю смазки с кончика, пробуя солоноватую горечь на языке. Продолжая неторопливо дрочить член, кролик делает более длинные и уверенные облизывания, ведёт языком влажную дорожку по стволу, очерчивая набухшие вены. Розовые губы обхватывают одно яичко и несильно посасывают, с влажным хлопком выпускают, чтобы обхватить второе и перекатить во рту. Минхо знает, насколько на самом деле чувствительны яички у альфа-самцов. Он возвращается к головке, кружит вокруг неё языком и щёлкает по уздечке, отчего Чан под ним дёргается. Довольно облизнувшись, Минхо обхватывает кончик губами и коротко посасывает, вынуждая тело гибрида волка под ним напрячься и вцепиться в простыни. Кролик насаживается глубже, пропуская длину в рот, а затем — в горло. Головка упирается в заднюю стенку, и Минхо приятно задыхается вокруг члена: собственная киска снова сочится соками, хвост вибрирует, бёдра мелко дрожат — всё тело как натянутая струна, готовая лопнуть от переполняющего возбуждения. Медленно, Минхо начинает качать головой, помогая себе ладонью и лаская языком нижнюю сторону пениса. Он смакует каждый момент, эротично закатывает глаза и пускает слюни вокруг широкого диаметра. Откуда-то сверху доносится животное рычание, и длинные уши кролика сгребают в кулак. Быстро поняв, к чему всё идёт, Минхо расслабляет горло, позволяя Чану дёргать за уши, натягивая до основания и практически полностью снимая с члена. От грубого траха в уголках глаз собираются слезы, сопли бегут из носа, а изо рта вытекает вязкая смесь слюны и предэякулята. Чан давит на затылок, и Минхо принимает длину полностью, кончиком носа тычется в волосы на лобке. Головка члена бьёт по задней стенке горла, и это больно и приятно, так что Минхо гортанно стонет, посылая вибрацию прямо в яйца волка. Губами кролик чувствует, как основание становится больше, уплотняясь и надуваясь от минета. Дёрнув за уши, Чан снимает Минхо со своего члена; тонкая ниточка слюны соединяет губы Минхо с головкой, повисает между ними и рвётся, пачкая подбородок и грудь кролика. Лицо у Минхо красное и блаженное, мокрое от слёз и предэякулята. Влагалище вновь зудит и ноет, сжимается и дёргается, выпуская новые порции прозрачной смазки. — Садись сюда, крольчонок, — волк хлопает себя по бедру в паре сантиметров от колом стоящего члена с раздувшимся основанием. — Я исполню твоё желание и прокачу на своём узле. Минхо жадно облизывается и, перекинув ногу через Чана второй раз за вечер, устраивается напротив толстого члена. Волк придерживает кролика одной рукой за бедро, второй обхватывает пенис и двигает им по влажным складкам, дразнит головкой дырочку и пульсирующий клитор. Проникновение быстрое и лёгкое. Кролик без проблем принимает член, сразу насаживаясь почти до основания, оставляя снаружи только разбухший узел, который плотно прижимается к его входу. Запрокинув голову, Минхо громко стонет от приятной и долгожданной полноты. Нетерпеливо он начинает двигаться: сначала покачивая пухлыми бёдрами вперёд-назад, делает круговые движения и привыкает к идеальному растяжению, а затем начинает плавно подниматься и опускаться. Медленно и неторопливо, но с каждым новым толчком остатки самообладания рассыпаются, как старый дом под снос. Поставив руки на бёдра Чана, кролик использует их как рычаг, чтобы быстро и активно скакать на члене. Пальцы на ногах поджимаются, стоны становятся длиннее и протяжнее, превращаясь в животное скуление. Волк помогает ему, придерживая за талию для удобства и подкидывая тело на себе, но ладони поднимаются выше к мягкой и трясущейся груди Минхо. Подушечки больших пальцев дразнят чувствительные соски, натирая их до цвета спелой вишни. В следующий раз Минхо попросит Чана довести его до оргазма только с помощью сосков. И да, блять, следующий раз будет. От стимуляции на груди Минхо сжимается, плотно обхватывая член Чана своей киской. Тугая и тёплая дырочка бросает волка на новый уровень желания, и, подхватив партнёра под бёдра, он начинает быстро и грубо вбиваться в податливое тело. — Чан-а… хорошо… так хорошо… аха… — Минхо с трудом шевелит языком, задыхаясь от каждого глубокого толчка, бьющего прямо по шейке матки. — Идеально… здесь… ты прямо здесь… — он кладёт ладонь на свой живот, где кожа натягивается каждый раз, когда Чан входит до основания и бьёт узлом по дырочке кролика. — Мха… продолжай, не останавливайся! Сильнее… да! Заполни меня… кончи в меня… волчата… я хочу твоих волчат… Чан-а!.. Слова Минхо становятся последней каплей, срывающей предохранители Чана. Гибрид волка резко переворачивает их, вдавливая Минхо спиной в матрас: кролик от неожиданности вскрикивает, а потом обнимает Чана за плечи, царапая их ногтями и обхватывает бёдрами талию. Глаза закатываются к затылку, когда особенно сильный толчок проталкивает узел в киску Минхо. Гибрид кролика кричит, теряясь в болезненно-приятных ощущениях. Он регулярно тренировался, прыгая на дилдо с узлом после каждой встречи с Чаном, но ничего не сравнится с настоящим. Узел растягивает тугие стенки, трётся о чувствительный вход, и ощущения столь интенсивные, что голова идёт кругом. Чан пыхтит и рычит на ухо, до синяков сжимая упругие ягодицы и трахая в бешеном темпе, выбивая воздух из лёгких Минхо. Узел становится больше, пока не лопается, запирая волка внутри кролика. Они соединены. Едины. Плечо простреливает болью от острых клыков, впившихся в мягкую плоть. Минхо плачет и воет, кончая на узле Чана: киска капает и брызгает вокруг плотной шишки, проливаясь на грязные простыни, каждая клеточка тела вибрирует от удовольствия, а дырочка судорожно спазмирует и стимулирует член волка. — Жадный кролик хочет моих волчат? Хах… хорошо… я дам их тебе, — с животным рычанием Чан кончает внутрь, наполняя матку Минхо до краёв горячей густой спермой. Узел плотно заперт внутри киски кролика, не давая ни капли спермы пролиться наружу. Живот Минхо раздувается от спермы, и ощущения тяжести и тепла вновь перекидывают его за грань — очередной оргазм сотрясает всё тело. В ушах глухой гул, а перед глазами тёмные пятна. Он плачет и задыхается, пока с интимной нежностью целует Чана, слизывая с губ пот и кровь. Мир меркнет, забирая Минхо в свои тёмные объятия на пару минут. Когда он приходит в себя, с трудом открывая воспалённые от слёз глаза, Чан успел поменять их положение, и Минхо оказывается сверху, лежащим на крепкой груди и слушая загнанный стук сердца. — Извини, поза для сцепки не самая удобная, — он дёргает ушами, прислушиваясь к мягкому и глубокому голосу рядом. Всё тело болит и приятно ломит, как после хорошей тренировки, но Чан мягко улыбается, успокаивающими движениями гладит спину и поясницу. Кончики пальцев задевают пушистый хвостик, и Минхо тихо стонет, когда новая волна возбуждения зарождается в паху. — Ничего. Мы можем… ты можешь ещё раз трахнуть меня? — кролик поднимает глаза, с любопытством вглядываясь в лицо Чана. — Могу. Но не сейчас. Давно никого не завязывал, поэтому сцепка может быть долгой, — он целует Минхо в нос, мокрые щёки и губы, пока пальцы нежно массируют ягодицы и соскальзывают ниже, задевая кончиками растянутую вокруг узла дырочку, отчего кролик скулит, прикусывая губу Чана большими зубами. — Как только узел спадёт, я трахну тебя ещё раз, пока ты не разбухнешь от моих волчат, Минхо. А пока отдыхай. Спустя полчаса узел спадает, и Минхо по полной оценивает навыки языка Чана своей распухшей киской. Волк агрессивно вылизывает складки кролика, ласкает и пьёт капающие смазку и собственную сперму. Мягкий длинный язык кружится по клитору, и электрический импульс простреливает сверхчувствительное тело, вынуждая Минхо свести колени и поймать голову гибрида волка плюшевыми бёдрами. Обхватив губами пульсирующий клитор, Чан случайно задевает нежную кожу клыками, отчего кролик кричит и мечется на простынях. Параллельно гибрид волка подставляет два пальца к сочащейся дырочке и проникает внутрь, трахая Минхо одновременно пальцами и языком. И Минхо подбрасывает на простынях: прогнувшись дугой в пояснице, он снова обильно кончает, брызгая на пальцы и губы Чана, который замедляет темп, но не останавливается, пока Минхо не начинает дрожать от сверхстимуляции. Всё лицо Чана мокрое и измазанное соками и смазкой Минхо. Кролик тянет волка на себя, втягивая в долгий и грязный поцелуй. От собственного вкуса во рту и твёрдого члена, тычущего в бедро, он снова возбуждается. Гибрид волка замечает вибрации в теле Минхо и, оторвавшись от раскрасневшихся губ, разворачивает кролика и ставит на четвереньки. Киска Минхо выставлена напоказ, мокрая и блестящая, слегка покрасневшая и припухшая, а ещё такая жаждущая и дёргающаяся от предвкушения вновь быть наполненной. — Думаю, нам нужен ещё один сеанс спаривания, — Чан бьёт головкой члена по мокрым складкам. — Чтобы точно быть уверенными, что ты понесёшь от меня. Волк резко толкается, прижимаясь бёдрами к заднице Минхо. В этот раз узел проскальзывает сразу, и от растяжения Минхо стонет, сгребая ладонями простыню. Чан трахает его быстро и грубо, звонко шлёпая яйцами по чувствительному клитору. Пошло хлюпает смазка, продолжая течь из кролика, как из сломанного крана. Минхо скулит, поддаваясь назад и помогая насаживаться глубже. Узел медленно разбухает, хватается за края покрасневшей дырочки, но растягивает, растягивает, растягивает. Больно и приятно. Чан хватает кролика за дрожащий хвост, и тот вскрикивает от простреливающего позвоночник удовольствия. Колени разъезжаются, и он падает грудью на кровать, утягивая за собой Чана. Волк ложится сверху, придавливая Минхо своим весом и для удобства обнимает за шею. Его бёдра агрессивно двигаются вперёд-назад, жёстко трахая кролика до искр из глаз. — Давай, крольчонок, кончи для меня, — Чан прижимается губами к пульсирующей жилке на шее Минхо, шепчет непристойности во влажную от пота кожу. — Кончи на моём узле, чтобы я мог дать тебе волчат, которых ты так желаешь. И Минхо кончает, закатывая глаза. Его киска болит и ноет, края жжёт от растяжения вокруг лопнувшего узла, но он блаженно стонет и пускает слюни, получая очередной яркий оргазм, расплавляющий мозг от удовольствия. — Хороший кролик. Ты будешь таким пухлым и круглым от моих волчат, — гибрид волка сжимает челюсть на плече Минхо, оставляя собственнический след, и второй раз за вечер заливает матку Минхо спермой. Уставшие и изнеможённые, они лежат на грязной простыне, тесно прижавшись друг к другу, как идеально подошедшие кусочки пазла. Член Чана заперт в киске Минхо, периодически пульсирует и выпускает новые порции горячей спермы. Минхо блаженно улыбается, положив ладонь на припухший живот. Тело приятно тяжёлое, плечо болит от укуса, но он впервые чувствует себя удовлетворённым. Теперь он точно не «кто попало».